Роман Герцена Кто виноват?: сочинение

«Сочинение по роману Герцена «Кто виноват?»»

Роман, над которым Герцен работал 6 лет, был выпущен отдельным изданием в 1847 г. в качестве приложения к журналу «Современник». Во многом он связан с принципами «натуральной школы». Для романа характерны антикрепостническая проблематика, острая постановка ряда злободневных вопросов (положение женщины в семье, формирование разночинной интеллигенции), широкий показ социальной среды и ее воздействия на жизнь главных действующих лиц произведения и т. д.

Роман «Кто виноват?» — суровый приговор всей самодержавно-крепостнической системе, уродующей и искажающей сознание и жизнь людей. Писатель последовательно придерживается принципа социальной обусловленности (детерминированности) персонажей, поэтому так важны для него подробные биографии героев. С их помощью он получает возможность наглядно раскрыть крайне неблагоприятное воздействие деспотизма на человека. И даже помещики Негровы, по замечанию Белинского, отталкивающие от себя низостью чувств и гадостью поступков, представляются автором как жертвы той среды, которая их сформировала и в которой они живут.

В еще большей степени такая концепция личности проявляется в изображении тех героев романа, которые пользуются несомненным сочувствием Герцена. Это прежде всего Любонька, незаконная дочь крепостника Негрова, мечтательная и глубоко чувствующая девушка, наделенная незаурядным и оригинальным умом, большой внутренней силой, страстно рвущаяся к иной, осмысленной жизни. Это учитель Круциферский, ставший ее мужем, восторженный романтик и идеалист, поклонник поэзии Жуковского, разночинец, не сумевший справиться с суровыми жизненными и психологическими испытаниями, выпавшими ему на долю, пассивно примирившийся с жизнью, беспомощный и покорный. Это, наконец, главный герой романа — Владимир Бельтов, постоянно ощущающий свою неприкаянность, ненужность в удушающих условиях самодержавно-помещичьей России.

Бельтов, вошедший в жизнь в суровые 30-е годы, после поражения восстания декабристов, прошел сложный путь идейных исканий, потратив лучшие силы своего незаурядного ума, чистоту душевных побуждений на безуспешную борьбу с уродливыми формами общественных отношений. В этой борьбе он, сознающий в себе «страшное богатство сил», воспитанный на передовых идеях просветительской философии, знакомый с учением утопического социализма, бывший в курсе современных ему политических движений Европы, становится «умной ненужностью». Попытки применить свои силы то в канцелярии, то в медицине, то в искусстве оказываются тщетными. Итог — горькое разочарование: «Я, точно герой наших народных сказок, ходил по всем распутьям и кричал: «Есть ли в поле жив-человек?» Но жив человек не откликался… мое несчастье… а один в поле не воин… Я и ушел с поля…»

Важно, однако, отметить, что в отличие от своих литературных предшественников, Бельтов осознает полную несовместимость его идеалов с жизненным укладом того общества, которое его самого воспринимает как явление чуждое и опасное: «Он не мог войти в их интересы, и они — в его, и они его ненавидели, поняв чувством, что Бельтов — протест, какое-то обличение их жизни, какое то возражение на весь порядок ее». Этот идейный антагонизм предопределяет развитие сюжета романа: неудачи Бельтова на общественном поприще и неудачи его в личной жизни.

Всю вину за несостоятельность Бельтова, его неумение найти, хоть какое-то применение своим действительно незаурядны силам Герцен возлагает только на чиновничье-крепостническое общество, искалечившее его жизнь — так же, как была искалечен жизнь мужа и жены Круциферских. Писателю явно близок Бельтов. В нем он видит черты своего поколения, обреченного николаевской реакцией на безделье. Он даже наделяет его некоторыми автобиографическими чертами. Герцен стремится прежде всего не обвинить, а оправдать своего героя.

Показательно, что при всей идейной близости Белинского и Герцена критик, чрезвычайно высоко оценивший роман, все же вступил с писателем в полемику. Белинский уже предъявляет к дворянским героям тина Бельтова более суровые требования. Для него становится ясным не только вина общественного устройства в трагедии действующих лиц романа (в этом и заключается смысл названия произведения), но и ограниченность самого Бельтова, «осужденного томиться жаждою деятельности и тоскою бездействия»: «Мы думаем,— писал Белинский,— что… автор мог бы еще указать слегка и на натуру своего героя, нисколько не практичную и, кроме воспитания, порядочно испорченную еще и богатством» [10, 321]. Белинский не соглашался с некоторой идеализацией Бельтова, стремлением писателя представить его «какою-то высшею, гениальною натурою, для деятельности которой действительность не представляет достойного поприща…» [10, 322]. И социально, и психологически критику-демократу был ближе разночинец Круциферский, но его-то Герцен изобразил совершенно беспомощным и жалким, жертвою времени и обстоятельств. Круциферский, пассивно примирившийся с жизнью, явно проигрывал по сравнению с Бельтовым.

Спор о герое времени, о роли «лишних людей» из дворян в общественном движении и литературе будет продолжен в конце 50-х годов, но некоторые предпосылки будущего столкновения между Добролюбовым и Герценом можно заметить уже в статье Белинского «Взгляд на русскую литературу 1847 года». Добролюбов в статье «Что такое обломовщина?» (1859), написанной уже в период первой революционной ситуации, называл Бельтова «гуманнейшим» в галерее «лишних людей», причислял его к людям со «стремлениями действительно высокими и благородными». В то же время он резко критиковал его и ему подобных за то, что все они, оказавшись несостоятельными перед силою враждебной среды, не могли «представить себе близкой возможности страшной, смертельной борьбы с обстоятельствами, которые их давили».

Проблематика романа Герцена “Кто виноват?”

Содержание романа: крепостное право, семья, брак, женская эмансипация, разночинная интеллигенция и абсолютистско-крепостнический деспотизм. Цепь биографий персонажей, эмоционально-психологическая напряженность развития и композиционное своеобразие романа.

Рубрика Литература
Вид реферат
Язык русский
Дата добавления 03.12.2014
Размер файла 18,4 K
  • посмотреть текст работы
  • скачать работу можно здесь
  • полная информация о работе
  • весь список подобных работ

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Белорусский государственный университет

Кафедра русской литературы

«Проблематика романа Герцена «Кто виноват?» (проблемы любви, брака, воспитания, вины и невинности). Сюжетно-композиционная структура и система образов. Типы героев времени»

Студентка 2 курса, 5 группы

Специальности «Русская филология»

Говорунова Валентина Васильевна

Роман «Кто виноват?» начат Герценом в 1841 году в Новгороде. Его первая часть завершена в Москве и появилась в 1845 и в 1846 годах в журнале «Отечественные записки». Полностью он вышел отдельным изданием в 1847 году в виде приложения к журналу «Современник».

Читайте также:
А.И. Герцен блестящий публицист философ талантливый критик: сочинение

Содержание романа — злободневные проблемы той поры: крепостное право, семья и брак, «лишний человек», женская эмансипация, разночинная интеллигенция. На вопрос, поставленный в заглавии «Кто виноват?», Герцен убедительно отвечает содержанием романа — абсолютистско-крепостнический деспотизм.

По словам Белинского, особенность романа «Кто виноват?» – могущество мысли. «У Искандера, — пишет Белинский, — мысль всегда впереди, он вперед знает, что и для чего пишет».

В первой части романа характеризуются главные герои и многосторонне обрисовываются обстоятельства их жизни. Эта часть по преимуществу эпическая, представляющая цепь биографий основных персонажей. роман персонаж композиционный крепостнический

Завязка романа — сложный узел семейно-бытовых, социально-философских и политических противоречий. Именно с приезда Бельтова в город развертывается острая борьба идей, моральных принципов консервативно-дворянского и демократически-разночинского лагерей. Дворяне, почувствовав в Бельтове «протест, какое-то обличение их жизни, какое-то возражение на весь порядок ее», никуда его не выбрали, «прокатили». Не удовлетворившись этим, они сплели гнусную паутину грязной сплетни о Бельтове и Любови Александровне.

Начиная с завязки, развитие сюжета романа принимает все большую эмоционально-психологическую напряженность. Отношения сторонников демократического лагеря осложняются. Центром изображения становятся переживания Бельтова и Круциферской. Кульминация их взаимоотношений, будучи и кульминацией романа в целом, — объяснение в любви, а потом прощальное свидание в парке.

Композиционное искусство романа выразилось и в том, что отдельные биографии, которыми он начат, постепенно сливаются в неразложимый жизненный поток.

При видимой отрывочности повествования, когда рассказ от автора сменяется письмами героев, выдержками из дневника, биографическими отступлениями, роман Герцена строго последователен. “Повесть эта, несмотря на то, что она будет состоять из отдельных глав и эпизодов, имеет такую целость, что вырванный лист портит все”,– пишет Герцен.

Основным организующим началом романа служит не интрига, не сюжетная ситуация, а ведущая идея — зависимость людей от губящих их обстоятельств. Этой идее подчиняются все эпизоды романа, она придает им внутреннюю смысловую и внешнюю целостность.

Своих героев Герцен показывает в развитии. Для этого он использует их биографии. По его убеждению, именно в биографии, в истории жизни человека, в эволюции его поведения, определяемого конкретными обстоятельствами, раскрывается его социальная сущность и оригинальная индивидуальность. Руководствуясь своим убеждением, Герцен строит роман в виде цепи типических биографий, связанных между собой жизненными судьбами. В ряде случаев его главы и называются «Биографии их превосходительств», «Биография Дмитрия Яковлевича».

Композиционное своеобразие романа «Кто виноват?» заключается и в последовательном расположении его характеров, в социальном контрасте и градации. Вызывая заинтересованность читателя, Герцен расширяет социальное звучание романа и усиливает психологический драматизм. Начавшись в усадьбе, действие переносится в губернский город, а в эпизодах из жизни основных действующих лиц — в Москву, Петербург и за границу.

Герцен назвал историю “лестницей восхождения”. В первую очередь – это духовное возвышение личности над условиями жизни определенной среды. В романе личность только тогда заявляет о себе, когда отделяется от своей среды.

На первую ступень этой “лестницы” вступает Круциферский, мечтатель и романтик, уверенный в том, что в жизни нет ничего случайного. Он помогает дочери Негрова подняться, но она поднимается ступенькой выше и теперь видит больше, чем он; Круциферский, робкий и несмелый, больше не может сделать ни шагу вперед. Она поднимает голову и, увидев там Бельтова, подает ему руку.

Но в том-то и дело, что эта встреча ничего не изменила в их жизни, а лишь увеличила тяжесть действительности, обострила чувство одиночества. Жизнь их была неизменна. Первой это почувствовала Люба, ей показалось, что она вместе с Круциферским потерялась среди безмолвных просторов.

В романе поведение и характеры людей мотивируются социальными обстоятельствами, четко показано влияние окружающей среды на личность. Герцен не отрицает хороших задатков свойственных натуре Негрова, но лучшие возможности в нем задавлены, убиты паразитизмом. Негров — истый сын своего сословия, он ленив, деспотичен, жесток, развратен и невежествен. Деспотизм Негрова проявляется во всем его облике, в любом поступке: в его глазах ( «грозно взглянул на казачка»), в грубо-циничном окрике с присвистом ( «Эй, Васька!»), в «громовом голосе», которым он отдает приказания, и даже в том, как он в диванной «вдалбливает в пол какие-то дедовские кресла». Вдобавок Герцен набрасывает ряд дополнительных портретов высшего петербургского, московского и губернского круга. В романе возникают образы светских кокеток, ханжей и сплетниц, игроков, кутил, распутников и мотов. Все они, составляя фон, среду основных героев романа, оттеняют типичность Негровых, их обычность в дворянско-поместном обществе. При этом Герцен убеждает в неспособности Негровых к нравственному перерождению без коренного изменения их социального положения. Он приводит своих читателей к выводу, что и самая лучшая натура обязательно уродуется крепостной властью и положительно проявляется лишь в редчайших случаях, вроде признания отцом Бельтова своей вины перед Софи.

В романе отчетливо выражена авторская симпатия к русскому народу. Социальным кругам, властвующим в поместьях или в бюрократических учреждениях, Герцен противопоставил явно сочувственно изображаемых крестьян, демократическую интеллигенцию. Писатель придает большое значение каждому образу из крестьян, даже второстепенному. Так, он ни в коем случае не хотел печатать свой роман, если цензура исказит или выбросит образ Софи. Герцен сумел в своем романе показать непримиримую враждебность крестьян по отношению к помещикам, а также и моральное их превосходство над своими владельцами. Любоньку особенно восхищают крестьянские дети, в которых она, выражая взгляды автора, видит богатые внутренние задатки: «Какие славные лица у них, открытые и благородные!»

Образом Круциферского Герцен ставит проблему «маленького» человека. Круциферский, сын губернского лекаря, по случайной милости мецената, кончил Московский университет, хотел заниматься наукой, но нужда, невозможность существовать даже частными уроками заставили его поехать на кондицию к Негрову, а затем стать учителем провинциальной гимназии. Это скромный, добрый, благоразумный человек, восторженный поклонник всего прекрасного, пассивный романтик, идеалист. Дмитрий Яковлевич свято верил в идеалы, витающие над землей, а все явления жизни объяснял духовным, божественным началом. В практической жизни это беспомощный, всего боящийся ребенок. Смыслом жизни стала его все поглощающая любовь к Любоньке, семейное счастье, которым он упивался. А когда это счастье стало колебаться и рушиться, то он оказался морально раздавленным, способным лишь молиться, плакать, ревновать и спиваться. Фигура Круциферского приобретает трагический характер, определяемый его разладом с жизнью, его идейной отсталостью, инфантильностью.

Читайте также:
Начало литературной деятельности Герцена: сочинение

Доктор Крупов и Любонька представляют новую ступень в раскрытии типа разночинца. Крупов — материалист. Несмотря на косный, глушащий все лучшие порывы провинциальный быт — Семен Иванович сохранил в себе человеческие начала, трогательную любовь к людям, к детям, чувство собственного достоинства. Отстаивая свою независимость, он пытается по мере сил приносить людям добро, не разбирая их чинов, званий и состояний. Навлекая на себя гнев власть имущих, пренебрегая их сословными предрассудками, Крупов идет в первую очередь не к знатному, а к наиболее нуждающемуся в лечении. Через Крупова автор иногда высказывает собственные взгляды о типичности семьи Негровых, об узости человеческой жизни, отданной лишь семейному счастью.

Психологически более сложным предстает образ Любоньки. Внебрачная дочь Негрова от крепостной крестьянки, она с раннего детства оказалась в условиях незаслуженных обид, грубых оскорблений. Все и всё в доме напоминали Любови Александровне, что она барышня «по благодеянию», «по милости». Притесняемая и даже презираемая за свое «холопское» происхождение, она чувствует себя одинокой, чужой. Каждодневно ощущая оскорбительную несправедливость по отношению к себе, она возненавидела неправду и все то, что теснит, давит свободу человека. Сострадания к крестьянам, родным ей по крови, и испытываемому гнету, вызвали в ней горячее к ним сочувствие. Находясь все время под ветром нравственных невзгод, Любонька выработала в себе твердость в отстаивании своих человеческих прав и непримиримость к злу в любых его видах. И вот явился Бельтов, указавший, кроме семейного, возможности и другого счастья. Любовь Александровна признается, что после встречи с ним она изменилась, возмужала: «Сколько новых вопросов возникло в душе моей. Он открыл мне новый мир внутри меня». На редкость богатая, деятельная натура Бельтова увлекла Любовь Александровну, разбудила ее дремавшие возможности. Бельтов был изумлен ее необыкновенной даровитостью: «Те результаты, за которые я пожертвовал полжизнью, — говорит он Крупову, — были для нее простыми, само собой понятными истинами». Образом Любоньки Герцен показывает права женщины на равенство с мужчиной. Любовь Александровна нашла в Бельтове человека во всем ей созвучного, ее истинное счастье с ним. А на пути к этому счастью кроме морально-правовых норм, общественного, мнения, стоит Круциферский, умоляющий не покидать его, и их сын. Любовь Александровна знает, что счастья с Дмитрием Яковлевичем у нее уже не будет. Но, подчиняясь обстоятельствам, жалея слабого, гибнущего Дмитрия Яковлевича, вырвавшего ее из негровского гнета, сохраняя для своего ребенка семью, она по чувству долга остается с Круциферским. О ней очень верно сказал Горький: «Эта женщина остается с мужем своим — человеком слабым, чтобы не убить его изменой».

Драма Бельтова, «лишнего» человека, ставится автором в непосредственную зависимость от социальной системы, господствовавшей тогда в России. Исследователи очень часто видели причину трагедии Бельтова в его абстрактно-гуманитарном воспитании. Но было бы ошибочно понять образ Бельтова лишь как нравоучительную иллюстрацию того, что воспитание должно быть практическим. Ведущий пафос этого образа в другом — в осуждении социальных условий, погубивших Бельтова. Но что же мешает развернуться этой «огненной, деятельной натуре» на благо обществу? Несомненно, наличие крупного родового поместья, отсутствие практических навыков, трудового упорства, недостаточность трезвого взгляда на окружающие условия, но главное, социальные обстоятельства! Страшны, античеловечны те обстоятельства, в которых лишни, не нужны благородные, светлые люди, готовые на любые подвиги ради общего счастья. Безысходно мучительно состояние подобных людей. Их правый, негодующий протест оказывается бессильным.

Но этим не ограничивается общественный смысл, прогрессивно-воспитательная роль образа Бельтова. Его взаимоотношения с Любовью Александровной — энергичный протест против собственнических норм брачно-семейных отношений. Во взаимоотношениях Бельтова и Круциферской писатель наметил идеал такой любви, которая духовно поднимает и растит людей, раскрывая все заложенные в них способности.

Таким образом, основная цель Герцена и заключалась в том, чтобы воочию показать, что изображаемые им социальные условия душат лучших людей, глушат их стремления, судя их несправедливым, но непререкаемым судом затхлого, консервативного общественного мнения, опутывая их сетями предрассудков. И это определило их трагедию. Благоприятное решение судеб всех положительных героев романа может обеспечить лишь коренное преобразование действительности — такова основополагающая мысль Герцена.

Роман «Кто виноват?», отличаясь сложностью проблематики, многозначен в своей жанрово-видовой сущности. Это роман социально-бытовой, философско-публицистический и психологический.

Свою задачу Герцен видел не в том, чтобы разрешить вопрос, а в том, чтобы его верно обозначить. Поэтому он избрал протокольный эпиграф: “А случай сей за неоткрытием виновных предать воле Божией, дело же, почислив нерешенным сдать в архив. Протокол”.

Сочинение на тему «А. И. Герцен. Кто виноват?»

Действие начинается в русской провинции, в имении богатого помещика Алексея Абрамовича Негрова. Семейство знакомится с учителем сына Негрова — Миши, Дмитрием Яковлевичем Круциферским, окончившим Московский университет кандидатом. Негров бестактен, учитель робеет.

Негров был произведен в полковники уже немолодым, после кампании 1812 г., вскоре вышел в отставку в чине генерал-майора; в отставке скучал, хозяйничал бестолково, взял в любовницы молоденькую дочь своего крестьянина, от которой у него родилась дочь Любонька, и наконец в Москве женился на экзальтированной барышне. Трехлетняя дочь Негрова вместе с матерью сосланы в людскую; но Негрова вскоре после свадьбы заявляет мужу, что хочет воспитать Любоньку как собственную дочь.

Круциферский — сын честных родителей: уездного лекаря и немки, любившей мужа всю жизнь так же сильно, как в юности. Возможность получить образование ему дал сановник, посетивший гимназию уездного города и заметивший мальчика. Не будучи очень способным, Круциферский, однако, любил науку и прилежанием заслужил степень. По окончании курса он получил письмо от отца: болезнь жены и нищета заставили старика просить о помощи. У Круциферского нет денег; крайность вынуждает его с благодарностью принять предложение доктора Крупова, инспектора врачебной управы города NN, — поступить учителем в дом Негровых.

Читайте также:
Герцен Александр Иванович прозаик, публицист: сочинение

Пошлая и грубая жизнь Негровых тяготит Круциферского, но не только его одного: двусмысленное, тяжелое положение дочери Негрова способствовало раннему развитию богато одаренной девушки. Нравы дома Негровых равно чужды обоим молодым людям, они невольно тянутся друг к другу и вскоре влюбляются друг в друга, причем Круциферский обнаруживает свои чувства, читая Любоньке вслух балладу Жуковского «Алина и Альсим».

Между тем скучающая Глафира Львовна Негрова тоже начинает испытывать влечение к юноше; старая гувернерша-француженка пытается свести барыню и Круциферского, причем случается забавная путаница: Круциферский, от волнения не разглядев, кто перед ним, объясняется в любви Негровой и даже целует ее; в руки Глафиры Львовны попадает восторженное любовное послание Круциферского Любоньке. Поняв свою ошибку, Круциферский бежит в ужасе; оскорбленная Негрова сообщает мужу о якобы развратном поведении дочери; Негров, воспользовавшись случаем, хочет заставить Круциферского взять Любоньку без приданого, и очень удивлен, когда тот соглашается безропотно. Чтобы содержать семью, Круциферский занимает место учителя гимназии.

Узнавши о помолвке, мизантроп доктор Крупов предостерегает Круциферского: «Не пара тебе твоя невеста… она тигренок, который еще не знает своей силы».

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Счастливой свадьбой, однако, эта история не кончается.

Через четыре года в NN приезжает новое лицо — владелец имения Белое поле Владимир Бельтов. Следует описание города, выдержанное в гоголевском духе.

Бельтов молод и богат, хотя и нечиновен; для жителей NN он загадка; рассказывали, что он, окончив университет, попал в милость к министру, затем рассорился с ним и вышел в отставку назло своему покровителю, потом уехал за границу, вошел в масонскую ложу и пр. Сама внешность Бельтова производит сложное и противоречивое впечатление: «в лице его как-то странно соединялись добродушный взгляд с насмешливыми губами, выражение порядочного человека с выражением баловня, следы долгих и скорбных дум с следами страстей…»

В чудачествах Бельтова винят его воспитание. Отец его умер рано, а мать, женщина необыкновенная, родилась крепостной, по воле случая получила образование и пережила в молодости много страданий и унижений; страшный опыт, перенесенный ею до замужества, сказался в болезненной нервности и судорожной любви к сыну. В учители сыну она взяла женевца, «холодного мечтателя» и поклонника Руссо; сами не желая того, учитель и мать сделали все, чтоб Бельтов «не понимал действительности». Окончив Московский университет по этико-политической части, Бельтов, с мечтами о гражданской деятельности, уехал в Петербург; по знакомству ему дали хорошее место; но канцелярская работа наскучила ему очень скоро, и он вышел в отставку всего-навсего в чине губернского секретаря. С тех пор прошло десять лет; Бельтов безуспешно пробовал заниматься и медициной, и живописью, кутил, скитался по Европе, скучал и, наконец, встретив в Швейцарии своего старого учителя и тронутый его упреками, решил вернуться домой, чтобы занять выборную должность в губернии и послужить России.

Город произвел на Бельтова тяжелое впечатление: «все было так засалено […] не от бедности, а от нечистоплотности, и все это шло с такою претензией, так непросто…»; общество города представилось ему как «фантастическое лицо какого-то колоссального чиновника», и он испугался, увидев, что «ему не совладать с этим Голиафом». Здесь автор пытается объяснить причины постоянных неудач Бельтова и оправдывает его: «есть за людьми вины лучше всякой правоты».

Общество тоже невзлюбило чужого и непонятного ему человека.

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Между тем семья Круциферских живет очень мирно, у них родился сын. Правда, иногда Круциферским овладевает беспричинное беспокойство: «мне становится страшно мое счастие; я, как обладатель огромных богатств, начинаю трепетать перед будущим». Друг дома, трезвый материалист доктор Крупов, вышучивает Круциферского и за эти страхи, и вообще за склонность к «фантазиям» и «мистицизму». Однажды Крупов вводит в дом Круциферских Бельтова.

В это время жена уездного предводителя, Марья Степановна, женщина глупая и грубая, делает безуспешную попытку заполучить Бельтова в женихи для дочери — девушки развитой и прелестной, совершенно не похожей на своих родителей. Позванный в дом, Бельтов пренебрегает приглашением, чем приводит хозяев в ярость; тут городская сплетница рассказывает предводительше о слишком тесной и сомнительной дружбе Бельтова. с Круциферской. Обрадованная возможностью отомстить, Марья Степановна распространяет сплетню.

Бельтов и на самом деле полюбил Круциферскую: до сих пор ему не приходилось встречать такой сильной натуры. Круциферская же видит в Бельтове великого человека. Восторженная любовь мужа, наивного романтика, не могла удовлетворить ее. Наконец Бельтов признается Круциферской в любви, говорит, что знает и о ее любви к нему; Круциферская отвечает, что принадлежит своему мужу и любит мужа. Бельтов недоверчив и насмешлив; Круциферская страдает: «Чего хотел этот гордый человек от нее? Он хотел торжества…» Не выдержав, Круциферская бросается в его объятия; свидание прервано появлением Крупова.

Потрясенная Круциферская заболевает; муж сам почти болен от страха за нее. Далее следует дневник Круциферской, где описаны события последующего месяца — тяжелая болезнь маленького сына, страдания и Круциферской, и ее мужа. Разрешение вопроса: кто виноват? — автор предоставляет читателю.

Любовь к жене всегда была для Круциферского единственным содержанием его жизни; сначала он пытается скрыть свое горе от жены, пожертвовав собой для ее спокойствия; но такая «противуестественная добродетель вовсе не по натуре человека». Однажды на вечеринке он узнает от пьяных сослуживцев, что его семейная драма стала городской сплетней; Круциферский впервые в жизни напивается и, придя домой, почти буйствует. На следующий день он объясняется с женою, и «она поднялась в его глазах опять так высоко, так недосягаемо высоко», он верит, что она еще любит его, но счастливее от этого Круциферский не становится, уверенный, что мешает жить любимой женщине.

Читайте также:
Герцен. Психологические контуры: сочинение

Разгневанный Крупов обвиняет Бельтова в разрушении семьи и требует уехать из города; Бельтов заявляет, что он «не признает над собою суда», кроме суда собственной совести, что происшедшее было неизбежно и что он сам собирается уехать немедленно.

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

В тот же день Бельтов побил на улице тростью чиновника, грубо намекнувшего ему на его отношения с Круциферской.

Навестив мать в ее имении, через две недели Бельтов уезжает, куда — не сказано.

Круциферская лежит в чахотке; ее муж пьет. Мать Бельтова переезжает в город, чтобы ходить за больной, любившей ее сына, и говорить с ней о нем.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://briefly.ru/

Нужна помощь в написании сочинение?

Мы – биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Кто виноват?

А. И. Герцен

Слова, слова, слова

20 марта 2021 г. 19:29

Очень неожиданное оказалось чтение. В первую очередь приятно удивило то, как повесть написана: иронично, язвительно и местами очень смешно, так смешно, что хочется плакать. Во-вторых, удивила сентиментальность основного сюжета повести, который начинается лишь в середине второй части; а до этого идёт долгая экспозиция с представлением биографий всех действующих лиц, чуть ли не с родословной. И в этой экспозиции такая бездна сюжетов и характеров, что кажется иному писателю хватило бы на пятитомник толстых книг. угадываются некоторые аллюзии с Обыкновенной историей, Бесами. В скупом количестве слов, но яркими картинами представлен срез всего русского общества от деревни и провинциального города до Москвы и Петербурга. И надо всем этим вдруг появляется сентиментальная история любви двух…

14 мая 2021 г. 01:22

4.5 Острый ум, язык и ирония держит верх над сюжетом

Произведение «Кто виноват?» определенно выделяется на фоне прочих классических романов. Роман может показаться сумбурным, сюжет напоминает болтовню друзей за кухонным столом: история прыгает от одного персонажа к другому, от одной ситуации – к другой. Однако, хаотичность и некая неуверенность писателя полностью затмевается уникальным языком и стилем А. Герцена: тонкий юмор, ирония, смелая сатира, всего этого вам хватит с лихвой.

Интересно, что сам сюжет раскрывается в последних главах романа, и создаётся впечатление того, что писатель торопился завершить книгу, но мысли заблудились в море идей и лабиринте ироний. Да и сама история разрушенных судеб лишь канва для смелых мыслей и идей Герцена.

Ответ на вопрос писателя, кто же виноват в горькой судьбе главных героев, не так просто…

26 мая 2021 г. 14:45

5 Во всем виной случай и «наше многостороннее бездействие, наша деятельная лень».

Риторический вопрос поставил Герцен. Кто виноват в том, что рушится счастливая и идеальная семья? Любонька, Круциферский, Бельтов ли или общество, раздувающее пожар? Виновата ли Любонька в том, что вдруг полюбила другого человека? Любонька – незаконная дочь Негрова от крепостной. Ее жизнь полна унижений, в доме Негровых ее положение остается двусмысленным и постоянно вызывает оскорбления окружающих. А разве она в этом виновата? Ведь ее туда поселила Глафира из благородных побуждений, но видно не рассчитала свои силы. А разве Глафира виновата в этом? Она сама воспитывалась вредной теткой-девицей. Как тут было не влюбиться Любоньке в учителя Дмитрия Яковлевича. Но жизнь выработала у Любови Александровны сильный, протестующий характер. Провинциальная жизнь, тягучая и однообразная, постоянно…

18 мая 2021 г. 14:43

4 Спойлер

Беллетристика от Герцена. И, как ни странно, вопрос, озвученный в названии повести, отнюдь не подразумевает в ответе гнет царизма/неравноправие/самодержавие и прочие язвы, против которых так активно выступал Александр Иванович. История довольно банальная: в провинциальный городок, где без особого достатка, но в любви и согласии живет семья Круциферских (учитель Дмитрий, его жена Люба и их маленький сын), для участия в дворянских выборах приезжает аж из Петербурга Владимир Бельтов – человек образованный и прогрессивный. При посредстве общего друга доктора Крупова наши герои знакомятся, находят общие темы для бесед, часто общаются. Все это заканчивается вспыхнувшей между Бельтовым и Любонькой любовью, в результате чего последняя заболевает на нервной почве, а Дмитрий Яковлевич начинает…

Сочинение по роману Герцена «Кто виноват?»

Роман, над которым Герцен работал 6 лет, был выпущен отдельным изданием в 1847 г. в качестве приложения к журналу «Современник». Во многом он связан с принципами «натуральной школы». Для романа характерны антикрепостническая проблематика, острая постановка ряда злободневных вопросов (положение женщины в семье, формирование разночинной интеллигенции), широкий показ социальной среды и ее воздействия на жизнь главных действующих лиц произведения и т. д.
Роман «Кто виноват?» — суровый приговор всей самодержавно-крепостнической

Литературная деятельность Герцена отражение его философских Эти особенности дарования Герцена сказались и в жанрах его литературного творчества, часто смыкающихся с публицистикой. Он писал сатирико-философские («Доктор Крупов») и социально-бытовые («Сорока-воровка») повести, статьи и очерки на политические темы.

Герцен Александр Иванович прозаик, публицист Герцен Александр Иванович, псевдоним — Искандер (1812-1870) — прозаик, публицист, философ. В 14 лет Герцен совершает выбор на всю жизнь, поклявшись отомстить за казненных декабристов. Через год он повторил клятву.

Роман Герцена «Кто виноват?» Композиция романа «Кто виноват?» очень оригинальна. Только первая глава первой части имеет собственно романтическую форму экспозиции и завязки действия — «Отставной генерал и учитель, определяющийся к месту». Далее следуют: «Биография.

Читайте также:
Герцен в эмиграции: сочинение

Против чего же предостерегал Герцен Против многого — и, в частности, против слишком резких насмешек, которые решительные революционеры из «Современника» обрушивали на умеренных обличителей, тех, кто критиковал не господствующую систему, а ее отдельные недостатки. Спор.

Конфликт Бельтова с обществом в романе «Кто виноват» Изображение Бельтова заключает в себе много неясного, на вид противоречивого, иногда данного только намеками. В этом сказалась и творческая субъективность Герцена, создававшего характер героя по свежим следам собственного идейного развития.

Анализ повестей Герцена «Сорока-воровка» и «Доктор Крупов» В конце 40-х годов на страницах журнала «Современник» были опубликованы два замечательных произведения Герцена, проникнутых тем же могуществом мысли, что и его роман «Кто виноват?». В основу повести «Сорока-воровка» был.

Семейная драма Круциферских в романе «Кто виноват» Дневники Любоньки показывают, что сама она не знает, как примирить новую мораль со старой, и вступает в трагический конфликт с собой, Еще более тяжело положение ее мужа. Герцен верно показал.

Начало творческого пути Александра Ивановича Герцена Несколько ужасных случаев произошло в их доме на глазах у Герцена. Они навсегда остались в его памяти. Случай первый — с поваром Льва Алексеевича Яковлева. Человек необычайно трудолюбивый и талантливый.

Художественное своеобразие романа «Кто виноват?» И в теории, и в практике Герцен последовательно и целеустремленно сближал публицистику и художественную литературу. Он бесконечно далек от спокойного, невозмутимого изображения действительности. Герцен-художник постоянно вторгается в повествование. Перед нами.

«Былое и думы» Герцена Крупнейшим художественным произведением зарубежного периода Герцена были «Былое и думы» лучшее, что создал он как писатель. Этот «вечерний труд» создавался в то время, когда «чужой мир», «чужое племя» окружали Герцена.

Начало литературной деятельности Герцена Его ранние произведения написаны в популярном тогда романтическом духе: преимущественное внимание уделялось конфликту романтического героя с «бесчувственной толпой» и «низкой действительностью». В первых произведениях, являвшихся по форме автобиографическими отрывками, драматическими.

«Былое и думы» произведение сложное по своему содержанию Значение имеют те эпизоды мемуаров, где Герцен повествует о своих знакомствах с выдающимися представителями русской и западноевропейской интеллигенции. Особенно значительна в этом отношении четвертая часть «Былого и дум», отразившая идейную.

А. И. Герцен блестящий публицист философ талантливый критик Александр Иванович Герцен родился в Москве накануне Отечественной войны 1812 г. Его «колыбельной песней», «детскими сказками». (4, 20) были, как он сам отмечал, рассказы о пожаре Москвы, о героизме русских.

Герцен и его книга «Былое и Думы» Продолжая пушкинско-лермонтовскую линию изображения «лишних людей», Герцен размышляет и над судьбой героев нового времени. Уже в «Записках одного молодого человека» зреет герой будущей книги «Былое и думы», а доктор Крупов.

Герцен блестящий публицист философ талантливый критик Александр Иванович Герцен родился в Москве накануне Отечественной войны 1812 г. Его «колыбельной песней», «детскими сказками». (4, 20) были, как он сам отмечал, рассказы о пожаре Москвы, о героизме русских.

Уход в революционное движение Герцена Снова перед Герценом встает вопрос о вариантности в жизни отдельных людей и в истории народов. Разными путями могла бы пойти жизнь Матвея. Сложись обстоятельства иным образом — и другая участь.

Талант и фантазия произведения Герцена «Былое и думы» Как это понять? Вероятно, так: одни писатели уясняют истину как бы художественной ощупью. А Герцен уже наперед, силою научного предвидения, постигает ее и затем облекает в плоть образа. Но по.

Литературная позиция Герцена Предметом критического изображения является у Герцена, особенно в первой части мемуаров, русское крепостническое дворянство, та среда, где он жил в детстве и ранней юности. Ярко характерны здесь не столько отдельные.

Либерально просветительская тенденция мировоззрения Герцена Еще в конце 1830-х годов, вернувшись из ссылки и сблизившись с Белинским, Герцен раньше его понял, что «философия Гегеля алгебра революции», что она «не оставляет камня на камне от мира.

Художественное творчество Л. И. Герцена В историю русской общественной мысли Александр Иванович Герцен (1812-1870) вошел как выдающийся представитель блестящей плеяды передовых людей 1840-1860 гг., как своеобразный и талантливый публицист, философ и социолог, литературный критик и.

«Былое и думы» — значительнейшее из произведений Герцена «Былое и думы» — крупнейшее и значительнейшее из произведений Герцена. В этой книге он с наибольшей полнотой, с силой и страстью гения выразил смысл своих идейно-творческих исканий. «Былое и думы».

Художественные произведения периода эмиграции. «Былое и Думы» Велика роль Герцена в истории демократической печати и русской литературы. Он явился прямым предшественником таких писателей, как Чернышевский, Салтыков-Щедрин, Короленко («История моего современника»), М. Горький («Мои университеты»). Многие выдающиеся представители.

История создания, тема и идея «Былого и дум» А. И. Герцена «Кто мог пережить, тот должен иметь силу помнить». Мужество памяти, к которому призывал Герцен, самому ему было присуще вполне и стояло у истоков замысла «Былого и дум». За какие-нибудь несколько.

Герцен. Психологические контуры Герцен одинаково принадлежит русскому делу и русскому слову. И одна из самых привлекательных черт его личности именно в том и заключается, что он-одновременно деятель и созерцатель, политик и поэт. Он.

Александр Иванович Герцен Годы московской жизни (1842-1847) были важным и плодотворным этапом его духовного роста и литературной деятельности. «В крепостной России 40х годов XIX века,- писал В. И. Белинский о Герцене,- он сумел.

Юность Александра Ивановича Герцена С полным правом можно сказать, что в «Былом и думах» он исследует свои воспоминания и стремится не только ярко передать их — он их проверяет, насколько они точны. Он выясняет.

Сочинение по циклу произведений Герцена «Былое и думы» В художественных произведениях, созданных в период эмиграции, Герцен вновь обращается к размышлениям о судьбах человечества («Поврежденный», 1850-1851), о противоречиях буржуазного общества («Трагедия за стаканом грога», 1863) и др. Наибольшее же.

Мемуары «Былое и Думы» Ценность мемуаров зависит от автора, от значимости того, что он видел и с кем встречался. В особенности, если рассказчик — личность незаурядная, то интересен и он сам, и его отношение.

Читайте также:
Герцен. Психологические контуры: сочинение

Национальный русский характер в творчестве Герцена Знал ли Герцен свой народ? Правильно ли он предугадывал путь его дальнейшего развития? Герцен искренно считал, что живет он и действует ради блага народного. Та клятва на Воробьевых горах, которую.

Размышление Герцена в области типологии «героев времени» Герцен в общем «принял» тех новых людей, которых изобразил Чернышевский в «Что делать?». Он их видел и в Лондоне. «Русские молодые люди,- писал он,- приезжавшие после 1862, почти все были.

Сейчас вы читаете: Сочинение по роману Герцена «Кто виноват?»

5 Роман Герцена «Кто виноват?»

Роман Герцена «Кто виноват?»

развитие психологического реализма Роман «Кто виноват?» состоит из двух частей, значительно отличающихся друг от друга в том, что касается изображения литературных героев. Первая часть состоит из серии биографий героев, рассказа об их происхождении, окружении и жизненных обстоятельствах. Описывая различные стороны общественной жизни (вполне в духе физиологического очерка), Герцен обнаруживает и анализирует факты взаимодействия между отдельным человеком и социумом в среде поместного дворянства. Эта серия биографий подготавливает развитие сюжетной линии, начинающееся во второй части романа[15]. Начиная с этого момента вводится прием литературного психологизирования, так что биографии героев становятся более динамичными. Упор при этом делается на внутренний мир героев, поэтому описание их внешности играет лишь второстепенную роль. Автор прибегает к внешнему лишь в том случае, когда оно может служить индикатором душевных состояний героя и является, таким образом, дополнением к его биографии; взаимодействие героя с внешним миром манифестируется в первую очередь на уровне изображения его внутреннего мира. Автор проводит «открытый эксперимент» над героями, которые помещаются в различные жизненные обстоятельства.

Итак, усиление психологизирования внутренней перспективы в романе ведет к выходу за жесткие психосоциологические рамки «натуральной школы». Название романа отражает его социально-критическую направленность. На самом деле речь идет об описании парадигмы возможностей внутреннего развития индивидуума в отведенных ему социальных рамках. На первый план при этом выходит проблема самосознания и обретения героем независимости от социума посредством самоанализа.

В отличие от первой части романа, продолжающей традицию «натуральной школы», в которой литературный герой представлен как исполнитель той или иной социальной функции, возложенной на него определенной социальной группой, во второй части уделяется повышенное внимание личности и проблеме ее эмансипации от социальной среды[16]. С. Гурвич-Лищинер в своем исследовании повествовательной структуры романа приходит к выводу, что ярко выраженная полифоническая структура «Кто виноват?» отсылает далеко за рамки подробно дискутировавшейся «натуральной школой» проблемы детерминации личности средой [Гурвич-Лищинер 1994:42–52]. Полифоническое построение на сюжетном уровне предполагает возможность рассматривать героя в его взаимодействии с окружающим миром, а также сконцентрировать внимание на психологических закономерностях развития внутреннего мира героя. Прежде всего, закономерности развития характера обнаруживаются на уровне диалогически конституированной структуры романа. Отказ от представлений о непосредственных причинно-следственных связях между личностью и ее окружением открывает новые нарративные возможности литературного психологизирования. Прошлое героя и рефлексия героя относительно произошедших с ним событий становятся существенными элементами литературного характера. События прошлого при этом оказываются неразрывно связанными с настоящим положением героя, что дает возможность предсказать его будущее в романе.

Эта новая перспектива особенно ярко выражена в образе главной героини романа Любоньке. Подробно разработанный характер героини отличает ее от других персонажей, представленных довольно шаблонно. Она олицетворяет собой способность к интеллектуальному развитию и одновременно к эмоциональным действиям.

С двенадцати лет эта головка, покрытая темными кудрями, стала работать; круг вопросов, возбужденных в ней, был не велик, совершенно личен, тем более она могла сосредоточиваться на них; ничто внешнее, окружающее не занимало ее; она думала и мечтала, мечтала для того, чтоб облегчить свою душу, а думала для того, чтоб понять свои мечты. Так прошло пять лет. Пять лет в развитии девушки — огромная эпоха; задумчивая, скрытно пламенная, Любонька в эти пять лет стала чувствовать и понимать такие вещи, о которых добрые люди часто не догадываются до гробовой доски… [Герцен 1954–1966 IV: 47].

Данный фрагмент является примером выхода за рамки психологического дискурса того времени и отхода от литературных шаблонов, отказывавших женщине в духовном или психическом потенциале и видевших единственную возможность показа душевной жизни героини в изображении «истерической женственности», основными чертами которой были слабость и нерассудительность. Хотя женщина и представляет собой «слабую» часть общества, ее повышенная чувствительность дает ей возможность регистрировать отклонения от нормы в развитии цивилизации. С образом Любоньки литературное психологизирование перенимает такие «типично женские» черты, как нервозность, эмоциональность, порой даже неуравновешенность в качестве оппозиции общественному критерию «нормальности».

Психологизирование в романе достигает своей высшей точки в дневниковых записях Любоньки, в которых эстетика «натуральной школы» транспонируется в автобиографическую саморефлексию. В дневниковых записях Любонька пытается описать свое внутреннее состояние, устанавливая взаимосвязь между ним и внешними обстоятельствами (причем эта интроспекция совершается согласно психологическим законам, ясным для читателя, что значительно повышает ее значимость). Источником психологической правдоподобности такого самоанализа является психологический дискурс того времени с его анализом внутреннего развития человека и связей биографического нарратива с психическим состоянием индивида[17].

Анализ дневниковых записей Любоньки ясно показывает, что хотя жизненные обстоятельства и играют решающую роль в развитии ее характера, само это развитие должно рассматриваться как «индивидуальное», т. е. в контексте событий жизни героини, и ни в коем случае не как «типичное» или обобщенное. Ее характер является не продуктом социального окружения, а суммой событий всей ее жизни. Он есть результат как «последовательной адаптации мирового опыта» [Thome 1986: 74], так и динамического процесса ее личного развития. Основным оказывается тезис, согласно которому «Я»[18] героя вырастает из его личной истории. Сознание героя является сознанием саморефлектирующим и конституирующим нарративный процесс. Характер Любоньки конституируется как с помощью внешней авторской перспективы, так и с помощью автобиографических дневниковых записей. Одновременно с этим в дневниковых записях отчетливо моделируется ситуация личного кризиса (любовного конфликта) рефлектирующей героини. «Самопсихологизирование», переданное в тексте через рассказ от первого лица о мотивации поступков и развитии проблемной ситуации, перерастающей в патологический кризис, достигает высокой степени непосредственности, которая была бы невозможна исходя из одной только авторской перспективы. Развитие любовного конфликта описывается преимущественно самой героиней, поэтому «недостаток» информации, данной непосредственно автором, возмещается при помощи подробного психологического обоснования. В этом контексте именно фундаментальный кризис является импульсом к тому, чтобы из первоначальной наклонности к саморефлексии возникло стремление героини самой писать текст своей жизни. Встреча с дворянином Бельтовым, несущим черты «лишнего человека», вносит резкую перемену в до этого спокойно протекавшую жизнь Любоньки и становится предметом рефлексии героини: «Я много изменилась, возмужала после встречи с Вольдемаром; его огненная, деятельная натура, беспрестанно занятая, трогает все внутренние струны, касается всех сторон бытия. Сколько новых вопросов возникло в душе моей! Сколько вещей простых, обыденных, на которые я прежде вовсе не смотрела, заставляют меня теперь думать» [Герцен 1954–1966 IV: 183].

Читайте также:
Герцен в эмиграции: сочинение

Муж героини, узнавший о ее любовной связи, глубоко переживает это, его реакцией на измену жены являются апатия и разочарование. Воспоминания Любоньки о былой любви к нему не позволяют ей думать о разрыве с мужем. В то же время моральные законы «здоровой» нормальности искажают перспективу совместной жизни с Бельтовым. В этом аспекте Любонька может воспринимать свое настоящее положение только как «больное»; ее конфликт выливается в презрение к себе из-за слабости воли и совершенного ею «проступка», героиня не видит конструктивного выхода из сложившейся ситуации. Ей совершенно ясно, что попытка освобождения от социальных норм может привести к изоляции, перспектива найти счастье в любовной связи с Бельтовым является слишком неопределенной.

Но почему же все герои этого романа терпят поражение, несмотря на первоначально многообещающие возможности собственного «освобождения»? Ни одна из биографий романа не может служить примером удавшейся жизни, несмотря на то что общественные условия в изображении автора не предопределяют развития героев, следовательно, не могут ему препятствовать. Герои романа не страдают также недостатком самоанализа, тем не менее за их саморефлексией не следуют поступки, они отмечены неспособностью сделать «последний шаг». Причину этого явления нелегко определить однозначно. Название романа подсказывает, что основной вопрос, поставленный писателем, — это вопрос вины (что маркировало бы моральные стороны поведения героев в их личных конфликтах). Впрочем, особенности построения романа и стратегия конструирования сознания героев опровергают гипотезу о «моральной монополии» автора, поэтому на вопрос о причинах общественных и личных конфликтов, изображенных в романе, однозначного ответа дать нельзя. В итоге становится ясно, что предположение о разработке в романе вопроса вины является ошибочным и ведет в неверную сторону. Таким образом, автор отступает от идеологических принципов «натуральной школы», требующих определения (и называющих) виновника социальных болезней.

Герцен стремился показать невозможность одностороннего объяснения социальных и личных проблем героев. Автор не предлагает однозначных ответов и одновременно отказывается от типизировании в пользу процессуальных структур. В этом романе каждая социальная ситуация, каждая диалогическая связь между отдельными персонажами оказывается проблематичной.

Изображая психическое развитие героя и человеческие отношения во всем их многообразии, Герцен по-новому освещает проблему статуса литературы и действительности. Действительность изображается при помощи приема литературного психологизирования, близкого и понятного читателю. Автор выступает в роли психолога, устанавливающего характер героев, их психическое и моральное состояние и связывающего все это с «психическим» состоянием общества. Текст не претендует, однако, на непосредственное отображение действительности путем наполнения романа множеством фактического материала, эту действительность конституирующего. Автор показывает действительность в том виде, в каком она предстает глазам отдельного человека. Общественная реальность подается в романе лишь через призму сознания героев.

Психологизирование становится основным приемом поэтики Герцена. Литература превращается в экспериментальное поле для исследования возможностей развития отдельной личности в определенных условиях, правдоподобность изображения достигается при этом с помощью динамичного изображения психики действующих персонажей. Эта динамика появляется как результат включения в литературный дискурс сегментов антропологических знаний, содержащих определенные коннотативные связи, установить которые было бы невозможно за рамками литературного произведения [Thome 1986:74]. Соотношение между литературой и обществом приобретает новую форму. На уровне прагматики устанавливаются новые отношения между текстом, читателем и автором, большую роль в которых играет знание контекста. Позиция, призывающая читателя самому определять виновника социального неустройства, релятивируется с помощью структурной композиции романа. Читатель должен осознать, что действительность слишком сложна, чтобы быть однозначной. Вопрос о соотношении морали, науки и социальных норм ставится вместе с этим по-новому. Литературная психограмма затрудняет функционирование однозначных коннотативных связей и заменяет их многозначностью на уровне прагматики. Одновременно с этим читатель должен связать моральную дилемму вины с жизненной ситуацией читателя. Но какова же позиция человека по отношению к действительности? Познание действительности и познание связи между ней и отдельной личностью стимулируется с помощью «переработки» «внешней» истории в историю собственную. Образ реального человека прочитывается теперь не из его оппозиции к действительности, а из рассматриваемого через призму психологии и находящегося в постоянном развитии процесса ее познания [Thome 1986: 40]. Задача человека заключается при этом в постепенном усвоении и переработке действительности. Характер человека понимается, следовательно, как динамический, находящийся в постоянном развитии и взаимодействии с внешним миром[19]. Литературная обработка всего этого возможна, однако, лишь в том случае, когда допускается возможность выхода за рамки субъективного и объективации психического развития индивидуума.

Мы можем, таким образом, наблюдать два этапа развития психологического реализма из поэтики медицины. Начальный этап — внедрение в литературу «натуральной школой» «медицинского реализма», использующего психологию в качестве функциональной и организационной модели для постулировании высказываний в области антропологии и социологии. Интерес к проблеме взаимосвязи между индивидуумом и обществом направляется в своем дальнейшем развитии на внутренний мир человека. Достоевский в романе «Бедные люди» разрабатывает проблему взаимосвязи отдельной личности и общества на психологическом уровне и показывает процесс внедрения социальных норм во внутренние структуры психики героя. Психология является при этом не инструментом выражения идеологических убеждений автора, уместнее говорить здесь о ее эстетизации. Герцен в романе «Кто виноват?» изображает парадигму возможностей внутреннего развития личности в отведенных ей социальных рамках. На первый план при этом выходит проблема самосознания и обретения героем независимости от социума посредством самоанализа.

Читайте также:
Герцен Александр Иванович прозаик, публицист: сочинение

Читайте также

Юность Герцена. Первые идейные влияния

Юность Герцена. Первые идейные влияния Незаконнорожденный сын родовитого и богатого русского дворянина И. А. Яковлева и немки Л. Гааг (что объясняет секрет его искусственной немецкой фамилии), Герцен получил достаточно хорошее домашнее воспитание, с детства помимо

«Кто виноват?»

«Кто виноват?» В 1845–1846 гг. Герцен публикует роман «Кто виноват?», написанный в новом, «натуральном» ключе и в идейном и стилевом отношениях очевидным образом примыкающий к гоголевской обличительной традиции. Последняя, однако, получает в романе резкое философское

Французская революция 1848 г. Духовный кризис Герцена

Французская революция 1848 г. Духовный кризис Герцена В 1847 г. Герцен выезжает за границу, а в феврале 1848 г. становится очевидцем событий французской революции, свергшей конституционно-монархический режим «буржуазного короля» Луи Филиппа и провозгласившей Францию

5 Роман Герцена «Кто виноват?»

5 Роман Герцена «Кто виноват?» развитие психологического реализма Роман «Кто виноват?» состоит из двух частей, значительно отличающихся друг от друга в том, что касается изображения литературных героев. Первая часть состоит из серии биографий героев, рассказа об их

Виноват ли Акунин?

Виноват ли Акунин? Не везет Акунину хотя за экранизации берутся серьезные люди. Адабашьян попробовал — не вышло. Фильм «Азазель» состоял из подчеркнуто изящных картинок в духе черно-белых открыток начала XX века, ненавязчивых острот, крупных планов собранного в складочку

Памяти Герцена

Памяти Герцена 6 апреля 2012 года Россия не отметила двухсотлетие великого русского писателя, публициста, философа, политического деятеля Александра Герцена.Я не оговорился. Юбилей этот мы не отметили. Были организованы какие-то выставки, в Россию любезно пригласили в

“ВО ВСЕМ ВИНОВАТ РИО” (Blame it on Rio) США. 1983.110 минут.

“ВО ВСЕМ ВИНОВАТ РИО” (Blame it on Rio) США. 1983.110 минут. Режиссер Стенли Донен.В ролях: Майкл Кейн, Джозеф Болонья, Валери Харпер, Мишель Джонсон, Деми Мур.В — 2,5; М — 2; Т — 2,5 Дм — 2; Р — 3,5; Д — 2; К — 3,5. (0,494) Консервативно настроенные по отношению к адюльтеру американцы все-таки

4.Всяк виноват

4.Всяк виноват 21. Воистину всякий перед всеми и за всё виноват[55].22. Да не смущает вас грех людей в вашем делании, не бойтесь, что запрет он дело ваше и не даст ему совершиться, не говорите: «силен грех, сильно нечестие, сильна среда скверная, а мы одиноки и бессильны, затрет

Кто не спрятался, я не виноват

Кто не спрятался, я не виноват Следуя кутузовской тактике, москвичи оставили город. А меня дернуло 5 мая заехать на Пушкинскую. По Тверской – душ из десяти поливальных машин, растерянные прохожие спасаются по подворотням и прячутся в переулках. В Интернете ждал другой

Глава четвертая РОМАН В РОМАНЕ («ДАР»): РОМАН КАК «ЛЕНТА МЁБИУСА»

Глава четвертая РОМАН В РОМАНЕ («ДАР»): РОМАН КАК «ЛЕНТА МЁБИУСА» Незадолго до выхода «Дара» — последнего из романов Набокова «русского» периода — В. Ходасевич, который регулярно отзывался о произведениях Набокова, написал: Я, впрочем, думаю, я даже почти уверен, что

Параноидальный роман Андрея Белого и «роман-трагедия»

Параноидальный роман Андрея Белого и «роман-трагедия» В своем отклике на «Петербург» Вяч. Иванов сетует на «слишком частое злоупотребление внешними приемами Достоевского при бессилии овладеть его стилем и проникнуть в суть вещей его заповедными путями»[370].

ГЛАВА I. «КТО ВИНОВАТ?» (Н. И. Пруцков)

ГЛАВА I. «КТО ВИНОВАТ?» (Н. И. Пруцков) 1Одну из самых блестящих страниц в историю романа на Западе вписали просветители XVIII века. Подготовляя умы «для приближавшейся революции»,[815] просветители XVIII века насытили европейский роман смелым энциклопедическим, революционным

ГЛАВА IX. РОМАН ИЗ НАРОДНОЙ ЖИЗНИ. ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ РОМАН (Л. М. Лотман)

ГЛАВА IX. РОМАН ИЗ НАРОДНОЙ ЖИЗНИ. ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ РОМАН (Л. М. Лотман) 1Вопрос о том, возможен ли роман, героем которого явится представитель трудового народа, и о том, каковы должны быть типологические признаки подобного произведения, встал перед деятелями русской

28. Проблематика романа а.И. Герцена «Кто виноват?». Образ Бельтова.

Алекса́ндр Ива́нович Ге́рцен (25 марта (6 апреля) 1812, Москва — 9 (21) января 1870, Париж) — русский публицист, писатель, философ, педагог, принадлежащий к числу наиболее видных критиков крепостнической Российской империи.

(Натуральная школа — условное название начального этапа развития критического реализма в русской литературе 1840-х годов, возникшего под влиянием творчества Николая Васильевича Гоголя.К «натуральной школе» причисляли Тургенева и Достоевского, Григоровича, Герцена, Гончарова, Некрасова, Панаева, Даля, Чернышевского, Салтыкова-Щедрина и других)

Сюжет: Проживающий в деревне помещик Алексей Абрамович Негров нанимает нового учителя для своего сына Миши — Дмитрия Яковлевича Круциферского. Он должен подготовить Мишу к поступлению в какую-нибудь военную школу..Семейство Негровых ведёт жизнь скучную и ограниченную: не приученные к чтению и прочим интеллектуальным занятиям, не принимающие какого-либо деятельного участия в управлении хозяйством, они прозябают за малозначительными занятиями, предаются обжорству и сну. Они грубы и неотёсаны. Впрочем, такой образ жизни их вполне устраивает, но он совершено чужд Любе, незаконнорождённой дочери Негрова. Это сближает её с Круциферским, образованным молодым человеком, неспособным принять образ жизни Негровых. Они влюбляются. Дмитрий Яковлевич решается открыть свои чувства в письме. На помощь ему приходит гувернантка Элиза Августовна, заметившая чувства Круциферского, она устраивает свидание возлюбленным. Робкий по натуре Круциферский решается пойти на ночное свидание, только чтоб отдать письмо, но его смелость вознаграждена, он получает поцелуй. К своему ужасу, он обнаруживает, что перед ним не Любонька, а Глафира Львовна, жена Негрова, он бежит, забыв письмо. Недоуменная Глафира Львовна, которая тоже была невинной жертвой обмана Элизы Августовны, прочитав письмо, понимает, что предметом любви учителя была, увы, не она. Раздосадованная, она открывает письмо мужу. Алексей Абрамович же нашёл письмо весьма кстати, он решает женить учителя на Любоньке и избавиться от надоевшей дочки. Несмотря на такие нелепые обстоятельства, предшествовавшие браку, семейная жизнь Круциферских сложилась счастливо, супруги любили друг друга. Плодом этой любви стал маленький мальчик Яша. Они жили в тесном семейном кругу, единственным другом их был доктор Крупов.В это время в город NN, центр губернии, где располагается имение Негровых, прибывает из-за границы богатый помещик, дотоле долго отсутствовавший, Владимир Бельтов. Он собирается участвовать в дворянских выборах. Несмотря на все его старания, жители NN не принимают Бельтова в свой круг, и вся затея с выборами оказывается для Бельтова пустой тратой времени. Вынужденный оставаться в NN по некоторому гражданскому делу, Бельтов в отчаянье, что и эта попытка найти своё место в жизни провалилась. Он находится практически в полной изоляции, единственный его друг в NN — доктор Крупов. Он-то и знакомит Бельтова с семьей Круциферских. Бельтов и Круциферские весьма рады новому знакомству. Бельтову есть с кем поделиться своими мыслями и думами, Круциферские находят в нём человека в высшей степени развитого, способного обогатить их внутренний мир. Особое понимание Бельтов находит у Любови Александровны, они понимают друг друга с полуслова, с полувзгляда, как когда-то понимали друг друга Люба и Дмитрий в семье Негрова. Единомыслие Любы и Бельтова перерастает в нечто большое, в любовь. Не в силах таить свои чувства, Бельтов сознается Круциферской. И разом разрушает жизнь трёх человек. Любовь Александровна не может бросить мужа, она любит его, хотя и Бельтова тоже любит. Круциферский понимает, что уже не любим как прежде. Бельтов мучим мыслью, что разрушил жизнь самого близкого человека и не может быть с ним рядом. Слухи расползаются по городу. Круциферский запил. Доктор Крупов чувствует себя виновником произошедшего. В гневе он идет к Бельтову объясниться, Бельтов уверяет его, что сам страдает ничуть не меньше Круциферских, что он не властен над своими чувствами, что Любовь Александровна, найдя душу более близкую, чем муж, никогда уже не будет счастлива, как прежде. Не видя другого выхода, Бельтов соглашается с Круповым, что должен уехать, он уже и сам собрался в дорогу, хотя не верит, что это поможет. Итак, он снова покидает отечество.Любовь Александровна увядает. Круциферский спивается. Расставание не принесло счастья и спокойствия. Будущее печально и безрадостно.

Читайте также:
А.И. Герцен блестящий публицист философ талантливый критик: сочинение

Проблематика

Композиция романа “Кто виноват?” очень оригинальна. Только первая глава первой части имеет собственно романтическую форму экспозиции и завязки действия — “Отставной генерал и учитель, определяющийся к месту”. Далее следуют: “Биография их превосходительств” и “Биография Дмитрия Яковлевича Круциферского”. Глава “Житье-бытье” является главой из правильной формы повествования, но за ней следует “Биография Владимира Бельтова”. Герцен хотел составить роман из такого рода отдельных жизнеописаний, где “в подстрочных примечаниях можно сказать, что такой-то женился на такой-то”. “Для меня повесть — рама”,— говорил Герцен. Он рисовал по преимуществу портреты, его интересовали больше всего лица и биографии. “Лицо — послужной список, в котором все отмечено,— пишет Герцен,— паспорт, на котором визы остаются”. При видимой отрывочности повествования, когда рассказ от автора сменяется письмами героев, выдержками из дневника, биографическими отступлениями, роман Герцена строго последователен.

Свою задачу он видел не в том, чтобы разрешить вопрос, а в том, чтобы его верно обозначить. Поэтому он избрал протокольный эпиграф: “А случай сей за неоткрытием виновных предать воле Божией, дело же, почислив нерешенным сдать в архив. Протокол”. Но он писал не протокол, а роман, в котором исследовал не “случай, а закон современной действительности”. Вот почему вопрос, вынесенный в заголовок книги, с такой силой отозвался в сердцах его современников. Основную мысль романа критика видела в том, что проблема века получает у Герцена не личное, а общее значение: “Виноваты не мы, а та ложь, сетями которой опутаны мы с самого детства”.

Но Герцена занимала проблема нравственного самосознания и личность. Среди героев Герцена нет злодеев, которые бы сознательно и преднамеренно творили зло своим ближним. Его герои — дети века, не лучше и не хуже других; скорее, даже лучше многих, а в некоторых из них есть залоги удивительных способностей и возможностей. Даже генерал Негров, владелец “белых рабов”, крепостник и деспот по обстоятельствам своей жизни, изображен как человек, в котором “жизнь задавила не одну возможность”. Мысль Герцена была социальной по существу, он изучал психологию своего времени и видел прямую связь характера человека с его средой. Герцен называл историю “лестницей восхождения”. Эта мысль означала прежде всего духовное возвышение личности над условиями жизни определенной среды. Так, в его романе “Кто виноват?” только там и тогда личность заявляет о себе, когда она отделяется от своей среды; иначе ее поглощает пустота рабства и деспотизма.

Кто виноват?” — интеллектуальный роман. Его герои — люди мыслящие, но у них есть свое “горе от ума”. И состоит оно в том, что со всеми своими блестящими идеалами они принуждены были жить в сером свете, оттого и мысли их кипели “в действии пустом”. Даже гениальность не спасает Бельтова от этого “мильона терзаний”, от сознания того, что серый свет сильнее его блестящих идеалов, если его одинокий голос теряется среди безмолвия степи. Отсюда и возникает чувство подавленности и скуки: “Степь — иди, куда хочешь, во все стороны — воля вольная, только никуда не дойдешь. ”

Кто виноват?” — вопрос, который не давал однозначного ответа. Недаром поиск ответа на герценовский вопрос занимал самых выдающихся русских мыслителей — от Чернышевского и Некрасова до Толстого и Достоевского. Роман “Кто виноват?” предсказывал будущее. Это была пророческая книга. Бельтов, так же как и Герцен, не только в губернском городе, среди чиновников, но и в столичной канцелярии — всюду находил “всесовершеннейшую тоску”, “умирал от скуки”. “На родном берегу” он не мог найти для себя достойного дела. Но и “на том берегу” водворилось рабство. На развалинах революции 1848 года торжествующий буржуа создал империю собственников, отбросив добрые мечтания о братстве, равенстве и справедливости. И вновь образовалась “всесовершеннейшая пустота”, где мысль умирала от скуки. И Герцен, как предсказал его роман “Кто виноват?”, подобно Бельтову, стал “скитальцем по Европе, чужой дома, чужой на чужбине”. Он не отрекся ни от революции, ни от социализма. Но им овладели усталость и разочарование. Как Бельтов, Герцен “нажил и прожил бездну”. Но все пережитое им принадлежало истории. Вот почему так значительны его мысли и воспоминания. То, что Бельтова томило как загадка, стало у Герцена современным опытом и проницательным познанием. Снова возникал перед ним тот самый вопрос, с которого все началось: “Кто виноват?”

Читайте также:
Начало литературной деятельности Герцена: сочинение

Образ Бельтова

Изображение Бельтова заключает в себе много неясного, на вид противоречивого, иногда данного только намеками. В этом сказалась и творческая субъективность Герцена, создававшего характер героя по свежим следам собственного идейного развития, и еще больше – цензурные условия, не позволявшие ему о многом говорить прямо. Это определило и неверное понимание характера Бельтова со стороны Белинского. В «предыстории» героя критик обратил внимание лишь на то, что у Бельтова «много ума», что его «натура» испорчена «ложным воспитанием», «богатством», и поэтому у него нет «особенного призвания к какой бы то ни было деятельности», что он «осужден был томиться… тоскою бездействия». В основной же части романа характер героя, по мнению критика, «произвольно изменен автором», и Бельтов «вдруг является перед нами, какою-то высшею, гениальною натурою, для деятельности которой действительность не представляет достойного поприща…». «Это уже не Бельтов, а что-то вроде Печорина». Последнее мнение справедливо: у возмужавшего Бельтова есть нечто общее с Печориным. Но это не их «гениальность», а их трагические отношения с обществом. Однако Белинский ошибся в оценке характера молодого Бельтова. Уже в юности Бельтов не был просто избалованным баричем. И тогда в нем было больше романтических порывов, нежели «тоски бездействия». Что же касается его перехода к скептицизму зрелого понимания жизни, то переход этот,выглядит внезапным потому, что автор не мог о нем подробно рассказать. Совершается этот перелом не по произволу автора, а в результате «власти обстоятельств». На этот раз герой Герцена – русский дворянин и даже сын крепостной крестьянки. В отличие от Чацкого, Онегина и Печорина, получивших столичное, светско-ари-стократическое воспитание, Бельтов, подобно героям Тургенева (Лежневу, Лаврецкому и др.), воспитывался в усадьбе, а оттуда попал в кружок студентов Московского университета. Характерная черта идейного развития Бельтова его рано возникшее стремление к романтическим идеалам. Опираясь на свой собственный опыт, Герцен связывает эти стремления с чтением Плутарха и Шиллера, с сильными впечатлениями от революционных движений на Западе.

развитие Бельтова происходило в обстановке русской общественной жизни начала 1830-х годов. Коротко и нарочито неопределенно говорит Герцен о «дружеском кружке из пяти-шести юношей», но подчеркивает при этом, что идеи этого кружка были «чужды среде» и что «молодые люди чертили себе колоссальные планы», далекие от осуществления. В этом Бельтов резко*отличается от Печорина. Печорин, созданный по темпераменту для активной общественной борьбы, жаждет «бурь и битв», но разменивает свои силы в случайных бытовых столкновениях. Бельтов, воспитанный более отвлеченно, чертит себе «колоссальные планы», но разменивается в выполнении частных практических задач, которые он всегда берется разрешить в одиночку, «отчаянной храбростью мысли». Такова прежде всего служба Бельтова в департаменте, на которую аристократ Печорин никогда бы не пошел. Бельтов, несомненно, поставил себе при этом «колоссальную» и наивно-романтическую задачу: одному бороться с несправедливостью и побороть ее. Недаром чиновники возмущались тем, что он «со всякой дрянью носится, горячится, точно отца родного… режут, а он спасает»… Недаром сам министр тщетно делал ему «нежные» внушения, а затем просто выбросил со службы за строптивость. Таково же увлечение Бельтова медициной. И здесь он хотел бы приносить пользу людям, пытаясь разрешить трудные научные проблемы «отчаянной храбростью мысли», и потерпел поражение. Даже в занятиях живописью сказались гражданско-ро-мантические интересы юноши. Подводя итоги неудачам своего героя в первой части романа, задавая «премудреный вопрос» об их причинах, Герцен правильно считает, что ответ надо искать не в «психическом устройстве человека», а, как он нарочито неясно говорит, «в атмосфере, в окружающем, в влияниях и соприкосновениях…». Сам Бельтов хорошо возразил позднее Крупову, объяснявшему его безделке богатством, что есть «довольно сильные побуждения на труд» и «кроме голода», хотя бы «желание высказаться». Так не сказал бы Печорин. Это самооценка «человека 1840-х годов». И в этом отношении Бельтова можно сравнивать не с Печориным, а с Рудиным. Причину своих неудач Бельтов осознал только во время скитаний на Западе. Автор много раз подчеркивает, что до отъезда за границу его герой, вследствие своего романтического воспитания, «не понимал действительности». Теперь он нечто понял в ней. По его собственным словам, он «потерял юношеские верования» и «приобрел взгляд трезвый, может, безотрадный и грустный, но зато истинный». Называя новые взгляды Бельтова «безотрадными», но «истинными», Герцен, несомненно, имеет при этом в виду тот идейный кризис, который переживался в начале 40-х годов самыми передовыми людьми России при переходе от философского идеализма к материализму. ….. Именно это Герцен подчеркивает и в Бельтове, говоря, что Бельтов «много жил мыслью», что у него есть теперь «смелое резкое мышление» и даже «страшная ширь понимания», что он внутренне раскрыт «всем современным вопросам». Интересно, однако, что Герцен, не довольствуясь этим, разбросал в романе намеки на какую-то деятельность Бельтова за границей, видимо, и приведшую его к новым взглядам и настроениям. Можно попытаться свести эти намеки в одно целое, хотя бы гипотетически.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: