Роман Бунина «Жизнь Арсеньева» запечатлел старую Россию: сочинение

Сочинение Анализ рассказа Бунина Жизнь Арсеньева

В киноиндустрии существует способ съемки одним кадром, который также называют съемкой без склеек. В таком способе режиссер старается построить сцены таким образом, чтобы оператор мог максимально непрерывно фиксировать события.

Конечно, когда речь идет о статичной картинке, к примеру, об интервью, то не составит труда и много часов подряд вести съемку без склеек, но совсем другое дело, когда кино художественное. Тут требуется грамотно выстраивать композицию и снять, например, целый кинофильм одним кадром удавалось только немногим режиссерам. Подобную съемку чем-то напоминает роман Бунина Жизнь Арсеньева.

В своем произведении автор использует монолог как способ передачи событий. В романе практически отсутствуют главные герои, есть только речь автора-героя (который во многом есть сам Бунин, так как некоторые подробности взяты из биографии писателя) и описываемые события. Мы перемещаемся по этим событиям подобно зрителю, который смотрит на непрерывную съемку.

Преимущество литературы тут заключается в большем количестве граней, ведь писатель может и описывать пейзаж и спектр чувств, которые он вызывает и мысли, которые навевает. Поэтому такая «картинка» выглядит гораздо более насыщенной и целостной. Бунин таким образом делает своеобразный слепок времени, прежней России, собственной молодости.

Только слепок этот, конечно, не является статичным, он подобен движущимся игрушкам или чему-то подобному. Когда мы «запускаем» роман и начинаем погружаться в повествование, натягиваются нити рассказа, описание природы сплетается с описанием мыслей главного героя и многими другими подробностями.

В идеологически-смысловом плане роман насыщен типичной бунинской печалью и тоской по прежней стране.

Собственно, подобно всем помещикам, которым пришлось бежать от революции, он разочарован и негодует, он не понимает как такое могло случиться, видит в революции только грязь и несправедливость. Прежняя страна много описывается через образы природы, автор будто считает имперскую Россию равной ее природной ипостаси, гармоничной с природой этой земли. Новая страна ему кажется совершенно иной.

Сочинение по роману Жизнь Арсеньева

Жизнь Арсеньева, роман написан в пяти томах. В 1933 Бунину присуждена Нобелевская премия – высшее признание для литератора. Многие критики считают что именно «Жизнь Арсеньева» повлияла на вручение ему премии. К тому же тогда уже вышел дневник писателя «Окаянные дни» о революции в России, имел большой общественный резонанс.

В «Жизни Арсеньева» автор описал факты из своей жизни. Роман описывает детские впечатления и впечатления отрочества, жизнь в усадьбе и учение в гимназии, картины русской природы и быт нищающего русского дворянства в глубинке. В романе поэтапно описаны жизненные циклы человека, описана русская жизнь второй половины девятнадцатого века. Так же Бунин затронул тему «шатания умов» что в итоге приведёт Россию к революции 1917. Брат Арсеньева Григорий был народовольцам, его арестовывают и ссылают. Буниным показан не только социальный раскол в российском обществе. Когда даже среди братьев существует непонимание. Всё это, по мнению автора в конечном итоге ведёт Россию и её общество к гибели.

Бунин спрашивает читателя, «Как не отстояли мы всего того, что так гордо называли мы русским, в силе и правде чего мы, казалось, были так уверены?». На этот вопрос предстоит ответить читателю. Бунин отобразил душевную боль русского патриота за погибшее отечество. Не только в этом своём произведении но и в других Бунин спрашивает, как бы пытается понять, как это (катастрофа) в России могло произойти. И как любой русский, пытается найти ответ «кто виноват?» и «что делать». Подчёркивая что русского человека и отличает от других, − думают всегда потом.

В произведении несколько раз повторяется мысль о «погибели России». В произведении помимо «будущих» разрушительных мотивов есть и вполне созидательные. Он великолепно описывает природу, пейзажи, весну. По его мнению, русский человек подвержен влиянию природы, в своих мыслях и помыслах. Описывая весну, расцвет весеннего дерева, почек на нём, Бунин обращается к другому великому произведению Л. Толстого «Война и мир». Где тоже описано расцвет дерева весной, это означает расцвет к новой жизни человеческой души.

Бунин пытался передать читателю, по его собственному выражению, «что-то простое и в то же время что-то очень сложное». Он отобразил на страницах книги, уклад жизни и крестьянства и дворянства тех лет.

Читайте также:
Тема природы в поэзии «серебряного века» (на примере творчества И. А. Бунина): сочинение

Главная мысль романа, − показан рост личности на разных этапах жизни, её изменение, мировоззрение и т. д. По сути своей это исповедь самого Бунина, обличённая в литературную форму. Роман описывает жизнь человека со всеми плюсами и минусами. Роман заканчивается трагично, расставшись со своей любимой герой страдает (но разрыв произошёл из-за охлаждения отношений), теряет работу, скатывается. Наконец вернувшись в деревню, он узнаёт, что его любимая умерла ещё год назад от воспаления лёгких.

Также читают:

Картинка к сочинению Анализ рассказа Жизнь Арсеньева

Популярные сегодня темы

Трагикомедия А.П. Чехова «Вишневый сад» рассказывает об уходящем времени существования дворянства, и проводит четкую границу между прошлым и будущим. Основное действие разворачивается вокруг обедневшего имения

Одной из сложнейших задач человечества является саморазвитие. Изменение себя в лучшую сторону требует борьбы с привычным складом ума, исправления ошибок и проступков нуждается в самокритике

Поэма посвящена горькой участи крестьянства, знаменуемое очередным витком страданий и чувством неопределенности за будущее.

В «Петербургских повестях» автор попытался раскрыть и показать весьма глубокую и интересную тему, которые он включил в свой единый сборник. Также, стоит сказать о том, что он попытался раскрыть тематику, связанную с непростым существованием

Многие люди зависят от мнения окружающих. В какой-то момент это видно особенно чётко, в какой-то менее, но факт остаётся фактом. Считается, что подобная зависимость – это отрицательное качество.

Роман Бунина «Жизнь Арсеньева» запечатлел старую Россию

В известном смысле бунинский роман (вместе с повестью А. Н. Толстого «Детство Никиты», написанной в эмиграции в 1920—1922 годах) замыкает цикл художественных автобиографий из жизни русского поместного дворянства, включающий в себя такие классические произведения, как «Семейная хроника» и «Детские годы Багрова-внука» С. Т. Аксакова, «Детство», «Отрочество», «Юностью Л. Н. Толстого, «Пошехонская старина» М. Е. Салтыкова-Щедрина.

Но «Жизнь Арсеньева» не просто лирический дневник далеких, безвозвратно отошедших дней. Первые детские впечатления и впечатления отрочества, жизнь в усадьбе и учеба в гимназии, картины русской природы и быт нищающего дворянства служат лишь канвой для философской, религиозной и этической концепции Бунина. Автобиографический материал преображен писателем столь сильно, что книга эта смыкается с рассказами того цикла, в которых художественно осмысляются вечные проблемы — жизнь, любовь, смерть. А если вспомнить, что писался бунинский роман в 20-х и 30-х годах нового века, за гребнем громовых революционных потрясений, станет более понятен полемический и как бы устремленный поверх современности, в завтрашний день смысл многих авторских отступлений и комментариев.

Размышляя о той национальной гордости, какая от века присуща русскому человеку, Бунин вопрошает: «Куда она девалась позже, когда Россия гибла? Как не отстояли мы всего того, что так гордо называли мы русским, в силе и правде чего мы, казалось, были так уверены?» Настойчиво повторяя мысль о «конце» России, «погибшей на наших глазах в такой волшебно краткий срок», он всем художественным строем романа опровергает собственный мрачный вывод. Усадьба, полевое раздолье, старый русский уездный городок (где гимназист Алексей Арсеньев живет «на хлебах» у мещанина Ростовцева), дни великопостной учебы, постоялые дворы, трактиры, цирк, городской сад, напоенный тонким запахом цветов, которые назывались просто «табак», Крым, Харьков, Орел, Полтава, Москва-первопрестольная — из множества миниатюр складывается огромная мозаичная картина России. Любовь к родной стране, преклонение перед ней звучит и в словах отца героя Александра Сергеевича (которому совсем не случайно Бунин дал имя и отчество Пушкина), и в переживаниях сурового Ростовцева, который, слушая стихи Никитина «Под большим шатром голубых небес…», «только сжимал челюсти и бледнел».

А какие пейзажи возникают на страницах «Жизни Арсеньева», как чувствует и откликается писатель на малейшее движение в жизни природы! По Бунину, эта черта тоже национальная: «первобытно подвержен русский человек природным влияниям». Описания природы в романе таковы, что многие отрывки просятся в хрестоматию, пленяют звучностью и благородством языка. Характерно, что природа и человек у Бунина неотделимы: человек растворен в природе. Конец отрочества и начало юности Арсеньева, с первым цветением любви и первым посещением его музой, переданы с помощью развернутой параллели: «Удивителен весенний расцвет дерева. А как он удивителен, если весна дружная, счастливая! Тогда то незримое, что неустанно идет в нем, проявляется, делается зримым особенно чудесно. Взглянув на дерево однажды утром, поражаешься об

Читайте также:
«Тёмные аллеи». Размышления над рассказом.: сочинение

«Жизнь Арсеньева» посвящена путешествию души юного героя, необыкновенно свежо и остро воспринимающего мир. Главное в романе — расцвет человеческой личности, расширение ее до тех пределов, пока она не оказывается способной вобрать в себя огромное количество впечатлений. Перед нами исповедь большого художника, воссоздание им с величайшей подробностью той обстановки, где впервые проявились его самые ранние творческие импульсы. У Арсеньева обострена чуткость ко всему — «зрение у меня было такое, что я видел все семь звезд в Плеядах, слухом за версту слышал свист суслика в вечернем поле, пьянел, обоняя запах ландыша или старой книги».

Роман явил стремление автора как можно полнее выразить, самоутвердить себя в слове, передать, как сказал сам Бунин по другому поводу, «что-то необыкновенно простое и в то же время необыкновенно сложное, то глубокое, чудесное, невыразимое, что есть в жизни и во мне самом и о чем никогда не пишут как следует в книгах». Новое в «Жизни Арсеньева» проявляется уже в самом жанре произведения, которое строится как свободный лирико-философский монолог, где нет привычных героев, где даже невозможно выделить сюжет в обычном понимании этого слева. Здесь сказалось давнее желание писателя миновать, преодолеть устоявшиеся каноны, все с той же целью преодоления конца и смерти (в чем опять-таки, быть может, проявилась неосознанная полемика с собственными представлениями о «конце»).

Страстное и глубокое чувство пронизывает последнюю, пятую книгу романа — «Лика». В основу ее легли переживания самого Бунина, его юношеская любовь к В. В. Пащенко. И здесь, среди других его эмигрантских произведений, «Жизнь Арсеньева» как раз выделяется торжеством любви над смертью. В самом начале эмиграции Бунин уже возвращался к воспоминаниям своей юношеской, несчастливой любви. Но каким был тогда его итог?

Время уничтожило все — страсть, любовь, ревность, соперничество. Героям остается пожелать друг другу покойной ночи. Слово «покойной», как стук гвоздя в крышку гроба, завершает рассказ. В «Жизни Арсеньева» этот взгляд опровергается: время бессильно убить подлинное чувство. «Недавно я видел ее во сне — единственный раз за всю свою долгую жизнь без нее. Ей было столько же лет, как тогда, в пору нашей общей жизни и общей молодости, но в лице ее уже была прелесть увядшей красоты. Она была худа, на ней было что-то похожее на траур. Я видел ее смутно, но с такой силой любви, радости, с такой телесной и душевной близостью, которой не испытывал ни к кому никогда» — так заканчивается «Жизнь Арсеньева». Вспоминается фраза из чернового наброска к роману: «Жизнь, может быть, дается нам единственно для состязания со смертью…»

В романе смерть и забвение отступают перед силой любви, перед обостренным чувством — героя и автора — жизни.

Поэзия Бунина — “живопись словом”

Школьное сочинение

Как дымкой даль полей закрыв на полчаса,

Прошел внезапный дождь косыми полосами —

И снова глубоко синеют небеса

Над освеженными лесами.

Выдающийся талантливый и своеобразный писатель Иван Алексеевич Бунин родился и сформировался как художник слова “в том плодородном Подстепье”, где, как писал он сам, “образовался богатейший русский язык и откуда вышли чуть ли не все величайшие русские писатели во главе с Тургеневым и Толстым”. Именно Толстой, а также Пушкин и Чехов стали для будущего писателя и поэта главными “богами” в литературе, на творчество которых он равнялся, И все же в художественном стиле Ивана Бунина много нового, оригинального, не похожего на стили других мастеров. Это относится в первую очередь к его поэтическому слову.

В поэзии Бунин использует классические двусложные или трехсложные размеры, но при этом наполняет их таким интонационным богатством живого русского слова, что эти размеры приобретают совершенно неповторимое, новое, “бунинское”, звучание.

Бунин — настоящий художник, чутко воспринимающий и тонко чувствующий красоту окружающего мира во всем богатстве звуков, красок, эмоций. Особенно это проявлялось в поэзии, где глубину восприятия он с величайшим мастерством выливал в мелодичные строки.

Читайте также:
«Холодная осень» из цикла «Темные аллеи»: сочинение

Трудно найти другого поэта, который в области красок, звуков и запахов, всего того, как говорил сам Бунин, “чувственного, вещественного, из чего создан мир”, достиг бы такого полного раскрытия тончайших подробностей, деталей, оттенков. Восхищают его описания времен года с неуловимыми бликами света и тени на стыке дня и ночи, на утренних и вечерних зорях, в саду, на деревенской улице, в поле или в лесу. При этом поэт передает не только цвета, но и звуки, и запахи, и ощущения:

Щеглы, их звон, стеклянный, неживой,

И клен над облетевшею листвой,

Уже весь голый, легкий и ветвистый.

. Беру большой зубчатый лист с тугим

пурпурным стеблем, — пусть в моей тетради

останется хоть память вместе с ним

об этом светлом вертограде

с травой, хрустящей белым серебром.

Он словно не пишет, а рисует словами живописные картины. Так, например, в стихотворении “Листопад” создается впечатление, что поэт не просто восхищается красотой золотой осени, а водит кистью художника, запечатлевающего пейзаж на полотне:

Лес, точно терем расписной,

Лиловый, золотой, багряный,

Веселой, пестрою стеной

Стоит над светлою поляной.

Березы желтою резьбой

Блестят в лазури голубой,

Как вышки, елочки темнеют,

А между кленами синеют

То там, то здесь в листве сквозной

Просветы в небо, что оконца.

Лес пахнет дубом и сосной.

За лето высох он от солнца,

И Осень тихою вдовой

Вступает в пестрый терем свой.

Столько красок, тепла и света, столько радости, роскоши и величия в описании этого осеннего леса! Мы словно сами окунаемся в волшебство этого царства природы — такого яркого, многогранного, такого живого! А когда мы попадаем в раннее весеннее утро, скованное легким морозцем, где хрустит тонкий лед, или в грустный осенний сад, наполненный запахом мокрой листвы, или в ночную зимнюю вьюгу, или оказываемся посреди летнего поля, где в “серебряно-матовых отливах ходит молодая рожь”, — то все эти картины окружающего мира превращаются в наши личные переживания, оживая на наших глазах и вызывая лирические воспоминания и мечты.

Живопись словом присуща в полной мере и прозаическим произведениям Бунина. Писатель восхищенно рисует родные места с их хлебными полями, синими черноземами и белой тучной пылью степных дорог, с овражками, заросшими дубняком, с покалеченными ветром лозинами, с березовыми и липовыми аллеями усадеб, с травянистыми рощицами и тихими луговыми речками. Как кисть художника подмечает и отражает на холсте все эти детали, придавая обычным и привычным вещам неповторимую красоту и очарование, так и Бунин мастерским словом передает и одушевляет каждый листочек, каждую травинку, каждый лепесток. Так, например, в рассказе “Золотое дно”, восхищаясь красотой русских лесов и полей, широко используя эпитеты, писатель старается передать читателю представшую перед ним яркую картину, наполненную разнообразием красок, звуков и запахов: “А лес-то. славный лес. Горько и свежо пахнет березами, весело отдается под развесистыми ветвями громыхание бубенчиков, птицы сладко звенят в зеленых чащах. На полянах, густо заросших высокой травой и цветами, просторно стоят столетние березы по две, по три на одном корню. Предвечерний золотистый свет наполняет их тенистые вершины. Внизу, между белыми стволами, он блестит яркими длинными лучами, а по опушке бежит навстречу тарантасу стальными просветами. Просветы эти трепещут, сливаются, становятся все шире. И вот опять мы в поле, опять веет сладким ароматом зацветающей ржи, и пристяжные на бегу хватают пучки сочных стеблей. “

В прозаических произведениях Ивана Бунина мы встречаем множество вдохновенных описаний природы, быта деревни и мелкопоместной усадьбы. При этом пристальное внимание писатель уделяет деталям интерьера, пейзажа. Так, он никогда не ограничивается сообщением о том, что путник прилег отдохнуть под деревом, — обязательно называет и дерево, и птицу, чей голос слышен в ветвях, и травы, и цветы, и животных, которых этот путник видит вокруг. Бунин всегда рисует фон, на котором разворачивается событие или действует персонаж: “Старые глубокие калоши кондуктора были в засохшей грязи, хлястик шинели висел на одной пуговице. Бревенчатый мостик, по которому он шел, лежал косо. Дальше, возле рвов, промытых вешней водой, росли чахлые лозинки. И Кузьма невесело взглянул и на них, и на соломенные крыши по слободской горе, на дымчатые и сиреневые тучи над ними, и на рыжую собаку, грызшую во рву кость. ” (“Деревня”). Причем автор делает акцент даже на самых мелких деталях и особенностях: “На окраине слободы, возле порога глиняной мазанки, стоял высокий старик в опорках. В руке у старика была длинная ореховая палка, и, увидав проходящего, он поспешил притвориться гораздо более старым, чем был, — взял палку в обе руки, поднял плечи, сделал усталое, грустное лицо. Сырой, холодный ветер, дувший с поля, трепал космы его седых волос. ” (“Деревня”). При описании человека такие детали помогают уже с самой первой встречи составить впечатление о персонаже, глубже проникнуть в характер героя, зримо представить его перед собой: “Годам к сорока борода Тихона уже кое-где серебрилась. Но красив, высок, строен был он по-прежнему; лицом строг, смугл, чуть-чуть ряб, в плечах широк и сух, в разговоре властен и резок, в движениях быстр и ловок. Только брови стали сдвигаться все чаще да глаза блестеть еще острей, чем прежде” (“Деревня”).

Читайте также:
Анализ рассказа И.А.Бунина Господин из Сан-Франциско.: сочинение

Бунин — не просто мастер необычайно точных и тонких зарисовок. Он обладал исключительной способностью своим поэтическим словом проникать в самые потаенные уголки человеческой души, вызывая из памяти давно минувшие мгновения, придавая им новое звучание, окрашивая в новые краски, заставляя нас снова и снова переживать волнующие моменты. И тогда, всем своим существом ощущая прелесть жизни и красоту окружающего мира, мы вместе с поэтом готовы воскликнуть:

Образное пространство русской провинции в романе И. Бунина “Жизнь Арсеньева”

Рассмотрение темы русской провинции в литературе, её отражения и роли в художественных произведениях писателей. Характеристика провинции как составного элемента культурного пространства, которая служит статическим фоном литературного произведения.

Рубрика Литература
Вид статья
Язык русский
Дата добавления 30.09.2018
Размер файла 19,4 K
  • посмотреть текст работы
  • скачать работу можно здесь
  • полная информация о работе
  • весь список подобных работ

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

ОБРАЗНОЕ ПРОСТРАНСТВО РУССКОЙ ПРОВИНЦИИ В РОМАНЕ И. А. БУНИНА «ЖИЗНЬ АРСЕНЬЕВА»

Елена Борисовна Ляйрих

Елецкий государственный университет им. И. А. Бунина

В изучении русской литературы на современном этапе выделяются актуальные области литературоведения. Одной из основных тем является тема русской провинции, её отражения и роли в художественных произведениях писателей. Провинция, сравнительно со столицей, является относительно новой темой литературно-культурологических исследований. В рамках статьи, естественно, нельзя в полной мере отразить все аспекты изучения и отражения данной темы, но обозначить её представляется возможным. русский провинция художественный литература

В современных исследованиях литературоведы обращаются к изучению русской провинции, текстов, которые, воспроизводя реальность, отражают особую «мифологию места», являющуюся существенным источником его историко-культурной реконструкции. Провинция становится составным элементом культурного пространства, она не просто служит статическим фоном литературного произведения, а сама порождает героев и ситуации, подобным образом выражая их мироощущение и миропонимание.

На протяжении своего длительного развития русская литература, особенно в XIX веке, очень часто обращалась изображению провинциального мира. Провинцией в полном смысле этого слова в русской литературе является провинциальный город, образ которого со всеми его вариантами составляет определённую систему. В качестве отправной точки можно рассматривать образ города N, созданный Н. В. Гоголем. Являясь пространством бытования пошлости и зла, провинциальный город отражал лишённый всякой перстпективы трагический взгляд на русскую действительность. Подобным образом изодбражены провинциальные города в произведениях М. Е. Салтыкова-Щедрина, Н. А. Островского, Ф. М. Достоевского и др. Однако, русская литература знает и другую провинцию, живущую своей самодостаточной, независимой жизнью, не подражая столице, сохраняя нравственные идеалы и моральные устои прошлого. Такое изображение провинции свойственно Л. Н. Толстому, И. А. Бунину, Н. С. Лескову и др.

Художественное пространство провинциального города в литературных произведениях является моделью реального, географического пространства, но кроме пространственных отношений выражает и временные, и социальные, и этические. По мысли Ю. М. Лотмана, «художественное пространство представляет собой модель мира данного автора, выраженную на языке его пространственных представлений, при этом, как часто бывает и в других вопросах, язык этот, взятый сам по себе, значительно менее индивидуален и в большей степени принадлежит времени, эпохе, общественным и художественным группам, чем то, что художник на этом языке говорит, – чем его индивидуальная модель мира» [2, с. 253].

Читайте также:
Любовь должна быть трагедией по произведениям И. А. Бунина («Грамматика любви», «Солнечный удар»): сочинение

Разноплановы присутствующие в литературе пространственные картины: образы пространства, замкнутого и открытого, земного и космического, реально видимого и воображаемого, представления о предметности близкой и удалённой. Литературные произведения обладают возможностью сближать, сливать воедино пространства самого разного рода. По словам Ю. М. Лотмана, «язык пространственных представлений в литературном творчестве принадлежит к первичным и основным» [3, с. 447]. Оно разнопланово, сложно и глубоко по своей сути.

Специфика изображения русского провинциального культурного пространства XIX века в литературе писателей-эмигрантов первой волны являет собой определённый феномен. Автобиографическая проза Русского Зарубежья первой половины ХХ в. – вообще особое явление в истории отечественного словесного искусства. Потеря писателями Родины, стремление воскресить её в художественном слове, чтобы запечатлеть её лучшие стороны и черты для передачи последующим поколениям, определила появление таких произведений, как «Жизнь Арсеньева» И. Бунина, «Лето Господне» и «Богомолье» И. Шмелёва, «Путешествие Глеба» Б. Зайцева, «Дюжина ножей в спину революции» А. Т. Аверченко, очерков и рассказов Н. Тэффи и других произведений, которые позже вошли в золотой фонд отечественной литературы.

Реальное культурное пространство провинциальной России конца XIX – начала ХХ века получило своё новое рождение в литературе Русского Зарубежья. Россия для них стала подчас идеализированным воспоминанием. Провинция, как города, так и имения, усадьбы в произведениях И. А. Бунина, Б. Зайцева, Тэффи выступает как постранство, формирующее внутренний мир и мировосприятие героев. Включённость малого пространства в большое, бесконечности – в пределы одного дома, вечности – в пределы секунды, характерна и для автобиографического романа «Жизнь Арсеньева» И. А. Бунина.

Роман «Жизнь Арсеньева» (первоначально получивший название «Истоки дней») Иван Алексеевич Бунин писал долго. Бесспорно, сам автор относился к «Жизни Арсеньева» как к главному произведению своей жизни.

Усадьба Батурино в художественном тексте романа (в действительности хутор Бутырки и усадьба в д. Озёрки Становлянского района Липецкой области) – целый бесконечный мир времени и пространства, запечатлённый и отражённый в веках, выраженный в хронотопе произведения. «В самом деле, вот хотя бы то, что рос я в великой глуши. Пустынные поля, одинокая усадьба, среди них. Зимой безграничное снежное море, летом-море хлебов, трав и цветов… И вечная тишина этих полей, их загадочное молчание… Глубина неба, даль полей говорили мне о чём-то ином, как бы сущствующем помимо их, вызывали мечту и тоску о чём-то мне недостающем, трогали непонятной любовью и нежностью неизвестно к кому и к чему…» [1, с. 11]. Сравнивая в романе пространство русской провинции, оставшейся в памяти детства (Бутырки, Озёрки, Елец, Орёл), с пространством другой страны – приюта эмигрантов, Бунин отмечает разницу в его организации. Широта, бесконечность горизонтального простора русского провинциального пространства противопоставляется чёткой вертикали господствующей над заграничным провинциальным городом архитектурной точки. «В стране, заменившей мне родину, много есть городов, подобных тому, что дал мне приют, некогда славных, а теперь заглохших, бедных, в повседневности живущих мелкой жизнью. Всё же над этой жизнью всегда – и недаром – царит какая-нибудь серая башня времён крестоносцев, громада собора с бесценным порталом, века охраняемым стражей святых изваяний, и петух на кресте, в небесах, высокий господний глашатай, зовущий к небесному Граду» [1, с. 8].

В описании провинциального города, которое Бунин даёт через призму детского восприятия, непосредсвенного и наивного, можно проследить взаимопроникновение пространства личностного и реального географического, определить влияние пространственных впечатлений на формирование мировоззрения и личности главного героя. В то же время Бунин даёт это восприятие пространства с точки зрения взрослого человека, делая экскурс в прошлое. Реальный повинциальный город Елец отражён в первой части романа «Жизнь Арсеньева» как заповедная страна, самое далёкое и самое необыкновенное место изо всех последующих путешествий автора. «Зато как помню городское утро! Я висел над пропастью, в узком ущелье из огромных, никогда мною не виданных домов, меня ослеплял блеск солнца, стёкол, вывесок, а надо мной на весь мир разливался какой-то дивный музыкальный кавардак: звон, гул колоколов с колокольни Михаила Архангела, возвышавшейся надо всем в таком величии, в такой роскоши, какие и не снились римскому храму Петра, и такой громадой, что уже никак не могла поразить меня впоследствии пирамида Хеопса» [Там же, с. 11]. (Это улица Свердлова, ныне снова Архангельская). Поездка в Елец дала маленькому Алёше Арсеньеву глубокие впечатления, оставшиеся в памяти как нечто необыкновенное, и как указывает Бунин, раскрыла радости земного бытия. Такой восторг, такую радость, как от коробочки с ваксой, купленной на базаре в городе, герой не испытал за всю последующую жизнь. И две великие радости: от сапожек с красным сафьяновым ободком на голенищах и плёточки не смогли затмить никакие последующие впечатления. «С каким блаженным чувством, как сладострастно касался я и этого сафьяна, и этой упругой, гибкой ременной плёточки! Дома, лёжа в своей кроватке, я истинно замирал от счастья, что возле неё стоят мои новые сапожки, а под подушкой спрятана плёточка. И заветная звезда глядела с высоты и говорила: вот теперь уже всё хорошо, лучшего в мире нет и не надо!» [Там же].

Читайте также:
Особенности реализма И. А. Бунина: сочинение

Противопоставление открытого пространства полей, деревенской простоты и свободы и закрытого острога стало для души главного героя-ребёнка, как и для самого Бунина, одним их глубочайших потрясений (Реальная, до сих пор существующая и действующая тюрьма, раньше была на окраине города Ельца, в настоящее время находится по ул. Коммунаров – Л. Е. Б.). «Мы выехали из города в предвечернее время, проехали длинную и широкую улицу, уже показавшуюся мне бедной по сравненью с той, где была наша гостиница и церковь Михаила Архангела, проехали какую-то обширную площадь, и перед нами опять открылся вдали знакомый мир – поля, их деревенская простота и собода. Путь наш лежал прямо на запад, на закатное солнце, и вот вдруг я увидел, что есть ещё одн человек, который тоже смотрит на него и на поля: на самом выезде из города высился….жёлтый дом…в каждом окне была железная решётка, он был окружён высокой каменной стеной… и стоял за решёткой в одном из этих окон человек…с лицом, на котором выражалось нечто такое сложное и тяжкое, что я ещё отроду не видывал…» [Там же, с. 12]. У Бунина противопоставление пространства открытого и замкнутого отражает формирование понимания ребёнком разницы в знании инстиктивном и приобретённом. «Но ведь слишком скудно знание, приобретаемое нами за нашу личную краткую жизнь – есть другое, бесконечно более богатое, то, с которым мы рождаемся… Я сам почувствовал, сам угадал…» [Там же].

По мере взросления главного героя неизбежно расширяется воспринимаемое им пространство провинции, в том числе и реального города Ельца и его округи. Во второй части романа непосредственное младенческое восприятие уступает место осмыслению впечатлений уже более взрослому. В описаниях старого русского города и его окрестностей появляются исторические сведения, предания и легенды. Автор устами главного героя рассказывает о разбойничей славе Становой под Ельцом, об истории города, что «…принадлежал к тем важнейшим из оплотов Руси, что, по слову летописцев, первые вдыхали бурю, пыль и хлад из-под грозных азиатских туч…» [Там же, с. 51], упоминает о разорении его ханами, опустошении пожарами, голоде, море и т.д. Легенда о татарском князе, сорвавшемся вместе со своим конём-аргамаком с жёлтых скал, стоящих над рекой, давшая название слободе Аргамаче, упоминаемая в романе не один раз, бытует и поныне. Бунин упоминает несметные церкви, блестевшие вдали (Всего до революции их было 43, вместе с монастырями – Л. Е. Б.) [4, с. 52], древний мужской монастырь, подробно, до мельчайших деталей, описывает улицы, слободы: Чёрную Слободу, Аргамачу, Заречье и др. Пространство провинциального города расширяется всё дальше, увеличиваются описания, углубляется воздействие культурного ландшафта на развитие, взросление героя.

Некоторые современники рассматривали «Жизнь Арсеньева» как биографию самого автора. Подобная точка зрения не оригинальна, но очень заманчива. Однако следует заметить, что самого Ивана Алексеевича это приводило в негодование. Он утверждал, что его книга автобиографична лишь постольку, поскольку автобиографично всякое вообще художественное произведение, в которое автор непременно вкладывает себя, часть своей души. Сам он именовал «Жизнь Арсеньева» автобиографией вымышленного лица. Справедливо утверждая, что целиком «жизнь человеческую написать нельзя», Бунин перед началом очередной части своей книги каждый раз останавливался перед проблемой отбора самого важного. Он писал свою книгу, сжимая время, соединяя несколько лет в один год. Это уплотнение времени писатель осуществил не только в том отношении, что соединял события, происшедшие в разное время. Главное было в том, что спрессовывались, сливались внутренние, душевные переживания героя, который очень быстро взрослел. Проще же говоря: по интенсивности чувств и мыслей «арсеньевский» год – это несколько «бунинских» лет, а сам Алексей Арсеньев – как бы «сконцентрированный» автор, в главных чертах его личности. «Жизнь Арсеньева», с одной стороны,- автобиография вымышленного лица, а не просто Ивана Алексеевича Бунина.

Читайте также:
Пейзаж и портрет в прозаических произведениях Бунина: сочинение

С другой же стороны, эта книга – самая откровенная, лирическая и исповедальная из бунинских творений. Отсюда и двуплановость, постоянное присутствие автора, прошедшего уже длинный жизненный путь, его теперешняя точка зрения, его сегодняшнее мироощущение, вливающееся в давнее, взаимопроникновение былого и настоящего.

Творчество уникального писателя-эмигранта И. А. Бунина составляет неотделимую от целого часть русской литературы, хотя продолжалось оно в отрыве от родины, далеко за пределами России, освещая не только жизнь, ушедшую в прошлое, но и представляя собой настоящее литературы. Произведения писателей Русского Зарубежья стали доступны для современного читателя и тем самым обогатили культуру и литературу, а потому их творчество достойно пристального изучения, проникновения в живую ткань текста, постижения истинного русского языка, который сохранили и донесли до нас писатели, творившие далеко за пределами России, а так же определения места и значения их творчества, как в русском, так и мировом культурном пространстве. Они сказали своё «Слово», когда «…молчали гробницы, мумии и кости…», их творчество стало плачем по русской земле и культуре, которую потеряли не только они, уехавшие, но и те, кто остался на родине. Культурное пространство провинциальной России, неотделимое от мирового, сохранилось в литературном наследии исконно русских писателей XIX-XX веков.

1. Бунин И. А. Жизнь Арсеньева. Тёмные аллеи. Рассказы 1932-1952 гг.: собр. соч.: в 5 т. М.: Художественная литература, 1988. Т. 5. 639 с.

2. Лотман Ю. М. В школе поэтического слова: Пушкин, Лермонтов, Гоголь. М., 1988. 352 с.

3. Лотман Ю. М. Избр. статьи: в 3-х т. Таллинн, 1992-1993. Т. 1. 480 с.

4. Найдёнов А. А., Новосельцев А. В. Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Елец-Липецк, 2006. 511 с.

Сочинение: Тема России в творчестве И.А. Бунина

(675 слов) Иван Алексеевич Бунин — известный русский писатель первой половины двадцатого века. Своим творчеством Бунин внёс огромный вклад в развитие отечественной литературы. Недаром Максим Горький однажды назвал Бунина «первейшим мастером в современной литературе русской».

Каждый писатель по-своему раскрывал в своих произведениях образ великой России. Так, например, Лермонтов утверждал, что любит родную страну «странною любовью». Михаил Юрьевич воспевал именно народную Россию. Некрасов восхищался русским крестьянством, на которое он возложил большие надежды на светлое будущее. Рассмотрим поподробнее, как раскрывается образ России в творчестве Ивана Бунина.

Не секрет, что Бунин продолжил традиции великих русских авторов, но внёс новые черты в образ России. Писатель творил в очень непростое для страны время, когда неоднократно решалась судьба России. Русско-японская война, три революции и Первая мировая война оставили глубокий след на жизненном пути Родины. Именно в этот период Иван Алексеевич пытается осмыслить русскую действительность и пишет произведения, которые впоследствии станут изюминкой его творчества: «Aнтоновские яблоки», «Косцы», «Сосны», «Жизнь Aрсеньева» и так далее. В каждом произведении читатель видит патриархальную деревенскую Россию, но в ностальгическом освещении, ведь автор потерял ее навсегда после кардинальных исторических преобразований.

Например, свой известный рассказ «Косцы» Бунин написал, будучи в эмиграции, в 1921 году. Здесь автор идеализирует образ России. В этом произведении читатель замечает, насколько сильна любовь Ивана Aлексеевича к родной земле. В начале повествования писатель всей душой восхищается небывалой красотой русской природы:

«Кругом нас были поля, глушь серединной, исконной России. Было предвечернее время июньского дня. Старaя большая дорога, заросшая кудрявой муравой, изрезаннaя заглохшими колеями, следами давней жизни наших отцов и дедов, уходила перед нами в бесконечную русскую даль…».

Автор описывает все признаки привычной дореволюционной России. Это и дорога как один из символов страны, и упоминание о старшем поколении. Писатель не замечает течения времени в этой атмосфере покоя и размеренности. Затем Бунин рассказывает о косцах, в которых видит «кровяное родство» с родной землёй. В своих песнях сильные крестьяне выражают радость от своей работы. Песня косцов вызывает изумление у тех, кто ее слышит:

«Прелесть была в том, что все мы были дети своей родины и были все вместе и всем нам было хорошо, спокойно и любовно… И еще в том была прелесть, что эта родина, этот наш общий дом была – Россия…».

Казалось бы, эти прекрасные слова должны вызывать у читателя лишь восхищение, однако всё настроение портит одна фраза:

«Это было давно, это было бесконечно давно, потому что та жизнь, которой все мы жили в то время, не вернется уже вовеки».

Тем же настроением пронизано и другое знаменитое произведение Бунина «Антоновские яблоки». Оно повествует о потерянной красоте, былом спокойствии. Возникает ощущение, что автор живет воспоминаниями:

«Вспоминается мне ранняя погожая осень… Помню раннее, свежее, тихое утро…».

В прожитой жизни были совершенно другие люди. По мнению автора, они были более здоровыми, сильными и красивыми. Писатель восхищается крестьянами, упоминая об их духовной связи с мелкопоместным дворянством. Также Бунин признаётся:

«И помню, мне порой казалось на редкость заманчивым быть мужиком».

Автор с болью в сердце сожалеет о том, что прежняя жизнь закончилась:

«Перемерли старики. В Выселках умерла Aнна Герасимовна, застрелился Aрсений Семеныч…».

Образ жизни в России изменился. Именно антоновские яблоки олицетворяют прежний уклад жизни, гармонию и взаимопонимание между людьми. Антоновские яблоки символизируют то, что оказалось утраченным с течением времени.

Читайте также:
«Тёмные аллеи». Размышления над рассказом.: сочинение

Немного другое настроение прослеживается в произведении Бунина «Суходол». Здесь писатель уже не восхищается схожестью жизни крестьян и помещиков. В этом произведении Иван Алексеевич повествует о русском национальном характере, воплощенном в образе Натальи. Героиня всю свою жизнь посвятила Суходолу. Именно Наталья рассказывает нынешнему поколению, как люди жили в Суходоле в прежние времена. Читатель одновременно и пугается рассказов героини, и восхищается ими. Бунин наделил свою героиню «прекрасной и жалкой» душой. Наталья способна на сильную и искреннюю любовь, она обладает умом и воображением. Однако, несмотря на эти достойные качества, она не прилагает никаких усилий, чтобы изменить свою жизнь. Героиня лишь всему подчиняется. У людей не хватает сил изменить жизнь к лучшему, и в этом, по мнению автора, виноваты и помещики, и крестьяне. В этом и была главная беда прежней России.

Иван Алексеевич в своих произведениях показал сложный и многогранный образ России, полный нерешённых загадок. Писатель мастерски показал читателю трагическую судьбу русского народа. Творчество Бунина пропитано невероятным чувством любви и сострадания к великой России.

Сочинение на тему: «Жизнь Арсеньева»

Обсуждение вопроса:

В центре произведения — герой несомненно автобиографи­ческий, которому писатель доверил свои излюбленные мысли, переживания, детали внутренней биографии художника. И все же, замечая, что в «Жизни Арсеньева» и впрямь есть много ав­тобиографического, Бунин подчеркивал: «Вот думают, что исто­рия Арсеньева — это моя собственная жизнь. А ведь это не так… Выдумал я и мою героиню». Парадокс? Нет, таковы законы ху­дожественного творчества с его стремлением к максимально ем­ким обобщениям. Не случайно автор создал автобиографию «тре­тьего лица», дал герою вымышленное имя — Алексей Арсеньев, что открыло большую свободу творческому воображению.

Строя свое произведение, автор следует всем особенностям классического жанра автобиографии: подробно описывает се­мью, этапы роста героя, но делает это чисто по-бунински, по­казывая, как подметила Л. Смирнова, внутреннюю реакцию Арсеньева на происходящее, чаще недоуменную, вопроситель­ную. Герой «посетил сей мир в его минуты роковые», а потому история его души, рассказанная с высоты возраста и пережи­того исторического кризиса, драматична в гораздо большей степени, чем у великих предшественников.

«Мир все расширялся перед ним», — вспоминает Арсеньев, и эти слова могли бы определить основной принцип построе­ния произведения. Из потаенного, лирического мирка детства, общения с родными, с природой автор ведет своего героя во взрослую жизнь. Он показывает не только сугубо камерную био­графию, но и на примере судеб трех братьев — историю семьи. Народническая среда, в которую попадает герой, изображена резко отрицательно, как это свойственно Бунину при описании любого явления, имеющего отношение к революции. Для авто­ра характерно свободное перемещение в пространстве и во вре­мени, размышления о далеком прошлом, о предках, об исто­рии рода, о национальном достоинстве русского человека. Все это — составляющие емкого понятия «жизнь», многообразием своим формирующего личность человека (обратим внимание на название: «Жизнь Арсеньева»). И, наконец, самое сокровенное, сугубо бунинское — размышления о вечном противостоянии жизни и смерти, любви и смерти, о тайнах творчества: «Я весь дрожал при одном взгляде на ящик с красками, пачкал бумагу с утра до вечера, часами простаивал, глядя на ту дивную, пе­реходящую в лиловое, синеву неба, которая сквозит в жаркий день против солнца в верхушках деревьев, как бы купающихся в этой синеве, и навсегда проникся глубочайшим чувством ис­тинно Божественного смысла и значения земных и небесных красок. Подводя итоги того, что дала мне жизнь, я вижу, что это один из важнейших итогов».

Читайте также:
Сочинение размышление по рассказу И. А. Бунин «Цифры»: сочинение

«Он предназначен в сем мире угадывать во временном веч­ное, в случайном — психологический закон. Философия его пессимистична, родственна Экклезиасту и восточным мудрецам-фаталистам, но одета в такое разнообразие наблюдатель­ной красочности, что первым и долгим впечатлением по чте­нии Бунина всегда бывает пышное торжество жизни», — такую характеристику дал творчеству писателя известный критик рус­ского зарубежья А. Амфитеатров. Еще при жизни Бунин был признан классиком отечественной литературы и первым из рус­ских писателей стал в 1933 г. лауреатом Нобелевской премии.

«Симфонической картиной России» (определение Ф. Степуна) станет роман «Жизнь Арсеньева», который по праву счи­тают лучшим в творчестве Бунина и, возможно, в литературе русского зарубежья. Это произведение не является романом в общепринятом понимании, да и сам автор брал в кавычки сло­во «роман», а в черновиках его часто встречается другое обо­значение: «книга моей жизни». О. Михайлов называет «Жизнь Арсеньева» поэмой в прозе: «Этот роман-поэма посвящен пу­тешествию души юного героя, необыкновенно свежо и остро воспринимающего мир… Перед нами исповедь большого худож­ника, воссоздание им с величайшей подробностью той обста­новки, где впервые проявились его творческие импульсы. Это торжество самоценной личности как творения Божиего».

В «Жизни Арсеньева» многие видели автобиографические воспоминания, в то же время понимая, что это не обычная ме­муарная литература, а нечто иное, чего, может быть, в нашей литературе до Бунина не было. Вера Николаевна Муромцева в своем дневнике 13 февраля 1929 г. записывает: «Потом Яна (так она называет Бунина) расспрашивали о «Жизни Арсеньева». Он кратко сказал: «Вот молодой человек ездит, все видит, пережи­вает войну, революцию, а затем и большевизм, и приходит к тому, что жизнь выше всего и тянется к небу»… Вот это «тянет­ся к небу» показывает, что Бунин постоянно решает для себя вопросы смысла жизни. И поэтому в его воспоминаниях имеют значение не столько факты прошлой жизни, сколько ощуще­ния, размышления о прошедшем, которое имеет ценность в настоящем. По этому поводу интересное замечание находим в «Грасском дневнике» Галины Кузнецовой в записях от 7 февра­ля 1927 г.: «Весь обратный путь мы говорили о романе, о том, как можно было бы писать его кусками, новым приемом, пы­таясь изобразить то состояние мысли, в котором сливаются на­стоящее и прошедшее, и живешь и в том, и в другом одновре­менно». Именно поэтому в книге очень часто наблюдается сме­шение пластов времени, своеобразный бунинский хронотоп. Приведем только один пример. В конце 4-й главы «Жизни Арсе­ньева» Бунин как бы соединяет разное время и пространство: сначала он описывает Орел, встречу с великим князем Нико­лаем Николаевичем, который вез прах своего отца. Здесь же, сразу за этим описывается Франция, похороны самого князя. «Это непостижимо странно — встретиться всего два раза в жиз­ни и оба раза в сообществе смерти», — говорит герой романа.

Читайте также:
Образ-символ «Атлантиды» в рассказе И. А. Бунина «Господин из Сан-Франциско»: сочинение

Таким образом, и в этой книге, как и во всех других, глав­ными темами остаются любовь, смерть, смысл человеческой жизни.

Сочинение: «Жизнь Арсеньева» — лучшая книга И. А. Бунина

Самым крупным произведением И. А. Бунина, созданным в эмиграции, был роман «Жизнь Арсеньева». Это автобиографичес­кий роман, в котором писатель рассказывает о своем духовном раз­витии, о счастливых и трагических ощущениях бытия. Я с упоени­ем прочла роман. Книгу, которую писатель создавал одиннадцать довоенных лет, я воспринимала как живой организм. Действитель­но, этим произведением Бунин оставил свой след на земле. Я не могла без восторга читать пятую ее часть — о любви, которая и по замыслу, и по воплощению близка к моим любимым рассказам И. А. Бунина из цикла «Темные аллеи».

Трогательно, что эта бунинская вещь — самая откровенная, ли­рическая. Я ощутила не только лирическую прелесть этого творе­ния, но и постоянное присутствие автора, прошедшего долгий жизненный путь. Разве не восхищает возврат шестидесятилетнего человека в собственное детство и юность — и тут же «скачок» в соб­ственную старость. Ах, как хороша лирическая проза Бунина, в нее легко погрузиться, но из нее трудно выйти. Эта проза действитель­но влечет за собой.

Я почувствовала, читая, что нельзя в этой книге пропустить ни слова, иначе рассыплется целое, нарушится слия­ние настоящего и прошлого, запечатленное в этом речевом потоке. Я согласна с мнением, что герой «Жизни Арсеньева» — это как бы сам И. А. Бунин, у которого детство, юность сложились столь благоприятно и гармонично, что он только и занимался тем, что набирал духовные силы.

И я с благодарностью вспоминала свое прекрасное детство, в котором была любима и счастлива рядом с братом и сестрой. Спа­сибо огромное моей дорогой матери, которая не только подарила мне красоту мира, но первая научила меня любить творчество вели­кого Пушкина и ощущать прелесть народной песни. Она научила меня восторгаться прекрасными явлениями действительности, за­жгла искорку в моей душе, которая не дает жить спокойно, поддер­живает постоянно костерокдуховности, потребность постигать пре­красное.

Я наслаждалась чтением каждой из пяти книг, это была настоя­щая духовная работа, которая происходила не только в герое, но и во мне, читательнице.

Дом, родители, окружающая природа; первая увиденная смерть; религия; чтение Пушкина и Гоголя; преклонение перед братом Ге­оргием; казенщина и серость гимназии; первые влюбленности, стремление познать мир, первые путешествия. Мне нравится Ар-сеньев тем, что ему хочется «что-нибудь» выдумать и рассказать в стихах, понять и выразить что-то, происходящее в нем самом.

Пятая книга, на мой взгляд, самая важная в романе Бунина. Развитие в Арсеньеве художника показано через главное событие его юности—любовь к Лике.

Интересен период творческого пробуждения Арсеньева. Изме­нился его характер: он стал мужественнее, проще, добрее, спокой­нее. Идея «вечной неразлучности» с любимым человеком, выска­занная героем,—дорога и близка мне, а у Арсеньева вызывала недо- умение: «Неужели и впрямь мы сошлись навсегда и так вот и будем яситьдо самой старости, будем, как все, иметь дом, детей. »

Как жаль, что Лика полюбила Арсеньева по-настоящему, а он не мог оценить эту великую способность женщины. Жить только ею он не мог, — нашел цель и опору в творчестве. Осуждаю его за то, что, опьяненный творческой свободой, герой увлекался другими женщинами: «Я Поэт, а всякое искусство, по словам Гете, чувствен­но»- Печально, что Лика все-таки не была рождена спутницей ху­дожника, которая могла бы раствориться в нем, в его жизни, в его интересах, — и постепенно их любовь стала сходить на нет.

Эта женщина близка мне своей душевной красотой, верностью люби­мому, постоянством чувств. Лика страдала. Ушла от него и вскоре умерла. Любовь ушла, оставшись в Арсеньеве в виде памяти: «Так нежно и хорошо я любил тебя, что лучшие минуты этого чувства останутся для меня самыми благородными и чистыми ощущения­ми во всей жизни».

Прочитав «Жизнь Арсеньева», лучшую книгу Бунина, я поняла, что она стала одной из главных моих книг, незабываемых, очень духовных и красивых.[/sms]

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: