Ранние рассказы Юрия Бондарева: сочинение

Сочинение 27. Сборник ЕГЭ-2019

Летний среднеазиатский вечер, сухо шелестят велосипедные шины по тропке вдоль арыка, заросшего карагачами, верхушки которых купаются в неправдоподобно покойном после солнечного ада закате. Я сижу на раме, вцепившись в руль, мне позволено хозяйничать сигнальным звоночком с полукруглой никелированной головкой и тугим язычком, отталкивающим палец при нажатии. Велосипед катится, звоночек тренькает, делая меня взрослым, потому что за спиной отец вращает педали, поскрипывает кожаным седлом, а я чувствую движение его коленей — они то и дело задевают мои ноги в сандалиях.

Летний среднеазиатский вечер, сухо шелестят велосипедные шины по тропке вдоль арыка, заросшего карагачами, верхушки которых купаются в неправдоподобно покойном после солнечного ада закате. Я сижу на раме, вцепившись в руль, мне позволено хозяйничать сигнальным звоночком с полукруглой никелированной головкой и тугим язычком, отталкивающим палец при нажатии. Велосипед катится, звоночек тренькает, делая меня взрослым, потому что за спиной отец вращает педали, поскрипывает кожаным седлом, а я чувствую движение его коленей — они то и дело задевают мои ноги в сандалиях.

И очень чёток в памяти моей ещё один вечер.

В маленькой комнате отец сидит спиной к окну, а во дворе сумерки, чуть-чуть колышется тюлевая занавеска. И непривычными кажутся мне защитного цвета тужурка на нём и тёмная полоска пластыря повыше его брови. Я не могу вспомнить, почему отец сидит у окна, но мне представляется, что он вернулся с войны, ранен, разговаривает о чём-то с матерью — и ощущение разлуки, сладкой опасности неизмеримого пространства, лежащего за нашим двором, отцовского мужества, которое было проявлено где-то, заставляет меня испытывать особую близость к нему, похожую на восторг при мысли о домашнем уюте собранной в этой маленькой комнате нашей семьи.

О чём говорил он с матерью — не знаю. Знаю, что тогда и в помине не было войны, однако сумерки во дворе, пластырь на виске отца, его военного покроя тужурка, задумчивое лицо матери — всё – так подействовало на моё воображение, что и сейчас я готов поверить: да, в тот вечер отец вернулся раненый с фронта. Впрочем, более всего поражает другое! В час победного возвращения (в сорок пятом году) я, подобно отцу, сидел у окна в той же родительской спальне и, как в детстве, снова пережил всю невероятность встречи, как если бы прошлое повторилось. Может быть, то было предвестием моей солдатской судьбы и я прошёл по пути, предназначенному отцу, исполнил недоделанное, недоисполненное им? В раннюю пору жизни мы тщеславно преувеличиваем возможности собственных отцов, воображая их всесильными рыцарями, в то время как они обыкновенные смертные с заурядными заботами.

До сих пор помню день, когда я увидел отца так, как никогда раньше не видел (мне было лет двенадцать), — и это ощущение живёт во мне виной.

Была весна, я толкался со школьными друзьями около ворот (играли во что-то на тротуаре) и неожиданно заметил знакомую фигуру неподалёку от дома.

Мне бросилось в глаза: он оказался невысокого роста, короткий пиджак некрасив, брюки, нелепо поднятые над щиколотками, подчёркивали величину довольно стоптанных старомодных ботинок. А новый галстук, с булавкой, выглядел словно бы ненужным украшением бедняка. Неужели это мой отец? Лицо его всегда выражало доброту, уверенную мужественность, а не усталое равнодушие, оно раньше никогда не было таким немолодым, таким негероически безрадостным.

И это обнажённо обозначалось — и всё вдруг представилось в отце обыденным, унижающим и его, и меня перед школьными моими приятелями, которые молча, нагловато, сдерживая смех, смотрели на эти по-клоунски большие поношенные башмаки, выделенные дудочкообразными брюками. 0ни, мои школьные друзья, готовы были смеяться над ним, над его нелепой походкой. А я, покраснев от стыда и обиды, готов был с защитным криком, оправдывающим отца, броситься в жестокую драку, восстановить святое уважение кулаками.

Но что же произошло со мной? Почему я не бросился в драку с приятелями? Боялся потерять их дружбу? Или не рискнул сам показаться смешным?

Тогда я не думал, что настанет срок, когда в некий день я тоже окажусь чьим-то смешным, нелепым отцом и меня тоже постесняются защитить.

(По Ю. В. Бондареву*)
Юрий Васильевич Бондарев (род. в 1924 г.) — русский советский писатель и публицист.

Юрий Васильевич Бондарев — русский советский писатель и публицист, в данном тексте задается вопросом: что рождает в человеке чувство вины перед родителями?

Отвечая на поставленный вопрос, автор рассказывает историю из детства. Герой текста говорит о детских воспоминаниях, которые связны у него с отцом. Вот они вместе с отцом едут на велосипеде, вот отец разговаривает в комнате с матерью, а герою кажется, будто он только вернулся раненый с войны, а это отец героя идет по улице, но у него невероятно нелепый и смешной вид. И здесь герой текста задается вопросом: «Неужели это мой отец?». Он пишет, что « всё вдруг представилось в отце обыденным, унижающим и его, и меня перед школьными моими приятелями, которые молча, нагловато, сдерживая смех, смотрели на эти по-клоунски большие поношенные башмаки, выделенные дудочкообразными брюками. Они, мои школьные друзья, готовы были смеяться над ним, над его нелепой походкой». Вспоминать этот эпизод герою непросто, потому что не остановил он тогда насмешки друзей, не кинулся с ними в драку, а стоял и бездействовал. Описывая этот случай, герой напоминает нам, что родителей надо любить и уважать, какими бы странными и нелепыми они не казались. А если нет каждодневного уважения, то может возникнуть чувство вины за то, что стыдился когда-то внешнего вида родителей, их поступков или слов. Понимание того, почему родители выглядят, поступают и говорят так, а не иначе, приходит позже, как ты сам становишься родителем и в заботе о детях не всегда следишь за собой.

Читайте также:
Документальная проза Бондарева о войне: сочинение

Многие люди замечали, что чувство вины перед родителями в человеке рождает проявленная им в детстве трусость, неспособность защитить их, «восстановить святое уважение», – в этом состоит позиция автора.

С такой точкой зрения трудно не согласиться. Хотя мне не знакомо подобное чувство: никогда не стыдилась своих родителей. Но это происходило, скорее всего, от их безмерной любви ко мне – трудно стыдиться людей, которые всегда на твоей стороне, всегда поддерживают и помогают. Но здесь же играло роль умение не зависеть от мнения сверстников, ведь, как замечает Юрий Бондарев, стыд за родителей возникает в зависимости от мнения сверстников, от их невоспитанной насмешливости, желания уязвить слабого. К счастью, никогда не переживала подобных чувств, потому что родители и дом были моей крепостью, а одиночество иногда было лучшим товарищем. Но так бывает не со всеми и не всегда. В рассказе Юрия Яковлева «Сердце земли», герой, став взрослым, испытывает чувство стыда перед матерью, которая уже умерла. Автор пишет, что мы в детстве и подростковом возрасте не замечаем жертвы, которую совершают ради нас родители. Именно жертвенность делает их смешными, бесстрашными, умными, умеющими всегда помочь и простить.

Таким образом, уважение и любовь к родителям – это важная часть нашей жизни. И самое главное, не забыть поклониться, не уставать преклоняться перед теми, кто когда-то воспроизвел тебя на свет!

Сочинение на тему «Юрий Васильевич Бондарев — «Горячий снег»»

Юрий Васильевич Бондарев — «Горячий снег» Юрий Васильевич Бондарев — «Горячий снег» План. Биография. Место и время действия романа «Горячий снег». Анализ произведения. Образ народа. Трагедийность романа. Смерть как величайшее зло. Роль прошлого героев для настоящего. Портреты персонажей. Любовь в произведении. Кузнецов и люди. Зоя. Дроздовский. Уханов. Близость душ Бессонова и Кузнецова. Цель жизни героев романа.

Юрий Васильевич Бондарев родился 15 марта 1924 года в городе Орске. В годы Великой Отечественной войны писатель в качестве артиллериста прошёл длинный путь от Сталинграда до Чехословакии. После войны с 1946 по 1951 год он учился в Литературном институте имени М. Горького. Начал печататься с 1949 года. А первый сборник рассказов «На большой реке» вышел в 1953 году.

Широкую известность принесли писателю повести «Юность командиров», вышедшая в 1956 году, «Батальоны просят огня» (1957 год), «Последние залпы» (1959 год). Для этих книг характерны драматизм, точность и ясность в описании событий военной жизни, тонкость психологического анализа героев. В последствии вышли в свет его произведения «Тишина» (1962 год), «Двое» (1964 год), «Родственники» (1969 год), «Горячий снег» (1969 год), «Берег» (1975 год), «Выбор» (1980 год), «Мгновения» (1978 год) и другие.

С середины 60-х годов писатель работает над созданием фильмов по своим произведениям; в частности, он был одним из создателей сценария киноэпопеи «Освобождение».

Юрий Бондарев также является лауреатом Ленинской и Государственных премий СССР и РСФСР. Его произведения переведены на многие иностранные языки.

Среди книг Юрия Бондарева о войне «Горячий снег» занимает особое место, открывая новые подходы к решению нравственных и психологических задач, поставленных ещё в его первых повестях — «Батальоны просят огня» и «Последние залпы». Эти три книги о войне — целостный и развивающийся мир, достигший в «Горячем снеге» наибольшей полноты и образной силы. Первые повести, самостоятельные во всех отношениях, были вместе с тем как бы подготовкой к роману, быть может ещё не задуманному, но живущему в глубине памяти писателя.

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

События романа «Горячий снег» разворачиваются под Сталинградом, южнее блокированной советскими войсками 6-й армии генерала Паулюса, в холодном декабре 1942 года, когда одна из наших армий выдерживала в приволжской степи удар танковых дивизий фельдмаршала Манштейна, который стремился пробить коридор к армии Паулюса и вывести ее из окружения. От успеха или неуспеха этой операции в значительной степени зависел исход битвы на Волге 3и может даже сроки окончания самой войны. Время действия романа ограничено всего несколькими днями в течение которых герои Юрия Бондарева самоотверженно обороняют крошечный пятачок земли от немецких танков.

В «Горячем снеге» время стиснуто даже плотнее, чем в повести «Батальоны просят огня». «Горячий снег» — это недолгий марш выгрузившейся из эшелонов армии генерала Бессонова и бой, так много решивший в судьбе страны; это стылые морозные зори, два дня и две нескончаемые декабрьские ночи. Не знающий передышек и лирических отступлений, будто у автора от постоянного напряжения перехвачено дыхание, роман «Горячий снег» отличается прямотой, непосредственной связью сюжета с подлинными событиями Великой Отечественной войны, с одним из её решающих моментов. Жизнь и смерть героев романа, сами их судьбы освещаются тревожным светом подлинной истории, в результате чего всё обретает особую весомость, значительность.

Читайте также:
Драматизм нравственных исканий героев произведений Бондарева: сочинение

В романе батарея Дроздовского поглощает едва ли не всё читательское внимание, действие сосредоточено по преимуществу вокруг небольшого числа персонажей. Кузнецов, Уханов, Рубин и их товарищи — частица великой армии, они — народ, народ в той мере в какой типизированная личность героя выражает духовные, нравственные черты народа.

В «Горячем снеге» образ вставшего на войну народа возникает перед нами в ещё небывалой до того у Юрия Бондарева полноте выражения, в богатстве и разнообразии характеров, а вместе с тем и в целостности. Этот образ не исчерпывается ни фигурами молодых лейтенантов — командиров артиллерийских взводов, ни колоритными фигурами тех, кого традиционно принято считать лицами из народа,- вроде немного трусливого Чибисова, спокойного и опытного наводчика Евстигнеева или прямолинейного и грубого ездового Рубина; ни старшими офицерами, такими, как командир дивизии полковник Деев или командующий армией генерал Бессонов. Только совокупно понятые и принятые эмоционально как нечто единое, при всей разнице чинов и званий, они составляют образ сражающегося народа. Сила и новизна романа заключается в том, что единство это достигнуто как бы само собой, запечатлено без особых усилий автора — живой, движущейся жизнью. Образ народа, как итог всей книги, быть может более всего питает эпическое, романное начало повествования.

Для Юрия Бондарева характерна устремлённость к трагедии, природа которой близка событиям самой войны. Казалось бы, ничто так не отвечает этой устремленности художника, как тягчайшее для страны время начала войны, лета 1941 года. Но книги писателя — о другом времени, когда уже почти несомненен разгром фашистов и победа русской армии.

Гибель героев накануне победы, преступная неизбежность смерти заключает в себе высокую трагедийность и вызывает протест против жестокости войны и развязавших её сил. Умирают герои «Горячего снега» — санинструктор батареи Зоя Елагина, застенчивый еэдовой Сергуненков, член Военного совета Веснин, гибнет Касымов и многие другие… И во всех этих смертях виновата война. Пусть в гибели Сергуненкова повинно и бездушие лейтенанта Дроздовского, пусть и вина за смерть Зои ложится отчасти на него, но как ни велика вина Дроздовского, они прежде всего — жертвы войны.

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

В романе выражено понимание смерти — как нарушение высшей справедливости и гармонии. Вспомним, как смотрит Кузнецов на убитого Касымова: «сейчас под головой Касымова лежал снарядный ящик, и юношеское, безусое лицо его, недавно живое, смуглое, ставшее мертвеннобелым, истончённым жуткой красотой смерти, удивлённо смотрело влажно-вишнёвыми полуоткрытыми глазами на свою грудь, на разорванную в клочья, иссечённую телогрейку, точно и после смерти не постиг, как же это убило его и почему он так и не смог встать к прицелу. В этом невидящем прищуре Касымова было тихое любопытство к не прожитой своей жизни на этой земле и одновременно спокойная тайна смерти, в которую его опрокинула раскалённая боль осколков, когда он пытался подняться к прицелу».

Ещё острее ощущает Кузнецов необратимость потери ездового Сергуненкова. Ведь здесь раскрыт сам механизм его гибели. Кузнецов оказался бессильным свидетелем того, как Дроздовский послал на верную смерть Сергуненкова, и он, Кузнецов, уже знает, что навсегда проклянет себя за то, что видел, присутствовал, а изменить ничего не сумел.

В «Горячем снеге», при всей напряжённости событий, всё человеческое в людях, их характеры открываются не отдельно от войны, а взаимосвязанно с нею, под её огнём, когда, кажется, и головы не поднять. Обычно хроника сражений может быть пересказана отдельно от индивидуальности его участников,- бой в «Горячем снеге» нельзя пересказать иначе, чем через судьбу и характеры людей.

Существенно и весомо прошлое персонажей романа. У иных оно почти безоблачно, у других так сложно и драматично, что былая драма не остаётся позади, отодвинутая войной, а сопровождает человека и в сражении юго-западнее Сталинграда. События прошлого определили военную судьбу Уханова: одарённый, полный энергии офицер, которому бы и командовать батареей, но он только сержант. Крутой, мятежный характер Уханова определяет и его движение внутри романа. Прошлые беды Чибисова, едва не сломившие его (он провёл несколько месяцев в немецком плену), отозвались в нём страхом и многое определяют в его поведении. Так или иначе в романе проскальзывает прошлое и Зои Елагиной, и Касымова, и Сергуненкова, и нелюдимого Рубина, чью отвагу и верность солдатскому долгу мы сумеем оценить только к концу романа.

Особенно важно в романе прошлое генерала Бессонова. Мысль о сыне, попавшем в немецкий плен, затрудняет его позицию и в Ставке, и на фронте. А когда фашистская листовка, сообщающая отом, что сын Бессонова попал в плен, попадает в контрразведку фронта в руки подполковника Осина, кажется, что возникла угроза и службе Бессонова.

Весь этот ретроспективный материал входит в роман так естественно, что читатель не ощущает его отдельности. Прошлое не требует для себя отдельного пространства, отдельных глав — оно слилось с настоящим, открыло его глубины и живую взаимосвязанность одного и другого. Прошлое не отяжеляет рассказ о настоящем, а сообщает ему большую драматическую остроту, психологизм и историзм.

Читайте также:
Жизненный и творческий путь Ю. Бондарева: сочинение

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Точно так же поступает Юрий Бондарев и с портретами персонажей: внешний облик и характеры его героев показаны в развитии и только к концу романа или со смертью героя автор создаёт полный его портрет. Как неожиданен в этом свете портрет всегда подтянутого и собранного Дроздовского на самой последней странице — с расслабленной, разбито-вялой походкой и непривычно согнутыми плечами.

Такое изображение требует от автора особой зоркости и непосредственности в восприятии персонажей, ощущения их реальными, живыми людьми, в которых всегда остаётся возможность тайны или внезапного озарения. Перед нами весь человек, понятный, близкий, а между тем нас не оставляет ощущение, что прикоснулись мы только к краешку его духовного мира,- и с его гибелью чувствуешь, что ты не успел ещё до конца понять его внутренний мир. Комиссар Веснин, глядя на грузовик, сброшенный с моста на речной лёд, говорит: «Какое всётаки война чудовищное разрушение. Ничто не имеет цены». Чудовищность войны более всего выражается — и роман открывает это с жестокой прямотой — в убийстве человека. Но роман показывает также и высокую цену отданной за Родину жизни.

Наверное, самое загадочное из мира человеческих отношений в романе — это возникающая между Кузнецовым и Зоей любовь. Война, её жестокость и кровь, её сроки, опрокидывающие привычные представления о времени,- именно она способствовала столь стремительному развитию этой любви. Ведь это чувство складывалось в те короткие сроки марша и сражения, когда нет времени для размышлений и анализа своих чувств. И начинается всё это с тихой, непонятной ревности Кузнецова к отношениям между Зоей и Дроздовским. А вскоре — так мало времени проходит — Кузнецов уже горько оплакивает погибшую Зою, и именно из этих строчек взято название романа, когда Кузнецов вытирал мокрое от слёз лицо, «снег на рукаве ватника был горячим от его слёз».

Обманувшись поначалу в лейтенанте Дроздовском, лучшем тогда курсанте, Зоя на протяжении всего романа, открывается нам как личность нравственная, цельная, готовая на самопожертвование, способная объять своим сердцем боль и страдания многих. .Личность Зои познаётся в напряжённом, словно наэлектризованном пространстве, которое почти неизбежно возникает в окопе с появлением женщины. Она как бы проходит через множество испытаний, от назойливого интереса до грубого отвержения. Но её доброты, её терпения и участливости достаёт на всех, она воистину сестра солдатам.

Образ Зои как-то незаметно наполнил атмосферу книги, её главные события, её суровую, жестокую реальность женским началом, лаской и нежностью.

Один из важнейших конфликтов в романе — конфликт между Кузнецовым и Дроздовским. Этому конфликту отдано немало места, он обнажается очень резко, и легко прослеживается от начала до конца. Поначалу напряжённость, уходящая ещё в предысторию романа; несогласуемость характеров, манер, темпераментов, даже стиля речи: мягкому, раздумчивому Кузнецову, кажется, трудно выносить отрывистую, командную, непререкаемую речь Дроздовского. Долгие часы сражения, бессмысленная гибель Сергуненкова, смертельное ранение Зои, в котором отчасти повинен Дроздовский,- всё это образует пропасть между двумя молодыми офицерами, нравственную несовместимость их существований.

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

В финале пропасть эта обозначается ещё резче: четверо уцелевших артиллеристов освящают в солдатском котелке только что полученные ордена, и глоток, который каждый из них сделает, это прежде всего глоток поминальный — в нём горечь и горе утрат. Орден получил и Дроздовский, ведь для Бессонова, который наградил его — он уцелевший, раненный командир выстоявшей батареи, генерал не знает о тяжких винах Дроздовского и скорее всего никогда не узнает. В этом тоже реальность войны. Но недаром писатель оставляет Дроздовского в стороне от собравшихся у солдатского честного котелка.

Крайне важно, что все связи Кузнецова с людьми, и прежде всего с подчинёнными ему людьми, истинны, содержательны и обладают замечательной способностью развития. Они на редкость не служебны — в отличие от подчёркнуто служебных отношений, которые так строго и упрямо ставит между собой и людьми Дроздовский. Во время боя Кузнецов сражается рядом с солдатами, здесь он проявляет своё хладнокровие, отвагу, живой ум. Но он ещё и духовно взрослеет в этом бою, становится справедливее, ближе, добрее к тем людям, с которыми свела его война.

Отдельного повествования заслуживают отношения Кузнецова и старшего сержанта Уханова — командира орудия. Как и Кузнецов, он уже обстрелян в трудных боях 1941 года, а по военной смекалке и решительному характеру мог бы, вероятно, быть превосходным командиром. Но жизнь распорядилась иначе, и поначалу мы застаём Уханова и Кузнецова в конфликте: это столкновение натуры размашистой, резкой и самовластной с другой — сдержанной, изначально скромной. С первого взгляда может показаться, что Кузнецову предстоит бороться и с бездушием Дроздовского, и с анархической натурой Уханова. Но на деле оказывается, что не уступив друг другу ни в одной принципиальной позиции, оставаясь самими собой, Кузнецов и Уханов становятся близкими людьми. Не просто людьми вместе воюющими, а познавшими друг друга и теперь уже навсегда близкими. А отсутствие авторских комментариев, сохранение грубого контекста жизни делает реальным, весомым их братство.

Читайте также:
Документальная проза Бондарева о войне: сочинение

Наибольшей высоты этическая, философская мысль романа, а также его эмоциональная напряжённость достигает в финале, когда происходит неожиданное сближение Бессонова и Кузнецова. Это сближение без непосредственной близости: Бессонов наградил своего офицера наравне с другими и двинулся дальше. Для него Кузнецов всего лишь один из тех, кто насмерть стол на рубеже реки Мышкова. Их близость оказывается более возвышенной: это близость мысли, духа, взгляда на жизнь. Например, потрясённый гибелью Веснина, Бессонов винит себя в том, что из-за своей необщительности и подозрительности он помешал сложиться между ними дружеским отношениям («такими, как хотел Веснин, и какими они должны быть»). Или Кузнецов, который ничем не мог помочь гибнущему на его глазах расчёту Чубарикова, терзающийся пронзительной мыслью о том, что всё это, «казалось, должно было произойти потому, что он не успел сблизиться с ними, понять каждого, полюбить…».

Разделённые несоразмерностью обязанностей, лейтенант Кузнецов и командующий армией генерал Бессонов движутся к одной цели — не только военной, но и духовной. Ничего не подозревая о мыслях друг друга, они думают об одном и в одном направлении ищут истину. Оба они требовательно спрашивают себя о цели жизни и о соответствии ей своих поступков и устремлений. Их разделяет возраст и роднит, как отца с сыном, а то и как брата с братом, любовь к Родине и принадлежность к народу и к человечеству в высшем смысле этих слов.

Список использованной литературы. Ю.В. Бондарев, «Горячий снег». А.М. Борщаговский, «Одно сражение и вся жизнь».

«Лейтенантская проза» – Юрий Бондарев

Юрий Васильевич Бондарев один из немногих представителей «лейтенантской прозы», который все еще с нами, среди живущих. Родившийся в 1924 году он пережил Великую Отечественную войну, воюя в дивизионной артиллерии. Многим из нас известны фильмы, поставленные по его книгам, это и «Батальоны просят огня», и «Горячий снег», и «Берег». Также Бондарев был соавтором сценария к знаменитой на весь мир киноэпопее Юрия Озерова «Освобождение». Произведения автора были переведены более чем на 70 языков мира, а последний роман «Без милосердия» был издан автором в 2004 году. В настоящее время писатель живет и работает в Москве.

8 сентября 2004 года постановлением Волгоградского городского Совета народных депутатов за большой личный вклад в формирование образа города-героя Волгограда, как центра воинской славы России, а также вклад в сохранение исторической памяти героев Сталинградской битвы Юрию Васильевичу Бондареву было присвоено звание «Почетный гражданин города-героя Волгограда». Именно под Сталинградом в 1942 году начался боевой путь будущего известного писателя.

Юрий Бондарев родился 15 марта 1924 года в Оренбургской области в городе Орске. Его отцом был Бондарев Василий Васильевич (1896-1988), работавшим адвокатом, народным следователем, административным работником. Матерью была Бондарева Клавдия Иосифовна (1900-1978). Скорее всего, своим долголетием писатель обязан именно своему отцу. В настоящее время писателю 89 лет. Юрий Бондарев женат, имеет двух дочерей.

В 1931 году семья Бондаревых перебралась в Москву и поселилась в Замоскворечье. Здесь будущий писатель обучался в 516-й средней школе. Как и многие мальчишки его поколения, он увлекался футболом, катанием на коньках, голубями. При этом уже тогда достаточно большое место в сфере его интересов занимали книги, чему во многом способствовала его мать, которая часто читала сыну по вечерам вслух и смогла привить Юрию любовь к русской классической литературе.

Как и для многих молодых людей своего поколения главным испытаниям характера и главным событием всей жизни для Юрия Бондарева стала война. В 1941 году, будучи комсомольцем, будущий писатель совместно с тысячами молодых москвичей принимал участие в строительстве полосы оборонительных укреплений под Смоленском. После этого была эвакуация из столицы, уже в эвакуации Бондарев заканчивает 10 класс школы. Летом 1942 года он был направлен на учебу во 2-е Бердичевское пехотное училище, которое в тот момент размещалось в городе Актюбинск. Уже в октябре 1942 года курсанты данного училища была направлены под Сталинград, на поля грандиозного сражения. В звании младшего лейтенанта Бондарев был назначен командиром минометного расчета в составе 308-го полка 98-й стрелковой дивизии.

Уже после войны, вспоминая те события, Бондарев говорил: «Я и сейчас хорошо помню те сернистые ожоги стужи в степях под Сталинградом, ледяной холод орудий, которые за ночь мороз так прокалил, что холод металла чувствовался даже сквозь рукавицы. Помню жаркий газ от горячего казенника, пороховую вонь стреляных гильз, пустынное безмолвие звездного неба в ночное время. В моей памяти навсегда сохранились воспоминания о запахе твердого и мерзлого, как камень, хлеба, сухарей, а также несказанный аромат солдатской «пшенки» в фиолетовости холодного зимнего рассвета».

Во время боев под Котельниковским Юрий Бондарев был контужен, получил легкое ранение в спину и обморожение. После окончания лечения в госпитале он служил командиром орудия в составе 23-й Киевско-Житомирской дивизии. Принимал участие в форсировании Днепра и освобождении столицы Украины. Во время боев за Житомир он был ранен повторно и снова оказался в госпитале. Начиная с января 1944 года, Юрий Бондарев воевал в рядах 121-й Краснознаменной Рыльско-Киевской стрелковой дивизии на границе с Чехословакией и в Польше. В октябре 1944 года был направлен на учебу в Чкаловское училище зенитной артиллерии и после его завершения в декабре 1945 года был признан ограниченно годным к военной службе и демобилизован из армии по ранениям.

Читайте также:
Жизненный и творческий путь Ю. Бондарева: сочинение

Фронтовой путь будущего писателя был отмечен орденами и медалями. Юрий Бондарев был награжден орденом Отечественной войны I степени, двумя самыми почитаемыми солдатскими медалями «За отвагу», медалями «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией», рядом польских наград. На войне писатель вступил в коммунистическую партию и оставался верен ей до ее ликвидации в 1991 году. Примечательно, что в том же 1991 году Юрий Бондарев подписал обращение «Слово к народу». Авторы данного обращения, которое было напечатано в газете «Советская Россия», обращались к гражданам страны с критикой Михаила Горбачева и Бориса Ельцина, призывали предотвратить распад страны и создавать оппозиционные движения.

Именно во время нахождения на фронтах Великой Отечественной войны в сознание Юрия Бондарева окончательно вошли ясные и кристально чистые заповеди любви к Родине, порядочности, верности. Ведь в бою все было очевидно и предельно обнажено: что есть добро, а что есть зло. При этом каждый волей неволей оказывался перед выбором и делал его раз и навсегда. Юрий Бондарев еще тогда навсегда избрал для себя берег человеческой порядочности. И тогда же на войне он понял, что «человек рождается для любви, а не для ненависти». Эти слова автор вложил в уста одного из героев своей повести «Батальоны просят огня». Основной темой и проблематикой его произведений на протяжении всей карьеры была проблема нравственного выбора (как в военное, так и в мирное время), поиск человеком своего места в мире.

Впервые печататься Юрий Бондарев начал практически сразу же после войны. Уже в 1949 году первые рассказы писателя начали выходить в популярных журналах «Смена», «Огонек», «Октябрь». В 1951 году он окончил московский Литературный институт им. Горького. В этом же году его приняли в Союз писателей. В 1953 году вышел первый его авторский сборник рассказов «На большой реке». Довольно скоро Юрий Бондарев стал одним из наиболее печатающихся авторов. Из-под его пера вышли романы «Тишина» (1962), «Двое» (1964), «Горячий снег» (1969), «Берег» (1975), Выбор (1980), «Игра» (1985), «Искушение» (1991), «Непротивление» (1996), «Бермудский треугольник» (1999), «Без милосердия» (2004). А также большое количество повестей: «Юность командиров» (1956), «Батальоны просят огня» (1957), «Последние залпы» (1959), «Родственники» (1969) и многие другие произведения.

В произведениях автора открывается незабытое прожитое, что заставляет многих литературоведов говорить о Юрии Бондареве, как о живом классике русской литературы. Его произведения и герои стали нравственным ориентиром для многих поколений жителей нашей страны. В своих книгах на военную тематику Бондарев показывает героизм советских солдат и офицеров, раскрывая их неизменную верность народу и Родине, показывая читателю их психологию.

Многие десятки лет писатель продолжает работать над циклом миниатюр, получившим название «Мгновения». В этой своей литературной работе он предстает перед читателем, как мыслитель, романтик и философ. За все годы творчества произведения автора были переведены на более чем 70 языков, а всего с 1958 по 1980 годы за рубежом было опубликовано 130 его произведений. Выставка, которая была развернута в здании бывшей «Ленинки» к 80-летнему юбилею писателя, не смогла вместить всех имеющихся в фондах библиотеки книг Юрия Бондарева.

Неоднократно по его произволениям снимались художественные фильмы. Также он стал сооватором сценария киноэпопеии «Освобождение», которая рассказывала о глобальных событиях Великой Отечественной войны. Данный фильм только в СССР за 2 года посмотрело 350 млн. зрителей. Как один из создателей данной киноэпопеи в 1972 году Юрий Бондарев был удостоен Ленинской премии.

Помимо этого труд писателя был отмечен многими общественными и государственными наградами. Так он являлся лауреатом Ленинской премии (1972 год), 2-х Государственных премий СССР (1974 и 1983 год – за свои романы «Берег» и «Выбор»), Государственной премии РСФСР (1975 год – за сценарий кинофильма «Горячий снег»), в 1984 году писатель стал Героем Социалистического Труда. Также он лауреат премий Александра Невского, Льва Толстого, В. К. Тредиаковского, международной премии имени М. Шолохова. Награжден золотой медалью А. А. Фадеева, орденом «Большая Звезда Дружбы народов» (Германия) и многими другими наградами иностранных государств.

Стоит отметить, что Юрий Бондарев достаточно жестко оценивает современную российскую действительность. По его словам, мы живем в безвременье, время без больших идей, без нравственности и естественной доброты, без защитительной стыдливости и скромности. «Наша свобода – это свобода плевка в свое прошлое, настоящее и будущее, в святое, неприкосновенное, чистое. ». Но при этом писатель не теряет веры в будущее России, он убежден в том, что даже в очень страшной трагедии есть место надежде.

Интересные факты из биографии:

В свое время Юрий Бондарев вышел из редакционной коллегии журнала «Наш современник» в знак протеста против того, что в журнале был опубликован роман Александра Солженицына «Октябрь Шестнадцатого».

В 1994 году писатель отказался принимать из рук Б. Н. Ельцина орден «Дружбы народов». Свою позицию он выразил в телеграмме на имя первого президента России, в которой указал: «Сегодня это уже не поможет доброму согласию и дружбе народов нашей великой страны».

Читайте также:
Драматизм нравственных исканий героев произведений Бондарева: сочинение

Жизненный и творческий путь Ю. Бондарева.

Талант Бондарева произрастает из могучего корня духовной культуры русского народа. Его творчество заслужило поистине мировое признание — его произведения переведены более чем на 60 языков.
Жизнь Юрия Бондарева сложилась, кажется, удачно. Почти безоблачное детство, юность, обожженная войной, учеба в литературном институте, первые рассказы и повести, затем стремительный взлет, всеобщее признание, мировая известность. Везение”, счастливая судьба в творчестве. А за всем этим идет невидимая постороннему глазу, громадная, напряженнейшая душевная и умственная работа. Тревоги и сомнения, духовные взлеты и тоскливое чувство неудовлетворенности собой.
Четыре военных года были колоссальным испытанием для всей нашей страны. Поколение Бондарева было призвано пройти тягчайшие испытания без подготовки, буквально со школьной скамьи.
День Победы он встретил в Оренбурге курсантом Чкаловского артиллерийского училища. Обучение было рассчитано на три года, но Бондарев был выпущен раньше, к концу 1945 г., ему присвоили звание младшего лейтенанта и демобилизовали по ранению (открылась старая рана). В принципе, он мог бы остаться в армии, но обстоятельства внешние совпали с внутренним его желанием и томлением. Он хотел вернуться в Замоскворечье, в светлый и нежный мир детства и юности.
Домой младший лейтенант Бондарев вернулся в декабре 1945 г., под самый Новый год.
Первые 8 месяцев 1946 г. он внутренне метался, прикидывал на себя десятки профессий и занятий, но душевного успокоения, чувства определенности не находил.
Все решил случай: старый товарищ полистал тетрадку с его набросками, рассказами о войне, и сказал: “Да ты ж писатель! Какая такая шоферская школа, какой, к черту, авиационно-технологический?
Бросай все и беги в Литературный, тут и думать нечего, котенку ясно — писатель!”
Его приняли. Тверской бульвар, 25, Литературный институт при Союзе писателей имени Алексея Максимовича Горького, творческий семинар самого Константина Паустовского.
Студенту Бондареву довольно быстро удалось войти в ритм обучения, усвоить требования преподавателей. Он стал жаден до литературных знаний, а здесь говорили об истории разных литератур и о теории литературы едва ли не на каждом занятии.
На экзамене этот пытливый и серьезный студент получал почти неизменную пятерку и стал вскоре обладателем повышенных стипендий, что было для него весьма существенно в материальном отношении.
В 1953г. вышел сборник “На большой реке”, в 1958 г. — “Трудная ночь”, 1962 г. — “Поздним вечером”.
Самых первых, начальных рассказов Бондарева мы не знаем вовсе, в печати они не бывали. Тем не менее они существовали в институтской среде, ценились.
Первый из опубликованных рассказов — “В пути” — появился в журнале “Смена” в 1949 г., когда Бондарев учился на 3-м курсе. А там и пошло: рассказы в “Огоньке”, “Октябре”, “Советском воине”, “Крестьянке”, “Молодой гвардии”.
“Юрий Бондарев — талантливый молодой писатель со своей темой и своеобразной манерой письма”, — так говорил его руководитель, писатель Паустовский.
В 1951 г. Бондарев получил диплом с отличием. Ему пророчили судьбу мастера короткого рассказа. Он и сам в то верил и в том был убежден.
Бондарев упорно и самозабвенно работал над но выми рассказами и беспощадно правил “старые”, уже опубликованные.
Рассказы “Простите нас!”, “Игра”, “Клара”, “Скворцов” отличались от вышедших в сборнике “На большой реке”.
Рассказы — это было для него тогда самое главное. На всю жизнь. Первая же повесть началась случайно, попутно с рассказами, и была опубликована в 1956 г. Называлась “Юность командиров”.
Пока “Юность командиров” проходила свой путь в издательстве, автор пережил состояние творческого взрыва. Что ему эти рецензии на первую повесть, что сама эта повесть?! Он писал книгу, которая придет через год к читателю под заглавием “Батальоны просят огня”.
Повесть “Батальоны просят огня” родилась от живых людей, от тех, с которыми автор встречался на войне, с которыми вместе шагал по дорогам Сталинградских степей, Украины и Польши, толкал плечом орудия, вытаскивал их из осенней грязи, стрелял, ел пропахшие гарью и немецким толом помидоры и делился последним табаком.
“Батальоны просят огня”многому научили даже самых маститых писателей.
Человеческое в человеке, человеческое в труднейших, нередко именно в античеловеческих условиях войны, живое, горячее, трепетное, очень похожее и бесконечно разнообразное — вот что берет за душу сегодня более всего в повести “Батальоны просят огня” . О солдатах, сержантах, лейтенантах, капитанах, полковниках думается, когда читаешь книгу. Ведь воевали — сегодня-то мы это отчетливо сознаем — не некие абстрактные массы, воевали люди, каждый из которых имел свое лицо, имел свою судьбу.
Ерошин — офицер, командир взвода, он мечтает о подвигах. Ерошин хочет казаться бывалым и отчаянным, смелым и решительным, уже будучи офицером, он все еще не может избавиться от детской привычки играть в командира. И если сам он этого еще не понял, то окружающие видят и чувствуют его боевитость.
Ерошин обладает такими душевными качествами, как доброта, честность, отзывчивость. Ерошин для бойцов — не только комвзвода, он еще и живое, напоминающее о родных и близких. Рядом с ним легко вспомнить детство, школу и первую любовь. Рядом с ним оттаивает загрубевшая во фронтовых буднях душа.
Да ведь люди и на войне жили! Любили и ненавидели, грустили и радовались, мечтали и спорили, надеялись и сомневались, взрослели и менялись!
Что бы там ни случилось, как бы там ни было, все равно жизнь остается жизнью, а человек человеком. И великая заслуга той литературы, что “вышла” из бондаревских “Батальонов . ”, как раз в том и состоит, что мы благодаря ей вглядываемся в жизнь человека и человеческое на войне, постигаем общечеловеческое, “вечное”, непреходящее. В окопах, землянках, на огневой и в бою человек познается скорее, здесь живет своя тайна.

Читайте также:
Драматизм нравственных исканий героев произведений Бондарева: сочинение

Ранние рассказы Юрия Бондарева: сочинение

Мои герои борются и любят, любят и гибнут, не долюбив,
не дожив, многого не узнав. Но они узнали самое главное,
они прошли проверку на человечность через испытание огнем.
Мне близки их ощущения, и я, как много лет назад,
верю в их мужскую дружбу, в их открытость,
первую любовь, в их честность и чистоту…

Ю. Бондарев «Взгляд в биографию»

Творчество Юрия Васильевича Бондарева известно всему миру: пожалуй, нет языка, на который не был бы переведён хотя бы один роман или повесть писателя. В его прозе – русская жизнь, проблемы и боли, русские люди.

Война и мир, человек на войне и в миру – главное в творчестве Ю. Бондарева. В его романах и повестях живут персонажи, начиная с простых, рядовых жителей мира, кончая великими «мира сего». Вместе с тем вполне закономерно, что главным героем писателя стал интеллигент: офицер, писатель, художник, артист, кинорежиссёр. Через их жизнь, психологию души показывает писатель всю сложность жизни русского человека с середины ХХ века.

Бондарев, Ю. В. Собрание сочинений: в 6-ти т. – М.: Художественная литература, 1984-1986.

В собрание сочинений вошли лучшие произведения писателя разных лет:

Том 1. «Батальоны просят огня». «Юность командиров»

Том 2. «Последние залпы». «Горячий снег»

Том 3. «Тишина». «Родственники»

Том 5. «Выбор». Рассказы. Миниатюры «Мгновения»

Том 6. «Поиск истины». Статьи, диалоги о литературе, литературные портреты взаимосвязи.

Бондарев, Ю. В. Собрание сочинений: в 4-х т. / оформл. В. Максина; гравюры В. Носкова. – М.: Молодая гвардия, 1973 – 1974.

В собрание сочинений вошли лучшие произведения Ю. Бондарева:

Том 1. «Батальоны просят огня». «Последние залпы». Рассказы

Том 2. «Тишина». Публицистика

Том 3. «Горячий снег». Публицистика

Том 4. «Юность командиров». «Родственники»

Бондарев, Ю. В. Собрание сочинений в одном томе: романы, повесть / вступ. ст. Ю. Г. Круглова. – М.: Советский писатель, 2004. – 712 с.

Собрание сочинений в одном томе издано к 80-летию со дня рождения Юрия Бондарева. В него вошли наиболее значительные произведения юбиляра, отразившие как события Великой Отечественной войны, так и нашу современность в их глубинной историко-философской и духовно-нравственной взаимосвязи.

Бондарев, Ю. В. Избранные произведения : в 2-х т. – М.: Художественная литература, 1977.

В первый том собрания сочинений вошли повесть «Батальоны просят огня» и роман «Тишина». Второй том представлен повестью «Последние залпы» и романом «Берег».

Бондарев, Ю. В. Батальоны просят огня ; Последние залпы : повести / Ю.В. Бондарев. – М. : Современник, 1984. – 336 с. – (Сыновья века : серия книг о коммунистах).

В своих повестях «Батальоны просят огня», «Последние залпы» Ю. Бондарев показывает героизм солдат, офицеров и ведущую роль народа в организации отпора фашистским захватчикам. Раскрывая психологию советских людей на войне, автор изображает войну такой, какой она виделась рядовому участнику событий. Героев повестей отличает сознательность, отвага и горячая любовь к Родине.

Бондарев, Ю. В. Берег : роман / Юрий Бондарев. – Новосибирск : Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1982. – 367 с. : портр.

Роман «Берег» – многоплановое, социально-философское произведение, охватывающее проблемы войны и мирных дней, гуманизма, нравственности, сохранения мира между народами. Глубина и острота поднятых писателем вопросов ставит роман «Берег» в число лучших произведений советской прозы.

Бондарев, Ю. В. Выбор : роман / Ю.В. Бондарев. – М. : Сов. писатель, 1982. – 303 с.

В романе «Выбор» рассказывается об интеллигенции 70-х годов XX века. Автор прослеживает судьбы героев с довоенного времени, в повествовании много возвращений в прошлое. Такая композиция позволяет выявить характеры героев во времени и показать время в характере героев.

Бондарев, Ю. В. Горячий снег: роман / вступ. статья И. Богатко. – М.: Художественная литература, 1988. – 368 с. – (Библиотека советского романа).

В настоящем томе «Библиотеки советского романа» представлен роман «Горячий снег» – выдающееся произведение советской литературы, посвященное Великой Отечественной войне, изображению героических подвигов советских воинов в одном из решающих эпизодов Сталинградской битвы.

Бондарев, Ю. В. Игра : роман; Мгновения: [миниатюры] / Ю. Бондарев. – М. : Советская Россия, 1990. – 334,[1] с.

Переиздание широко известного романа об интеллигенции. Обращаясь к судьбе кинорежиссера Крымова, автор вновь поднимает многие из вечных вопросов бытия. Это раздумья о добре и зле, правде и лжи, любви и смерти, о необходимости уметь различать нравственные ценности, истинные и фальшивые.

В книгу вошли миниатюры «Мгновения», написанные в разные годы, как издававшиеся, так и новые, опубликованные лишь в периодической печати.

Бондарев, Ю. В. Искушение : роман / предисл. Н. Федя. – М.: Молодая гвардия, 1991. – 350[2] с.

В своем романе «Искушение» Ю. Бондарев обращается к теме русской интеллигенции, ее драматического существования в современном мире. В центре внимания писателя – борьба людей, которым дорого будущее России, будущее народа, с теми, кто предал его интересы ради собственной корысти, карьеры и личного благополучия.

Читайте также:
Документальная проза Бондарева о войне: сочинение

Бондарев, Ю. В. Малярия : [сборник] / Юрий Бондарев. – М.: Правда,, 1977. – 64 с. – (Библиотека «Огонёк»)

Сборник рассказов писателя Ю. Бондарева.

Бондарев, Ю.В. Мгновения / худож. Е. Бондарева. – 4-е изд., доп. – М.: Современник, 1987. – 454 с., ил.

Книга лирических и философских миниатюр – как бы запечатленные мгновения напряженной внутренней жизни автора и наших современников, раздумий о жизни и смерти, о неизбежности утрат и о душевном мужестве, о любви, человечности и нравственной чистоте отношений, о необходимости сохранять верность своим жизненным принципам, о силе и жизненной правде творчества.

Бондарев, Ю. В. На большой реке : рассказы / Ю.В. Бондарев. – М. : Советский писатель, 1953. – 237 с.

В сборнике представлены ранние рассказы писателя: «Радуга», «Однажды ночью», «Побег», «Свежий ветер», «Далекий рейс» и другие.

Бондарев Ю. В. Непротивление : роман / Ю. В. Бондарев. – М., 1995. – 271 с. – (Библиотека журнала «Молодая гвардия» ; т. 4. Русские мастера современной прозы конца ХХ в.).

«Непротивление» – роман русского сопротивления. Это – офицерский вызов Юрия Бондарева.

В Юрии Бондареве и по сей день живёт фронтовая ненависть ко всем штабным сволочам. Её не придумаешь и не разыграешь. Эта фронтовая ненависть, похоже, и спасла прозаика от втягивания в водоворот «секретарской» литературы: он не захотел становиться одним из тех, кого всю жизнь ненавидел. И отсюда вырастает в романе тема непротивления — обстоятельствам, друзьям, врагам.

Бондарев Ю.В. Ожидание : страницы из записной книжки / Юрий Бондарев. – М. : Советская Россия, 1976. – 62 с. – (Человек среди людей).

Юрий Бондарев в своей записной книжке ведет лаконичные зарисовки быстротекущей, многогранной и многоликой жизни. В каждой такой зарисовке-рассказе звучит голос писателя – свидетеля больших событий и голос писателя-лирика, который чутко улавливает душевное состояние, движение мысли и чувства нашего современника.

Эта книга – часть таких записей писателя. Она рассчитана на самый широкий круг читателей.

Бондарев Ю.В. Поздним вечером : рассказы / Ю.В. Бондарев. – М. : Молодая гвардия, 1962. – 112 с.

В предлагаемой книге писателя семь рассказов: «Простите нас!», «Река», «Поздним вечером», «Игра», «Незабываемое», «Клара», «Скворцов», герои которых наши современники – геологи, врачи, молодые офицеры. В некоторых рассказах он возвращается к военным годам.

Бондарев Ю.В. Последние залпы : повесть / Ю.В. Бондарев ; Горячий снег : роман / Ю.В. Бондарев. – М. : Моск. рабочий, 1975. – 560 с.

В однотомник включены повесть «Последние залпы» и роман «Тишина». Произведения эти исполнены суровой и мужественной правды войны и послевоенного времени. Герой повести «Последние залпы» принадлежит к поколению, шагнувшему на поле сражения сразу со школьной и студенческой скамьи. В романе «Тишина» это поколение вступает в мирную жизнь. Время действия романа – сложные и незабываемые послевоенные годы.

Бондарев, Ю. В. Батальоны просят огня ; Родственники : повесть / Ю.В. Бондарев. – М. : Сов. Россия, 1971 – 264 с.

События повести «Родственники» внутренне тесно связаны с проблематикой романа «Тишина». Здесь тоже ставятся глубокие морально-нравственные проблемы ответственности человека перед самим собой, перед обществом, перед грядущими поколениями.

Сочинение Ранние рассказы Юрия Бондарева

0 А трудности возникли сразу же и «по вине» самого автора, решившего на завеяомо невыгодном, не таящем в себе ничего романтического и героического материале исследовать драматизм нравственного становления юных командиров. Были они, эти юные командиры, всего только курсантами артиллерийского училища, рассчитанного на три года однообразной тыловой военной службы. И это как раз тогда, когда наши войска победно продвигались в глубь вражеской территории, штурмовали Зееловские высоты, форсировали Одер и Шпрее. Последние залпы в поверженном Берлине прозвучали без участия героев повести. После боев и походов Алексей Дмитриев, Борис Брянцев, Толя Дроздов и другие курсанты-фронтовики встречали победу не в кругу однополчан, а в учебных классах, в тихом провинциальном городке, вообще не видавшем войны.

Пережив сомнения, неудовлетворенность собой, сладость и горечь овладения новой формой и не испытав при этом облегчения, Бондарев нашел в себе мужество не отступить от поставленной цели, не сложил оружия. Он любил эту лирическую, написанную светлыми и мягкими красками повесть за то, что в ней воплотилась «дерзость преодоления самого себя», что стала она не простой, но крайне необходимой школой, научила справляться с трудностями, встающими на пути профессионального литератора. Первым опытом Бондарева в области крупных прозаических форм стала повесть «Юность командиров» 1956. Над нею он трудился «поразительно усидчиво и неутомимо», радуясь и огорчаясь, испытывая постоянный страх «перед неощутимым и как бы скрытым потемками концом работы, перед задуманными персонажами, которые, мнилось, не способны так долго жить на страницах книги».

К слову сказать, подобные сомнения и тревоги не оставляют Юрия Бондарева и сегодня, по крайней мере до того кульминационного пункта, признается писатель, когда уже написана половина каждой новой книги и литературные герои прожили в рукописи половину своей жизни. На «землю» большой прозы он вступал томимый чувством робости. Снимая с полки увесистые книги, написанные классиками или его современниками, Бондарен каждый раз думал о том, сколько же надо знать и уметь, чтобы выстроить огромное здание романа или понести, заселить его живыми людьми, проникнуться их мыслями и переживаниями, связать их судьбы таким образом, чтобы идея развертывалась последовательной ненавязчиво. Ведь кроме таланта и эрудиции во всех областях человеческого знания автору нужно обладать еще и незаурядным терпением, волей, претворяя в плоть и кровь возникшие в воображении художественные образы, найти для каждого из действующих лиц такие обстоятельства существования, в которых истинные, порой для самого героя неведомые черты характера пришли бы в движение, сложились в цельную художественно и жизненно убеждающую индивидуальность.

Читайте также:
Жизненный и творческий путь Ю. Бондарева: сочинение

Заставить читателя любить, ненавидеть и размышлять вместе с автором и его персонажами. Этот диалектический принцип вырабатывался уже в первой его повести. Источником драматизма Бондарев сделал не какие-либо чрезвычайные происшествия, а смену обстоятельств, их контрастную противоположность, заряженную противоречиями, разочарованиями, поисками, открытиями. Подчеркнуто бессобытийное течение училищной жизни, сменившее трагическое напряжение фронта, создало своего рода переломную ситуацию, потребовавшую от персонажей повести резкого изменения образа мышления, чувств, поведения, вызвало необходимость психологической адаптации, связанной иной раз с ломкой характеров, и не без проявления крайностей.

Выбор, как видим, непростой и ко многому обязывающий. Особенно если принять во внимание профессиональную неопытность писателя, впервые обратившегося к большой прозаической форме. И хотя повесть получилась не очень значительной в художественном отношении, выбор автора имел известное общее значение: и пору, когда литераторы горячо спорили о типе современного романа, оперируя в основном понятиями «роман-судьба» и «роман-событие», Бондарев предложил наиболее, на мой взгляд, правомерное решение. Он написал произведение, в котором – намеренно ли, стихийно ли, это, в конце концов, не важно – отвергалась абсолютизация и тем более противопоставление этих двух типов романной формы. Он искал их общности и единено. О рассказах Юрия Бондарева, которых у него несколько десятков, критика высказывалась не часто. Об этом можно только пожалеть. И потому, что автор написал немало хороших рассказов, и потому в особенности, что иные из них помогают лучше понять писателя, уловить преемственные связи его творчества с гуманистическими традициями отечественной литературы: до чрезвычайности обостренное чувство справедливости, высокую и требовательную человечность, которые он всегда полагал знаком и целью истинного искусства.

Если в событии, полагал Бондарев, не отражена человеческая судьба, художественное произведение теряет смысл. В свою очередь, если подразумевать под судьбой человеческие характеры, то они наиболее полно осуществляют, себя через событие. И дело тут не в масштабах происходящего с героем, а прежде всего в соотнесенности характера с обстоятельствами его существования. Своеобразие взаимного сцепления этих первоэлементов художественного произведения позволяет сулить об их содержательной, жанровообразующей функции. В условиях изображаемого автором размеренного, по часам и минутам расписанного училищного режима, где всякого рода неожиданности и происшествия заведомо исключались строжайшим соблюдением дисциплины и раз навсегда установленного распорядка, нужно было найти особенно тугую пружину, чтобы возбудить конфликт, способный заинтересовать своей значительностью и новизной. Бондарев и не подумал использовать в качестве такой «пружины» нарушение желез-поп воинской регламентации. Его интересовали процессы нравственные и обстоятельства, их стимулирующие

Ранние рассказы Юрия Бондарева: сочинение

… И если на то будет Воля Твоя, то оставь меня на некоторое время в этой моей скромной и, конечно, грешной жизни, потому что в родной моей России я узнал много печали ее, но еще не узнал до конца земную красоту, таинственность ее, чудо ее и прелесть.

Но дано ли будет это познание несовершенному разуму?

Море гремело пушечными раскатами, било в мол, взрывалось снарядами по одной линии. Обдавая соленой пылью, фонтаны взлетали выше здания морского вокзала. Вода опадала и снова катилась, обрушиваясь на мол, и фосфорно вспыхивала извивающейся шипящей горой исполинская волна. Сотрясая берег, она ревела, взлетала к лохматому небу, и было видно, как в бухте мотало на якорях трехмачтовый парусник «Альфа», раскачивало, бросало из стороны в сторону, накрытые брезентом, без огней, катера у причалов. Две шлюпки с проломанными бортами выкинуло на песок. Кассы морского вокзала наглухо закрыты, везде пустынность, ни единого человека на ненастном ночном пляже, и я, продрогнув на сатанинском ветру, кутаясь в плащ, шел в хлюпающих ботинках, шел один, наслаждаясь штормом, грохотом, залпами гигантских разрывов, звоном стекол разбитых фонарей, солью брызг на губах, в то же время чувствуя, что происходит какое-то апокалипсическое таинство гнева природы, с неверием помня, что еще вчера была лунная ночь, море спало, не дышало, было плоско как стекло.

Не напоминает ли все это человеческое общество, которое в непредугаданном общем взрыве может дойти до крайнего неистовства?

На рассвете после боя

Всю жизнь память задавала мне загадки, выхватывая, приближая часы и минуты из военного времени, будто готово быть со мной неразлучно. Сегодня вдруг явилось раннее летнее утро, расплывчатые силуэты подбитых танков и около орудия два лица, заспанных, в пороховой гари, одно пожилое, хмурое, другое совсем мальчишеское, – увидел эти лица до того выпукло, что почудилось: не вчера ли мы расстались? И дошли до меня их голоса, как если бы они звучали в траншее, в нескольких шагах:

– Утянули, а? Вот фрицы, тудыть иху муху! Восемнадцать танков наша батарея подбила, а восемь осталось. Вон, считай… Десять, сталыть, утянули ночью. Тягач всю ночь в нейтралке гудел.

– Как же это? И мы – ничего.

– «Как, как». Раскакался! Зацеплял тросом и тянул к себе.

Читайте также:
Документальная проза Бондарева о войне: сочинение

– И вы не видели? Не слышали?

– Почему не видели, не слышали? Видели и слышали. Я вот всю ночь мотор в лощине слыхал, когда ты дрых. И движение там было. Поэтому пошел, капитану доложил: никак, опять атаковать ночью или к утру готовятся. А капитан говорит: подбитые свои танки утягивают. Да пусть, говорит, все равно не утащат, скоро вперед пойдем. Сталыть, двинем скоро, школьная твоя голова!

– Ах, здорово! Веселей будет! Надоело тут, в обороне. Страсть надоело…

– То-то. Глуп ты еще. До несуразности. Наступление вести – не задом трясти. Весело на войне только дуракам бывает и таким гусарам, как ты…

Странно, в памяти осталась фамилия пожилого солдата, дошедшего со мной до Карпат. Фамилия же молодого исчезла, как исчез он сам в первом бою наступления, зарытый в конце той самой лощины, откуда немцы ночью вытягивали свои подбитые танки. Фамилия пожилого солдата была Тимофеев.

Не любовь, а боль

– Вы спрашиваете, что такое любовь? Это начало и конец всего на белом свете. Это рождение, воздух, вода, солнце, весна, снег, страдание, дождь, утро, ночь, вечность.

– Не слишком ли романтично в наше-то время? Красота и любовь – истины архаичные в век стрессов и электроники.

– Вы ошибаетесь, мой друг. Есть четыре непоколебимые истины, лишенные интеллектуального кокетства. Это рождение человека, любовь, боль, голод и смерть.

– Я с вами не согласен. Все относительно. Любовь потеряла чувства, голод стал средством лечения, смерть – перемена декораций, как думают многие. Осталась нерушимой боль, которая может объединить всех… не очень здоровое человечество. Не красота, не любовь, а боль.

Муж бросил меня, и я осталась с двумя детьми, но из-за моей болезни их воспитывали мои отец и мать.

Помню, когда я была в доме родителей, мне не спалось. Я вышла на кухню, чтобы покурить, успокоиться. А на кухне горел свет, и там был отец. Он писал какую-то работу по ночам и тоже вышел на кухню покурить. Услышав мои шаги, он обернулся, и лицо его показалось таким усталым, что я подумала: что он болен. Мне стало так жаль его, что я сказала: «Вот, папа, мы с тобой оба не спим и оба мы с тобой несчастливы». – «Несчастливы? – повторил он и посмотрел на меня, вроде бы ничего не понимая, заморгал добрыми глазами. – Что ты, милая! О чем ты. Все живы, все в сборе в моем доме – вот я и счастлив!» Я всхлипнула, а он обнял меня, как маленькую. Чтоб были все вместе – ему больше ничего не нужно было, и он готов был ради этого работать день и ночь.

А когда я уезжала к себе на квартиру, они, мать и отец, стояли на лестничной площадке, и плакали, и махали, и повторяли мне вслед: «Мы любим тебя, мы любим тебя…» Как много и мало нужно человеку для счастья, не правда ли?

Лежал при синеватом свете ночника, никак не мог заснуть, вагон несло, качало среди северной тьмы зимних лесов, мерзло визжали колеса под полом, будто потягивало, тянуло постель то вправо, то влево, и было мне тоскливо и одиноко в холодноватом двухместном купе, и я торопил бешеный бег поезда: скорей, скорей домой!

И вдруг поразился: о как часто я ожидал тот или иной день, как неблагоразумно отсчитывал время, подгоняя его, уничтожая его одержимым нетерпением! Чего я ожидал? Куда я спешил? И показалось, что почти никогда в прожитой молодости я не жалел, не осознавал утекающего срока, словно бы впереди была счастливая беспредельность, а та каждодневная земная жизнь – замедленная, ненастоящая – имела лишь отдельные вехи радости, все остальное представлялось настоящими промежутками, бесполезными расстояниями, прогонами от станции к станции.

Я неистово торопил время в детстве, ожидая день покупки перочинного ножа, обещанного отцом к Новому году, я с нетерпением торопил дни и часы в надежде увидеть ее, с портфельчиком, в легоньком платьице, в белых носочках, аккуратно ступающую по плитам тротуара мимо ворот нашего дома. Я ждал того момента, когда она пройдет возле меня, и, омертвев, с презрительной улыбкой влюбленного мальчика наслаждался высокомерным видом ее вздернутого носа, веснушчатого лица, и затем с той же тайной влюбленностью долго провожал глазами две косички, раскачивающиеся на прямой напряженной спине. Тогда ничего не существовало кроме кратких минут этой встречи, как не существовало и в юности реального бытия тех прикосновений, стояния в подъезде около паровой батареи, когда я ощущал сокровенное тепло ее тела, влагу ее зубов, ее податливые губы, вспухшие в болезненной неутоленности поцелуев. И мы оба, молодые, сильные, изнемогали от неразрешенной до конца нежности, как в сладкой пытке: ее колени прижаты к моим коленям, и, отрешенные от всего человечества, одни на лестничной площадке, под тусклой лампочкой, мы были на последней грани близости, но не переступали эту грань – нас сдерживала стыдливость неопытной чистоты.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: