Почему Живи и помни?: сочинение

Сочинение по повести Распутина «Живи и помни»

Сегодня в школе мы познакомились с интересным произведением Распутина, которое носит не менее интересное название Живи и помни. Кому именно адресует такое название автор, кто должен жить и что помнить? Об этом мы узнаём, когда читаем работу прозаика.

Повесть Распутина Живи и помни — это рассказ о человеке, который не выдержал испытания войной и стал дезертиром, нарушив свой военный долг. Виноват ли в этом герой? Не нам судить, ведь кто его знает, как бы поступили в данной ситуации именно мы, а пока, давайте сделаем анализ произведения Живи и помни.

Живи и помни краткий анализ произведения

Андрей Гуськов — бравый молодой, работящий человек. Он женился и как все люди, жил себе в трудах и семейных заботах. Жил, пока не пришла в страну беда в лице Великой Отечественной войны.

Пришлось парню идти со всеми на фронт. Он воевал и не рвался вперед, но и за спины никогда не прятался. Незадолго до ее окончания, парня ранили. Вот здесь и начинается вся трагедия, ведь в военном госпитале ему не позволили на несколько дней отправиться домой в отпуск. А ему так захотелось увидеть родных и близких. Почему-то именно сейчас он задумался о смерти и о том, что может живет последние дни.

Ему так захотелось увидеть жену, захотелось попросить прощения за все плохое, что он ей сделал. Это желание было настолько сильным, что в повести Распутина он решает самовольно ехать домой, и только в дороге к нему приходит осознание своего предательства по отношению к Родине и народу. Рядом с домом, он понимает, чем грозит ему дезертирство, но пути обратно нет. Теперь ему приходится прятаться и жить в постоянных бегах. Самое ужасное, его дезертирство сказывается и на неповинной Настене — его жене.

Андрей, встретившись с женой, уговаривает ее помочь отсидеться в лесу и она соглашается. Девушка понимает, что дезертирство плохо, что ее муж предатель, что победа на войне теперь не их победа. Настя носит еду мужу, приносит порох, но при этом ей мучительно больно осознавать свои поступки. Она обрекла себя на жизнь среди стыда и обмана. Ей приходится одновременно делить судьбу и трудности военного периода с односельчанами и в то же время приходится скрывать дезертира.

Настя тайно встречается с мужем. Эти встречи одновременно прекрасные и ужасные. Прекрасные оттого, что любимый рядом. Их любовь растет с каждым днем. Но ужасно все остальное, предательство, обман, а тут еще и известие о беременности. Они так долго ждали этого ребенка, но как рассказать эту радостную новость? Как быть, когда для всех ее муж на фронте?

Настя не может жить полноценной жизнью, ей не весело с подругами, она уже и поплакаться толком не может. Да и от материнства нет радости, как нет радости и от любви. Как-то все теперь краденное. Краденая любовь, краденое материнство, краденая жизнь. Страшно жить, стыдно жить вот и прыгает в воду Настя, обрекая себя и не рожденного ребенка на смерть, спасаясь от народного суда.

Валентин Распутин, как-будто наказывает героя за его поступок, отбирая у него любимых и дорогих людей. Живи и помни о том, как отбился в тяжелое для страны время. Живи и помни, к чему это привело. Своей повестью автор и к нам обращается, как бы говорит и указывает нам на то, что невозможно нормально жить дальше, находясь врозь от судьбы целого народа.

Главные герои повести

Главными героями произведения Распутина являются Андрей Гуськов и его жена Настя.
Андрей — парень, которому пришлось идти на фронт, ведь внезапно нагрянула война. Он пошел воевать, но больше думает не о победе и о том, как стать героем, а о том, как бы быстрее увидеть своих родных. В таком случае тоска всегда сильнее и вот она поглотила героя. Он идет на преступление. Он становится дезертиром, обрекая на трагедию свою жену.

Настя — хорошая женщина, готовая на жертвы ради любимого. Она, в отличие от Андрея, без вины виноватая. Муж пришел раньше времени, когда война еще продолжалась. Он все перепутал, а ведь она так верила в свое счастье по окончанию войны. Не выдерживает девушка и бросается в воду, которая избавляет ее от мук совести и страданий.

ЕГЭ-2020. Литература. Сочинение в декабре. Он и она. Материал к сочинению. Аргумент. В.Г. Распутин. «Живи и помни».

Сочинение в декабре.

Он и она. Материал к сочинению.

Аргумент. В.Г. Распутин. «Живи и помни».

Любовь – это чувство, предполагающее огромную ответственность за тех, кого любишь, кто доверяет и открывает душу. Не каждый понимает это, думая, что любовь – это лишь наслаждение, эмоции, переполняющие человека. Как сказал один поэт, «любовь – не вздохи на скамейке…».

Герои повести В.Г. Распутина жили до войны обычной жизнью. Андрей Гуськов – расторопный и бравый парень, рано женившийся на Настене и проживший с ней до войны нехорошо-неплохо четыре года”. Настёна – его жена. Она рано осталась без родителей, жила у тётки, которая держала её как работницу. Настёна и замуж -то вышла за сватавшегося к ней Андрея, чтобы уйти из дома, но работать у свекрови пришлось ещё больше. Особой любви не было – но так жили многие на селе. Война становится тяжёлым испытанием для всей страны, для каждого человека.

Читайте также:
Проблемы нравственности в современной литературе: сочинение

В трудное время живут герои повести В.Г. Распутина «Живи и помни». Необходимость защиты страны, близких, тяжёлая работа в тылу, бесконечное ожидание веточки от любимых – всё это изменило жизнь. Трагична судьба главного героя – Андрея Гуськова. Он, как и все односельчане, ушёл на фронт, храбро сражался, даже заслужил несколько дней отпуска, чтобы съездить домой. Но… война заставляет жить по своим законам. Не успел герой добраться до дома – отменили отпуск. А сердце так истосковалось по родным местам, по близким. Тот самый день, в который ему не дали отпуска, становится роковым и переворачивает жизнь героя и его семьи. Не сумел он сделать правильный выбор, ошибся. А итог – несчастья, которые легли на плечи самых дорогих людей – родителей и жены Настёны. В один миг Андрей отделил от всех людей и себя, и своих близких, которые стали семьёй дезертира – а что может быть позорнее! Только о себе думает Андрей, когда просит жену приносить ему в строжку еду, одежду – а ведь Настёна серьёзно рискует попасть в руки милиции; только о своей жизни, о том, что с ним будет дальше, думает он, когда гибнет Настёна, , не выдавшая своего мужа. Герой пользуется самым светлым чувством – любовью жены, делая это эгоистично, настойчиво. Любовь для него- средство выжить любой ценой. Он винит всех и всё вокруг, свою судьбу. Не желает признавать своей личной ответственности за произошедшее. А что чувствует Настёна, как она переживает, думая о судьбе их будущего ребёнка – всё это у Андрея на каком-то очень далёком плане. Произошло самое страшное – разрушение личности человека, переступившего все нравственные законы и даже законы природы (вспомним, как он безжалостно зарезал телёнка на глазах матери коровы).

Как несчастна Настёна! Она понимает, что совершает великий грех – помогает дезертиру, что будущего у неё с Андреем уже нет. Ей постоянно приходилось врать, вывертываться из сложных ситуаций, придумывать, что говорить односельчанам. Уже нет простоты в общении с подругами, она не может теперь ни говорить, ни плакать, ни петь вместе с людьми. Она стала им чужая. «Одна, совсем одна среди людей: ни с кем ни поговорить, ни поплакаться, все надо держать при себе». Настёна превращается в загнанное существо: как быть, что делать, как потупить? Ничто не приносит ей радости: ни будущее материнство, ни Победа. “Сладко жить, страшно жить, стыдно жить”. Но она сердцем чувствовала, что должна помочь мужу: «Когда все хорошо, легко быть вместе: это как сон, знай дыши, да и только. Надо быть вместе, когда плохо— вот для чего люди сходятся».

Героиня не предаёт мужа до последней минуты, гибнет сама, губит неродившегося ребёнка. А ещё… она очень устала ото всего: «Хватит. … Устала она. Знал бы кто, как она устала и как хочется отдохнуть!”.

«Живи и помни» – эти слова звучат как предостережение о том, что нужно помнить о каждом слове, поступке, о гражданском долге, о тех, кого любишь, кто рядом, ведь любовь – это огромная ответственность за их судьбы. У тех, кто забывает об этом – нет будущего, нет права на счастье.

Материал подготовила: Мельникова Вера Александровна.

Образ России в произведениях Р. М. Рильке

Рубрика: Филология, лингвистика

Дата публикации: 26.07.2016 2016-07-26

Статья просмотрена: 371 раз

Библиографическое описание:

Токарева, И. В. Образ России в произведениях Р. М. Рильке / И. В. Токарева. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2016. — № 14 (118). — С. 671-673. — URL: https://moluch.ru/archive/118/32772/ (дата обращения: 19.10.2021).

Проблема восприятия одной национальной культурой достижений и ценностей иной культурной традиции всегда является актуальной. Как западная культура стала активным фактором отечественного литературного процесса, так и русская культура на протяжении последних ста лет является источником, питающим творчество многих европейских писателей, в ряду которых находится и Р. М. Рильке. Вопрос о «русских истоках» поэтической образности Р. М. Рильке является одним из основных в современном «рилькеведении». На примере данной статьи мы попытаемся проследить развитие духовных исканий поэта и выявить реалии русского православия в творчестве Р. М. Рильке.

Ключевые слова: православие, «русские истоки», образ бога, русское искусство

Немецкий поэт Райнер Mapия Рильке был одним из тех редчайших гениев, которые, вырастая из своего времени, вместе с тем стоят как бы вне времени, непосредственно укорененные в сверхвременных глубинах духа.

Читайте также:
Тема сострадания и милосердия в одном из произведений русской литературы (Распутин): сочинение

В завывании бурь ему слышится плач Бога «тихого», бесприютного, который не может, войти в «мир», «который, «как отверженный прокаженный, обходит города». «Ты — просящий и робкий», «дрожащий звук», еле слышный «в силе громких голосов». Ты никогда иначе не учил о себе, ибо Ты не окружен красотой и к Тебе не влечется богатство, Ты — простой. Ты — бородатый мужик во веки веков». И поэт воспевает истинную бедность, это «великое сияние изнутри», как подражание Богу. В образе темного, бородатого нищего в русском храме поэт видит лик Божий, и он чувствует, что Бог, который не находит себе покоя в шумном ходе времени, имеет приют в сердце мужика.

Именно к этому периоду творчества Р. М. Рильке относится ряд произведений — результат путешествий поэта по России: серия небольших рассказов «О господе боге и другое» (1900) и поэтический сборник «Часослов», состоящий из трех книг: «о монашеской жизни», «о паломничестве», «о бедности и смерти» (1905). В этих сочинениях, коротких, но содержательных, носящих философский характер, поэт демонстрирует необычайно глубокие знания о России, начиная с исторических фактов и заканчивая деталями быта и интерьера.

Так в цикле «О монашеской жизни» — первой части сборника «Часослов» – тема путешествия в Россию звучит в завуалированной форме. Эта книга в стихах — монолог монаха, беседующего с богом. В центре находится идея бога. Однако образ бога у Рильке своеобразен. Он пишет не о боге определённой религии, а о боге вообще, как о «символе иррационального бытия» [1, с. 294]. Несомненным является тот факт, что предметность данного произведения вызвана глубоким резонансом от увиденного в России, её религиозностью, величием российских храмов и чистым перезвоном её церквей.

«Просторы России, знакомство с русской литературой, с русскими художниками, своеобразие русской православной церкви — всё это открыло шлюзы для глубинной и мощной реки гения Рильке». [3, с. 5] Он увидел Россию православную, Россию терпеливую и смиренную, Россию паломников и богомольцев, которая, предстаёт перед нами во второй книге «Часослова» — «Книге о паломничестве»:

На богомолье. И всей толпою поднялись:

Поклоны бью брадатые мужчины,

И стягивают дети с плеч овчины,

И на реку спешат, полны кручины,

Молчальницы, чья родина — Тифлис.

По-мусульмански чтут они Христа,

По-христиански ожидая чуда;

Вода в ладони входит, как в сосуды,

И, чистая, вливается в уста. [7, с. 65]

Русские темы, столь существенные для «Часослова», играют заметную роль и в новой книге «Книге образов» (1902). Примером тому служит цикл стихотворений «Цари». Этот цикл сложился в 1899 году и был завершён в 1906 году в Париже. «Цари» интересны нам, с одной стороны, тем, что связаны с поиском подлинного лика России, с другой стороны, обращением к созданию художественного мира русских былин, что явилось своего рода их популяризацией в западной культуре. Необычайно выразительно и поэтично в этом цикле изображается Илья Муромец:

…Два странника призвали божье имя,

И, хворость одолевши, перед ними

Встал богатырь из Мурома, Илья.

…Но взрослый сын воспрянул, вышел в поле

И в борозду вогнал тяжёлый плуг.

Он вырывал деревья, что грознее

Бойцов стояли твёрдо сотни лет,

И тяжесть поднимал, смеясь над нею,

И корни извивались, точно змеи,

Впервые видящие свет. [8, с. 131].

Точкой наибольшего сближения Рильке с Россией являются восемь стихотворений, написанных по-русски. Темы этих стихотворений — Россия, одиночество, образ бога. В них идеал жизни и человека:

Родился бы я простым мужиком,

То жил бы с большим просторным лицом:

В моих чертах не доносил бы я,

Что думать трудно и чего нельзя сказать…

В этих строчках, несмотря на видимые ошибки в грамматике, некоторые языковые неточности средств выражения, чувствуется поэзия, отголоски русской душевности и теплоты, возымевшие влияние на Рильке в результате его поездок по России.

Известно намерение поэта посетить Россию в третий раз. В письме к Кларе Вестхоф 1900 году поэт сообщал о своём намерении следующее: «В январе 1901 года я снова уеду в Россию. Там для меня странным образом упрощаются все черты жизни, и всё становится яснее, там мне легче работать, улучшать, добавлять». [6, с. 305]. Однако третья поездка в Россию не состоялась в силу определённых обстоятельств.

Следует отметить, что особое место в творчестве Рильке занимает статья «Основные тенденции в современном русском искусстве» (1900), в которой, поэт подтверждает значимость русской литературы во всём мире, оригинальность и уникальность русского изобразительного искусства, пытается дать ответ на вопросы: каковы тенденции развития русского искусства, чем они вызваны. Рильке, изучая жизнь русского человека, совершает попытку понять суть происходящих явлений — основу возникающих тенденций. Он пишет: «Жизнь русского человека целиком протекает под знаком склоненного чела, под знаком глубоких раздумий, после которых любая красота становится ненужной, любой блеск — ложным. Он поднимает свой взгляд лишь для того, чтобы задержать его на человеческом лице, но в нём он не ищет гармонии и красоты. Он стремиться найти в нём собственные мысли, собственное страдание, собственную судьбу и те глухие дороги, по которым прошлись долгие бессонные ночи, оставив эти следы. Русский человек в упор рассматривает своего ближнего; он видит его и переживает и страдает вместе с ним, как будто перед ним его собственное лицо в час несчастья». [6, с. 311].

Читайте также:
Колька: сочинение

Погружение в изучение русского искусства у Рильке произошло настолько глубоко, что поэт может детально описать отличия русской иконы от итальянской иконы алтарного образца. Русская икона, как считает Рильке: «…является церковным атрибутом, как золотой сосуд или древняя молитва. Её форма традиционна. Столетия внесли в неё лишь самые незначительные изменения». [6, с. 315]. Однако он отрицает тот факт, что будто бы этот вид живописи не развивался, ведь русская церковь всегда жила своей жизнью. «Она живёт бесконечно тихой, бесконечно медленной жизнью, родственной внутренней жизни самого народа, душа которого наливается силой не как цветок — одногодок, а как деревья, чей рост замечаешь лишь тогда, когда расстаёшься с ними ребёнком, а возвращаешься стариком». [6, с. 315] И это является бесспорным фактом современности — проявление восторга и необыкновенного интереса к русским иконам со стороны ценителей мировых культурных памятников.

Описывая развитие русского искусства, Раймонд не забывает сказать несколько слов о древних промыслах, которые и поныне живут в русском народе — художественной вышивке на полотенцах и одежде, росписи деревянных и пр. изделий. Народное творчество в русском искусстве вызывает необыкновенный восторг автора. Поэт приходит к выводу о том, что русская душа пытается выйти к искусству: к большому искусству, этому пониманию способствуют личные контакты Рильке с представителями русской интеллигенции, среди которых: А. Н. Бенуа, В. В. Голубев, С. В. Дягилев, и заочное знакомство с М. Цветаевой и Б. Пастернаком, которое произошло в 1926 году, когда началось эпистолярное общение с молодыми русскими поэтами. Поэзия как высшее духовное начало, проявляющееся во времени через его «носителей» — поэтов, становится одной из главных тем в этой переписке. Все трое пишут об изначальном, что способно возрождаться в поэтах «через времена». Узнав от Л. О. Пастернака, что Рильке помнит о нём и следит за его литературными успехами, Б. Пастернак отправил ему большое письмо по-немецки. Пастернак пишет Рильке о поэте, «который вечно составляет содержание поэзии и в разные времена, именуется по-разному». [8, с. 54] В свою очередь Р. М. Рильке ответил Б. Пастернаку следующим коротким письмом: «Вы дали мне увидеть и почувствовать всё то, что Вы так чудесно приумножили в себе самом. В том, что Вы способны отвести мне столь значительное место в Вашем духовном мире. Сказывается величие вашего щедрого сердца. Да снизойдёт всяческое благословение на вашу жизнь.» [8, с. 106] Из этого же письма мы узнаём о том, что Б. Пастернак заочно познакомил Р. Рильке с М. Цветаевой. Подхватывая эту тему, Раймонд Мария Рильке ответил М. Цветаевой известным лирическим четверостишием на форзаце «Дуинских элегий»:

«Касаемся друг друга. Чем? Крылами.

Издалека своё ведём родство.

Поэт один. И тот, кто нёс его,

Встречается с несущим временами…» [8, с. 83].

В приведённых строках — образ всадника, символизирующий двуединство поэзии и природы. М. Цветаева откликается на эти строчки признанием: «Вы — явление природы, Вы — воплощённая пятая стихия: сама поэзия, или Вы — то, из чего рождается поэзия и что больше её самой — Вас». [8, с. 84]

Впоследствии Р. М. Рильке посвятил два стихотворения М. Цветаевой. Первое — «Элегия»:

«О, утраты вселенной, Марина, звёздная россыпь!

Мы не умножим её, куда мы не кинься к любому

В руки созвездью, а в общем- то, всё сочтено…» [5, с. 412].

Приведённый отрывок «Элегии» к М. Цветаевой, как и письмо к Б. Пастернаку подтверждают оживлённую переписку поэтов друг с другом и постоянный, взаимный, творческий интерес.

Смерть Р. М. Рильке глубоко потрясла русских поэтов. М. Цветаева написала реквием в стихах «Новогоднее», позже перевела несколько писем Р. М. Рильке, сопроводив их необходимым комментарием. В «посмертном» письме она сообщала: «…Не хочу перечитывать твоих писем, а то я захочу к тебе — захочу туда, — а я не смею хотеть, — ты ведь знаешь, что связано с этим «хотеть»…», и далее: «не сметь грустить! Сегодня в полночь я чокнусь с Тобой. (Ты ведь знаешь мой удар: совсем тихий!) Любимый, сделай так, чтобы я часто видела тебя во сне — нет, неверно: живи в моём сне. Теперь ты вправе желать и делать… С Новым годом и прекрасным небесным пейзажем!» [8, с. 222] Двое — Б. Пастернак и М. Цветаева в жизни были лишь бегло знакомы. Р. М. Рильке, с чьей смертью прервалась эта переписка, никогда не встречался со своими младшими корреспондентами. Однако это не помешало их удивительным письмам быть высочайшим образцом лирического порыва, преодолевающего пространство и границы и, как луч света, освещающего их гениальную художественную одарённость, открытость и стремление друг к другу.

Читайте также:
Судьбы русской деревни в литературе 1950-1980-х годов (В. Распутин Прощание с Матерой, А. Солженицын Матренин двор): сочинение

Таким образом, путешествия по России, изучение её культуры и обычаев, знакомство с русскими художниками и поэтами позволили Рильке создать «свою» Россию, которая предстала перед ним страной с огромным потенциалом: с народом — художником, народом- созерцателем и великим будущим; где он, как ему казалось, нашёл то, чего ему не доставало на Западе. Среди народа, ставшего ему родным и близким, он сполна ощутил своё призвание — поверил в свою поэтическую миссию, осознал в себе качества, которые считал необходимыми предпосылками творческого состояния: набожность, терпеливость, смирение.

  1. Азадовский К., Чертков Л. Русские встречи Рильке // Р. М. Рильке. Ворпсведе. Огюст Роден. Письма. Стихи. М., 1994.
  2. Пастернак Л. О. Встречи с Р. М. Рильке// Р. М. Рильке. Ворпсведе. Огюст Роден. Письма. Стихи. М., 1994.
  3. Пиккель М. В. Предисловие переводчика // Рильке Р. М. Часослов. Архангельск, 1995.
  4. Rilke R. M. Lou Andreas-Salome. Briefwechsel. Fr. am Main, 1993.
  5. Р. М. Рильке. Книга Образов. СПб., 1999.
  6. Р. М.Рильке. Ворпсведе. Огюст Роден. Письма. Стихи. М., 1994.
  7. Р. М. Рильке. Часослов. М., 2000.
  8. Рильке Р. М. Дыхание лирики. Переписка с М. Цветаевой и Б. Пастернаком. М., 2000.

Философское постижение мира в поэзии Рильке

Школьное сочинение

Австрийская литература — самобытное художественное явление в истории европейской культуры. Она явилась своеобразным синтезом немецкой, венгерской, итальянской и польской литератур, не лишена была и влияния культуры украинцев Галичины. Австрийская немецкоязычная литература уверенно заявила о себе в конце XIX — начале XX века, когда в нее пришли такие признанные мастера слова, как Г. фон Гофмансталь, С. Цвейг, Ф. Кафка, Р. Музиль и другие.

Литература Австрии отличается широтой и значимостью тематики, глубиной осмысления проблем общечеловеческого значения, глубиной философского постижения мира, проникновением в историческое прошлое, в психологию человеческой души, художественно-эстетическими открытиями, чем существенно повлияла на развитие мировой литературы XX века. Весомый вклад в развитие национальной литературы внес и Райнер Мария Рильке.

Рильке вошел в немецкоязычную поэзию на самом исходе XIX столетия. В его ранних поэтических сборниках была представлена вся палитра литературных мод рубежа веков. В сборниках “Жизнь и песни” (1894), “Жертвы ларам” (1896), “Венчанный снами” (1897) импрессионистическая техника впечатлений и нюансов, стилизованное народничество мирно уживаются с наивным аристократизмом. Такая пестрота и разноплановость были в некоторой степени отражением своеобразного статуса молодого поэта. Поэт немецкого языка, Рильке родился в Праге, был подданным Австро-Венгрии. Он жил в межнациональной атмосфере, и потому в его раннем творчестве немецкоязычная традиция часто сплавляется со славянскими и венгерскими влияниями. Велико было влияние на поэта французской и русской культур. Такой сплав, безусловно, обогатил лирику Рильке и способствовал тому, что своим творчеством он открыл новый этап в развитии всей европейской поэзии.

В ранней лирике Рильке заметно влияние модных настроений “конца века” — одиночества, усталости, тоски по прошлому. Для молодого поэта эти настроения были в основном заимствованными, но они способствовали выработке его собственной ориентированности на “тишину” (вплоть до молчания, безмолвия) и самоуглубленность. В самоуглубленности Рильке нет высокомерного отрицания внешнего мира и противопоставления себя этому миру, нет самовлюбленности. Он стремился отстраниться только от того, что считал лишним, суетным, ненастоящим, в первую очередь — от большого современного индустриального города, бесчеловечного буржуазного прогресса, идущего рука об руку с бедностью и страданиями простых людей.

Со временем поэт научился совмещать свою самоуглубленность, отстраненность от мира с любовью к этому миру и населяющим его людям, с любовью, которую он воспринимал как непременное условие истинной поэзии. Толчком к такому подходу послужили несколько импульсов. И первый из них — впечатления от двух путешествий по России (весной 1899-го и летом 1890 года), общение с Л. Толстым, И. Репиным, Л. Пастернаком (художником, отцом Б. Пастернака). Эти впечатления вызвали у Рильке бурную реакцию. Он решил, что понял “загадочную русскую душу” и что это понимание должно перевернуть все и в его собственной душе.

Впоследствии, вспоминая Россию, Рильке не раз называл ее своей духовной родиной. Образ России складывался во многом из распространенных в то время на Западе представлений об исконно русской религиозности, о терпеливом и молчаливом народе, который живет посреди бескрайних просторов, не “делает” жизни, а лишь мудрым и спокойным взором созерцает ее медлительное течение. Главное же, что вынес Рильке из своего увлечения Россией, — это осознание собственного поэтического дара как служения, “не терпящего суеты”, как высочайшей ответственности перед собой, перед искусством, перед жизнью и перед теми, чей удел в ней “нищета и смерть”.

Соприкосновение с патриархальным укладом русской народной жизни — истоками русской культуры и духовности, послужило мощным толчком к созданию поэтического сборника “Часослов” (1905), принесшего Рильке всенародную известность. По своей форме “Часослов” — это “сборник молитв”, раздумий, заклинаний, неизменно обращенных к Богу. Бог является доверенным лицом человека, который ищет его в ночной тишине и тьме, в смиренном одиночестве. Бог у Рильке вмещает все земное бытие, определяет ценность всего сущего (стихотворение “Тебя нахожу везде и во всем. “), всему дает жизнь. Он сам — жизнь, та чудесная и безостановочная сила, которая присутствует во всем.

Читайте также:
Настасья Карпова: сочинение

Лирический герой и сам настолько слит с Богом, что никто не может лишить его этого единства, даже сам Господь, и никто не может поколебать его веры:

Сломай мне руки — сердцем обниму.

Разбей мне сердце. Мозг мой будет биться

навстречу милосердью твоему.

А если вдруг меня охватит пламя

и я в огне любви твоей сгорю –

тебя в потоке крови растворю.

Несмотря на то что “Часослов” является “сборником молитв”, речь в нем идет прежде всего об искусстве и поэте, который проникнут сознанием своего равноправия с Богом. Поэт ведет с Богом беседы, обращает его внимание на неправильности и несправедливости, которые допущены в мире, на тяжелую жизнь простого народа. К Богу обращается поэт, когда с болью и сожалением раздумывает над жестокостью, бесчеловечностью и отчужденностью “больших городов”:

Господь! Большие города

обречены небесным карам.

Куда бежать перед пожаром?

Разрушенный одним ударом,

исчезнет город навсегда.

В подвалах жить все хуже, все трудней.

Там с жертвенным скотом, с пугливым стадом

схож твой народ осанкою и взглядом.

Твоя земля живет и дышит рядом,

но позабыли бедные о ней.

Чувство равноправия и единения поэта с Богом основано у Рильке на сознании того, что Бог создает природу изменчивой, преходящей, а художник возвращает ему ее нетленной, вечной.

Таким образом, сборник “Часослов” стал лирической поэмой, рассказывающей о пути гордого осознания поэтом своего дара, его божественной природы. В таком осознании Рильке видел залог художественной цельности, к которой он стремился всю свою жизнь.

Вторым духовным центром тяготения для Рильке после России стал Париж. Сам город поэта не прельстил, зато подарил ему великого скульптора Родена, в творениях которого для Рильке воплотилась его мечта об осязаемом, пластическом совершенстве, о “превращении в предмет” человеческих “надежд и томлений”. В Париже Рильке познакомился с новейшими достижениями европейского искусства рубежа веков. Результатом этих впечатлений стал сборник “Книга образов”, произведения которого исполнены особой музыкальности, богатством мелодий и ритмов.

Если в “Часослове” объектом художественного исследования является мир вообще, то в стихотворениях “Книги образов” все внимание поэта направлено на предметы объективного мира. Рильке исследует отдельные проявления, отдельные стороны и явления окружающей действительности, которые он воспринимает как отражение души человека. Стихотворения “Одиночество”, “Тишина”, “Жутко”, каждое из которых несет свою неповторимую мелодию, стали настоящими лирическими шедеврами символистской поэзии. И каждое из этих стихотворений открывает новую грань мировосприятия автора. Стихотворение “Одиночество”, например, пронизано горечью из-за отчуждения людей, испорченных цивилизацией, охваченных скорбью и ненавистью. Снова отчетливо слышен мотив одиночества, которое потоками плывет по миру. Одиночество господствует и в любви: “думаю только о тебе, но мои глаза тебя не видят” (“Тишина”).

Важным этапом в становлении художника стали “Новые стихотворения” (1907-1908). Как человек, наделенный богатой интуицией и способностью проникать в суть происходящих событий, поэт остро переживал утрату целостности и гармонии, постигшую его современников на рубеже веков. Как результат:— разлад с собой, с миром, с Богом, непреодолимое чувство внутренней опустошенности. Внимание поэта переключается на конкретные предметы, вещи, каждая из которых сберегает, по его мнению, душу создавшего ее мастера. Кроме того, каждый предмет связан невидимыми нитями со всем миром, каждый имеет бесчисленное количество предметов-аналогов.

Поэт обращается к людям, животным, мифическим существам. Примером могут служить стихотворения “Фламинго”, “Пантера”, “Испанская танцовщица”, которые исполнены пластичными и выразительными поэтическими образами. Например, в стихотворении “Фламинго” за яркими, красочными образами экзотических птиц стоит образ еще розовой со сна молодой женщины и мимолетное напоминание о древнегреческой куртизанке Фрине. Образы стихотворения выходят далеко за пределы его темы. Они уходят, эти фламинго, “в воображаемое” — переступают рамку “картины”, рамки этого сонета. Такая разветвленная “сеть” метафор воплощает очень важную для поэта идею — идею всеобщей взаимосвязи, объединяющей мир, все в нем — и малое, и великое, живое и неживое, вещественное и духовное.

Еще одним важным этапом в творческой эволюции стали “Дуинезские элегии” (1923), в центре которых оказывается не столько поэт, сколько человек вообще. Даже когда лирический герой “Элегий” вспоминает, что он поэт, он чаще всего тут же поправляет себя: но еще и человек, испытывающий на себе все негативное влияние окружающей действительности. Чтобы помочь человеку возродить полноценную жизнь, облегчить его судьбу, преодолеть чувства тотального одиночества и отчужденности, поэт одухотворяет вещи, окружающие человека з его повседневной жизни.

Если попытаться стереть границы между человеком и окружающими его вещами, быть может, человек сумеет достичь гармонии. Ведь в мире все взаимосвязано, и если внести незначительные изменения в жизни вещей, все сущее придет в движение, а это может благотворно сказаться на жизни человека. Эту идею Рильке развивает, например, в сонете “Сорванные цветы”. Цветы сорванные, но еще не поставленные в воду, утрачивают силу цветения. “Нежно раненные”, они уже ощутили дуновение смерти, но вот их коснулись нежные девичьи руки, поставили в кувшин с водой, и жизненные силы восстанавливаются. Благодарные цветы дарят свою красоту и жизнь заботливым рукам девушек. Энергия перетекает, жизнь продолжается, потому что она — неуничтожима, она вечна.

Читайте также:
Чем стали для главного героя эти уроки французского? (по одноименной повести В. Распутина): сочинение

“Сонеты к Орфею” тесно связаны по смыслу с “Дуинезскими элегиями”. В этом исповедальном цикле Рильке подводит итог своим размышлениям о судьбе поэта, своим творческим исканиям. Мифический певец Орфей — “звонкий бог”, слившийся с образом самого поэта, становится для Рильке символом творческой энергии, творческой силы, которая может спасти мир. Ведь, по Рильке, прекрасный, одаренный человек и красота мира тяготеют друг к другу. И чем богаче и одареннее человек, тем прекраснее для него окружающий мир, тем более значительного, ценного вложено в обращение к нему других людей.

Поэзия Рильке, его философские размышления о судьбе человека, о его страданиях и надеждах, о назначении поэта и высокой ответственности, возложенной на него, стали достоянием многих народов мира и обеспечили автору высокое звание одного из крупнейших лириков XX века.

Райнер Мария Рильке, один из самых влиятельных поэтов-модернистов ХХ века

Вы будете перенаправлены на Автор24

«Вещное стихотворение» («Dinggedicht») – это жанр, введенный в литературу известным поэтом-модернистом Райнером Марией Рильке, который считал, что все предметы мира, даже самые незаметные и скромные, достойны внимания художника. Жанр «вещное стихотворение» является воплощением идеи Рильке о всеобщем единстве на самом высоком уровне.

Начало творческой деятельности Р. М. Рильке

Рене Карл Вильгельм Иоганн Йозеф Мария Рильке, известный австрийский поэт, являющийся одним из наиболее влиятельных поэтов-модернистов 20 века, родился в декабре 1875 года в Праге, в то время принадлежавшей Австро-Венгрии. Отец поэта Йозеф Рильке работал служащим в железнодорожной компании. Через девять лет после рождения сына родители поэта решили расстаться.

В 1886 году будущего поэта отдали в военную школу. В 1891 году, после окончания учебного заведения, Райнер Мария Рильке был переведен в военное училище. В скором времени юношу признали негодным к службе в армии ввиду слабого здоровья. Тогда отец отправил Рильке в торговую академию, находившуюся в Линце. Уже через полгода, брат матери поэта, успешный юрист, желавший когда-нибудь передать племяннику адвокатскую контору, настоял на том, чтобы Рильке вернулся в родной город и поступил в гимназию. В 1895 году будущий поэт успешно сдал экзамен и был зачислен в Пражский университет.

Первые свои стихи Райнер Мария Рильке начал публиковать в газетах Праги в 1891 году. в 1894 году Райнер Мария Рильке выпустил свой первый поэтический сборник «Жизнь и песни», посвященный своей подруге. Этот сборник во многом был подражательным и большого успеха не имел. Спустя годы поэт предпочитал и вовсе о нем не вспоминать и настаивал, чтобы его изъяли из всех книжных магазинов.

Через год была издана книга «Жертвы ларам». Эта книга импрессионистических стихов была задумана автором в качестве поэтической прогулки по родному городу. Стихи из этого сборника отличаются простотой, уже в некоторых из них прослеживается сочетание музыкальности и конкретности поэтического образа, которые характерны для творческой манеры Рильке. Произведения, вошедшие в эту книги, были навеяны поэту чешским фольклором, событиями из истории Чехии, или являются поэтическими описаниями зданий старой Праги. Этот сборник стал своеобразным прощанием Рильке с родиной, так как поэт в 1896 году порвал со своей семьей и уехал из Праги, решив полностью посвятить себя творчеству.

Готовые работы на аналогичную тему

Несколько лет Райнер Мария Рильке путешествовал. Сначала он отправился в Мюнхен, где изучал философию в местном университете. После поэт переехал в Берлин. А весной 1898 года Рильке отправился в путешествие по Италии. За это время вышло два сборника Рильке: в 1896 году сборник стихотворений «Венчанный снами», а в 1897 – «Сочельник».

В первом сборнике Рильке, следуя литературной моде того времени, стремился отойти от обыденной действительности, а центром его поэзии стал внутренний мир человека. Основными темами сборника «Венчанный снами» являются мечта и сон.

Во втором поэтическом сборнике Рильке развивает образы и темы предыдущей книги. Основным мотивом сборника «Сочельник» становится мотив ожидания: ожидания любви, праздника, материнства, поворота в творчестве.

«Часослов»

В период жизни в Берлине Рильке сблизился с Лу Андреас-Саломе, писательницей, дочерью прусского генерала, состоявшего на русской службе. Писательнице сумела увлечь Рильке русской культурой, поэт начал изучать русский язык. А весной 1899 года Райнер Мария Рильке отправился в первое путешествие по России. Поэта и его спутников, супругов Андреас, принимал у себя русский писатель, граф Лев Николаевич Толстой. Во время путешествия Рильке познакомился с И. Е. Репиным, Б. Л. Пастернаком.

Читайте также:
Рецензия на книгу В. Г. Распутина Живи и помни: сочинение

В 1900 году поэт снова предпринял поездку по России. Он снова посетил Ясную Поляну, где в беседах с Толстым провел несколько дней. Очень важной для Райнера Рильке стала встреча с крестьянским поэтом Спиридоном Дрожжиным.

Россию поэт воспринял идеализированно. В жизненном укладе русских людей он увидел возможность существования народа в нерушимом союзе с природой и богом. Райнеру Рильке показалось, что именно в России еще осталась утраченная Западом «неотчужденная сущность человека». Рильке говорил, что русский человек с присущей ему религиозностью смог сохранить и то религиозное чувство, благодаря которому человек постоянно ощущает свою близость к богу. По словам Рильке, Россия навсегда стала для него духовной родиной и основой восприятия и переживания жизни.

В результате двух путешествий поэта по России Рильке выпустил сборник «Часослов», который был написан в форме дневника православного монаха. В период с 1899 по 1902 годы были написаны три книги «Часослова»:

  • «Книга о монашеской жизни»
  • «Книга паломничества»,
  • «Книга о нищете и смерти».

Все книги были изданы в 1905 году под одной обложкой.

В этом сборнике причудливым образом переплетаются впечатления поэта от путешествия по России, романтические интонации и отголоски увлечения немецкой мистикой. Именно в «Часослове» Рильке впервые ставит перед собой задачу осмысления мира с философской точки зрения. Стихи этого сборника напоминают молитвы. Лирический герой произведений напрямую общается с богом, а раздумья о боге являются центральной линией «Часослова». По мнению поэта, бог создает этот мир непрестанно и обнаруживает себя в самых различных природных явлениях.

Бог может обернуться совершенно любой вещью, поэтому Рильке называет его «вещью вещей».

А художник, который навсегда запечатлевает природу и вещи в произведениях искусства, возвращает их богу, тем самым оказываясь соучастником процесса творения.

«Дуинские элегии»

В 1910 году Райнер Мария Рильке совершил путешествие в Северную Африку, а через год он отправился в Египет. В этот период поэт познакомился с австрийской княгиней Марией фон Турн-унд Таксис, по приглашению которой приехал в Дуино, родовой замок Таксисов. В замке Дуино Рильке пробыл до лета 1912 года.

В 1912 году Райнер Мария Рильке начал работу над своей самой сложной для понимания и интерпретации книгой – «Дуинскими элегиями». В этой книге Рильке попытался создать свою собственную лирико-философскую концепцию мира.

Работу над «Дуинскими элегиями» Рильке закончил лишь спустя девять лет.

Элегии отличаются мрачным тоном, а их язык намеренно затемнен и не всегда понятен. Затронутые поэтом темы в большинстве своем трагичны. Райнер Мария Рильке говорит здесь о бессилии любви, о неустойчивости желания, а смерти. В элегиях лирический герой обращается не к богу, а к эмоциям читателя и к самым темным глубинам человеческого сознания.

Центральными образами «Дуинских элегий» являются человек, ангел и кукла. Рильке писал, что «Ангел «Элегий» – это существо, которое служит для нас ручательством, что невидимое составляет высший разряд реальности».

Кукла в элегиях противопоставляется ангелу. Кукла здесь выступает в качестве символа бездуховного, механического существования.

Что касается человека, то в «Дуинских элегиях» это синтез куклы и ангела, маска, наполненная содержанием наполовину.

Другие произведения Райнера Марии Рильке:

  • «Жизнь и песни»
  • «Мне на праздник»
  • Цикл «Жизнь Девы Марии»
  • «Жертвы ларам»
  • «Сонеты к Орфею»
  • Роман «Записки Мальте Лауридса Бригге» и другие.

Единство миров в творчестве Р. Г. Рильке

Единство миров в творчестве Р. Г. Рильке
В пение Орфея! Пения повенслух.
И смолкло все, ma плывет сквозь молчание
Новое начало, знак новый и движение.
P. M. Рильке
Рильке-рильке-рильке.
Годовой галькой на губах перекатывается звучная фамилия известного австрийского поэта. Его называли пророком прошлого, он завоевал себе славу Орфея XX столетие. Далекий мифический Орфей был понятным Рильке, и мы, люди XXI столетие, близко к сердцу берем боль и радость мифических персонажей, потому что это – самая вечность
“На северы в гористой Фракии жил когда-то знаменитый певец Орфей. Пел он так, что зачаровывал даже диких зверей, а дерева и скалы подступали ближе послушать то пение”, – так об Орфея говорит древнегреческий миф
Орфей потерял свою любимую жену Евридику. Горе, его было безграничным, болью бринили струны кифары, и песня звучала, как плач. Даже пасмурный Харон, который перевозил к Айдового царства только тени умерших, был пораженный пением Орфея и согласился его перевезти
Айд с женой Персефоною тоже были растроганные невыразимым горем певца и согласились отпустили Евридику из царства мертвых. Она благодаря Орфею могла бы, как никто и никогда, переступить границу двух миров, вернуться из мертвого мира к миру живого
Орфей, получив любимую, был рад бежать изо всех сил, но Евридика едва успевала за ним вместе с Гермесом:
Чувство в нем будто двоились,
потому что мчалось зрение, будто пес, вперед,
возвращался, спинявся, и ждал.
Ему казалось иногда, что он
вчувае шаги каждого с двух других,
которые за ним подъемом вверх шли
Однако это только шаг его звучал.
Не смел оборачиваться Орфей, терялся в догадках – или идет за ним Евридика, может ли потеряла где-то в этой трудной дороге. А же вот появился свет – скоро выход из царства мертвых. Орфей боится, что Евридика отсталая, потеряла, совсем не слышит сзади себя ничего и – озирается
За него спиной, возле, совсем близко стоит Евридика, но тень ее начинает отдаляться и исчезает у темряви.
“Неуверенная, и нежная, и терпеливая” Евридика вобрала у себя “смерть большую, такую новую, что не постичь ее”, она так и не смогла пробудиться от мертвого сна – “она в себе вся скучилась, посмертным наполненная по венцы”.
Бросился за ней Орфей, но его руки хватали только пустоту. Нигде нет любимой, теперь он убил ее сам! Горе Орфея безграничное.
Но в стихе “Орфей, Евридика, Гермес”, который создал Рильке, образ певца Орфея, кажется, не выступает на передний план, поэт вглядывается в Евридику – возможно, эта девушка из мифа есть для него идеалом женщины, есть Цилимвсесвитом.
Евридика ступает возле бога Гермеса. ей разрешено стать возле бога, а не за ним или перед ним, то, может, это означает, что для Рильке женщина приравнивается к самому Богу!? Она “была, словно под вечер юный цветок”, она уже не и, что когда-то ее воспел в своих песнях Орфей, она “не собственность никакого мужчини”, – “она уже корень”, ” пробу-яла ливень”. Женщина – как самая земля, как символ жизни, как вечность, которая не может иметь владельца, даже если этот владелец – Орфей.
Рильке – поэт-философ, и для него женщина – это святое, как Бог
Беатриче для Данте, Лаура для Петрарки – это любовь буз любого присвоения
Такая идея заложена в поэта и в цикле его стихов “Сонеты для Орфея”. Здесь утверждается единство двух миров – видимого и невидимого, а Орфей есть тем, кто переводит с одного мира к другому. Орфей – это пение, это высокое искусство, это самая стихия жизни
Орфей – это поэт, который своим пением возбуждает людей. Орфей превращает хаос в космос, создает прекрасное и это прекрасное дарит людям радость и надежду на жизнь, пробуждает оптимизм и веру
Порядком песен ты укротил розгукану стаю,
Охота осквернения одолело строительное твое пение
Мне кажется, Райнер Мария Рильке своим поэтическим даром покорил, как и Орфей, весь мир
В глубине души я радуюсь тому, что я – тоже песчинка вселенной, которая объединяет все на земле, частичка той страны, которая когда-то пленила Рильке, дала вдохновение творчества – я радуюсь тому, что эта страна – Украина
Рильке верил в то, что в нашей страны есть большое будущее. Киев, Киево-Печерская лавра, Шевченковские места, Полтавское поле боя, кобзаре оказали на Рильке огромное впечатление и он, окрыленный исторической монументальностью нашей истории, создал шедевры поэтического искусства
Я верю Рильке! Есть такая уверенность, которая должен быть Орфей и на нашей земле, что он разбудит наше “царство мертвых”, что мы проснемся от такого себе сомнамбуличного залога и запоем все вместе счастливую песню о радостной жизни не только Украины, не Америки или Австрии, а всей земли, потому что все мы – ее дети

Читайте также:
Повесть Прощание с Матерой: сочинение

Райнер Мария Рильке

Райнер Мария Рильке (1875—1926) родился в Праге, столице Богемии, которая была одной из земель Австро-Венгерской империи, но хранила богатейшие традиции славянской культуры. Прага в конце XIX в. переживала духовный взлет и вскормила целый ряд художников, поэтов, писателей, объединенных некоей «пражской» общностью своего происхождения, обретших общеевропейское признание и мировую славу, таких как Райнер Мария Рильке, Франц Кафка и другие. Однако, можно сказать, что Рильке вовремя оставил Прагу, сформировав в себе необходимые основания для дальнейших поисков и развития поэтического дара.

На пороге становления поэта писательница и публицистка Луиза Андреас-Саломе (1861—1937), уроженка Петербурга, открыла Рильке Россию и при посредничестве русского художника Леонида Пастернака (отца поэта Бориса Пастернака) познакомила его со Львом Толстым, а также с Ильей Репиным, поэтом Спиридоном Дрожжиным, художником и теоретиком «Мира искусства» Александром Бенуа, вообще с русской литературой, живописью, архитектурой, с самой русской жизнью, городской и деревенской. Рильке дважды путешествовал по России, переводил произведения русской литературы («Слово о полку Игореве», чеховскую «Чайку» и стихи Михаила Лермонтова), увлекался Толстым, Достоевским, Тургеневым, пробовал писать стихи на русском языке, сохранив след России в душе и в творчестве.

Сборник «Часослов» (1905), создававшийся в 1899—1903 гг. в России, после России и под воздействием России, состоит из трех частей: «Книга о монашеской жизни», «Книга о паломничестве», «Книга о бедности и смерти». Сборник строится как собрание молитв, отразивших недоумение поэта, его неудовлетворенность и содержащих больные, безответные, философские вопросы, адресуемые к Богу — некоему условному высшему началу. «Часослов» — это стихи о трагизме бытия, полные предчувствий и пророчеств. Беспокойство рождено тем чувством ухода, распада эпохи, слома времен, которое питает творчество многих современников Рильке, а также и предощущением трагического грядущего, которое Рильке по необъяснимым законам творческой интуиции связывает не с райским садом гармонии, а с темой убийства братом брата — Каином Авеля. Поэт, художник, творец готов принять на себя всю тяжесть времени, подобно Микеланджело, которому посвящено одно из стихотворений, или Толстому, имя которого не упоминается, но стоит за многими русскими реминисценциями сборника. Философской глубиной переживания «Часослов» отличается от ранее написанных произведений.

Читайте также:
Тема русской деревни в современной прозе (по повести В. Распутина Прощание с Матерой): сочинение

Враждебные человеку силы мира сосредоточены в городе и в городской цивилизации, отлучающей человека от природы, от его собственного духовного мира, обрекающей на одиночество и покинутость.

Важны в сборнике и иные идеи, существующие в системе и логически связанные между собой, — идея «вещи», идея бедности и смерти. «Вещь» — это мир, окружающий человека, не наделенный сознанием, но близкий человеку, проникнутый доверием к нему и ко всему сущему, в глубинной основе которого взаимная зависимость и близость всех его частей. В «Книге о бедности и смерти» бедность — жизнь в гармонии с бытием, «бедность — великий свет души», это внутреннее состояние человека, который должен созреть для «своей» жизни, а не навязанной ему, как маска или чужое платье. Только итогом «своей» жизни может стать «своя» смерть, созревшая, как плод. Многие люди живут чужой жизнью, и все они приемлют не «свою» смерть: «О Господь, даруй каждому свою собственную смерть. »

В 1902 г. Рильке уезжает в Париж, где судьба сводит его с Огюстом Роденом, Полем Сезанном, величайшей итальянской актрисой Элеонорой Дузе. От этих художников, в особенности от Родена, Рильке получает удивительно плодотворные импульсы для своей поэзии. В книге «Огюст Роден» (1903) Рильке говорит о Родене как о великом мастеровом, который пробуждает к жизни красоту, создавая новые, еще не существовавшие вещи, выводя их из небытия и приобщая к тому, что уже есть, — к природе, человеку и другим вещам искусства. Работа художника и искусство оказываются, таким образом, необходимым для человечества трудом приумножения и расширения мира, его прекрасного и гармоничного начал. Свою поэзию Рильке хотел бы видеть близкой искусству Родена.

Стих Рильке, начиная со сборника «Новые стихотворения» (1907— 1908), обретает новые качества.

Тематический диапазон «Новых стихотворений» огромен — это и стихи на библейские темы, и стихи, посвященные городам или их архитектуре, произведениям искусства, людям и историческим событиям. Однако, о чем бы ни писал Рильке, он всегда ощущает катастрофичность бытия, которая не допускает ни «чистого» созерцания, ни «чистого» наслаждения.

Мотив исчезновения, «распада красоты» становится одним из главных в сборнике. Он очевиден в стихах о Париже и в других циклах сборника — «Парки», стихи о Венеции — в отдельных стихотворениях.

Поэзия, как полагает Рильке в это время, — это не описание чувств словами, а превращение форм бытия в язык. В стремлении исключить «Я» из стихотворения и приписать языку абсолютную власть, Рильке, очевидно, соприкасается с эстетикой символизма, как, впрочем, и во многом другом.

Мир должен быть заново познан во всех его вещах, и только в этом новом освоении мира искусством, в том числе поэзией, возможно преодоление недугов мира и страданий человека.

В стихотворении «Рождение Венеры» поэт пытается представить себе пробуждение Венеры к жизни, момент возникновения красоты, он видит, как оживает тело Венеры, как свет этого тела оттесняет тьму, из которой оно появляется. Но жизнь, в представлении Рильке, — это всегда трагическое столкновение и конфликт со смертью. В финальных строках стихотворения возникает видение мертвого, разверстого, окровавленного тела дельфина, вынесенного на морской берег. Процесс пробуждения к жизни и возникновения света из тьмы, то трудное, трагическое усилие, которое связано с этим отделением от небытия и вхождением в бытие, составляют главное поэтическое содержание стихотворения и придает ему совершенно оригинальное индивидуальное звучание.

Жизнь в представлении поэта хрупка и постоянно соседствует с небытием, поэтому он старается помочь возникновению и становлению новой жизни, новых ее красок, голосов, вещей — произведений искусства («Голубая гортензия»). Он улавливает еще неясные токи мысли, еще не прозвучавшие звуки, не определившиеся предчувствия, придавая им словесную форму, давая тем самым жизнь.

В 1910 г. вышел в свет единственный роман Рильке «Заметки Мальте Лауридса Бригге». Он оказался уникальным явлением европейской литературы тех лет, сконцентрировав в себе темы и мотивы не только поэзии самого Рильке, но и творчества его современников. Уникален он и потому, что вместе с итогом духовных поисков эпохи обнаружил в себе черты нового типа романа, многие из которых стали характерными для модернистского романа в XX в.

В романе Рильке нет ни сквозного действия, ни единой сюжетной основы, он фрагментарен. Это — рефлексия героя-художника, в романе представлен его внутренний мир. Герой сам раскрывает себя, повествуя о своей внутренней, потаенной жизни — восприятиях, воспоминаниях, ассоциациях, которые приходят ему на ум, о некоторых эпизодах своего детства и парижской жизни. Размышления героя, его внутренний мир трагичны, потому что внешний мир представляет собой катастрофу, он полон смерти, отчуждения, он отторгает человека. Смерть — один из основных мотивов романа. Смерть изображается в романе многократно. Непостижимость смерти, а вместе с нею и непостижимость жизни пугают героя. Для Рильке и здесь важно понятие «своей» и «не своей» жизни и смерти. Покушаясь на человеческую индивидуальность, современная действительность, окружающий мир лишают человека права на «свою» жизнь и «свою» смерть, он живет как частица массы и умирает так же незамеченно, как и живет, словно на большом конвейере. Поэтому герой Рильке чаще вспоминает особенные, уникальные судьбы людей, черты их жизни и смерти — это Карл V, Гришка Отрепьев, отец героя, его дед и бабушка. Для героя важно отстоять право на собственные жизнь и смерть.

Читайте также:
Природа и человек в одном из произведений современной отечественной прозы повести (по повести В. Н. Распутина Прощание с Матерой): сочинение

С проблемой умирания связано в «Заметках» изображение города. Картины Парижа почти вызывающи. Он лишен красоты, радости, блеска, даже просто огромности, величия большого города.

С городскими обитателями связан в романе мотив маски и маскарада жизни, но не веселого, а трагического маскарада. Характерная для венского бытия конца века тема жизни — радостного праздника переосмысливается Рильке. Его маскарад — это подмены, обманы, подстановки, за которыми часто теряется лицо и личность, растворяясь, теряясь в смене масок.

В качестве противодействия условности масок, пустым оболочкам жизни, из которых утекло содержание, Рильке развивает эстетику ужасного. Ужасным оказывается подлинное, «неподкрашенное». Правда ужасна, а маска прекрасна, но она ложь.

«Заметки Мальте Лауридса Бригге» принадлежат к самым смелым художественным опытам начала века, представляя собой один из первых интроспективных романов, действие которого разворачивается во внутреннем мире героя.

В середине 1910-х гг. Рильке переживает длительный, мучительный духовный кризис, связанный, в частности, с войной и попытками понять ее как очистительную бурю. В эти годы Рильке почти ничего не пишет, или пишет мало и трудно. Только в 1922 г. начинается новый, последний подъем его творчества. В короткое время созданы начатые еще в 1912 г. десять знаменитых «Дуинских элегий» (1923), «Сонеты к Орфею» (1923), которые оказываются итогом творчества Рильке.

«Дуинские элегии» — философская лирика, сложная по мысли, форме, жанру. «Элегии» написаны в свободных ритмах и представляют собой попытку постижения мира, жизни и смерти, смысла творчества и места художника. Эти произведения вобрали в себя весь жизненный и художественный опыт поэта. В них вновь возникает трагическая тема современной цивилизации, истребляющей человека, его внутренний мир и жизнь. «Элегии» звучат как жалоба тоскующей души и как робкая надежда на то, что для человека остаются спасительными не «великие» идеи, не герои, не «спасители» мира и даже не Бог, а самые простые вещи, которые постоянно и верно окружают человека в его короткой жизни, — «вещи» природы и вещи, создаваемые в процессе долгого развития человеческой культуры, т.е. имеющие собственную историю, традиции, собственную жизнь, в которой изначально есть место для человека и его души, ибо это и есть его духовный мир, в создании которого он сам принимал и принимает участие. Рильке стремится увековечить этот мир в поэзии, отнять его у всепожирающего времени, превратить из «зримого» в «незримый», в духовную и тем самым вечную форму существования.

В 55 «Сонетах к Орфею» эта философская проблематика связана с темой художника и творчества. При этом жизнь воспринимается в некоем единстве со смертью, в единстве бытия и небытия, внешнего и внутреннего, как это открылось Рильке со всей отчетливостью в «Элегиях». Это знание о «великом едином», по словам Рильке, где «прекратилось время», — удел и тайна творца. Мифологический певец Орфей, посредник между миром смерти и жизнью, воплощает это необыденное, «нечеловеческое» знание и делает «нечеловеческий» шаг в мир единого, где обитают «ангелы». Но к единому принадлежит и искусство, ибо оно — главный путь человеческой общности. И оно несет весть об этом знании. Поэтому предназначение поэта — вестника, посланника — воспевать жизнь, славить творение, бытие во всех его формах, даже мучаясь смертной мукой, тоскуя и жалуясь.

В 1926 г. Рильке умер в Швейцарии, где он жил последние годы.

Творчество Р. М. Рильке по-разному оценивали после его смерти. Но оно, безусловно, оставило глубочайший след в литературе и культуре Европы, а не только Австрии. Многие поколения поэтов, писавших на немецком языке, испытали заметное влияние Рильке. Он обнаружил новые возможности немецкого стиха и придал ему особую тональность, особое звучание, особую направленность лирического выражения. Но главное, он уловил, ощутив интуицией поэта, и выразил в необычайном поэтическом слове новые смыслы своей эпохи, новые невиданные состояния мира и человека в их взаимной зависимости.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: