Единственный критерий художественной истины верность (по роману «Бесы»): сочинение

Противостояние христианской истины и бесовства нигилизма в миропонимании Достоевского

«На вещь, которую я теперь пишу в «Русский вестник», – сообщал Ф.М. Достоевский в период создания романа «Бесы», – я сильно надеюсь, но не с художественной, а с тенденциозной стороны; хочется высказать несколько мыслей, хотя бы погибла при этом моя художественность. Но меня увлекает накопившееся в уме и в сердце; пусть выйдет хоть памфлет, но я выскажусь». Мысли, занимавшие писателя в этот момент были о пределах своеволия человеческой личности, о миссионерстве русского народа и о его исторической судьбе. При этом автор был далек от назидательности; в период работы над романом «Атеизм», в 1869 году, он писал: «Это не обличение современных убеждений, это другое и – поэма, поэма настоящая». Поэтому рассматривать роман «Бесы» как антинигилистический и политический роман-памфлет было бы недостаточно. Все слилось в нем: и вопросы политики, и нравственности, и государственного устройства, и предсказание будущего России, как в политическом, так и в нравственном, духовно-эстетическом, смысле. Недаром М.Е. Салтыков-Щедрин утверждал после выхода романа в свет, что Достоевский «вступает в область предвидений и предчувствий, которые составляют цель не непосредственных, а отдаленнейших исканий человечества». А в начале прошлого века, говоря о пророчестве Достоевского, Лев Шестов также считал, что таким, как Достоевский суждено «вечно быть накануне». Ту уже мысль по-своему высказал и Р.- М. Рильке, имея в виду религиозно-философскую концепцию Федора Михайловича: «Они религиозные философы – Л.Г. – современники людей далекого будущего, и, они отказываются пробуждать к действию своего ближнего, у них тотчас исчезает всякая причина систематизировать правила и делать выводы в ходе своего развития». Действительно, роман «Бесы» вспомнился и горячо обсуждался как роман-пророчество после октябрьского переворота; в начале третьего тысячелетия он изучается как глубокое художественно-философское размышление об истинном христианстве и свободе духовно-нравственного выбора человека.

«Духовные искания человечества» в ХХI веке признают за истину как существование Бога, так и существование в мире сил, противоположных ему. О том, как бесовский характер некоторых политических и нравственных воззрений начинает управлять человеком (иногда вопреки его воле) и размышлял Достоевский почти полтора века назад в романе «Бесы». Феофан Затворник, чьими творениями интересовался Достоевский в годы завершения романа, размышлял о роли литературы в жизни общества: «Но если во всех многоречивых произведениях его абстрактного писателя-современника – Л.Г. вы редко встречаете, или и совсем не встречаете того, что выражает существо христианства, то знайте, что оно приняло ложное направление, и не подражайте ему». Достоевский следует этому принципу литературы, заявленному Феофаном Затворником: в романе «Бесы» писатель по-новому открывает христианскую истину и противоречащее ей бесовство-нигилизм.

Одним из эпиграфов к роману является цитата из «Евангелия от Луки» о том, как Спаситель, исцеляя человека, повелел бесам войти в свиней, и бесноватые животные сбросились с кручи. Так убеждения нигилистов, социалистов, революционеров и атеистов уже до начала романа автор объявляет бесовскими. Поэтому, по замыслу романа, эти идеи должны погибнуть, как свиньи из Евангелия, пусть даже при этом погибают и многие носители этих идей, но исцеленное общество сядет у ног Христа, уверовав в него, как освобожденный от недуга бесноватый из Библии: христианство уже в эпиграфе объявлялось альтернативой нигилизму; (следовательно – нигилизм лечится христианством). Либерал 40-х годов, герой романа «Бесы» Степан Трофимович Верховенский говорит об этом эпизоде из Евангелия: «Это точь-в-точь как наша Россия. Эти бесы, выходящие из больного и входящие в свиней, – это все язвы, все миазмы, накопившиеся в великом и милом нашем больном, в нашей России, за века!» В словах Степана Трофимовича, значимого героя романа, звучит уверенность автора, что «больной исцелится и «сядет у ног Иисусовых», и будут все глядеть с изумлением». На этих убеждениях героя, которые яет и сам автор, и возник роман «Бесы», резко осудивший не только социалистов 60-х годов XIX века (они отразились в образах Петра Верховенского, Липутина, Виргинского, Шигалева и других «наших»), но и утопистов 40-х годов (это образы Степана Трофимовича Верховенского и Кармазинова, вероятных прототипов критика, историка, преподавателя Московского университета Т.Н. Грановского и писателя И.С. Тургенева. В истории литературоведения считается, что эти герои носят и черты А.И. Герцена, Б.Н. Чичерина, В.Ф. Корша, С.Ф. Дурова и других).

В романах Ф.М. Достоевского «Идиот» и «Бесы» М.Е. Салтыков-Щедрин заметил, говоря об их общественно-политической проблематике, «дешевое глумление над так называемым нигилизмом и презрение к смуте, которой причины всегда остаются без разъяснения». Такая реакция была характерна для революционно-демократических кругов в целом. В этой статье сатирик обнаруживает, со своей точки зрения, противоречивость писателя, прославляющего «конечную цель», но бичующего все «переходные формы прогресса». Полемизируя со Щедриным, критик В.Г. Авсеенко, современник Достоевского, писал, что автор романа «Бесы» перешел «от анализа больной человеческой натуры. к анализу больного общества, обобщая патологические явления до степени болезни века». Под «болезнью века» критик, разумеется, имел в виду бесовство как новую стадию развития нигилизма.

Памфлетно-публицистическая направленность произведения требовала особенно тщательной отработки двух основных образов: Степана Трофимовича Верховенского (отца), представляющего убеждения либералов-западников, и Петра Верховенского (сына), «убежденного нигилиста», по сути – одержимого бесовством. По замыслу романа первоначально именно им писатель уделяет больше внимания. В этих образах выражается авторское сопоставление бесовства как новой стадии нигилизма (в лице Петруши) и прихода к пониманию Евангелия, первого шага к Христу (в лице Степана Трофимовича). (Об итоге развития образа С. Т. Верховенского точно и справедливо сказал Дунаев: «Под конец нафантазированной жизни старика посещает истинное прозрение: скорее всего, именно так автор отобразил свою надежду на избавление нации от бесовской напасти: с поколения «знаменитой плеяды», внесшего соблазн в общество, начинается и очистительное прозрение».) Ницше по этому поводу писал: «Понимают ли в конце концов, хотят ли понять, чем был ренессанс? Переоценкой христианских ценностей, попыткой, предпринятой со всеми средствами, со всеми инстинктами, со всем гением, добавить победу противоположным ценностям», – что точно относится к образу Степана Трофимовича в период «болезни либерализмом». Степан Трофимович и Петруша – это два полюса миросозерцания Достоевского: путь от одержимости – к вере во Христа как в высший идеал нравственной и духовной красоты; недаром, задумывая роман в пяти частях («Житие великого грешника»), он открыл Майкову, что: «Главный вопрос, который проведется во всех частях, – тот самый, которым я мучился сознательно и бессознательно всю мою жизнь, – существование Божие». (О начале этой муки о Христе в конце XIX века написал немецкий исследователь Ульрике Эльзастер-Файс в книге «Федор Михайлович Достоевский»).

Читайте также:
Мой Достоевский (размышления о прочитанном) 2: сочинение

Проблема разности мировоззрений поколений раскрывается в романе «Бесы» прежде всего в истории взаимоотношений отца и сына Верховенских, полных острого драматизма, хотя к поколению «отцов» принадлежит также и Кармазинов, и Фон-Лембке, а к поколению «детей» и Николай Ставрогин и члены кружка «заговорщиков» – бесов. Но это уже не тот традиционный литературный конфликт – «отцы» и «дети», а размышление о духовных истоках русской революции, которые верно интерпретировал С. Булгаков; он утверждал: «Революция в романе рассматривается как религиозная драма, борьба веры с неверием, столкновение двух стихий в русской душе. . Очевидно во всяком случае, что это не есть вопрос политического учения или социальной доктрины, но прежде всего вопрос религиозного миропонимания». Политическая же доктрина Достоевского, по мнению Булгакова, совсем отсутствует в романе.

«В центре революционного беснования, – писал Бердяев, – стоит образ Петра Верховенского. Это и есть главный бес русской революции». Образ Петра Верховенского как проповедника всеобщего разрушения был сначала намечен Достоевским (по его собственному свидетельству из письма М.Н. Каткову, издателю журнала «Русский вестник» от 20 октября 1871 года) на основе газетных сообщений того времени. В процессе работы над романом он не претерпел принципиальных изменений. Герой, излагая свои убеждения в романе, говорит: «Мы провозгласим разрушение. Мы пустим пожары. Мы пустим легенды. Ну-с, и начнется смута! Раскачка такая пойдет, какой еще мир не видал. Затуманится Русь, заплачет земля по старым богам». Подобные высказывания вполне характеризуют этого «беса революции». Печатавшиеся в русских газетах и широко использованные писателем во второй и третьей частях романа стенографические очерки и отчеты о процессе «нечаевцев», проходившем в Петербургской судебной палате с 1 июля по 1 сентября 1871 года, предоставили Достоевскому обильный материал для последующего развития и конкретизации образа Петра Верховенского, явно бесовского неприглядного образа, и его сюжетной роли в романе «Бесы». И. С. Шмелев писал, что сама «жизнь подавала судебные отчеты, потрясавшие русское общество 60-70 годов. Эти газетные отчеты с эффектными речами софистов – адвокатов являлись иногда сколом его (Достоевского – Л.Г.) романов и как бы закрепляли провидение гениального романиста. Мало того: романы и уголовщина иногда поразительно совпадали, до подробностей обстановки преступления, до «героев» и их «идей».

Провокационные, авантюристические приемы Нечаева представлены Достоевским в «Бесах» как типичные для подпольной среды. Поэтому автор стремится заклеймить и покарать в лице литературного двойника Нечаева – Петра Верховенского – все русское революционное движение, уже в названии объявляя его бесовским. Сергий Булгаков в своем очерке «Русская трагедия», прочитанном в Московском Религиозно-философском обществе 2 февраля 1914 года отмечает: «Верховенский остается совершенно последователен и искренен и в своей лживости, и в своем авантюризме, и в своей отваге, которой нельзя же отрицать, – он служит своей идее. И если он ужасен и даже омерзителен, то потому, что ужасна его идея».

Религиозные воззрения Достоевского и его взгляд на атеизм к тому времени сложились полностью. В 1870 году он писал: «Атеизм именно исходит из мысли, что обожение не есть естественное свойство природы человеческой, и ожидает возрождения человека, оставленного лишь на самого себя. Он силится представить его нравственно, каким он будет свободный от веры. Нравственность же, предоставленная самой себе или науке, может извратиться до последней погани». Поэтому образ литературного двойника Нечаева был для него изначально ясен.

Единственный критерий художественной истины верность (по роману «Бесы»)

В процессе работы над «Бесами» Достоевский сделал характерную запись о совмещении разных аспектов повествования в его «Хронике» и о внутренней оправданности такой системы. Единственный критерий художественной истины верность, в том числе и психологическая всего изображаемого: «Я сидел у Грановского третьим и слушал его азартный разговор с Шатовым. Вообще, если я описываю разговоры даже сам-друг – не обращайте внимания: или я имею твердые данные, или, пожалуй, сочиняю сам – но знайте, что всё верно». Дается даже примерный вариант той формы, в какой будут вводиться «сочиненные» эпизоды: «Там, где говорит о заседаниях, делает, как Хроникер, примечание: может быть, у них и еще были заседания – и, конечно, были – я не знаю, но дело наверно происходило так. ». И далее; «Я там их дело не знаю в Швейцарии, но сущность направления, философии, смысл действий определены у меня верно: за это ручаюсь» (там же).

Виртуозно сочетается авторское «я» и «я» рассказчика в повествовательном стиле «Братьев Карамазовых» уже на самых первых страницах романа. В кратком вступлении «От автора» роман назван «жизнеописанием моего героя», причем отмечается, что «жизнеописание-то у меня одно, а романов два», что теперь будет изображен лишь один момент из первой юности моего героя» и т. д. Но уже с самого начала повествования, с первых строк так называемого «предисловного рассказа» («История одной семейки») мы отчетливо видим, как голос автора замещается голосом скотопригоньевского хроникера: «Алексей Федорович Карамазов был третьим сыном помещика нашего уезда Федора Павловича Карамазова. »; «Теперь же скажу об этом помещике, как его у нас называли. »; «. он все-таки всю жизнь свою продолжал быть одним из бестолковейших сумасбродов по всему нашему уезду» и т. д. Повествование естественно и просто переходит от автора к рассказчику. Только что автор предупредил читателя, что катастрофа с Митей составит предмет «первого вступительного романа или, лучше сказать, его внешнюю сторону», как повествование перехватывает местный старожил, заявляющий: «Подробностей не знаю, но слышал лишь то. »; «Но я знаю, что он мать запомнил потом на всю жизнь. »; «Я завещания сам не читал, но слышал. » и т. д. В. Е. Ветловская справедливо отмечает тенденцию к стиранию границ между авторской речью и речью рассказчика в романе, демонстративно подчеркнутую Достоевским во вступлении. Вместе с тем не менее определенно на протяжении всего повествования читателю романа дано понять, что существенные различия между автором и рассказчиком сохраняются, и их относительная самостоятельность имеет важный художественный смысл.

Читайте также:
Анализ сна Раскольникова (по роману Ф. М. Достоевского Преступление и наказание): сочинение

Свободное соединение голосов разных повествователей, обладающих различной степенью осведомленности (от подчеркнуто-неполного знания хроникера до авторского всеведения) дает Достоевскому-психологу новые возможности. Подвижность позиции, с которой ведется рассказ о том или ином персонаже, позволяет вобрать в единое повествовательное русло разные уровни исследования психологии (от поверхностного наблюдения до глубокого проникновения в подсознание героя).

Однако такое совмещение повествовательных аспектов, которое выглядит столь естественно, что мало замечается читателем, не могло бы осуществиться, если б оба повествовательных «голоса» не определялись одной общей, принципиально важной творческой установкой – установкой на описание фактов, изображение глубин души, как отметил Достоевский, а не на авторские психологические рассуждения. Такие рассуждения есть у обоих повествователей, но по объему они незначительны. Повествователи Достоевского в этом смысле действительно «не психологи».

Пространные внутренние монологи персонажей, споры героев, в которых обсуждаются также психологические проблемы, повествователи изображают, стремясь к предельной достоверности, но, как правило, очень скупо комментируют. Психологический анализ осуществляется иными средствами, которыми в равной мере пользуются оба повествователя (и «автор», и рассказчик). Внутренний мир персонажей Достоевский все чаще стремится раскрывать без психологического анализа со стороны повествователя, с помощью описания объективных фактов, внешних проявлений душевного состояния.

Достоевский и евангельский ответ идеологиям.

Суд над идеологиями.

Федор Михайлович Достоевский (1821 – 1881) — непревзойденная величина в русской литературе. Можно сказать, что он является и величайшим в мире христианским писателем, и это при том, что никому не придет в голову называть его творчество религиозным. Последний аспект не умаляет, а подчеркивает значение писателя: искусство, называемое религиозным, всегда в той или иной степени ограничено. Религиозность, дидактичность служит плохую службу многим христианским писателям. В произведениях же Достоевского, далеких от всего этого, христианское мировоззрение выражено в полной мере. Ведь христианскими произведениями мы называем не те, которые религиозны по своему содержанию, а те, в которых явлен подлинно христианский дух.

Без сомнения, Достоевский опередил время: по-настоящему глубокое прочтение его произведений — удел двадцатого (и, вероятно, двадцать первого) века. Многие писатели-современники относились к нему неодобрительно. Наиболее яркий пример — реакция на роман «Бесы», заключавшаяся в провозглашении Достоевского ретроградом. А ведь сегодня «Бесы» воспринимаются как актуальнейшее произведение!

В мире профессионалов от литературы Достоевского недолюбливали и в его время и позднее, хотя и поныне он остается, вероятно, наиболее читаемым писателем XIX века. В советское время Достоевский был чрезвычайно «неудобным классиком»: он никак не вписывался в официальную советскую идеологию, хотя, например, Толстого туда, в общем, без проблем вписали. Упомянутый роман «Бесы» был, фактически, запрещен с середины 1930-х годов.

Нелюбовь к Достоевскому по идеологическим причинам понятна, остановимся кратко на нелюбви к нему по причинам художественным. Некоторые противопоставляют Достоевского таким авторам, как, например, Толстой и Чехов. Говорят о том, что реализм Достоевского — это не подлинный реализм, он изображает героев, «которых нет в реальности». Герои Достоевского кажутся экзальтированными, «исключительными» личностями. Поэтому многим милее «письмо серым по серому» Чехова.

Подобные рассуждения, впрочем, свойственны, скорее, именно профессионалам от литературы; обычный читатель таких претензий не предъявляет. Да они и не обоснованы. Действительно, есть смысл в противопоставлении Достоевского и Чехова именно по указанному критерию. Чехов гениален как раз в изображении «обыкновенности». Реализм же Достоевского отличается специфической типизацией: автор концентрирует в своих героях те или иные человеческие качества, идеи, страсти. Достоевский обращается к традициям романтической эстетики, и поэтому типическое включает у него категорию исключительного и необычного.

Но это не значит, что «таких людей в жизни нет»: если каждый из нас заглянет вглубь себя, то увидит там именно героев Достоевского. Этот писатель выводит наружу глубинные человеческие свойства и помышления. Поэтому о реализме Достоевского часто говорят, употребляя дополнительные определения: «мистический» реализм, «символический» реализм… Очевидно одно: Достоевского можно сравнивать с другими классиками русской литературы по критерию художественного мастерства, но глубже Достоевского нет никого.

Глубина произведений Достоевского немыслима вне его христианского мировоззрения. «Мы в семействе нашем знали Евангелие чуть ли не с первого детства…» — пишет Федор Михайлович. Глубоко запал в его душу ветхозаветный образ Иова. Показательны религиозные разногласия Достоевского с Белинским, который поначалу его восторженно принял как автора «Бедных людей».

Вот что вспоминает о Белинском Достоевский в своем «Дневнике писателя»: «Как социалисту, ему прежде всего следовало низложить христианство: он знал, что революция непременно должна начаться с атеизма… «Да знаете ли вы, — взвизгивал он раз вечером… обращаясь ко мне, — знаете ли вы, что нельзя насчитывать грехи человеку и обременять его долгами и подставными ланитами, когда общество так подло устроено, что человеку невозможно не делать злодейств, когда он экономически приведен к злодейству…»

Читайте также:
Предметный мир в романе Ф.М. Достоевского Преступление и наказание: сочинение

Значительными оказались и разноречия между ними по вопросам эстетическим. Белинский требовал от литературы критического направления. «Я именно возражал ему, — говорит Достоевский, — что желчью не привлечешь никого, а только надоешь смертельно всем и каждому… начиная насильно проповедовать… и учить уму-разуму».

Хочется остановиться на одной особенности величайших романов Достоевского: «Преступление и наказание», «Бесы», «Идиот», «Братья Карамазовы». Излюбленный персонаж Достоевского — герой-идеолог. Что такое идеология? Это определенная система ценностей, но это такая система, которая в значительной степени иррациональна, хотя и имеет вид разумности. Это эмоциональные позывы, которые принимают вид абстрактного теоретизирования и превращаются в руководящие жизненные принципы.

Двадцатый век стал веком тотального засилья идеологий — идеологий, навязываемых обществу и человеческой личности и уродующих эту личность. Идеологии являются разобщающими барьерами между людьми. Достоевский предугадал это тлетворное влияние человеческих греховных идеологий и произнес суд над ними.

В основе идеологий лежат низменные страсти человека. Таковы идеологические рассуждения Раскольникова, толкающие его на ужасное преступление. Таковы революционные идеи низких и беспринципных людей в «Бесах». Одна из греховных страстей, лежащих в основе человеческих идеологий, – гордыня. Именно она ослепляет Раскольникова, именно она губит Ставрогина.

Достоевский особенно внимателен к личности «маленького человека» – «униженного и оскорбленного». Удивительно, но гордыня, и гордыня поразительная в своих проявлениях, обуревает и таких людей! Достоевский сочувствует им, но ни в коей мере их не оправдывает.

Неверно было бы думать, что греховной человеческой идеологии Достоевский противопоставляет какую-то иную, «христианскую» идеологию. Человеческим идеологиям противостоит только Божья любовь. Положительные герои Достоевского не являются в прямом смысле идеологами: Соня Мармеладова, князь Мышкин, Алеша Карамазов. Литературоведы ошибочно и к ним применяют наименование героев-идеологов. Это более чем сомнительно.

В первую очередь, это герои любящие. Столкновение идеологий порождает много шума, но не дает подлинного решения проблемы. Ложная идеология побеждается только любовью, любовью, проявленной в нравственном решении, в поступке, в самопожертвовании, в прощении, в принятии ближнего. Даже когда князь Мышкин пытается провозглашать какую-то идеологию, это выглядит нелепо и неубедительно (его речь против католицизма).

Идеологии всегда питаются ненавистью, а христианскому мировоззрению претит такая «подпитка». Всем ходом повествования Достоевский разоблачает ложность человеческих идеологий, их деструктивную, гибельную сущность, хотя сам он, как большинство людей, не был свободен от влияния идеологического мышления; отсюда и упомянутая речь Мышкина в «Идиоте», и антизападные, антикатолические взгляды самого Достоевского. Но художественное мышление, как это бывает у подлинно великих художников, оказалось у Достоевского сильнее его собственных «теорий». Это удивительный и благотворный парадокс: художественный образ побеждает чуждую ему идею, поэтому и ненависть Мышкина к католицизму «выпадает» из структуры его образа, выглядит как нечто случайное и чужеродное.

Знаменитая полифоничность произведений Достоевского, отсутствие навязчивого нравоучения должны стать образцом для всех, кто претендует на создание христианского искусства. Достоевский позволяет «выговориться» всем персонажам, в его романах звучит подлинное многоголосие (полифония).

Герои не делятся на два лагеря — положительных и отрицательных. Диалектика персонажного ряда гораздо сложнее. В центре внимания автора отнюдь не фантастические злодеи, а личности чрезвычайно богатые, неоднозначные, борющиеся — Раскольников, Ставрогин, Дмитрий и Иван Карамазовы, Настасья Филипповна. Они зачастую бывают соотнесены с персонажами (своими «двойниками»), в которых абсолютизированы или извращены те или иные их черты, — Лужин и Свидригайлов, Петр Верховенский, Смердяков. Именно эти образы позволяют наиболее ярко увидеть уродливость идеологий, их разрушительность. Наконец, есть и «положительно прекрасные» герои — князь Мышкин, Алеша Карамазов. Это наиболее светлые образы мировой литературы, являющие подлинно христианские идеалы, но отнюдь не идеологию — не систему иррациональных авторитарных ценностей.

Князь Мышкин иногда воспринимается как литературная парафраза Христа. Это не совсем верно, хотя именно в этом персонаже в художественной литературе с исключительной силой была показана христоподобная любовь, да и сам роман содержит немало религиозных символов и параллелей, не становясь при этом произведением религиозного искусства. Князь Мышкин до конца следует евангельскому завету, полагая свою душу за других. Удивителен и образ Алеши Карамазова — христианина, не бегущего от мира за монастырские стены (хотя такой вариант ему предлагается), а наоборот — идущего в мир, к ближним своим.

Если «Преступление и наказание» — это вершина стилистического мастерства Достоевского, то последний роман — «Братья Карамазовы» — вершина его философии. В контексте рассматриваемой темы обратим внимание на то, что именно здесь перед нами предстает беспримерный, воистину уничтожающий суд над извращенной человеческой идеологией, к тому же еще и одетой в религиозные одежды — знаменитая поэма о Великом Инквизиторе.

Антанас Мацейна, замечательный литовский христианский философ, называл поэму о Великом Инквизиторе произведением «более космическим», нежели «Фауст» Гете, а самого Великого Инквизитора — самым страшным персонажем всей мировой литературы. Вероятно, это так, поскольку он олицетворяет греховную человеческую идеологию, претендующую на статус божественной религии, именем Божьим прикрывает сатанинское насилие над человеком, вместо дара Христовой свободы навязывает людям ложные идеалы греховного «счастья».

Иван Карамазов, в уста которого Достоевский вкладывает эту поэму, желает ею оправдать свое неверие, но Алеша совершенно справедливо утверждает, что поэма эта является не хулой на Христа, а хвалой Ему. Обратим внимание на следующие слова Александра Меня: «Что отвечает Алеша на бунт Ивана? Он не развивает ему какую-то стройную и сложную богословскую теорию, а смотрит на него с глубокой любовью, с большим состраданием, сопереживает ему. Оказывается, человека можно просто понять сердцем и этого будет достаточно…»

Читайте также:
Тема нравственного падения и возрождения человека в романе Ф. М. Достоевского Преступление и наказание: сочинение

И сам Христос в поэме Ивана ничего не отвечает Великому Инквизитору, не противопоставляет ему никакой своей идеологии. Он молчит, а потом целует его в бескровные уста. Итак, Достоевский идеологии противопоставляет только любовь!

Оказавшийся столь не угодным многим роман «Бесы» вскрывает уродливость уже не лжерелигиозной, а политической идеологии — идеологии революционеров-террористов. Сегодня он воспринимается как пророчество ужасных катаклизмов XX века, как предостережение.

Идеология здесь губит своих создателей, что ярко показано на примере главного героя – Ставрогина. Как писал Николай Бердяев в статье «Ставрогин», «он не мог и не хотел сделать выбора между Христом и антихристом». Будучи богатой и привлекательной личностью, Ставрогин потерял себя, «ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее…» А ведь и ему в качестве спасения предлагался путь любви.

Современному миру нужна такая евангельская проповедь, которая явит ему не схоластические догматы, не разновидность религиозной рекламы, которая уже так приелась в потребительском обществе, не очередную идеологию — иррациональную систему ценностей, имеющую вид премудрой теории, основанную на ненависти и претендующую на тотальное и авторитарное руководство человеческой жизнью… Нужна проповедь, которая явит Божью любовь и духовное освобождение, даруемое Христом, которая защитит человека от одурманивающего влияния идеологий — этой чумы современности.

Христианское искусство обладает удивительными возможностями для такого проповедования. Ведь художественный образ понятен даже тогда, когда не понятна научная формула или богословская догма. Следует только учиться, насколько это возможно, у тех писателей, художников, настоящих мастеров, которые подарили нам шедевры подлинно христианского искусства. Федор Достоевский — один из таких писателей, а возможно, и величайший из них.

Единственный критерий художественной истины верность (по роману «Бесы»): сочинение

Помещаем доклад ученицы 10-го гуманитарного класса на Топалеровских чтениях 2015 года.

Нино Мережко . Религиозная тематика романа Достоевского «Бесы»

Сбились мы, что делать нам?

«Бес – злой дух в религии и народных поверьях», – изъясняет нам толковый словарь русского языка.

Фабулой одноименного произведения Фёдора Михайловича Достоевского служит дело об убийстве студента Ивана Иванова «Народной расправой» — преступной группировкой, возглавляемой Сергеем Нечаевым. Люди, развращенные революционной пропагандой, позволили злому началу души заковать себя в цепи духовного подчинения. Возникает вопрос: кто может позволить взять над собой верх? «Наши не те только, которые режут и жгут, да делают классические выстрелы или кусаются. Учитель, смеющийся с детьми над их богом и над их колыбелью, уже наш. Адвокат, защищающий образованного убийцу тем, что он развитее своих жертв и, чтобы денег добыть, не мог не убить, уже наш. Школьники, убивающие мужика, чтоб испытать ощущение, наши, наши. наших много, ужасно много, они и сами того не знают» (Достоевский. Бесы. СПб., 2014, с. 410-411).

Лозунги о свободе, равенстве и братстве, провозглашаемые либералами-революционерами — лишь утопическая сторона предлагаемого будущего, которой не суждено реализоваться. Ведь всегда найдется хотя бы один, считающий себя лучше остальных, и один, считающий себя худшим из всех. О каком же равенстве может идти речь, пока подобные мысли посещают хоть одну голову из шести миллиардов? «Мы провозгласим разрушение», — говорит Верховенский, — и разрушение накрывает с головой умы граждан. Икона теперь — кусок дерева, молитва —смешные слова, самоубийство — великий подвиг, восславляющий человекобога.

Говоря о самоубийстве, невольно или же, наоборот, совершенно осознанно, проносишь в мыслях: «безбожие». Подобное вселяло ужас и страх перед потерей ценнейшего дара человеку — его жизни. Сейчас же люди даруют смерть. Получается, Бог им уже не страшен? Увы, это неоспоримый факт: они сами себе закон. Мыслящий человек обязан предстать перед судом собственного здравомыслия и зрелости духовной, обретя, как они выражаются, «искреннее счастье», и всё то хорошо, что для людей хорошо. И снова бессмысленный путь к абсолютной свободе и равенству, которых нет:

— Кто научит, что все хороши, тот мир закончит.

— Кто учил, того распяли.

— Он придет, и имя ему человекобог.

— Человекобог, в этом разница. (Достоевский, 235).

Верует ли Кириллов в собственные слова? Он, атеист, зажигает лампадку, он, атеист, говорит, что без Бога нельзя, но почему тогда он отрицает?

— А сами еще не молитесь?

— Я всему молюсь. Видите, паук ползет по стене, я смотрю и благодарен ему за то, что он ползет. (Достоевский, 235).

Не это ли есть вера, вселюбящая и всепрощающая? В этом трагедия русского человека: сомнение и отторжение. На мой взгляд, образ Алексея Нилыча Кириллова — один из наиболее глубоких и сложных духовно в романе: в нем святость и безумная идея, вера и безверие. В нем сила и бессилие, контрастирующие в теории «великого самоубийства»: с одной стороны, это отказ от борьбы, опущенные кисти и предсмертная поволока в глазах; с другой — сила и решимость, на которую способен не каждый. Кириллов живет, как монах, но его не покидают вопросы. Сомнение — неотъемлемая часть веры.

Киркегор говорил: «Коммунизм будет выдавать себя за движение политическое, но, в конце концов, окажется движением религиозным» (Степун. Бесы и большевистская революция. Русское зарубежье в год тысячелетия крещения Руси. М., 1991, с. 365). Эта цитата окончательно подтверждает идею произведения. В Евангелии писалось: «Бесы, вышедши из человека, вошли в свиней; и бросилось стадо с крутизны в озеро и потонуло» (Евангелие от Луки, глава VIII, 32-26). Не аллюзия ли это на авторитарную форму правления, когда один человек, избирая себя властителем, руководит стадом безвольных подобострастных верователей в справедливость? Будь то коммунизм или социализм, в любом случае, один подчиняет себе других, забывая о «светлой идее», которую он внедрял в умы социума, и думая лишь о своей выгоде.

Читайте также:
Идея Раскольникова о праве сильной личности на преступление в системе авторских опровержений (по роману Ф.М. Достоевского Преступление и наказание): сочинение

Вспоминая духовный путь самого Достоевского от либерала-петрашевца до глубоко верующего человека и убежденного монархиста, возможна параллель с одним из центральных образов романа — Иваном Павловичем Шатовым, прототипом которого послужил студент Иван Иванов, как раз «Народной расправой» и убитый. Для меня это человек с удивительно сложной судьбой, который на протяжении всей своей жизни сомневался, боролся с самим собой, преодолевал и в конце обрел покой. Господь подарил ему возможность узреть рождение нового существа: «Веселитесь, Арина Прохоровна. Это великая радость. — с идиотски блаженным видом пролепетал Шатов, просиявший после двух слов Marie о ребенке. Тайна появления нового существа, великая тайна и необъяснимая. Было двое, и вдруг третий человек, новый дух, цельный, законченный, как не бывает от рук человеческих; новая мысль и новая любовь, даже страшно. И нет ничего выше на свете!» (Достоевский, 577).

Шатов умер за веру, навеки разомкнув узы кровавого социализма. Революция, заслонившая Христа от всех, кто боролся за справедливость, пыталась захватить и Шатова, заставляя его последовать «примеру многих». Борясь с Богом внутри себя, он стал лишь выше, признав поражение. Это и означает «уверовать»: самому убедиться и самому прийти, и это дороже бессмысленного ношения креста на груди того, кто не хранит веру в сердце. Тогда и смерть не страшна, и вечна будет жизнь духа и мысли.

Начиная говорить о сатанистах, нельзя не задать вопрос хотя бы самому себе: «Нельзя ли назвать верующими и их, ведь они верят в существование беса?». Поначалу это звучит абсурдно, но и в этом есть своя истина. Получается, каждый верит, и каждый человек — верующий. Ужасен тот, кто, ставя себя на вершину, не верит ни во что: «Тихон прочел, припоминая слово в слово: «И ангелу Лаодикийской церкви напиши: сие глаголит Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия: знаю твои дела; ни холоден, ни горяч; о если б ты был холоден или горяч! Но поелику ты тепл, а не горяч и не холоден, то изблюю тебя из уст моих. Ибо ты говоришь: я богат, я разбогател, и ни в чем не имею нужды; а не знаешь, что ты жалок, и беден, и нищ, и слеп, и наг». (Достоевский, 669). Вот он, смысл жизни: найти и уверовать в то, что ты увидишь и в темноте. Так верил каждый герой «Бесов». Они выдвигали теории, пытаясь убедить других верить так же, как и они. Люди шли , и люди отказывались идти. Но относиться к Богу одинаково невозможно, и в этом причина попытки внедрения идеи Антихриста в православную Россию.

Что есть Бог? Абстрактное понятие или же дух внутри любого из нас, постичь которого дано, увы, не каждому? Это свет, льющийся из глубины души, но почему революция отрицает его? Задавать этот вопрос бессмысленно и бесполезно: легче управлять стадом черни, заставить верить в отсутствие, и, таким образом, убивать веру верой собственной. Вот они, бесы, идущие наружу и возвращающиеся обратно. Главная ошибка девственного ума — хранение «Шигалевщины» под подушкой и создание для себя новой Библии, о которой религиозный философ Н.О. Лосский размышлял, как о «Шарже, созданным ненавистью Достоевского к атеистическому социализму». (Лосский. Достоевский и его христианское миропонимание. Нью-Йорк. 1953. с. 396). Пытаясь подойти к демократии, еще сильнее вгрызаешься в замкнутый круг социальной и духовной скованности.

Теория Шигалева есть прежде всего слепое убеждение в равенстве. Долой развитие, долой свободу, но мнимая свобода «Шигалевым» нужна, иначе не сделать людей рабами: и пусть ими правит тот, кто позволил себе развиться. Впоследствии под влиянием теории Раскольникова и «Шигалевщины» возникла теория «сверхчеловека» Ницше, который словно услышал мольбы Верховенского: «О, дайте взрасти поколению!» (Достоевский, 411). Без поколения разврата не создать тот мир, о котором мечтают бесы. «Русский Бог уже спасовал пред дешёвкой» (Достоевский, 411). Вершина нигилизма —желание показать народу, что Бог не уберегает от нищеты, болезней и насилия и, умирая, породил горе. И как они ошибаются, забыв, что лишь сам человек развивает эмбрион злобной сущности. Людям необходима вера, но нужна ли она Верховенскому и «кучке»? «Одно или два поколения разврата теперь необходимо; разврата неслыханного, подленького, когда человек обращается в гадкую, трусливую, себялюбивую мразь, — вот чего надо!» (Достоевский, 411). В «Бесах» мы находим аллюзию на теорию Родиона Романовича: тварь ли дрожащая или право имеешь?

Бог необходим, ибо он дарует прощение, а, значит, и главную силу. Безверие тоже необходимо, ибо оно может даровать смирение и признание. Но лозунг нигилизма — светское равнодушие, коим прикрывается обсценное отрицание: «И у русского человека так перемешано и так спутано апокалиптическое и нигилистическое, что трудно бывает различить эти полярно противоположные начала» (Бердяев. Духи русской революции). Стальной Иван Царевич — новый герой молодого разваленного поколения, неспособный на чувства и эмоции, хладнокровно блуждающий по земле. Увы, именно эти люди разбиваются о камень духовного развития первыми.

«Бог уловляет людские души удочкой, дьявол забрасывает сеть», — говорил Александр Дюма-отец. Едва оказавшись у истоков хронологии, люди подвергались соблазну: будь то запретный плод с райского дерева или запретная мысль, отобрать которую у человека не под силу никому, кроме него самого. Зло привлекает людей «благородной» оболочкой, ведь гораздо легче плыть на поверхности, нежели бороздить глубины. Как тяжел путь к истинной вере, к дару чувствовать, что ты не один. Бог оставляет за человеком свободу, бес – прокладывает дорогу, ведет прямо, не позволяя заблудиться и вернуться обратно. Мы могли бы предположить, что зло можно уничтожить, но без него мир существовать не сможет так же, как и без добра. Без зла не понять, какой силой обладает свет, без падения не осознать, как ценна борьба. И люди борются.

Читайте также:
Правда Раскольникова и правда Сони в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»: сочинение

Можно ли говорить о вере каждого из героев «Бесов», не имея в виду Бога? О вере в справедливость и равенство Степана Верховенского? Его вера – заблуждение, тщеславие и слепая сентиментальность. Он был «облагодетельствован» Варварой Петровной Ставрогиной для воспитания сына Николая, хотя собственного Петрушу он отдал на съедение теткам. Получается, зачатки революционных идей и «необходимый» либерализм послужили началу развития социализма? Тем не менее Степан Трофимович ищет Бога в себе и окружающем мире. Для него это – тяжелый духовно и физически подъем до нравственного идеала. Душа «начинающего революционера» не омрачена мировоззрением нигилистов: прощальная речь Верховенского – преклонение пред эстетикой и провозглашение её вечной жизни: «А я объявляю, — в последней степени азарта провизжал Степан Трофимович, — а я объявляю, что Шекспир и Рафаэль – выше освобождения крестьян, выше народности, выше социализма, выше юного поколения, выше химии, выше почти всего человечества, ибо они уже плод, настоящий плод всего человечества, и, может, высший плод, какой только может быть! Форма красоты уже достигнутая, без достижения которой я, может быть, и жить-то не соглашусь…» (Достоевский, 473). В мире, наполненном удушающим стремлением всё изменить, не прожить без вечной, недвижимой силы красоты. Степан Верховенский так и остался на перепутье двух дорог: отторжения новых идей и невозможности возвращения к старым. Этот персонаж, как и его Петр Степанович, обладает «говорящей» фамилией – сторонники противоборствующих идей, отец и сын, но чья мысль в итоге проберется в верха и встанет во главе?

Верили ли во что-то сами «бесы»? «Дьявол не может быть безбожником», — говорил Лешек Кумор, и он прав. Мысли о Боге посещают их едва ли не чаще: отрицание или же холодное безразличие – их попытка осознать, даст ли он им сил , или же их собственный эгоизм приведет к потере надежды. Петр Верховенский верил в разрушение, в свои силы и непререкаемую власть. Человек, сущность которого открывается слишком поздно, успев причинить боль. Он позволяет вам знать о нем ровно столько, сколько хочет сам, но о других знает всё. «Змей-искуситель», скользящий в обществе, его можно или ненавидеть , или боготворить. Человеческая жизнь для него – ничто, ведь рано или поздно он опустится в смуту. Почему же не направить его туда сразу, таким образом подчинив себе? Внедряя «маски» в размеренную жизнь города, он заставляет содрогаться. Но Петр Верховенский, безусловно, верит. В нем нет «теплоты», он обжигающе холоден и поэтому способен на чувства: гордыня, гнев, страх не воплотить план в действительность. «Бес» Петра Степановича наблюдает сверху, не желая опускаться до уровня «рабов», на самом деле, величественно корчится на дне, путешествуя в собственных иллюзиях, забывая об изначальной своей идее и наслаждаясь лишь собой. (Как много горя из-за людей).

Образ «Принца Гарри» противоречит змееусту Верховенскому. За высокомерием скрывается неуверенность в завтрашнем дне. Это потерянный, лишний человек. Он мечется, томится, но воздвигает неразрушимую стену, которая не позволяет раскрыть его до конца. «Неверующий, он стремится к вере, хочет ее, он непрерывно колеблется между безверием и желанием веры, и так как к необходимости веры приводит его всё тот же разум, то его желание веры носит рассудочный и «надрывный» характер. Образы Кириллова и Шатова воплощают в себе это основное противоречие ставрогинской души. В них Ставрогин «созерцает себя, как в зеркале». Оба они верят в него, «не могут вырвать его из своего сердца», думают, что следуют только его идеям» [Гессен. Трагедия зла (философский образ Ставрогина)]. Немыслимые абсурдные поступки и каменный взгляд в нем жили в гармонии: «Поразило меня тоже его лицо: волосы его были что-то уж очень черны, светлые глаза его что-то уж очень спокойны и ясны, цвет лица что-то уж очень нежен и бел, румянец что-то уж слишком ярок и чист, зубы как жемчужины, губы как коралловые, — казалось бы, писаный красавец, а в то же время как будто и отвратителен» (Достоевский, 43). Его красота неестественная, стеклянная: словно, надевши маску, он существует на Земле. Красота его «льется через край», слишком невозмутим взгляд, но позднее становится ясно, что и он в борьбе. Ежедневно он борется с самим собой. Убирает руки за спину, обжегшись шатовской пощечиной; стреляет в воздух на дуэли с Гагановым, не желая сражать противника. Для Кириллова и Шатова Николай Ставрогин был духовным отцом и покровителем, они следовали, как казалось им, за его идеями, слушали и наблюдали, вникали и откладывали в сердце: «Вспомните, что вы значили в моей жизни, Ставрогин», — говорит на прощание Кириллов. «Это ли подвиг Николая Ставрогина!», — в отчаянии вскрикивает Шатов. Николай Всеволодович – высшее существо, далекое от мнения общества, от сплетен на дне. Во время диалога с Шатовым Ставрогин всё так же вял, показывая, насколько ему безразлично происходящее вокруг. Своим хладнокровием «Принц Гарри» разом отвергает всё, во что, возможно, когда-то верил. Единственное, что остается у него – поиск Бога в душе: он верит и убегает от веры, задает вопросы и не желает находить ответы. Глава «У Тихона» отчасти раскрывает сущность Ставрогина. Раскаивается ли он, придавая огласке безбожные поступки? Нет. Не поэтому он обнажает свою душу, не поэтому трагично завершает жизнь – в итоге он сломался, забыв о прежней непоколебимости, потерял контроль над собой, но он ушел из жизни во тьму, а не во свет. Жажда покаяния – не есть ее искреннее желание. И пусть он ранее встречался с осуждением – к тому, что ждало его после печатания тех листков, он готов не был: «Не приготовлены, не закалены…» (Достоевский, 690). Но Тихон произносит и такие слова: «Если веруете, что можете простить сами себе и сего прощения себя в сем мире достигнуть, то вы во всё веруете!». Значит, верил Ставрогин, верил в Святого духа в глубине очерствевшей души, пусть и беспокойно метался всю жизнь, но сам не сможет ответить, в поисках чего: «Я вижу…я вижу, как наяву, — воскликнул Тихон проницающим душу голосом и выражением сильнейшей горести, — что никогда вы, бедный, погибший юноша, не стояли так близко к самому ужасному преступлению, как в сию минуту!» (Достоевский, 693). В жизни Ставрогина не было искренних чувств: его мог спасти крик отчаяния или же искренний веселый смех. Эмоции, живые и непосредственные, освещали бы его. Достоевский показывает читателю, что даже настолько отсохший человек может быть любим. Даша Шатова верит в него, в самое ценное, что есть в человеке – умение любить. Не отвергая любовь, Ставрогин очистил бы душу, хотя, может, она была настолько черна, что воскресить ее уже бы не удалось.

Читайте также:
Роман «Братья Карамазовы» – вершина мистического реализма Достоевского: сочинение

На мой взгляд, роман «Бесы» является лучшей работой Федора Михайловича Достоевского. Это произведение о жизни и смерти, о вере и безверии, о чувственности и безразличии, а главное, — о людях. И по сей день люди недовольны своей жизнью, тянутся к переменам и к собственному величию; так же люди верят и не верят, обретают и теряют. За это я так люблю классику – она вечно и нерушимо располагается рядом с читателем.

Подводя итог моего повествования, я осмеливаюсь высказать главную мысль романа: человеку необходимы две вещи: вера и любовь. «Поелику мы теплы», темное начало берет верх, и выходят бесы, которых ранее так старательно пытались скрыть. Этим и удивительно человечество: гармонией двух начал, добра и зла, и только нам самим решать, какими быть. Не сказки Степана Верховенского о прекрасном светлом будущем сделали Ставрогина отчужденным еретиком, не воспитание вдали от отца сделало Петра Верховенского кровавым социалистом, не общество сделало Лямшина и Липутина глумливыми слугами Сатаны— люди сами решают, подчиняться им или нет. В том, кто верит несмотря ни на что, настоящая сила, недоступная «кучке» Верховенского и их подобиям. Стоит лишь не дать заблудиться искренности и доброте, и тогда «видевшие расскажут, как исцелился бесновавшийся».

Список использованных источников:

1. Ф. А. Степун «Бесы и большевистская революция». [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.philology.ru/literature2/stepun-91.htm

2. Евангели e от Луки. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://biblia.org.ua/bibliya/lk.html

4. Роман Достоевского «Бесы» в оценке литературной критики ХХ века. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.superinf.ru/view_helpstud.php?id=4297

5. Н. А. Бердяев «Духи русской революции». [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.vehi.net/berdyaev/duhi.html

6. С. И. Гессен «Трагедия зла (философский образ Ставрогина)». [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.odinblago.ru/path/36/3

Федор Михайлович Достоевский. «Бесы». (Издание «Азбука», СПб., 2014).

Причины и мотивы преступления Раскольникова в романе “Преступление и наказание”

Раскольников
(актер Г. Тараторкин,
кадр из фильма 1969 г.)

Родион Раскольников является главным героем романа “Преступление и наказание” Достоевского.

В этой статье представлен анализ причин и мотивов преступления Родиона Раскольникова в романе “Преступление и наказание”.

Смотрите:
– Все материалы по “Преступлению и наказанию”
– Все статьи о Раскольникове

Причины и мотивы преступления Раскольникова в романе “Преступление и наказание”

Важно понимать, что ни одна из указанных ниже причин не может служить оправданием преступлению Раскольникова или любого другого преступника.

Главная причина преступления Раскольникова

На первый взгляд можно подумать, что Раскольников идет на убийство ради денег старухи-процентщицы. Да, молодой человек беден и ему хочется выбраться из нищеты быстро и без усилий, но деньги не являются главной причиной и мотивом убийства.

Главной причиной преступления Раскольникова становится его теория об обыкновенных и необыкновенных людях.Суть теории заключается в том, что люди якобы делятся на два вида:

  • люди гениальные, особенные, великие
  • люди обычные, то есть “материал” для великих

Раскольников решает проверить свою теорию на практике и доказать себе, что он принадлежит к числу великих людей, как Наполеон, и не является “тварью дрожащей”.

Что еще подталкивает Раскольникова к преступлению?

Неприязнь к старухе-процентщице

Раскольников считает старуху-процентщицу “вошью”, которая недостойна жить. Он находит оправдание будущему преступлению в том, что старуха:

  • злая, жестокая и жадная женщина
  • наживается на чужой беде, давая деньги под залог на невыгодных условиях
  • использует свою слабоумную сестру Лизавету в качестве рабыни
  • написала завещание, согласно которому почти все ее состояние переходит не к ее сестре Лизавете, а какому-то монастырю

Другие обстоятельства

Незадолго до совершения убийства в жизни Раскольникова происходит несколько событий, которые подталкивают его к преступлению:

  • Незадолго до преступления герой подслушивает разговор двух незнакомцев в трактире. Незнакомцы обсуждают злую старуху-процентщицу, которая портит людям жизнь и плохо обращается со своей сестрой. Раскольников как бы убеждается, что многие люди ненавидят процентщицу и желают ей зла.
  • Накануне преступления Раскольников знакомится с пьяницей Мармеладовым и узнает историю его жизни, а также печальную историю его дочери Сони Мармеладовой, которая вынуждена зарабатывать на жизнь непристойным ремеслом. Рассказ о Соне оставляет в душе Раскольникова удручающее впечатление.
  • Накануне убийства Раскольников получает письмо от матери, в котором говорится о предстоящей свадьбе его сестры Дуни с подлецом Лужиным, а также о страданиях Дуни в качестве гувернантки в семье Свидригайловых. Раскольников чувствует свою вину за то, что вынуждены терпеть его мать и сестра. Молодой человек против того, чтобы сестра шла замуж за подлеца ради денег. Раскольников злится на себя за то, что не может дать матери и сестре достойную жизнь.
  • Незадолго до преступления Раскольников видит на улице пьяную обманутую девушку на бульваре. Это печальное зрелище заставляет его задуматься о судьбе своей бедной сестры Дуни. Раскольников переживает, что из-за нищеты с Дуней может случиться что-то подобное.
  • Накануне преступления Раскольников случайно слышит, что сестра старухи-процентщицы, Лизавета, будет отсутствовать дома в определенное время (“завтра в 7 часов вечера”).
  • Каморка Раскольникова угнетает его психику и наводит на мрачные мысли. По мнению матери героя, его комната отчасти виновата в том, что тот чувствует себя несчастным.
  • Последние месяцы Раскольников не дает частных уроков и бросает учебу в университете. Он ничем не занимается и целыми днями проводит в своей каморке. Отсутствие занятости отчасти становится причиной его мономании, то есть “зацикленности” на своей теории об обычных и необычных людях. Когда мономания достигает апогея, он решается проверить свою ужасную теорию.
Читайте также:
Почему «переступивший» Свидригайлов покончил с собой, а Раскольников — нет? (по роману Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание»): сочинение

Еще раз подчеркиваем, что, каковы бы ни были причины и мотивы убийства, они не оправдывают преступления Раскольникова.



Раскольников после преступления

Сразу после совершения преступления Раскольников понимает, что глубоко ошибался в своей ужасной теории. Он понимает, что не является “Наполеоном” и не способен ценой преступления строить “светлое будущее”. Раскольников понимает, что не может жить спокойно и счастливо с таким страшным грехом на душе.

Наказание настигает Раскольникова не на каторге в Сибири, а сразу же после преступления: душевные терзания не покидают его ни на секунду. В конце концов герой сам является с повинной в полицию и отправляется на каторгу.

Сочинение Причины преступления Раскольникова

В данной статье мы разберемся в причинах и мотивах, основываясь на которые, главный герой романа “Преступление и наказание” Раскольников решился на совершение преступления. Оправдывать главного героя мы не будем, как и других преступников.

В начале романа, можно предположить, что Раскольников идет на преступления ради получения материальных благ старухи. Финансовое положение Раскольникова очень скудно, и он хочет стать богаче. Но, все равно, это не главная причина убийства. Он внушил себе в голову гипотезу, что люди делятся на два класса. Есть простолюдины и необычные люди, которым дано большее чем остальным. Себя он относит к гениальным людям, которым присуще стать великим. Решившись на убийство, он хочет проверить свою теорию. Таким образом, пытается доказать себе и окружающим, что относится к элитному обществу, которое обычные люди понять не в состоянии. Главном кумиром для Раскольникова является Наполеон, который ни перед кем не преклонялся и жаждал захватить весь мир.

Все эти противоречия набирали силу в душе главного героя. Давайте выясним, что подтолкнуло главного герою к такому шагу. Старуха, которой он платит за комнату, вызывало отвращение и неуважение. Раскольников сделал вывод, что она не достойна жить на этой земле и в его руках ее судьба. Старуху он считает жадной, алчной женщиной, которая отличалась жестокостью и преследовала постоянно свои цели. Такие выводы он делает из того, что старуха дает деньги людям в кредит под большой процент, в качестве залога оставляя, при этом, свою сестру. Старуха составила завещание, в котором после ее смерти все средства переходят в собственность монастыря. При таком исходе родная сестра остается ни с чем.

Перед как решится на убийство, Раскольников становится свидетелем разговора двоих мужчин в трактирном доме. Из разговора он узнает, что старуха, всячески, пытается обмануть людей любым способом ради получения собственной выгоды. Постоянно подвергает издевательствам свою родную сестру. Он делает вывод, что ненависть к старухе испытывают все окружающие. Незадолго до злодеяния Раскольников знакомится с Мармеладовым. Тот рассказывает ему, про историю Сони.

Соня зарабатывает на жизнь низменным ремеслом. Этот рассказ производит на главного героя огромное впечатление и вызывает жалость к Соне. Раскольникову приходит письмо от матери. Из этого письма, он узнает, что его родная сестра выходит замуж за Лужина, которого он считает негодяем и подлецом. Раскольников знает о том, что он издевается над его сестрой и постоянно ее унижает. Он считает себя виноватым в том, что события так развиваются. Раскольников осуждает свою сестру за то, что она выходит замуж ради денежных средств.

Вариант 2

«Преступление и наказание» – одно из самых известных произведений Ф.И. Достоевского. В нём, как и во многих других, автор пытается анализировать множество проблем: нравственных, философских, социальных. Этот анализ он проводит на основании преступления главного героя Родиона Раскольникова.

Суть преступления была такова, что герой убивает старуху-процентщицу, а затем случайно её беременную сестру. Казалось бы, убийство ради денег. Но преступление началось ещё задолго до этого, когда Раскольников создаёт теорию об обычных и необычных людях. Суть в том, что необычные люди – «право имеющие», могут ради достижения благой цели убивать других. Материалом для этого служат обычные люди – «твари дрожащие», которые созданы только чтобы поддерживать жизнь на земле.

Таким образом, главный герой хочет доказать себе, что он великий человек как Наполеон, поэтому убивает старуху. Он считает это благим делом, ведь старуха даёт деньги на невыгодных условиях, сама по себе является злой и расчётливой, терроризирует жизнь младшей сестры Лизаветы, используя её как прислугу.

Читайте также:
Пророческое слово Достоевского: сочинение

Ещё одной из причин является знакомство с Мармеладовым в баре. Последний поведал ему историю своей жизни, рассказал, чем занимается его дочь Сонечка, чтоб содержать семью. «Бедность не порок, а вот нищета – это порок», – заявляет герой, после неё Раскольников осознаёт всё убожество своей жизни. Он живёт в крохотной каморке, такой же замкнутой, она угнетает его и становится причиной мономании – зацикленности на той самой теории. Также и Петербург в жёлтых тонах. Всё это только подталкивает героя на преступление.

Сразу после убийства он осознаёт, что зря это сделал, почти сразу же начинается наказание. Внутренний конфликт не даёт нормально жить и приводит к лихорадке (хотя по теории это было абсолютно нормально). В конце концов Родион сам приходит с повинной и отправляется на каторгу.

Какие бы причины ни находились, они ни в коем случае не оправдывают преступление Раскольникова, он сам осознаёт абсурдность теории на каторге.

Причины и мотивы преступления Раскольникова в романе Достоевского Преступление и наказание с цитатами

Роман Фёдора Михайловича Достоевского «Преступление и наказание» стал учебником в мире психологии преступления. На примере Раскольникова мы можем проследить развитие «болезни преступника», апофеозом которой становится раскаяние и наказание. Но что побудило Родиона пойти на столь ужасающий поступок? Давайте попытаемся разобраться в этом вопросе.

Быть может, причиной стали голод и нищета? Обратимся к тексту. Раскольников в части 5 в диалоге с Соней сам обращает её внимание на то, что не голод, не нищета стали причиной убийства. Более того, он был бы даже рад, если бы он пошёл на преступление чтобы прокормить себя.

К тому же, Раскольников, несмотря на своё бедственное положение, мог бы легко восстановиться. На это нам указывает сцена с Разумихиным, когда тот предлагает работу по переводу главному герою. Родион прекрасно разбирался в немецком языке, поэтому мог бы отозваться на предложение друга, но всё же он предпочёл отказаться.

Также стоит вспомнить сцену из 2 части, когда Раскольников хотел избавиться от награбленного имущества старухи совсем, утопив его в реке. Это говорит нам о том, что главный герой пошёл на убийство не ради пропитания или улучшений собственного имущественного положения.

Что же тогда стало причиной преступления? Ответ прост – теория. Раскольников попал под её влияние, об этом свидетельствует его статья в журнале, которую он также обсуждал с Порфирием Петровичем. Пытаясь доказать, что он не «тварь дрожащая» и имеет право убить ради «великих дел», Раскольников начинает искать свою жертву, которой стала Алёна Ивановна. Казалось бы, что всё очень просто – надо просто убить и дело в шляпе. Но, к сожалению для главного героя, это не так. Убив старуху, он «убивает и себя». Это значит, что он не подтвердил свой статус, свою теорию.

Таким образом, Родион Раскольников решился на преступление не из-за нищеты или голода. Причиной стала теория, сломавшая жизнь не только Раскольникову, но и многим другим людям, среди которых его собственная мать, которая не смогла перенести такого шока. Невольно вспоминается Базаров из романа И.С. Тургенева «Отцы и дети», который подвёл свою жизнь под жёсткие рамки теории нигилизма и тоже потерпел крах.

Кратко мое мнение

Герой одного из самых известных произведений Достоевского Раскольников, убивший старую женщину и её сестру, сделал это по нескольким причинам. Конечно же, ни одна из них не является оправданием главного героя, но зная эти мотивы, мы можем понять то, что было в душе Родиона, как он решился на убийство.

Первой причиной для бедного студента были деньги. Он был беден, и, как любой человек, хотел перестать голодать и плохо жить. Однако, эта причина не являлась главной, ведь была вторая. Родион сочинил теорию, по которой делил людей всего на два типа: обычные, серая масса и гениальные, способные продвинуть человечество вперёд. Несложно догадаться, что себя он причислял ко второму типу и сравнивал с Наполеоном. Чтобы доказать себе и миру, что это правда, он решается на этот отважный шаг. Он считает старуху злой и беспощадной, потому что она никому не даёт денег, ничего не прощает, а также издевается над своей бедной сестрой. Она не написала завещание на неё, а сделала это, пообещав отдать все свои богатства монастырю.

Перед страшным происшествием, Родион подслушивать разговор людей о непорядочности старухи, что только подтверждает его слова. Вдобавок ко всему, он встречается с Мармеладовым, который рассказывает ему грустную историю о своей дочери, которая из-за их бедности вынуждена заниматься непристойной работой. Этот рассказ очень тронул Родиона, и ещё больше уверил его в мысли, что нужно действовать. Ему также надоело жить в своей мрачной и страшной комнате, которая всё нагнетала и нагнетала обстановку в его душе. Родион перестал давать уроки, учить и как-то ещё близко и часто контактировать с людьми, закрылся в себе и начал часами, сидя в своей коморке, обдумывать все детали теории. Когда человек в одиночестве, когда нет отвлекающих факторов, а есть только мысли и идеи, он с каждым днём будет уверяться в их правильности всё больше и больше. Так случилось и с Раскольниковым.

Будучи уверенным в том, что он «имеет право», Родион совершает это ужасное преступление, но сразу же после из «Наполеона» превращается в человека, который не может выдержать своих дум, страданий и сожалений. Он понял, что в своей теории ошибся, но было уже поздно.

Читайте также:
Красота человеческого поступка: сочинение

Итак, причиной преступления Родиона является его внутреннее депрессивное состояние, в котором он пребывал достаточно долгое время, а также бедность, желание доказать свою важность этому миру и ненависть к старухе, которая, возможно, и была самодуркой.

Мотивом преступлений всегда является совокупность нескольких факторов, которые накопились в душе человека, а потом вышли наружу. Это и было с Раскольниковым, который вовремя не смог одуматься и остановиться.

Также читают:

Картинка к сочинению Причины преступления Раскольникова

Популярные сегодня темы

Глава под название «Княжна Мэри» является одной из самых объемных в романе, написанном Лермонтовым, а именно в «Герое нашего времени». Еще одной отличительной особенностью является стиль написания

В повести Булгакова описывается период жизни России начала 20 века. Ярко и красочно воспроизведена действительность того времени, время зарождения пролетариата, когда люди получают власть, но ещё не знают, как её применить.

Данный рассказ ведется от имени автора . Он приехал в Москву и остановился в отеле на Арбате . Он влюбился и мечтает не просто о встречах с любимой, а о чем то глубоком и вечном.

Главный смысл сказки «Волшебник изумрудного города» раскрывается в дружбе нескольких героев, которых находит девочка по имени Элли, по пути к разрешению проблем. Дело в том, что ураган перенес её дом и пёсика совсем в другое место

Разведение рыб в аквариуме может быть увлекательным и веселым хобби, поскольку можно создать свой собственный водный мир, украсить его так, как хочется, и наполнить рыбками, которые нравятся

Причины преступления Раскольникова – сочинение на тему по роману Достоевского

Роман «Преступление и наказание» был написан Достоевским 150 лет назад. Главный герой романа – Родион Романович Раскольников проходит путь от студента, считающего себя «сверхчеловеком», до преступника, осознающего всю мелочность своего поступка. Так какова же главная причина преступления Раскольникова?

Главная причина преступления

Родион Раскольников – главный персонаж романа. Находясь в тяжелом материальном положении, в голове героя созревает схема убийства старухи-процентщицы. Вооружившись топором он отправляется к ней домой, но все планы рушит вернувшаяся не во время сестра Лизавета. Обескураженный и не знающий как себя вести, Родион убивает и ее, так как она была нежелательным свидетелем.

Какая же основная причина, побудившая героя на такой жестокий поступок? Неужели только деньги являлись главным фактором? На самом деле автор изображает Раскольникова сложной и многогранной фигурой. Главной причиной совершения преступления стала собственная философия Раскольникова. В статье «О преступлении», написанной им для местной газеты, он выдвигает теорию, что всех людей можно разделить на две категории. Первые – обычные люди, которые не могут влиять на историю, они, так называемый «расходный материал», которым можно пожертвовать ради великой цели. Вторая категория людей – люди необыкновенные, так называемые «Наполеоны».

Этим людям, следуя теории Родиона, позволено намного больше, чем всем остальным. Они могут совершать преступления и причинять страдания другим.

Раскольников явно относил себя ко второму типу людей, считая, что совершил убийство в благих целях. Старуха, Алена Ивановна, для него – “вошь” и “недочеловек”. Она наживается на чужом горе, выдавая деньги на невыгодных условиях. Однако ее сестра Лизавета не вписывается в эту категорию и Раскольников испытывает чувство вины.

В результате становится ясно, что герой переоценил свои силы, его теория совершенно ему неподходит, и он не “сверхчеловек”.

Второстепенные причины преступления

Раскольников – персонаж, в котором уживаются две личности. С одной стороны он – добрый и великодушный человек, способный заступиться за слабых, с другой – высокомерный и гордый, считающих одних людей выше других. Убитую старуху он определенно считает «вошью», которая недостойна жить на этом свете. Именно по этому он хладнокровно продумал убийство и не считал его преступлением.

Незадолго до страшного события Раскольников подслушал в трактире разговор двух мужчин о том, что ростовщица плохо обходится со своей сестрой, при этом завещание составила не на нее, а на церковный приход. Это кажется герою ужасным, и он еще больше уверяется в решении расправится с меркантильной ростовщицей.

Тяжелое материальное положение также послужило причиной для убийства. Без денег остался не только он сам, но и семья Мармеладовых, с которыми он познакомился накануне,а также мать и сестра. Сестра Дуня вынуждена соглашаться на предложение руки и сердца нелюбимого человека, который судя по всему после замужества будет плохо к ней относится.

Окружающая обстановка также удручающе влияет на психику Раскольникова. Его маленькая, тесная и темная каморка, в которой он проводит слишком много времени в думах, наводит его на мрачные мысли.

Последствия преступления

Совершив безобразное преступление, главный герой осознает, что его теория оказалась неправильной, а сам он отнюдь не «Наполеон». Раскольников мучается чувством вины, становится мрачным и отдаляется от любящих его людей. Не в силах терпеть нравственные противоречия он сознается, что совершил преступление. Соня Мармеладова поддерживает его в этом решении и становится тем человеком, который воскрешает его, возвращает веру в жизнь.

Наказание Раскольникова заключается не на каторге в Сибири, куда его отправляют после признания в убийстве, а в терзаниях и муках, которые переносит его душа.

Данная статья поможет школьникам написать сочинение на тему «Причины преступления Раскольникова». В ней рассматриваются мотивы убийства старухи-процентщицы, отношение самого героя к преступлению до убийства и после него.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: