О творчестве Адама Мицкевича: сочинение

Польско-белорусский поэт Адам Мицкевич: биография, личная жизнь, творчество, память

  • 18 Апреля, 2019
  • Искусство
  • Наталья Воробьева

Среди литераторов-классиков очень много англичан, французов, немцев, американцев. Можно навскидку привести сразу несколько имен. А если попросить человека назвать поэта или писателя из Польши, большинство, вероятно, затруднится с ответом. Между тем, среди польских авторов есть как минимум один человек, который заслуживает того, чтобы его имя было у всех на устах, и это Адам Мицкевич. Биография поэта предлагается к ознакомлению далее.

Детские годы польского классика

Адам Бернард – таково полное имя литератора – появился на свет в небольшом городке Новогрудке. Сейчас в том месте, где родился Адам Мицкевич, расположен его дом-музей.

Счастливое это событие произошло в конце декабря 1798 года, в семье обедневшего шляхтича Миколая, который, чтобы прокормить семью, работал в Новогрудке адвокатом. Литовский род Мицкевичей был старинным, уважаемым и известным в Беларуси (Новогрудок сегодня относится именно к этой стране). Мать будущего поэта звали Барбарой, она тоже принадлежала к известной шляхте, а по происхождению была еврейкой – так что евреем был и сам Адам Мицкевич (еврейство устанавливается по матери).

С семи и до неполных семнадцати лет юный Адам посещал доминиканскую школу. Учиться ему нравилось, он схватывал знания на лету и отлично успевал по дисциплинам, а в более старших классах всей душой полюбил литературу. Именно тогда, в возрасте четырнадцати-пятнадцати лет, мальчик попробовал впервые сложить поэтические строки. Стихи Адама Мицкевича тех лет нельзя назвать воплощением гениальности и литературного совершенства, однако в них – уже тогда! – прослеживается прекрасное владение словом, впоследствии ставшее отличительной чертой сочинений поэта.

Учеба в университете

Как уже упоминалось выше, семья Мицкевичей особыми богатствами не владела, а потому выучиться профессии за деньги Адам даже не помышлял. Ему, впрочем, несказанно повезло: благодаря своему усердию, тяге к знаниям и трудолюбию молодой Мицкевич получил казенную стипендию и смог попасть в Виленский университет. Согласно биографии Адама Мицкевича, его обучение там началось в 1815 году.

Забавно при этом, что поначалу юноша выбрал в качестве предмета своего интереса физику с математикой, невзирая на явное тяготение к литературе. Было очень сложно. Тем не менее год на подобном профиле выдержать он смог, а затем все ж таки перевелся на историю и филологию. Именно на этом факультете – словесном – сложилось собственное и однозначное мировосприятие Мицкевича.

Участие в кружках

В светлой биографии Адама Мицкевича есть и “темное пятно” – и это политика. В стенах Виленского университета в то время активно процветали студенческие организации филаретов и филоматов (цель этих кружков была единой – просвещение, самосовершенствование, взаимопомощь). На своих собраниях эти студенты читали литературу, говорили о родном языке – но и не только. Будучи убежденными патриотами – а это явственно отличало всех членов подобных кружков, – студенты-филоматы и филареты выступали за сохранение родного языка, за создание национального достояния, за помощь нуждающимся. Все эти пункты входили в политическую программу данных кружков, которые вели политически активную жизнь.

После окончания университета

В 1819 году Адам Мицкевич выпустился из университета. Ему тут же предложили пройти педагогическую практику – и отправили в Каунас, подальше от происходивших в университете событий и царящей в нем атмосфере. Таким образом руководство университета хотело пресечь общение Мицкевича с членами тайных организаций и не позволить ему участвовать в них. Кто знает, возможно, таким шагом университетские начальники хотели защитить Мицкевича, понимая его талант, хотели обезопасить его, ведь судьба любой тайной организации и ее участников, по большому счету, является предрешенной. Помог ли такой “ход конем” Мицкевичу избежать определенных проблем, мы скажем далее, а вот что несомненно, так это то, что благодаря подобной “ссылке” стало возможным говорить о поэзии Адама Мицкевича как о самобытном явлении. Именно там, в Каунасе, он стал активно и много писать; именно там родились его первые произведения в жанре романтизма – баллады и поэмы, выражающие умонастроения и мировоззрения начинающего литератора. Как раз в те годы он написал ряд стихотворений, ставших программными. Среди них можно выделить “Оду к юности”, например, сочиненную в 1820 году.

Учителем Адам Мицкевич трудился четыре года – вплоть до 1823-го. А потом. Потом грянула буря.

Дело филоматов и филаретов

В 1821 году пост попечителя Виленского университета занял прежний сподвижник Александра Первого, граф Николай Новосильцев. Это был весьма деятельный и жаждущий славы мужчина, а потому он рьяно взялся за изобличение возможных существующих в университете тайных организаций. Спустя два года ему удалось-таки докопаться до сути – филареты и филоматы были арестованы, а вместе с последними – вернее, по причастности к ним – и молодой поэт Адам Мицкевич, стихи которого только-только начинали набирать популярность (за год до того вышел первый сборник поэтических сочинений нашего литератора). Попытка прежнего руководства уберечь талантливого поэта ни к чему не привела – Новосильцев был неутомим в своей кипучей деятельности по “ловле преступников” (заметим в скобках, что он проявлял настолько сильную агрессию и жестокость по отношению к молодежи, что, по мнению многих, именно подобная его политика повлияла на произошедшее в 1830 году в стенах вуза восстание).

Итак, Мицкевич был арестован. Его посадили в тюрьму – прежде в том здании находился бывший базилианский монастырь Святой Троицы. В заключении Мицкевич провел не так много, как некоторые иные участники организации – всего около года, – но, должно быть, пережил немало неприятных минут. Тем не менее для Адама Мицкевича данное дело кончилось максимально мирным путем – в 1824 году, весной, он был выпущен из тюрьмы на поруки своих друзей, которые и заступились за него, а затем, через полгода, отправлен из Литвы в изгнание.

Вынужденная ссылка

Конечно, ссылкой в прямом смысле слова отъезд Мицкевича из Литвы назвать нельзя. Он не был ограничен в передвижениях, да и вообще, по сути, не имел никаких запретов, кроме как жить в Литве. Поэтому первые пять лет своего изгнания Мицкевич провел в России, где успел поочередно пожить в Санкт-Петербурге, Одессе, Москве и снова в Санкт-Петербурге. Где бы ни находился Мицкевич, он не забывал про творчество. Впрочем, думал поэт и про хлеб насущный, на который необходимо заработать. А зарабатывал он служа в канцелярии одного военного генерал-губернатора.

Ничего запретного и нелегального Адам Мицкевич в России не предпринимал. Но и тихой мышкой не сидел – вел достаточно активную общественную жизнь, заводил новые знакомства. Так, например, сблизился он с декабристами – такими как Константин Рылеев или Александр Бестужев, – с разными литераторами, в том числе и с Александром Пушкиным, а также с князем Петром Вяземским.

В 1829 году литератор предпринял более дальнее путешествие, нежели из одного российского города в другой. Он выехал за границу, тем самым решившись на эмиграцию.

Жизнь зарубежная

Согласно биографии Адама Мицкевича, после отъезда из России он жил то в Германии, то в Швейцарии, то в Италии. Первоначально он собирался примкнуть к участникам польского восстания 1831 года, однако сделать этого ему по ряду причин не удалось. Какое-то время после этого, перекантовавшись в Дрездене, Мицкевич перебрался во Францию, которая и стала его приютом, его домом на долгие годы.

Понятно, что даже в эмиграции Мицкевич не оставлял свое творчество. Однако, помимо стихосложения, во Франции литератор стал заниматься и публицистикой. Кроме того, он активно сотрудничал с польской эмиграцией.

Первые годы жизни во Франции Мицкевич обитал в ее сердце – Париже, однако чуть позже, а если говорить конкретно, то в 1839-1840 учебном году, по приглашению уехал в Лозанну (Швейцария). Там в течение года литератор читал студентам курс по латинской литературе. После годовалого эксперимента в этой области Адам Мицкевич вернулся в Париж, но преподавание не оставил. Поэта взяли в Коллеж де Франс (учреждение, где можно пройти бездипломные курсы для получения высшего образования) читать славянскую словесность – и показательно, что именно он стал первым профессором данной дисциплины.

Преподавать и быть профессором Мицкевичу было приятно; тем досаднее, что он не смог долго удержаться на этом месте. Виной всему случай. В 1841 году Адам Мицкевич познакомился с идеями некоего польского мессианиста Анджея Товяньского, которые носили название “товянизм”. Суть этих идей, если описывать их очень кратко, заключалась в следующем: стремление к реформированию мира; убеждение, что поляки выгодно отличаются от прочих народов мира и обладают выдающимися способностями, а также, что у некоторых стран (в том числе, разумеется, и у Польши) есть особая миссия (у Польши – быть Мессией, искупить человеческие грехи и быть за это распятой); вера в то, что высшие силы и Господь Бог действуют на Земле через своих посланцев в человеческом обличье, коих немного – а среди них Наполеон Бонапарт и сам Анджей Товяньский. Эти взгляды произвели глубочайшее впечатление на Адама Мицкевича и буквально поработили его. Он стал ярым адептом товянизма (иначе говоря, товианства), яро пропагандировал его везде, где можно и нельзя. За что в итоге и поплатился – был отстранен от чтения лекций в Коллеж де Франс спустя четыре года, в 1845 году. Тем не менее еще семь лет в университете Адам Мицкевич продержался, хоть лекции и не вел. Лишь в 1852 году литератора, перевалившего к тому времени за пятидесятилетний рубеж, отправили в отставку.

Последние годы жизни Адама Мицкевича

Уйдя в отставку, литератор получил место библиотекаря, а также издавал в Париже газету “Трибуна народов”. Через три года, весной 1855 года, после ухода из жизни супруги, Мицкевич отправился в Константинополь. Там он хотел создать новую организацию по борьбе с русскими в Крымской войне. Но не успел – заразился холерой, в результате чего в конечном итоге и скончался осенью того же года. И если изначально на вопрос: “Где похоронен Адам Мицкевич?” можно было с уверенностью отвечать – в Париже, то теперь это не так. Останки литератора перевезли в Краков, где он и покоится в Вавельском кафедральном соборе с 1890 года.

Поэтическая жизнь

Как уже говорилось выше, среди произведений Мицкевича много программных, таких, что считаются теперь классическими, важнейшей вехой в его творчестве. К подобным сочинениям можно отнести довольно много его опусов, среди них поэма “Конрад Валленрод”, драма “Дзяды”, эпопея национального характера “Пан Тадеуш” – она считается главным произведением поэта. Не стоит забывать и про сборники стихотворений – наиболее знаковыми считаются “Баллады и романсы”, а также “Крымские сонеты”.

Важным моментом в творчестве Адама Мицкевича является тот факт, что поэт сформировал свою личную программу, целиком и полностью основанную на различных легендах и верованиях. Романтический мир, мир грез и фантазий, мир, где балом правят чувства – вот что лежало в основе убеждений поэта, нашедших отражение в его творчестве. Интересно при этом, что определить жанровую принадлежность любого подобного произведения у Мицкевича достаточно непросто, границы словно размыты и жанры наслаиваются друг на друга.

Мицкевич писал на нескольких языках. Польский язык был, несомненно, в приоритете. Исследователи творчества поэта отмечают, что он сам называл язык своих произведений чаще всего польским, а иногда – литвинским. Тем не менее ученые-литературоведы утверждают, что это не “чистокровный” польский язык, а с вкраплениями белорусских элементов из местных говоров, так называемых провинциализмов, которые внедрялись им, разумеется, намеренно.

Интересно, кстати, что именно Мицкевичу жители Литвы обязаны появлением в их арсенале некоторых имен – Мицкевич хорошо владел литовским и придумал несколько новых женских имен, сложив их из существующих слов. Так, например, получившее распространение не только в Литве, но и в Польше имя Гражина образовалось из слова “красивая” (grazi), а еще одно популярное в Литве имя Живиле – от “двигаться” и “надежда” (zygiuoti и viltis соответственно).

Переводы работ Мицкевича

Адама Мицкевича переводили на многие языки мира, и в их числе, разумеется, белорусский и русский. Русскоязычными вариациями произведений поэта мы обязаны многим – и Александру Пушкину, который блестяще перевел одну из сложных стилистически и грамматически баллад Мицкевича, и Аполлону Майкову, и Ивану Козлову, и Игорю Северянину, и Давиду Самойлову и еще очень большому числу профессиональных переводчиков и литераторов разных эпох и поколений.

Сочинения Адама Мицкевича на белорусском языке появились благодаря стараниям также немалого количества людей. Среди них можно выделить Петра Бителя, Александра Ельского, Бронислава Тарашкевича и так далее.

Помимо двух вышеозначенных языков, книги Адама Мицкевича можно прочитать на литовском, чешском, украинском, эсперанто и так далее.

Влияние на культурную жизнь

Лишним будет говорить о том, насколько велико оказалось влияние Адама Мицкевича как на литературу Польши в частности, так и на культуру этой страны в целом. В мировой литературе следующих столетий можно без труда найти немало аллюзий, указывающих на его творчество и его мысли. В польском кинематографе одним из культовых фильмов считается лента, снятая именно по его произведению (“Пан Тадеуш”, 2000 год). А польский классический театр весь основан именно на работах Мицкевича.

Личная жизнь литератора

Конечно, как и у многих творческих людей, для Мицкевича на первом плане были творчество, карьера, но тем не менее ничему человеческому он тоже не был чужд – разумеется, и влюблялся, и грезил, и страдал, как любой другой человек.

Личная жизнь Адама Мицкевича, несмотря на то, что находилась несколько “на задворках”, тем не менее была достаточно насыщенной. Впервые полюбил поэт еще в студенчестве – красавицу Марылю, дочку судьи. Она ответила ему взаимностью, однако счастье их не продлилось долго – родители сосватали Марылю за богатого жениха. Мицкевич еще много лет сохранял теплые чувства к этой девушке и называл ее своей музой.

А сам женился он лишь в 1834 году, на девушке по имени Целина, которая родила ему шестерых детей – двух дочек, Марию и Хелену, и четверых сыновей – Юзефа, Яна, Александра и Владислава (последний стал значимым деятелем польской эмиграции, в том числе основал журнал для эмигрантов L’Esperance). Доподлинно неизвестно, питал ли он к супруге нежные чувства – такие же, как к Марыле, однако жили они дружно. Их брак закончился со смертью Целины в 1855 году – Адам Мицкевич пережил жену лишь на несколько месяцев.

Память о польско-белорусском классике

Поскольку влияние Адама Мицкевича как на польскую, так и на мировую литературу довольно велико, неудивительно, что память о нем и по сей день живет во многих местах. Так, в Париже с 1903 года существует музей Адама Мицкевича. Его основал сын поэта Владислав – там хранятся личные вещи его знаменитого отца. Музей поэта есть и в его родном городе Новогрудке, и в Вильнюсе.

А сразу в нескольких населенных пунктах – Кракове, Познани, Варшаве, Тбилиси, Львове, Одессе, Ивано-Франковске, Париже, Гродно, Минске и ряде других – стоят памятники Адаму Мицкевичу. В некоторых городах есть улицы, названные в его честь (в том числе, например, в Бердянске, Гродно, Лиде, Киеве и так далее). Его имя носит кратер на Меркурии, а в Варшаве и Познани действуют университеты имени Адама Мицкевича.

«Он между нами жил…» Адам Мицкевич

О двух европейцах ко дню рождения одного из них

Текст: Андрей Цунский

  • АУДИОВЕРСИЯ
  • Плейлист на youtube

24 декабря – день рождения Адама Мицкевича (1798–1855), великого поэта Польши. Правда, при этом был он вроде бы как белорус, главное произведение написал о Литве. Но ведь и друг его Пушкин писал, кроме прочего – о Кавказе, а предок его и вовсе был африканец. Разберись с этими поэтами… И к тому же иногда их так трудно воспринимать по отдельности.

  • Наружность его была истинно прекрасна. Черные, выразительные глаза, роскошные черные волосы, лицо с ярким румянцем; довольно длинный нос, признак остроумия; добрая улыбка, часто появлявшаяся на его лице, постоянно выражавшем задумчивость, — таков был Мицкевич в обыкновенном, спокойном расположении духа; но когда он воодушевлялся разговором, глаза его воспламенялись, физиономия принимала новое выражение, и он бывал в эти минуты увлекателен, очаровывая притом своею речью. »
  • Ксенофонт Полевой

Все-таки национальная культура – вещь труднопостижимая. Как ее измерить? Легче всего поддаться искушению и поставить ее размер в прямую пропорцию с размерами титульного этноса нации – или покоренной им территории. Совершающие такую ошибку находятся в бесконечном раздраженном недоумении. Как получается, что герои великой французской литературы не имеют никаких преимуществ перед каким-то бельгийцем Уленшпигелем, хотя миллионы почитателей считают его голландцем, а книга о нем написана по-французски? А вся-то Бельгия на карте рядом с Францией – сантим рядом с франком! Вот только культура задает всему совсем иной, собственный масштаб.

Один поэт, о котором пойдет речь, тесно связан в истории культуры с другим – хотя и является в чем-то его противоположностью.

известный в сегодняшней России меньше, чем во времена Пушкина. У поляков все зеркально наоборот. Информация, увы, регулярно убегает из сферы культуры в сферу актуальных национальных забот – у всех народов без исключения.

Увы – поэт и писатель всегда порождены средой, в которой воспитываются. Как бы ни хотели поэты быть независимыми от рода людского, шестикрылый Серафим редко у кого вырывает за конформизм «язный грешик». Это, если кто не знает, из пародии Александра Иванова. Не на Пушкина и не на Мицкевича.

Карточный расфокус

Известно, что Пушкин в карты играл исступленно. Не шампанское, не женщины – именно карты становились причиной его бесконечных долгов. И ведь не в какие-то замысловатые игры вроде бриджа, даже не в преферанс – в штосс играть никакого ума не требуется, только азарт и надежда на удачу. Пятая глава «Онегина» была единожды им проиграна (потом Пушкину снова карта пошла, так что отыграл). Глава «Онегина» стоила вполне реальных денег – из расчета по 25 рублей ассигнациями за строчку. 150 фунтов говядины… Так ведь азарт не деньгами и товаром измеряется.

Мицкевич карт не любил. Играл редко – и не в безумные игры, как Пушкин. Он и в средствах был стеснен, и, характер у него был другой. К тому же нравы имперского быта ему были чужды – как человек европейский, считал он, вероятно, дикостью обычай спускать главы поэм, эполеты и даже деревни с живыми крестьянами за не слишком чистыми столами.

П. А. Вяземский вспоминает:

Грани талантов

Помимо несомненного и немедленно признанного Пушкиным поэтического таланта, был у Мицкевича еще один дар – особый и редкий. Мицкевич был вдохновенным импровизатором, почти магнетически подчинявшим себе публику.

Импровизатор – в отличие от поэта – считался ремесленником, ловким словесным жонглером, орудовавшим заготовленными рифмами и паттернами. И все же. Проблема была в том, что Пушкин импровизировать – вы совершенно правы – не умел.

А был он, как всем хорошо известно, ревнив. Успех на публике – этакий instant fame – сопровождавший Мицкевича, не мог Пушкина не задеть. До сих пор идет спор, уж не его ли вывел Александр Сергеевич в образе жадного до денег, суетливого импровизатора в «Египетских ночах». Анна Ахматова считала, что это была своеобразная месть Пушкина за стихотворение «Русским друзьям». «Немыслимо себе представить, чтобы Пушкин, беря темой импровизацию, не вспомнил столь поразившую его импровизацию Мицкевича».

Есть и другая точка зрения: Пушкин был ревнив – но не мелочен, и до выяснения отношений на таком уровне дела не довел бы.

Ах, как соблазнительно присоединиться к одной из этих позиций, лучше, конечно, ко второй – ни Пушкина не обидишь, ни Мицкевича. Но все же об этом судить придется читателю. Ахматовой ведь никто не подсказывал.

Два энциклопедиста

Городской молодой человек приезжает в деревню, в свое родовое имение, а там его ждет любовное приключение и дуэль. Знакомо?

Как вы думаете, о каком произведении, названном по имени главного героя, говорится в этих строках?

«В поэме создан полный ностальгии и юмора образ красочных, но исторически обреченных нравов. В поэме настолько правдиво и подробно воссозданы картины жизни, быта и нравов, что ещё при жизни автора она получила характеристику «Энциклопедия…

…русской жизни»? Евгений Онегин?

А вот и нет. Шляхетских нравов. Польской жизни. «Пан Тадеуш» Мицкевича. Впрочем, «Онегина» Пушкин начал писать несколько раньше, чем Мицкевич своего Тадеуша. Пушкин иронизировал. Мицкевич грезил и воспевал. Пушкин смотрел на русскую жизнь, «энциклопедию» которой создал, глазами человека, утомленного благополучием и сознанием величия.

Его потом многие называли меркантильным, приземленным. Ох, как это, увы, знакомо – склонность сначала отнять у кого-то все, что тот имеет, а потом попрекать нищетой и неумением жить… Вам такое не доводилось слышать? Причем даже от соотечественников?

Действия на суше и на море.

Что может объединять эти два стихотворения?

  • Что в имени тебе моем?
  • Оно умрет, как шум печальный
  • Волны, плеснувшей в берег дальный,
  • Как звук ночной в лесу…

– ну, дальше знаете, конечно.

  • Так сердце своё у меня отняла ты?
  • А впрочем едва ли его я имел.
  • Иль — совесть. А он-то. Иль требуешь платы?
  • За золото разве тобой я владел?
  • Теперь открываю свои побужденья:
  • Ты гимнов хотела; — а что они? Дым.
  • Что вирши? — Для них-то ты счастьем моим
  • ‎Играла? Но нет — не продам вдохновенья, —
  • И имя твоё лишь бы вспомнилось мне —
  • Где таяли рифмы — замёрзли б они!

Это – «Прощание» из «Крымских сонетов» Мицкевича. Два характера, два голоса и два непохожих таланта. А между тем, посвящены они одной женщине. Каролине Собяньской. Портрет прилагается.

Оба поэта были в нее влюблены, и. в общем, она оценила оба таланта и не оставила их без благодарности. Страстные свидания с одним начинались в ложе одесского театра, с другим это происходило на борту яхты – причем в обоих случаях муж красавицы был совсем рядом. Обоих поэтов такое досадное обстоятельство не останавливало. Не будем ханжами – кого и когда это вообще останавливало?

У очень разных людей в жизни оказывается столько общего…

«Сегодня 9-я годовщина дня, когда я вас увидел в первый раз. Этот день был решающим в моей жизни. Чем более я об этом думаю, тем более убеждаюсь, что мое существование неразрывно связано с вашим; я рожден, чтобы любить вас и следовать за вами – всякая другая забота с моей стороны – заблуждение или безрассудство. Рано или поздно мне придется все бросить и пасть к вашим ногам. я испытал на себе все ваше могущество. Вам обязан я тем, что познал все, что есть самого судорожного и мучительного в любовном опьянении, и все, что есть в нем самого ошеломляющего. »

Это Пушкин. Отнюдь не мадемуазель Гончаровой. Адресат указан выше.

  • Меня родная речь здесь, может быть, разбудит;
  • Когда ж тебе поэт слагать здесь песню будет –
  • Вблизи узрев мой холм, и мне пусть пропоет.

А это Мицкевич. По тому же адресу.

Чувства у таких разных людей одинаковыми быть не могут. Или – могут? В Москве они рисковали застать друг друга у дамы… скажем, в гостях. А может, и заставали. Судя по отсутствию свидетельств – либо не застали, либо вели себя как джентльмены. Секретов другой леди я сам не стал бы выдавать – но тут присутствует отнюдь не пикантная подробность – мадам Собяньская информировала о визитах и настроениях обоих поэтов полицию. Так что хоть ты империю люби, хоть не люби – методы у нее одинаковые для всех.

Друг о друге

  • Jeden ów pielgrzym, przybylec z zachodu,
  • Nieznana carskiej ofiara przemocy;
  • Drugi był wieszczem ruskiego narodu,
  • Sławny pieśniami na całej północy.
  • Znali się z sobą niedługo, lecz wiele –
  • I od dni kilku już są przyjaciele.
  • (A. Mickiewicz, Pomnik Piotra Wielkiego)
  • На дожде с вечера стали два молодца
  • Под одним плащом за руки здороваться;
  • Первый был жертвой царского гнета
  • С запада посланный к нам пилигрим.
  • Был голосом звонким иного народа,
  • С на севере жившим, вторым.
  • Знались не долго, но стали друзьями
  • в празднестве, в радости, в гневе, в печали.

Это Мицкевич о Пушкине.

Вот строки Мицкевича, на которые Пушкин обиделся:

  • Вы – помните ль меня? Когда о братьях кровных,
  • Тех, чей удел – погост, изгнанье и темница,
  • Скорблю – тогда в моих видениях укромных,
  • В родимой череде встают и ваши лица.
  • Где вы? Рылеев, ты? Тебя по приговоре
  • За шею не обнять, как до кромешных сроков, –
  • Она взята позорною пенькою. Горе
  • Народам, убивающим своих пророков!
  • Бестужев! Руку мне ты протянул когда-то.
  • Царь к тачке приковал кисть, что была открыта
  • Для шпаги и пера. И к ней, к ладони брата,
  • Пленённая рука поляка вплоть прибита.
  • А кто поруган злей? Кого из вас горчайший
  • Из жребиев постиг, карая неуклонно
  • И срамом орденов, и лаской высочайшей,
  • И сластью у крыльца царёва бить поклоны?
  • А может, кто триумф жестокости монаршей
  • В холопском рвении восславить ныне тщится?
  • Иль топчет польский край, умывшись кровью нашей,
  • И, будто похвалой, проклятьями кичится?
  • Но вам распахнут был душою голубиной.
  • Когда же горечь слёз прожгла мою отчизну
  • И в речь мою влилась – что может быть нелепей
  • Молчанья моего? Я кубок весь разбрызну:
  • Пусть разъедает желчь – не вас, но ваши цепи.
  • А если кто-нибудь из вас ответит бранью –
  • Что ж, вспомню лишний раз холуйства образ жуткий:
  • Несчастный пёс цепной клыками руку ранит,
  • Решившую извлечь его из подлой будки.

А вот Пушкин о Мицкевиче:

  • … злобы
  • В душе своей к нам не питал, и мы
  • Его любили. Мирный, благосклонный,
  • Он посещал беседы наши. С ним
  • Делились мы и чистыми мечтами
  • И песнями (он вдохновен был свыше
  • И свысока взирал на жизнь). Нередко
  • Он говорил о временах грядущих,
  • Когда народы, распри позабыв,
  • В великую семью соединятся.
  • Мы жадно слушали поэта. Он
  • Ушел на запад — и благословеньем
  • Его мы проводили. Но теперь
  • Наш мирный гость нам стал врагом — и ядом
  • Стихи свои, в угоду черни буйной,
  • Он напояет. Издали до нас
  • Доходит голос злобного поэта,…

Если «распри забыв объединяться» под чужим сапогом не хочется – то вот ты уже и враг, и напояешь, и «в угоду черни буйной». Как легко было бы объяснить эти стихи ну, скажем – приказом начальства. Ведь чином был Пушкин – титулярный советник, на должности камер-юнкера. А на службе нужно служить. Заставили, мол, работа такая. Только это было бы незаслуженным и скверным объяснением. Ждать от Пушкина чего-то подобного, может, и ждали – но не приказывали. Стихи вполне соответствовали взглядам Пушкина.

И все же некролог русскому поэту Мицкевич подписал: «Друг Пушкина». Поэты многое умеют делать со словами. Но не бросаются ими. Даже прочитав «Клеветникам России», Мицкевич, всей душой разгневанный на стихотворение и на взгляды автора – не стал осуждать друга. «Только однажды дается стране воспроизвести человека, который в такой высокой степени соединяет в себе столь различные и, по-видимому, друг друга исключающие качества. Пушкин, коего талант поэтический удивлял читателей, увлекал, изумлял слушателей живостью, тонкостью и ясностью ума своего. Он был одарен необыкновенною памятью, суждением верным, вкусом утонченным и превосходным. Когда говорил он о политике внешней и отечественной, можно было думать, что слушаешь человека, заматеревшего в государственных делах и пропитанного ежедневным чтением парламентарных прений. Он нажил себе много врагов эпиграммами и колкими насмешками. Они мстили ему клеветою. Я довольно близко и довольно долго знал русского поэта; находил я в нем характер слишком впечатлительный, а иногда легкомысленный, но всегда искренний, благородный и способный к сердечным излияниям. Погрешности его казались плодами обстоятельств, среди которых он жил: все, что было в нем хорошего, вытекало из сердца» – это Мицкевич написал о Пушкине. И если бы сложилась судьба по-иному и Пушкину пришлось бы писать некролог Мицкевичу – Александр Сергеевич сказал бы о друге-поэте самые хорошие слова. И все же –

И сами решайте. Им вы своими предположениями никак не помешаете.

Адам Мицкевич

Адам Бернард Мицкевич – выдающийся поэт эпохи романтизма, публицист и деятель польского национально-освободительного движения. Национальным поэтом Мицкевича считают в Польше, Литве и Белоруссии.

Родился Адам Мицкевич в сочельник, 24 декабря 1798 г., в селе Заосье близ города Новогрудок, который ныне является районным центром Гродненской области Белоруссии. За три года до рождения Адама Новогрудок еще был частью Речи Посполитой, а в 1795 г. был присоединен к Российской империи.

Отец будущего поэта, Миколай Мицкевич, происходил из старого литовского рода, знатного, но давно обедневшего. Поэтому беспоместный шляхтич был вынужден зарабатывать на содержание своей семьи адвокатской практикой. В 1794 г. он был одним из участников восстания Тадеуша Костюшко, единство Речи Посполитой связывал с приходом Наполеона и своим сыновьям привил чувство гордости, национального достоинства и любви к родине.

Мать Адама – Барбара Маевская, дочь мелкого служащего, принадлежала к семье крещеных евреев, которые были последователями религиозного деятеля Якова Франка. Крестили Адама 12 февраля 1799 г. в Новогрудском фарном (приходском) костеле Преображения Господня.

С 1807 по 1815 гг. Адам был учеником доминиканской школы при храме Святого Михаила Архангела в Новогрудке. Именно в это время юный Мицкевич начал писать свои первые стихи. Учеником он был старательным и в 1815 г. поступил на казенную стипендию в Виленский университет, основанный в 1579 г. королем Стефаном Баторием и Папой Римским Григорием XIII в Вильне (сейчас – Вильнюс, Литва). Сначала Мицкевич учился на физико-математическом факультете, но через год перевелся на историко-филологический, поскольку понял, что литература и история увлекают его больше, чем математика. Будучи студентом, Адам Мицкевич изучал русский, французский, английский и немецкий языки, а также увлекался чтением античных произведений в оригинале.

Годы учебы в знаменитом университете Адам Мицкевич всегда считал лучшими в своей жизни. Профессора у него были, как правило, люди значительные и почетные: одни преподавали в духе строгого классицизма, а другие несли студентам идеи более новые и романтические. Одним из преподавателей Мицкевича был известный историк Иоахим Лелевель, дружеские отношения с которым поэт поддерживал и после окончания ВУЗа. В 1818 г. случилась первая публикация поэта – стихотворение «Городская зима».

В период летних каникул, в 1818 г., Адам Мицкевич повстречал девушку, ставшую его музой на много лет, – Марылю Верещак. Молодые люди любили друг друга, но Марыля была дочерью богатого помещика Новогрудского уезда и судьба ее была уже предопределена: отец устроил ее помолвку с графом Путткамером, за которого она и вышла замуж в 1821 г. Образ Марыли Мицкевич сохранил в своей душе на многие годы: именно несостоявшаяся любовь с этой девушкой вдохновила его на написание многих произведений.

С 1817 г. Адам Мицкевич принимал деятельное участие в образовании и функционировании тайных студенческий патриотических объединений Виленского университета: филоматов («стремящиеся к знанию») и филаретов («любящие добродетель»). Главными идеями этих обществ были национальное достоинство, любовь к родному языку, сочувствие и помощь обездоленным, а позднее они конкретизировались и преобразовались в просветительскую программу политического характера.

После окончания университета, в 1819 г., Адам Мицкевич был направлен на учительскую работу в провинциальный городок Ковно (сейчас – Каунас, Литва). Это была своеобразная «ссылка»: таким образом власти Виленского университета пытались не допустить участия Мицкевича в деятельности тайных организаций. Время пребывания в Ковно стало переломным в творчестве поэта: если до этого он тяготел к стилю классицизма, то здесь начал писать в духе романтизма. В 1822 г. в Вильно вышел первый том сочинений Адама Мицкевича «Поэзии», куда вошел цикл «Баллады и романсы», отражающий романтическую философию и эстетику, столь близкие поэту. Второй том сочинений, вышедший через год, включал в себя 2 поэмы: «Гражина» и «Дзяды».

В октябре 1823 г. в связи с расследованием по «Делу филоматов» Адам Мицкевич был арестован в Вильно и помещен в тюрьму, которая находилась в бывшем базилианском монастыре Святой Троицы. Благодаря друзьям и счастливым обстоятельствам Мицкевичу удалось избежать серьезного наказания: в апреле 1824 г. его выпустили на поруки, но в октябре того же года выселили во внутренние губернии Российской империи.

Сначала поэт прибыл в Петербург, через 3 месяца – в Одессу, откуда совершил поездку в Крым, затем поехал в Москву, а потом, в 1828 г., снова в Петербург. Это путешествие было очень плодотворным и оставило глубокий след в творчестве Мицкевича, а также повлияло на культурную и литературную жизнь России. Здесь к поэту пришли знаменитость и признанная слава. Он близко сошелся с участниками декабристского движения Кондратием Рылеевым и Александром Бестужевым (Марлинским). Поэта знали и ценили виднейшие русские умы того времени: Александр Пушкин, Петр Вяземский, Антон Дельвиг, Иван Киреевский, Евгений Баратынский, Дмитрий Веневитинов, Сергей Соболевский, Николай Полевой, Адольф Янушкевич и другие. Пушкин и Вяземский впоследствии переводили литературные произведения Мицкевича на русский язык.

Путешествуя по Российской империи, Мицкевич написал цикл «одесских лирических стихотворений», знаменитые «Крымские сонеты», а в 1828 г. в Петербурге была опубликована его поэма «Конрад Велленрод».

В 1829 г., с помощью влиятельных друзей и покровителей, Адаму Мицкевичу удалось уехать в Европу. Он путешествовал по Италии, Швейцарии и Германии. В 1931 г. безуспешно пытался принять участие в Польском восстании против власти Российской империи, несколько месяцев прожил в Дрездене, а в 1932 г. переехал в Париж. Тогда же, в 1932-1934 гг., Мицкевич написал свою прекрасную бессмертную поэму «Пан Тадеуш», которая считается своеобразной энциклопедией польской жизни.

В 1834 г. Мицкевич женился на Целине Шимановской, дочери знаменитой пианистки Марии Шимановской, у которой неоднократно бывал в Петербурге. В браке с Целиной у Мицкевича родилось шестеро детей: две дочери и четыре сына. С этого времени поэт находился в постоянных поисках заработка для того, чтобы содержать свою семью. С помощью знаменитой французской писательницы Жорж Санд, с которой его познакомил Фредерик Шопен, Мицкевич пытался поставить театральную драму, но, к сожалению, безуспешно.
До 1840 г. Адам Мицкевич преподавал античную литературу в Лозанне, а затем стал профессором кафедры славянских литератур в Коллеж де Франс. В 1841 г. поэт попал под сильное влияние проповедника, философа-мистика и мессианиста Анджея Товяньского. За то, что Мицкевич начал пропагандировать товянизм своим студентам, его отстранили от чтения лекций в 1845 г., а в 1852-м отправили в отставку.
Параллельно с заботами о хлебе насущном, Мицкевич не забывал и об общественно-политической жизни: в 1848 г. он создал Польский легион, помогающий итальянцам бороться за свою независимость, а в 1849 г. принимал участие в издании парижской демократической газеты «Трибуна народов».
В 1852 г. Адам Мицкевич получил скромную должность библиотекаря при парижском Арсенале. В апреле 1855 г. умерла жена Мицкевича, Целина, и осенью он отправился в Константинополь с намерением организовать там Новый польский легион, чтобы помочь французам и англичанам в Крымской войне против Российской империи. Однако мечтам его не суждено было сбыться: он заразился холерой, скончался 26 ноября 1855 г. и был похоронен в Париже. С 1890 г. прах великого поэта покоится в саркофаге в Вавельском кафедральном соборе в Кракове.

Адам Мицкевич

Биография

Адам Мицкевич – знаменитый польский поэт, масштаб деятельности которого для родной страны сопоставим со значимостью Александра Пушкина для русской литературы. Специалисты называют автора основоположником польского романтизма. Он стоял во главе национально-освободительного движения в Польше.

Детство и юность

Адам Мицкевич родился на хуторе Заоссе, вблизи городка Новогрудок. За 3 года до появления автора на свет эти земли принадлежали Речи Посполитой, а затем были присоединены к Российской империи. Сегодня территория принадлежит Беларуси, поэтому о творчестве поэта знают и местные жители.

Адам родился 24 декабря 1798 года. Отец мальчика, Миколай, был выходцем из старинного литовского рода. Когда-то он принадлежал к знати, но семья обеднела и не располагала состоянием. Мицкевич-старший вел адвокатскую практику, чтобы прокормить семью. В 1794 году мужчина поддержал восстание Тадеуша Костюшко и в своих сыновьях он воспитывал любовь к родине и уважение к шляхтичам. Мать Барбара, еврейка по происхождению, принадлежала семье мелкого служащего.

12 февраля 1799 года мальчика крестили в Новогрудском костеле Преображения Господня. С 1805 по 1815 годы он учился в доминиканской школе, основанной при храме Святого Архангела Михаила, и там увлекся литературным творчеством. Первые стихотворения Мицкевич написал в подростковом возрасте. Ему нравилось учиться.

Тяга к знаниям и усердие помогли получить казенную стипендию и отправиться в Виленский университет, студентом которого он стал в 1815 году. Сначала основным направлением Мицкевича были физика и математика, но через год молодой человек перевелся на историко-филологический факультет. Интерес к литературе и истории оказался сильнее.

На новом факультете студент начал читать античные произведения в оригинале, изучал иностранные языки и посещал лекции именитых педагогов. Преподаватели помогли сформировать мировосприятие, собственное отношение к фактам и происходящему в мире. Классицистские идеи в их лекциях смешивались с новомодными романтическими тенденциями, которые подпитывали юношей.

A post shared by @data_iks on Dec 23, 2018 at 11:07pm PST

С 1817 года Мицкевич был в рядах студентов, участвовавших в создании патриотических университетских объединений: филоматов и филаретов. Патриоты родной страны, они боролись за сохранение родного языка и национальное достоинство, пропагандировали помощь нуждающимся. Позднее их убеждения сформировались в политическую программу.

Получив в 1819 году диплом об окончании университета, Мицкевич обрел возможность педагогической практики. Его направили в город Ковно, ныне Каунас. Прибегнув к такому шагу, чиновники, главенствующие в Виленском университете, попытались оградить поэта от участия в тайных организациях. Своеобразная ссылка положила начало созданию произведений в духе романтизма. Мицкевич писал баллады и поэмы, описывающие его взгляды и мировоззрение.

Поэзия

В 1822 году на свет появилась дебютная книга стихотворений Адама Мицкевича. Первый том сочинений автора получил название «Поэзия» и включал в себя известный цикл «Баллады и поэмы». Спустя год опубликовали 2-й том издания, вобравший поэмы «Дзяды» и «Гражина».

Социальная деятельность поэта была тесно связана с творчеством, отчасти ставшим программным. В 1823 году Мицкевич был арестован по «Делу филоматов». Он оказался в тюрьме, но благодаря друзьям в 1824-м был выпущен на волю. Спустя полгода литератора выселили из города.

Он был вынужден уехать и предпринял путешествие в Санкт-Петербург. Затем побывал в Одессе, Крыму, Москве и вновь вернулся в Северную столицу. Путешествие заняло 5 лет и принесло Мицкевичу знакомство с творческой интеллигенцией России. Впоследствии он отправился в Европу и посетил Италию, Швейцарию, Германию. Поэт стал слушателем лекций Гегеля.

В 1830 году в Польше произошло Ноябрьское восстание, и Мицкевич пытался вернуться на родину, но не был допущен. Ему пришлось переехать в Париж и продолжать скитания по Европе, которые привели автора в Италию.

Антоний Одынец и Адам Мицкевич. Гравюра Михаила Андриолли / Podkarpacka Biblioteka Cyfrowa

Мицкевич был плодотворным литератором. Его наследие состоит из массы произведений различных стихотворных форм. Выпустив 2 тома сборника сочинений, Адам сформировал собственную программу, выстраивающуюся на народных легендах и верованиях. В их основе лежали романтические убеждения, отсылки к миру фантазий, где главными становились чувства. Жанровые границы в этих произведениях размыты.

Самыми известными сочинениями этого направления стали «Парис», «Романтика», «Свитезь» и «Свитезянка». После путешествия по России были выпущены «Крымские сонеты». Их главной темой оказалось описание природы и единения с ней человеческого существа.

В 1828 году опубликовали книгу «Конрад Валленрод. Историческая повесть из литовской и прусской истории». Сюжет повествует о действии, разворачивающемся в 14 веке. Главный герой, магистр ордена крестоносцев, поставлен в условия выбора между патриотическими чувствами и рыцарским кодексом. С его помощью Мицкевич описал переживания участников тайной организации, к которой он принадлежал.

Почтовая марка СССР “Александр Пушкин и Адам Мицкевич” / Википедия

Поэмы «Повесть Вайделота» и «Альпухара» – произведения в стихах, излюбленные российскими чтецами, вышли в этот же период, но не имели той же смысловой нагрузки. В Европе Мицкевич работал над продолжением поэмы «Дзяды». Несколько эпизодов произведения, объединившись, создают композицию, рассказывающую о народных верованиях и традициях, стремлениях лирического героя.

Эти направления переплетаются с современностью, в которой автор описывает процесс по делу филоматов. В произведении рассказывается о перевоплощения главного действующего лица, его обращения к Всевышнему с вопросом о справедливости происходящего в государстве и притеснении народа. Неприятие царского деспотизма Мицкевич описывал сквозь призму сказочного и фантазийного.

Сочинение: Социальный конфликт в деревне в период коллективизации (по роману Б. Можаева «Мужики и бабы»)

В романе-хронике “Мужики и бабы” Борис Можаев показывает, как нарушается привычный уклад жизни села, только начинающего развиваться благодаря нэпу, с началом кампании массового создания колхозов. Действие романа приходится на конец 1929, — начало 1930 года, то есть на наиболее острый период раскулачивания и сплошной коллективизации. Писатель показывает, как эти события приводят к глубокому социальному конфликту в российской деревне.

Для этой цели в романе крупным планом даются конфликтующие стороны: местные, районные и окружные руководители, стремящиеся в считанные дни провести коллективизацию, и трудовое крестьянство. Незаконные действия руководителей приводят к бунту, сопротивлению крестьян, чей жизненный уклад рушился, а нажитое непосильным трудом добро фактически конфисковывалось.

Секретарь местной партячейки Сенечка Зенин — из людей, торопящих историю, мыслящих однозначно и категорично. Местная церковь для него дурдом, пригодный для склада, он никак не связывает ее с традициями деревенской жизни. Поэтому он не может понять, что закрытие церкви в глазах крестьян просто компрометировало его и в его лице всю Советскую власть. Этот человек живет только политической конъюнктурой: “Какая теперь взята линия главного направления? — спрашивает он. — Линия на обострение классовой борьбы. Пока держится такая линия, надо успевать проявить себя на обострении”. Зенина не смущает никакое из поручений сверху — он без зазрения совести тут же готов его выполнить. “Ну что, комарики-сударики? Получили боевое задание и растерялись? — спрашивает он у своих помощников и тут же их наставляет. — Эх вы, телята на поводу классового врага.

Быками надо становиться, реветь и землю рыть. ”

Рвением выслужиться перед вышестоящими отличается и член окружкома Наум Ашихмин, сын разорившегося татарина. Несмотря на свое купеческое прошлое, он считает себя пролетарием. Мечта его жизни — продвинуться в руководители. Когда Ашихмин попал в агитпроп Рязанского окружкома, “он решил доказать, что умеет не только в газету писать или читать лекции, но и действовать решительно и беспощадно. Он даже псевдоним себе придумал — Неистовый”. Ашихмин, наиболее ярый сторонник раскулачивания зажиточных крестьян, считал себя настоящим борцом за социализм.

Держать людей в страхе — главный принцип руководства Никанора Возвышаева. Чтобы остановить убой скота, он самовольно вводит штраф в пятикратном размере с конфискацией имущества, без санкции прокурора арестовывает людей. Стиль его руководства мы видим в том, как он наставляет своих подчиненных проводить сплошную коллективизацию: “Это не выдумки наши, а руководящая директива, спущенная самим товарищем Кагановичем.

Снисхождения никому не будет. Три дня вам сроку. 20 февраля все должны быть в колхозах! Не проведете в срок кампанию — захватите с собой сухари. Назад не вернетесь”.

20 февраля в Тихановском районе — районе сплошной коллективизации — все должны были вступить в колхоз. Но мужики уперлись, не стали сдавать семена. Возвышаев дает команду сбивать замки с амбаров, брать крестьян под арест, штрафовать. Это вызвало огромную волну возмущения. Мужики в Веретье переломали общественные кормушки и сбежали в лес, в селе Красухине избили Зенина и держали его под арестом, кормушки разбили, магазины разграбили, семена растащили. В Желудевке повыбивали окна в сельсовете, сожгли бумаги.

Крестьяне не могли принять насильственную коллективизацию, особенно такую, какой ее понимали описанные выше руководители. То, что в романе этим последним уделено достаточно большое внимание, говорит о глубине авторского замысла. Ашихмин, Возвышаев, Зенин — это новый социальный тип. Это люди, которые готовы на любые противозаконные действия, выполняя директивы сверху. Действия таких людей и привели к социальному конфликту в деревне в период коллективизации. А то, что Можаев сажает тихановских коллективизаторов на скамью подсудимых, подчеркивает авторскую мысль о двуличии высшего руководства страны, пытавшегося отмежеваться от преступлений.

Над причинами происходящего задумываются такие герои романа, как учитель Дмитрий Успенский, Мария Обухова, Озимов. В споре с Ашихминым Дмитрий Успенский доказывает: “Одно дело — дореволюционный кулак, совсем иное дело — послереволюционный. Земельные наделы по едокам нарезаны. Если все его богатство от собственного труда да от казенного надела, так что же это за кулак. Где, с какой коровы кончается крестьянин-середняк, а начинается кулак. Где тот устав или хотя бы бумажная директива, которая определила бы размер кулацкого хозяйства? Раньше в России кулаком назывался барышник, ростовщик, перекупщик, а не хлебороб. ” Успенский называет активистов коллективизации “последышами Иудушки”, обвиняя их во всех беззакониях, которыми сопровождалась кампания по раскулачиванию.

Глубже раскрыть корни возникшего на селе конфликта помогает образ Андрея Ивановича Бородина, которого можно отнести к центральным фигурам повествования. Этому крестьянину чужда жажда накопительства. Жену свою, которая уговаривает его развести коров, купить сепаратор, он не слушает. Он любит природу, луга, лошадей. Рыжая кобылка Веселка — его отрада. Отвести ее на общий стан, как и другую живность, он просто не может. Поэтому Бородин решает не вступать в колхоз. “Не то беда, что колхозы создают; беда, что делают их не по-людски, — усе скопом валят: инвентарь, семена, скотину на общие дворы сгоняют, всю, вплоть до курей”, — говорит он.

Несмотря на то, что Андрей Иванович входит в состав сельсовета, он отказывается участвовать в раскулачивании, видя, как разрушается при этом жизнь крестьян: “Если вы сами судите, не спросясь мира, то сами и приводите в исполнение свои постановления. Я вам не исполнитель™ Кто кулак, а кто дурак — определяет сход, а не группа бедноты”. За это Ашихмин берет Бородина под стражу.

Протест Андрея Ивановича настолько глубок, что он даже не слушает своего брата, несмотря на то, что до этого законом жизни в их семье было быть всегда вместе, ибо только тогда можно чего-то добиться. Максим Бородин уговаривает его вступить в колхоз: “Ну наденем эти ихние колхозные шинели да армяки. Поносим год, другой. Все же увидят, что в коленках жмут. Ну посмеются да скинут. За старое возьмемся, за свое исконное-посконное”. Но брат все равно не соглашается идти в колхоз. Ему это самое “исконное-посконное” дороже всего, и он не собирается в угоду кому-либо менять свою жизнь.

Мне кажется, что именно поэтому в деревне в период коллективизации возник такой острый конфликт. Потому что большинство крестьян не хотели расставаться с привычным им укладом жизни, который был заложен еще их предками. Именно об этом и говорит

Б. Можаев в своем романе. Действия колхозных активистов были направлены против крестьян, источником благосостояния которых был тяжкий труд от зари до зари, умение вести хозяйство, личная заинтересованность в результатах своей работы. На этом держится русское крестьянство и именно это вызывало такую неприязнь сторонников колхозного уклада. Я думаю, что Б. Можаев в своем романе “Мужики и бабы” смог показать не только сам конфликт на селе в период коллективизации, но и корни этого конфликта.

Проблематика

К весне 1930 года в колхозах оказалось 60% крестьян. В этот период многим писателям и поэтам партия давала заказ создать произведения, воспевающие коллективизацию. Многие не могли писать неправду, многие выполнили заказ. К 1934 году было напечатано 300 произведений о коллективизации, о работе сознательных колхозников и происках кулаков

Немногие из этих произведений отразили истинную картину. Те же, которые описывали страшные картины раскулачивания, признавались ошибочными, их больше не печатали, о них забывали.

В 1931 году Михаил Шолохов оставляет на время работу над романом “Тихий Дон” и принимается за роман о коллективизации. Потом он назовет его “Поднятая целина”. События в романе увидены автором на Дону, пережиты им вместе с крестьянством. Можно предположить, что причин, побудивших его написать роман, было две. С одной стороны – потребность “молиться за тех и за других”, а с другой стороны – попытка заклясть, умилостивить деспота, нарисовав ему правдоподобную картину того, как это “могло бы быть хорошо”.

Михаил Шолохов жил среди тех, на кого обрушилась чума коллективизации, он общался и с теми, кто осуществлял ее, даже дружил с ними, но он не принадлежал ни к тем, ни к другим. По собственному выражению писателя роман этот “о перевоспитании крестьян в духе коллективизации”.

Над первой книгой “Поднятой целины” Шолохов работал в 1930-1932 годах. Вторая книга была опубликована лишь в 1959 году. Роман Шолохова всегда рассматривался как восхваление колхозного строя, но даже, зная это, видишь неоднозначное отношение автора к тем методам, которыми проводилась коллективизация, к зачислению людей в разряд врагов, да и к самой коллективизации и ее последствиям. Известно, что Шолохов знал правду о том, как на самом деле завоевывалась новая жизнь, знал к чему пришло крестьянство в итоге коллективизации, какой голод разразился в стране в 1932 году. Понятна пауза, которую сделал писатель между двумя книгами.

Произведение Шолохова стало своеобразным памятником своему времени. Без этого романа наше представление об этой эпохе было бы неполным. Даже те крупицы правды, которые мы видим в романе, очень важны, так как за ними талант автора, за ними трагедия художника, чей талант был использован для пропаганды утопии, для оправдания насилия и жестокости.

Другой роман об этом времени написан Б.А. Можаевым, называется он “Мужики и бабы”. Это роман – хроника о коллективизации в одном из центральных районов России. Описывая события в одном селе, автор создаёт обобщающую картину, происходящих в стране событий. Можаев однозначно рисует процесс коллективизации, как трагический этап в нашей истории, мучения крестьян беззаконие и жестокость партийных вождей. Роман создавался спустя четыре десятилетия после событий, о которых идет речь в романе, и Можаев мог уже с высоты времени оценить кампанию коллективизации 30х годов и ее последствия для дальнейшей жизни страны. 1980 год уже позволял зародиться сомнениям о правомерности сплошной коллективизации и раскулачивания, поэтому роман Можаева вызвал большой интерес не только у читателей, но и у ряда историков и экономистов. Б.А. Можаев родился в 1923 году в селе Пителине Рязанской области, в крестьянской семье. Скорее всего, в романе много взято из воспоминаний автора.

Действие романа описывает события, происходившие в 1929 году в Тихановском районе, охваченным сплошной коллективизацией. Б.Можаев показывает социальный конфликт в российской деревне. Для этой цели в романе крупным планом даются конфликтующие стороны: местные и окружные руководители, которые в считанные дни стремятся провести коллективизацию, и трудовое крестьянство. В первой книге романа “Мужики и бабы” писатель описывает события, предшествующие коллективизации, когда деревня периода НЭПА, доживала свои последние дни.

Мы видим, как изменилась жизнь: “..изменилось село, пообустроились за какие-нибудь восемь-семь лет, прямо не узнать. Все это сделала кооперация, государственные кредиты. На месте осиновых да березовых, потемневших от времени изб с соломенными крышами, появились красные кирпичные дома с высокими цоколями из белого тесанного камня. “И вот во второй книге романа мы видим как ровное течение крестьянской жизни прерывает коллективизация. В 1929 газеты пестрят заголовками: “Да здравствуют колхозы!” В кратчайшие сроки нужно провести коллективизацию, создать колхозы – основное направление для деятельности местных властей. А это значит, что все нажитое нужно отдать в общее пользование: и лошадей, и корову, и овец, и инвентарь – все, что годами создавалось дружными семьями. К вступлению в колхоз крестьяне относились по – разному. Одни считали, что просто нет другого выхода, и вступали в колхоз. Как говорит Максим Бородин, один из главных персонажей романа, что”…куда ни кинь – все клин. И выхода из него нет, бежать захочешь – так некуда.” Семья Скобликовых, чтобы избежать непомерных налогов, под покровом ночи уезжает из села, бросив дом, хозяйство, спасая свою жизнь. Наладить поступление хлеба сплошной волной, выполнить план хлебозаготовок, а лучше перевыполнить – вот цель партийных руководителей, таких как Ашихмин и Возвышаев. Они хотят выслужиться перед вышестоящим начальством любой ценой, нарушая законы и человеческие отношения. Снисхождения от таких не будет никому. События в селе – трагедия для крестьян.

Одна из бед обрушивается на церковь. Чтобы выполнить план хлебозаготовок, поступает предложение от Тимофеевской комячейки – ссыпной пункт открыть в церкви. “Хватит равнодушно взирать на этот дурдом – настоящий рассадник суеверия и мракобесия”, -выступает активист Сенечка Зенин. Но что значит для крестьянина церковь? Где обрести душевный покой, где приобщиться к доброму, где лоб перекрестить? Эта церковь заложил еще Рязанский князь Юрий, в честь победы над ханом Темиром. Когда они жили не все знали, но церковь с белой луковичной колокольней, с зеленым стрельчатым шатром стояла всегда, в ней крестились, венчались и отпевали родителей. Поэтому закрытие ее так огорчило и возмутило крестьян.

Можаев показывает как жестоко местные власти осуществляют раскулачивание. Прокоп Алдонин и Федот Клюев объявляются кулаками. Но кто они? Самые трудолюбивые и рачительные крестьяне, которые своим трудом нажили то, что посчитали богатством. Прокоп Алдонин хлеб молотил на своей машине, сам у барабана стоял, на своих лошадях хлеб возил от зари до зари, тем и нажил свое добро. Федот Клюев создал свою мастерскую, был хороший колесный мастер. На них наложили непомерные штрафы за уклонение от сдачи излишков, которых у них уже давно не было. Совет постановил провести конфискацию имущества в счет погашения долга. Конфискацию производили на глазах односельчан, грубо выбрасывались вещи, рыдали дети и женщины, мужчины пытались защитить свой дом, но были арестованы, а их семьи выкинуты из дома. “В руках у хозяйки был небольшой сверток в черном платке”. Это все с чем она и дети покидали родной дом. Пастух Рагулин, имеющий две коровы и три лошади, попал под раскулачивание за то, что когда-то имел подпаска, а значит был эксплуататором народа.

После изъятия хлебных излишков началась акция по сдаче скота государству, но крестьяне, наученные горьким опытом, начали ночами резать скот, чтобы он не достался государству.

Крестьяне не могли принять насильственную коллективизацию, особенно такую, какой ее понимали Тихановские руководители. К 20 февраля в Тихановском районе должна была полностью завершиться коллективизация, все должны были вступить в колхоз, но мужики уперлись и не стали сдавать семена. В знак протеста против штрафов, против насильственного изъятия семян из амбаров мужики взбунтовались. Некоторые переломали общественные кормушки и сбежали в лес, в селе Краснухине избили активиста Зенина и держали его под арестом, магазины разграбили, семена растащили. В Желудевке повыбивали окна в сельсовете, сожгли бумаги. Начинаются бунты.

Чтобы показать всю глубину проблемы коллективизации Можаев показывает конфликтующие стороны: местные, районные, окружные руководители, с одной стороны, страдающие крестьяне с другой, к ним же примыкает интеллигенция села, которая пытается сопротивляться беззаконию и жестокости. Образы горе – руководителей представлены Можаевым однозначно. Сенечка Зенин – секретарь местной партячейки, человек, торопящий историю, мыслящий однозначно и категорично. Местная церковь для него дурдом, он никак не связывает ее с традициями деревенской жизни. Поэтому он не может понять, что закрытие церкви в глазах крестьян просто компрометирует его и в его лице всю Советскую власть. Этот человек живет только политической конъюнктурой. Зенина не смущает никакое поручение сверху – он готов его выполнить. “Ну что, комарики – сударики? Получили боевое задание и растерялись? – спрашивает он у своих помощников и тут же наставляет. – Эх, вы, телята на поводу классового врага. Быками надо становиться, реветь и землю рыть…”

Рвением отличается и член окружкома Наум Ашихмин, сын купца. Несмотря на свое купеческое прошлое, он считает себя пролетарием. Мечта его жизни – продвинуться в руководители. Он даже псевдоним себе взял – Неиствовый. Он наиболее ярый сторонник раскулачивания зажиточных крестьян, считая себя настоящим борцом за социализм.

Держать людей в страхе – главный принцип руководства Никанора Возвышаева. Чтобы остановить убой скота, он самовольно вводит штраф в пятикратном размере с конфискацией имущества, без санкции прокурора арестовывает людей. Снисхождения не жди от такого. “Не проведете в срок кампанию – захватите с собой сухари. Назад не вернетесь!” То, что в романе этим образам уделено достаточно большое внимание, говорит о глубине авторского замысла. Ашихмин, Возвышаев Зенин – это новый социальный тип людей. Это люди, которые готовы на любые противозаконные действия, выполняя директивы сверху. А то, что Можаев сажает тихановских коллективизаторов на скамью подсудимых, подчеркивает авторскую мысль о двуличии руководства страны, пытавшейся отмежевться от преступлений.

Большинство крестьян не хотели расстаться с привычным укладом жизни, который был заложен их предками. Яркий образ такого крестьянина представлен автором в лице крестьянина Андрея Ивановича Бородина. Он и его братья являются центральными образами романа. Они задумываются над происходящим, переживают за раскулаченных, жалеют детей и женщин, выброшенных на улицу. “Беда не в том, что колхозы создают, беда в том, что делают их не по – людски”, – говорит Андрей Бородин. Несмотря на то, что Андрей Иванович входит в состав сельсовета, он отказывается участвовать в раскулачивании, видя как рушится жизнь крестьян. Он говорит: “Если вы сами судите, не спросясь мира, то сами и приводите в исполнение свои постановления. Я вам не исполнитель. Кто кулак, а кто дурак – определит сход, а не группа бедноты.” Протест Бородина настолько глубок, что он не хочет менять привычную жизнь и свои принципы в угоду кому – нибудь. Он вызывает уважение у односельчан и у читателей. Еще центральными образами являются образ Марии Обуховой, комсомольской активистки, и учителя Дмитрия Успенского. Они пытаются сопротивляться беззаконию властей.

Успенский называет партийных активистов коллективизации “последышами Иудушки”, обвиняя их во всех беззакониях. Дмитрий Успенский и Мария Обухова пытаются осмыслить происходящее. Кого считать кулаком? “Если богатство от собственного труда да от крестьянского надела, так что же это за кулак?”- размышляет Успенский. “Где, с какой коровы кончается крестьянин – середняк, а начинается кулак…”

Успенский осуждает методы, которыми проводится коллективизация, он учит детей не брать чужое, а в селе проводится раскулачивание, детей и женщин выселяют под открытое небо…

Никакой великой целью нельзя покрывать бессмысленную жестокость-так считает Успенский. Он открыто говорит об этом. Мария Обухова противится событиям в селе. Она жалуется в вышестоящие партийные органы: “Я не хочу, чтобы людей гоняли как баранов. Я против головотяпства.”

Своим романом Б. Можаев показал не только сам конфликт в селе в период коллективизации, но и корни этого конфликта. Автор доказывает, что нельзя одним махом решить судьбу деревни. Нужно бережно относиться к традициям русского крестьянства. Можаев утверждает, что многое было не продумано, сделано в спешке, был нанесен большой вред деревне. О том, какие социальные последствия имела кампания по раскулачиванию очень точно сказал академик В. А. Тихонов: “Если допустить, что ликвидации подвергались наиболее умелые, опытные и старательные хлеборобы, то, значит, процесс “раскулачивания” послужил началом первой и наиболее трагической сцены “раскрестьянивания”, т.е. изживания крестьянства как крупной социальной, качественно отличающейся от других группы населения, с ее особым крестьянским укладом жизни.”Роман “Мужики и бабы” написан талантливым писателем, художником слова. Перед нами открываются прекрасные картины природы, автор со знанием дела описывает охоту, быт крестьянского двора, обычаи деревни. Очень ярок язык крестьян, порой острый, но такой понятный русскому человеку. Автор с сочувствием относится к крестьянину, любит Успенского, ненавидит бесовщину в лице партийных вожаков.

Другой роман, описывающий те же времена, тот же период в жизни страны, написан одним из самых известных писателей советского периода М.А. Шолоховым. “Поднятая целина”- роман о крестьянстве в период коллективизации на Дону, чувствуется любовь автора к землякам, боль за их судьбы. Несмотря на то, что роман писался с 1932 по 1959 год, годы жесточайшей цензуры, описанные в нем события правдоподобны и совпадают с нашим представлением о том времени. Всегда это произведение рассматривалось как восхваление колхозного строя над хозяйством единоличника. Начинается роман с тайного приезда есаула Половцева в хутор Гремячий Лог. Бывший казачий есаул понимает, что в связи с постановлением о “сплошной коллективизации”, наступил час, когда крестьяне будут оказывать сопротивления властям, которые начнут отнимать нажитое горбом добро и силой заталкивать всех в колхоз. Не вынесет это хозяйская душа, и пойдет казак на все, чтобы отстоять то, что имеет, в чем заключается его жизнь, и поднять его на восстание будет легче всего. Половцев опирается на Якова Лукича Островного, зажиточного крестьянина, который вступает в колхоз с целью развалить его изнутри. В Гремячем Логу создается тайная организация “Союз освобождения родного Дона”. Начинается борьба контреволюционеров с новой жизнью в хуторе. Почти одновременно в хуторе появляется Семен Давыдов, путиловский рабочий из Ленинграда, который по призыву партии должен осуществить коллективизацию на Дону. Автор в дальнейшем будет строить сюжет на конфликте между коммунистами и контрреволюционерами. В более широком смысле основной конфликт произведения должен состоять в борьбе нового и старого в сознании людей. Деревня того времени резко отставала от города в культурном развитии. Сколько еще было неграмотных, забитых религиозными предрассудками, суевериями.

Вот почему решения ХУ съезда ВКП(б) – съезда коллективизации, было воспринято как возрождение деревни, подготовка развернутого наступления социализма по всему фронту.

Наступал великий перелом. Шолохов верил, что народ пробудился, ищет прямой путь к новым общественным отношениям. Объединение средств производства было той радикальной мерой, которая бы искоренила капитализм и предотвращала бы всякую возможность его возрождения.

Роман Шолохова “Поднятая целина” может послужить своеобразным учебником о коллективизации в России. Мы победоносно идем к социализму – такова основная идея книги. И вот такие-то герои дойдут до социализма, такие-то могут смалодушествовать, отстать, изменить, а такие-то безусловно изменят.

Беззакония и репрессии, сопровождающие коллективизацию, автор списывает на перегибы местных властей, которые искажают политику партии. Поэтому признание высшим руководством страны этих перегибов так благотворно влияет на шолоховских крестьян. “Власть наша хуторская надурила, кое-кого дураком в колхоз вогнала, много середняков окулачили,”- говорят хуторяне. Близость к жизни народа и писательское мастерство дали возможность автору создать незабываемые художественные образы.

Сочинение на тему: Коллективизация в русской литературе по роману Б. Можаева «Мужики и бабы»

_________________________________________________________________________________________________
Сочинение.
Коллективизация в русской литературе по роману Б. Можаева «Мужики и бабы»

Литература стремится разобраться в происходящем, а особенно в духовном мире людей, живущих в трагическое время. Именно поэтому многие писатели обращались к теме коллективизации. «Мужики и бабы» по своей жанровой природе — публицистический роман, и автор не собирается спорить с М. Шолоховым по поводу изображения эпохи, а выражает, с учетом опыта последующих поколений, четко, осмысленно и эмоционально гражданскую позицию. Борис Можаев свой роман «Мужики и бабы» назвал хроникой. И это действительно хроника «великого перелома», ставшего трагедией русского крестьянства. «Нельзя гнуть историю, как палку, через колено», — настойчиво повторяет автор в «Мужиках и бабах». Лад и согласие в деревенском мире Можаева, не тронутом еще генеральной линией правящей партии, — такой видится писателю нэповская деревня, доживающая свои последние дни, своеобразный деревенский рай, идиллия мирной, по-человечески нормальной жизни. Коллективизация — процесс сложный, быть может, неоднозначный. Но Можаева интересует не весь комплекс проблем, связанный с коллективизацией, а в первую очередь «перегибы», допущенные при ее осуществлении. Этой цели подчинена все характеры в романе. Крупным планом показаны местные, районные и окружные руководители, стремящиеся во что бы то ни стало в считанные дни провести коллективизацию. Их действия лишь на первый взгляд незаконны. «Перегибы» не были нарушением генеральной линии, а прямым результатом сути ее программы, сути основных взглядов руководства страны на судьбу русского крестьянства. Гуманистическая позиция автора проявляется в уничтожающей критике как троцкистских, так и бухаринских взглядов на крестьянство, и для этого привлекаются архивные документы, газетные заметки, осуждается «дикарский восторг при виде того, как на огромном кострище корчилась и распадалась вековая русская община». В романе Можаева широко представлена думающая сельская интеллигенция: Успенский, Обухова, Озимое. Их спорам и размышлениям отведены многие страницы романа. Можаеву было важно понять смысл происходящего, потому что только вынужденная независимость оставалась «островком свободы» в условиях тоталитарного режима. Вполне реально и ярко нарисованы такие персонажи, как Возвышаев, Ашихлин Сенечка Зевин. Секретарь Тихановской партячейки Сенечка Зенин — из породы людей, торопящих историю и события, мыслящих однозначно и категорично, местная церковь для него дурдом, пригодный только для ссыпного пункта, и уж никак он не связывает ее с традициями деревенской жизни, а закрытие церкви — с подрывом авторитета советской власти. Человек без совести и чести, он способен выполнить любой приказ, лишь бы удержаться на плаву. Из породы людей, склонных к псевдореволюционному нетерпению, и идеолог режима Гаум Ашихмин — сын разорившегося касимовского татарина. Несмотря на свое купеческое прошлое, он, никогда не стоявший у станка, считает себя пролетарием. Его заветная мечта — продвинуться в руководящий аппарат. У предрика Никанора Возвышаева своя жизненная философия: «Мир держится на страхе — либо ты боишься, либо тебя боятся». Главный принцип его руководства — держать людей в страхе. Вот образец его руководства даже своим, районным активом: « 20 февраля все должны быть в колхозах! Не проведете в срок кампанию — захватит? с собой сухари. Назад не вернетесь». Как же проходит «всеобщая коллективизация»? Все идет по задуманному плану: 20 февраля все должны вступить в колхоз — вначале приготовить кормушки для скота, потом по всему району провести собрание, проголосовать и в течение 24 часов согнать весь скот, по мужики уперлись, семена не сдают Возвышаев дает команду сбивать замки с амбаров, брать людей под арест, штрафовать. И тут взбунтовались крестьяне многих деревень. Мужики в Веретье переломали общественные кормушки и сбежали в лес, в селе Красухине избили Зенина и держат его под крестом, магазин разграбили, семена растащили. В Желудевке в сельсовете разбили окна, сожгли бумаги…
Так и кончился «дикарский восторг при виде того, как на огромном кострище корчилась и распадалась вековечная русская община». Но кончился все-таки ненадолго. Мы знаем, что крестьянскому миру, жизни независимых, свободных людей был положен конец. Зенины и возвышаевы победили. И плоды этой страшной победы мы пожинаем до сих пор.
.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: