Война, сталинизм и дети: сочинение

Сочинение на тему» Детство, опаленное войной»

Сочинение 9.3: Что такое военное детство (по тексту Л. Улицкой)

(205 слов) Военное детство — это тяжелая взрослая доля, которая лежит на хрупких детских плечиках тех, кто застал войну ребенком. В нашей стране, истощённой войнами, многие люди пережили ранние годы жизни в условиях нищеты и разрухи оккупации.

Об таких детях пишет и Л. Улицкая, автор приведенного текста. Юные герои повествования «рано начинали трудовую жизнь, и детство у них было украдено» (предложение 29). Они были вынуждены взвалить на себя все заботы о хозяйстве и младших братьях и сестрах. Ребята учились впроголодь и спешили домой скорее, чтобы помочь матерям, которые и так выбивались из сил, стремясь прокормить потомство. Тяжелая жизнь раньше времени состарила детей, сделав их «недоросшими мужиками и бабами».

Не менее удручающий пример мы находим в рассказе А. Платонова «Возвращение». Капитан приезжает домой после четырехлетнего отсутствия и не узнает детей: его сын в свои 12 лет распоряжался по хозяйству с расторопностью и рассудительностью взрослого человека. Он говорил и вел себя как мужчина, был даже грубым и резким. Даже жена капитана слушалась его. Маленькая дочка готовила и управлялась с пирогами, как будто для ее нежного возраста это самое подходящее дело. Война отняла у юных героев детство, но взамен дала лишь лишения, беспросветный труд и нищету.

Таким образом, военное детство — это череда потерь и трудностей, которую переживают дети, ставшие заложниками обстоятельств.

Многомудрый Литрекон написал не только сочинение 9.3 о военном детстве, но и подобрал примеры из жизни и истории на ОГЭ по русскому языку. Дополнительные аргументы о войне Вы можете найти здесь, а тема детства освещена в литературной и «жизненной» подборках.

  1. Пример из жизни. Моя бабушка рассказывала мне, что послевоенные годы были очень тяжелыми для малышей. От недостатка витаминов и голода у нее появились проблемы со здоровьем, которые напоминают о себе до сих пор и не поддаются лечению. Зато испытания той эпохи закалили ее характер: что бы ни случилось, дети войны не унывают, ведь знают, что может быть хуже.
  2. Пример из истории. Один из самых юных героев СССР, Валя Котик был разведчиком во время войны. Ему было всего 11 лет, когда нацисты заняли Украину. Но мальчик не смирился с жизнью в неволе. Все это время он воровал оружие и передавал его партизанам. Также он рисовал карикатуры на немцев и разбрасывал их повсюду. В 1942 году он начал выполнять более серьезные здания: участвовал в диверсиях и нападениях на оккупантов. В 1944 году его ранили смертельно, но добрая память о нем жива до сих пор. Его детство было искалечено и уничтожено войной. История о нем служит нам предостережением о недопустимости повторения тех событий.

Дети и война

«Дети и война — нет более ужасного сближения противоположных вещей на свете.» А.Т.Твардовский. Война — одно из самых страшных слов, одна из героических и трагических страниц в истории нашей Родины. Дети войны — это наши бабушки и дедушки. Во время Великой Отечественной им пришлось трудно. Их лучшие детские годы пришлись на время горя и лишений. Современные дети даже не могут представить себе, каково расти во время войны. Разрушенные дома и звуки выстрелов, воздушная тревога и «похоронки» с фронта — вот, что запомнили дети. Во время войны почти все люди в нашей стране жили в бедности и лишениях. Многие дети не знали, что такое игрушки. Вместо детских песенок они слышали разрывы бомб, вместо чистого неба видели самолёты-бомбардировщики. Они росли без красивой одежды и удобной обуви. Они выживали как могли. Изменила ли война мировоззрение детей? Да. Детям войны рано пришлось становится взрослыми. За ними некому было присматривать, некому было выполнять их капризы. Им приходилось заботиться о своих младших братьях и сёстрах, принимать серьёзные решения, ведь их родители или воевали, или трудились с утра до вечера, или их уже не было…Часто в 14-15 лет дети уже сами начинали работать, как взрослые: на заводах, в поле, на ферме или в госпитале. О детях Великой Отечественной войны написано немало книг. Одна из таких книг «Ночевала тучка золотая» А.И.Приставкина о двух братьях Кузьмёнышах, которых должны были отправить из детдома на Кавказ, где, как им казалось, сказочно тепло и сыто. Анатолий Игнатьевич и сам в 10 лет попал в детдом, а в 1944 так же, как и герои его повести, был отправлен на Кавказ, поэтому о трудностях детской жизни он знал не понаслышке. Писатель показал в своём произведении судьбы, искорёженные войной и сиротством. Одиннадцатилетние близнецы неразлучны. Это помогало им выжить, сносить все напасти. Они всегда вместе — четыре руки, четыре ноги, две головы. Выручая друг друга, было легче устоять в гибельных обстоятельствах. Ничего не видевшие хорошего в этой жизни, вечно голодные и холодные, они как умели, так и приспосабливались к новым условиям. Самое ужасное и непостижимое в повести — это убийство Сашки, которого нашли со вспоротым животом и початком кукурузы во рту. Нервы Кольки не выдержали и он заболел. На протяжении всей болезни за ним ухаживал чеченский мальчик, в котором впоследствии Колька увидел Сашку. Позже дети породнились и уже не расставались ни на миг. Но помимо книг, которые рассказывают о трудной жизни людей, есть произведения, в которых говорится о мужестве детей и совершённых ими подвигами. Например, стихотворение А.Т.Твардовского «Рассказ танкиста», в котором рассказывается о мальчике, помогавшем найти место, где спрятались немцы. Небольшое по объёму стихотворение даёт полное представление о драматической ситуации, когда нужно принимать быстрые решения и некогда предаваться рассуждениям. В заключении, я хотела бы вернуться к эпиграфу и сказать ещё раз, что дети и война — две совершенно несовместимые вещи. Сейчас дети войны уже стали пожилыми людьми. Мы должны их уважать, ведь им пришлось вынести такое, что мы себе не можем и представить. Именно они знают о том, как преодолевать трудности и радоваться малому.

Сочинение на тему: «Детство, опаленное войной»

«Детство, опаленное войной»

22 июня 1941 года рано утром (в 4 часа) Германия напала на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война.

В этой войне принимали участие не только взрослые, но и дети. Задания у них были не только трудными, но и очень ответственными. Детство закончилось у некоторых мальчишек и девчонок с началом войны. Они не хотели воевать и убивать, но им пришлось защищать себя, своих родных и Родину. Дети на войне – это самая страшная и горькая, правда Великой Отечественной войны.

Эти дети (6-16лет) ходили в разведку, участвовали в сражениях, выходили в море на катерах. И в тылу были самыми незаменимыми работниками. Им приходилось заменять ушедших отцов и старших братьев. Дети войны вставали у станков и делали детали к танкам, минам, снарядам, ухаживали за ранеными в госпиталях, пахали и собирали хлеб. Но не все дожили до Победы, многие награждены посмертно и их имена носят корабли, улицы, дома культуры. Вот несколько имён: Марат Казей, Саша Коваль, Леня Голиков, Валя Котик, Володя Щербацевич, Олег Ольховский, Саша Бородулин, Володя Дубинин, Вася Курка, Толя Комар, Боря Царьков и многие другие. Они получали награды и медали, многим были присвоены звания Героя Советского Союза. Некоторые из юных героев дошли до Берлина.

9 мая 1945 года Германия подписала акт о капитуляции. И в этот день мы празднуем День Победы и чтим память о погибших на этой войне.

Мне хочется, чтобы мои сверстники помнили имена погибших за наше счастливое детство. Таких, каким был Боря Царьков, ходивший со взрослыми в разведку, участвовавший в операциях по уничтожению эшелонов с танками, захвату «языков». Борис добывал информацию перед боем о нахождении немецких оборонительных точках. Награждён был орденом Красной Звезды и получил звание Героя Советского Союза. Боря Царьков не увидел парад Победы, он был убит снайпером.

Юра Жданько в 10 лет оказался в партизанском отряде. В 11 лет его приняли в комсомол, а в 12 лет Юра был награжден орденом Красной Звезды, в 13 лет он был ранен и отправлен в тыл. Юра Жданько был разведчиком, прыгал с парашютом, ему доверяли трудные и ответственные задания.

Витя Кучерявый — связной и разведчик. После зверских пыток не выдал расположение отряда и был расстрелян.

Василёк Шолухов пустил под откос три эшелона — зверски замучен гитлеровцами.

Марат Казей, юный партизан–разведчик. Героически погиб при выполнении задания. Марат — Герой Советского Союза.

Зина Портнова. Эта юная подпольщица выполняла опасные и ответственные задания, зверски замучена гитлеровцами. Зина — Герой Советского Союза.

Федор Клюев по заданию командования четыре раза переходил линию фронта и добывал ценные сведения.

Костя Кравчук сохранил знамёна полка и за это был награждён орденом Красного Знамени.

Саша Соколов был разведчиком и корректировал огонь войск. Был ранен под Берлином. Был награжден четырьмя медалями и орденом Красного Знамени.

Юнга Саша Поляков служил на сторожевом корабле «Шквал», награжден

Орденом Красной Звезды.

Жора Артемьев вместе со своим взводом дошел до Берлина. Бытует легенда о мальчике Жоре, пионерский галстук которого был прикреплен к куполу рейхстага. Жора ходил в разведку в тыл врага. Был награждён медалью « За отвагу». Герой Советского Союза М.Егоров (один из бойцов, водрузивших знамя над рейхстагом) вспоминал, что этот мальчик совсем не знал страха.

Дети войны не только принимали участие в боевых действиях, но и наравне со взрослыми трудились в тылу. Работа в тылу была очень важна, т.к. для фронта нужны были снаряды, оружие, танки и многое другое. Юные труженики заменяли отцов и старших братьев. Они работали наравне со взрослыми: стояли у станка, собирали детали, пахали и сеяли, собирали урожай. Ухаживали за ранеными в госпиталях, выносили с поля боя бойцов. Это всё для фронта, для победы.

Вечная слава всем, кто трудился, воевал на благо Родины, кто жив и кто погиб. Мы будем помнить о них!

Список, использованной литературы

  1. Великая Отечественная война…(Краткая иллюстрированная история Великой Отечественной войны для юношества). М., 1975.
  2. Молодые герои Великой Отечественной войны. М., 1970.
  1. Ф.Третьяков, И.Виноградов, Ю.Свинтицкий, «Орлята Великой Отечественной …» рассказы, очерки, воспоминания о юных партизанах, сыновьях полков и воспитанниках кораблей. М.,1980.
  2. Энциклопедия для детей. М., 1996.Т.5, Ч.3.

на участие во Всероссийском детско-юношеском

литературно-художественном конкурсе творческих работ

«Я помню! Я горжусь!», посвященного 65-й годовщине Победы

в Великой Отечественной войне

  1. Лебедева Мария Сергеевна, 3 класс, 9 лет.
  2. «Детство, опаленное войной».
  3. МБОУ СОШ № 126 с углубленным изучением математики,

630075, Новосибирск, улица Народная, дом № 37.

  1. (383) 276 38 69, [email protected]/ru
  2. Каблашова Олеся Васильевна (учитель начальных классов).

Ответы исторической викторины

  1. Назовите даты начала и окончания Великой Отечественной войны.

Великая Отечественная война началась 22.06.1941году на рассвете и продолжалась до 09.05.1945 г.

  1. Какое государство в 1941году без объявления войны вторглось в пределы нашей Родины вторглись на советскую землю?

На рассвете 22 июня без объявления войны, вероломно нарушив договор о ненападении, германские войска вторглись на советскую землю. Германия развязала войну против СССР.

3.Какие государства были союзниками СССР в годы Великой Отечественной войны?

СССР, Великобритания и США подписали декларацию о взаимной помощи против Германии.

4.Кто был Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами СССР в годы Великой Отечественной войны?

Верховным Главнокомандующим 8 августа 1941 года был назначен

5.Назовите крепость, ставшую символом несгибаемого мужества, стойкости и героизма советских воинов в первые дни войны?

В течение месяца сопротивлялся малочисленный гарнизон Брестской крепости.

6.Какие сражения Великой Отечественной войны Вы знаете? Смоленское, Московское , Сталинградское , Курская дуга ,Ленинградско- Новгородское ,Белорусское, Ясско- Кишенёвское ,Висло –Одерское, Берлинское ,Пражское.

7.Назовите известных Вам советских полководцев и военачальников, участвовавших в Великой Отечественной войне.

Жуков Г.К. ,Конев И.С. ,Рокоссовский К.К. ,Будённый С.М., Говоров Л.А., Мерецков К.А., Баграмян И.Х., Василевский А.М. , Малиновский Р.Я., Толбухин Ф.И.

8.Какой подвиг в годы войны совершили Александр Матросов и Николай Гастелло?

Александр Матросов–закрыл своим телом амбразуру и позволил ,тем самым продолжить наступление войск с наименьшими потерями .Николай Гастелло – направил свой горящий самолет( бомбардировщик ) на колонну танков и погиб за Родину.

9.Что Вы знаете о пионерах-героях? Наравне со взрослыми участвовали в боях, ходили в разведку, были партизанами, работали в тылу и на полях вместо ушедших на фронт отцов и старших братьев .

10.Как называлась реактивная система, находившаяся во время войны на вооружении артиллерии Советской армии?

Многозарядная реактивная установка БМ-13 «Катюша».

11. Какой отечественный средний танк был признан лучшим в годы Великой Отечественной войны?

Лучшим танком был признан Т -34.

12.Какой советский самолет в годы войны называли «летающим танком»?

Советский самолёт ИЛ -2.

13.Что Вы знаете о блокаднице Ленинграда Тани Савичевой ? Во время блокады вела дневник, в котором 9 страниц и на 6 страницах даты смерти близких людей. Её дневник на Нюрнбергском процессе был как один из обвинительных документов против фашистов.

14.Назовите фамилии советских воинов, водрузивших Знамя Победы над рейхстагом в Берлине.

Воины 150-й стрелковой дивизии М.А.Егоров и М.В.Кантария водрузили знамя над рейхстагом.

15. Кто принимал парад Победы 1945 года на Красной площади в Москве?

24июня 1945 на Красной площади в Москве состоялся Парад Победы и его принимал маршал Советского Союза Г.К. Жуков.

Война, сталинизм и дети

«Летим в неизвестность, как семена, по пустыне. По военной пустыне — надо сказать. Где-то, где-нибудь, в щелочке, трещинке, ямке случайно застрянем. А прольется ласка да внимание живой водой, прорастем… Можем и не прорасти, а навсегда кануть в неизвестность».
Анатолий Приставкин
Книга Анатолия Приставкина «Ночевала тучка золотая» сразу привлекла внимание широкого круга читателей. Повесть автобиографична, она рассказывает о сиротах, которые познали горечь жизни раньше, чем научились понимать эту жизнь. Тем, кто этого не испытал, трудно представить, что такое нищета и вечный голод для ребенка. Книга потрясает читателей, вызывает в душе боль и сострадание.
Братьев-близнецов Кузьменышей можно сравнить с семенами сорного растения, которые ветер переносит с места на место. Таковы Колька и Сашка. Судьба забрасывает их на Кавказ, в далекий горный край.
Мальчишки мечтают о фруктах, но даже не знают значения этого слова. Для Сашки фрукты — что-то божественное, Колька же говорит просто: «Это и есть картошка». Братья мечтают также о буханке хлеба, которую они ни разу не держали в руках. Впервые увиденный ими батон они распознали только потому, что его «в одном довоенном кино показывали».
А сцена подкопа под хлеборезку? Из подобных сцен и состоит вся напряженная жизнь ребят с ее редкими и скудными радостями. Почему же таким убогим и страшным было существование невинных детей, кто виноват в этом? Волей «отца народов» они были лишены детства, дома, родителей и родной земли. Но пока сильна его власть и вера в нее. И вот дети, среди которых немка, чеченец, ногаец, крымский татарин, кричат: «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!» Насмешка? Нет, трагедия…
На фронте сражались миллионы людей, в лагерях томились сотни тысяч репрессированных. Сколько оказалось выброшенных на улицу сирот! Самым «разумным» стала высылка детей на Кавказ, с глаз долой, чтоб спокойнее жить было. И ведь никто даже не задумался над тем, что ожидает беззащитных мальчишек и девчонок вдали от родины.
Каким холодным и бессердечным человеком надо быть, чтобы поступить так, как директор детдома в Томилине. Ему было приказано дать детям на дорогу пайки и прилично одеть их. Что же сделал он? Велел братьям поменяться одеждой. Этот человек не имел понятия ни о чести, ни о совести, хотя ему были доверены детские судьбы. «Своими ушами Колька слышал, как один из саперов, уходя, произнес негромко, указывая на директора: «От войны за детишками спасается!»
Но были и другие. Воспитательница Регина Петровна первая увидела в детях именно детей и зажгла в душах несчастных ребят искру утраченной радости. Благодаря ей Кузьменыши узнали, что существует мир, в котором нет голода, холода, воровства, и у людей бывают праздники. Регина Петровна вернула мальчишек к жизни, согрела теплом своего сердца, научила улыбаться, напомнила о том, что они дети. Она была не только милосердной, но и самоотверженной женщиной. Рискуя собой, Регина Петровна спасла Алхузура, которого Колька настойчиво называл своим братом Сашкой. Детям было не понять того, что раскрытие подобного обмана грозило воспитательнице тюрьмой. Обидно, конечно, что Колька Кузьменыш так и не простил Регине Петровне бегства после нападения чеченцев. Он не захотел с ней разговаривать и холодно простился. Я думаю, позже Колька раскаялся в своем поступке и не раз мысленно просил прощения у доброй женщины.
Нельзя не вспомнить директора Березовского детдома. Петр Анисимович Мешков всю свою жизнь отдал детям. Он погиб, выполняя служебный, гражданский и просто человеческий долг.
Да, время было тяжелое, страшное. Проблема национальной розни волнует не только наших современников, она стояла так же остро и во время пребывания Кузьменышей на Кавказе. Воевали русские и чеченцы. Невольно спрашиваешь себя: «Что же делили люди, жившие на одной земле, под одним солнцем?» Ничего. Просто «вождю народов» пришлись не по нраву чеченцы и ингуши, кабардинцы и балкарцы… Унижая и притесняя «малые» народы, Сталин пытался добиться покорности, беспрекословного повиновения.
Но кавказцы — гордые люди, да и кто потерпит издевательства над собой? Горцы были ослеплены ненавистью и творили злодеяния, на которые раньше никто бы из них не осмелился. Следствием национальной вражды явилась гибель Мешкова, веселой, жизнерадостной Веры. Подобная участь ожидала и Регину Петровну, но Алхузур спас ее от верной смерти. «Отец прицелился, а он его за локоть», — рассказывала воспитательница Кузьменышам о встрече с чеченцами. Она мудро заметила: «Плохих народов не бывает, бывают лишь плохие люди». С этими словами нельзя не согласиться. Да, есть плохие люди и среди русских, и среди чеченцев. Не будь их, может, не было бы вражды между народами.
На Кавказе Кузьменыши впервые столкнулись со смертью. Именно гибель ближнего заставила Кольку задуматься над многими вопросами, ответы на которые мы не можем дать и сегодня. Он всегда будет помнить красивый горный край и связанные с ним события. Смерть брата, распятого чеченцами, стала для мальчика самым жутким эпизодом из жизни в чужих краях. Да разве можно забыть такое? «Он… висел, нацепленный под мышками на острия забора, из живота у него выпирал пучок желтой кукурузы», а «по штанишкам свисала черная в сгустках крови Сашкина требуха». Какое же сердце не дрогнет, когда читаешь эти строки?
«Страшная отрешенность» овладела Колькой. Мальчик никак не мм поверить в гибель близкого и дорогого ему человека. Но все-таки в запутанном лабиринте зла дети смогли понять, найти правду. Так Колька обращается к мертвому брату: «Вот, небось, сам слышал, как солдаты — наши славные бойцы говорили… Едут чеченцев убивать. И того, что тебя, тоже убьют. И вот если бы он мне попался, я, знаешь, Сашка, не стал бы его губить… Я только в глаза посмотрел бы: зверь он или человек? Есть ли в нем живого чего? А если бы я живого увидел, спросил бы его, зачем он разбойничает… Я бы сказал: слушай, чечен, ослеп ты, что ли? Разве не видишь ты, что мы с Сашкой против тебя не воюем! Нас привезли сюда жить, так и живем, а потом мы бы уехали все равно. А теперь видишь, как выходит… Ты нас с Сашкой убил, а солдаты пришли, тебя убьют… А ты солдат станешь убивать, и все: и они и ты — погибните. А разве не лучше было бы, чтоб ты жил, и они жили, и мы с Сашкой тоже чтоб жили? Разве нельзя сделать, чтоб никто никому не мешал, а все люди были живые, вон как мы, собранные в колонии, рядышком живем?»
Маленький Колька увидел причины, заставившие чеченца поднять руку на ребенка. И Алхузур не винит переселенцев (а ведь именно их считают виноватыми в разорении могил взрослые чеченцы). Они не найдут вины друг в друге и назовут друг друга братьями — в этом глубоко символичный поворот сюжета! Это братья убивали друг друга.
Лишь дети смогли понять правду, и в этих детях путь к спасению. Они смогли увидеть главных виновников и простили жертвы: переселенцев, и Зверька, и чеченцев. Но нет прощения власти и исполнителям ее воли.
На протяжении всего повествования писатель рассказывает о событиях, которые долгие годы от нас скрывали. Сталинизм стал причиной несчастий миллионов людей. Он породил разногласия между народами, ожесточил человеческие сердца, опустошил души, сделав их безжалостными даже к детям.
В своей повести Анатолий Приставкин размышляет о путях сближения людей разных национальностей. Он пытается решить острейшую проблему, раскрыв перед нами души детей и взрослых, поведав нам их мысли и чувства. Зерна национальной вражды, посеянные в эпоху Сталина, уже взошли и укоренились. Но решать проблему национальной розни приходится нам.
До сих пор слышны отголоски того времени. Не там ли корни нынешнего братоубийства в Карабахе, Грузии, Чечне. Не в том ли, что люди ищут вину в своем брате и не умеют прощать виновных поневоле?
Пока не выросли эти корни, книга своевременна. Она повествует о том, что происходит сейчас. Цель произведения Анатолия Приставкина — «дать молодым правду, какой бы жестокой, страшной, тяжелой она ни была». Ведь именно новое поколение должно восстановить справедливость, очистить страну и мир от войны и ее последствий.

Похожие сочинения:

Дети и война «Дети и война — нет более ужасного сближения противоположных вещей на свете.» А. Т. Твардовский. Война — одно из самых.

Герои ищущие и мыслящие (по романам И. С. Тургенева «Отцы и дети» и Л. Н. Толстого «Война и мир») Девятнадцатый век — век разочарований и краха надежд. Почти каждое царствование начиналось с попыток реформ и оканчивалось реакцией. Война 1812.

«Измениться не может никто, но стать лучше может каждый» (Э. Фейхтерслебен) (по романам «Война и мир», «Преступление и наказание», «Отцы и дети») Стремление к самосовершенствованию, призыв к духовному развитию, личностному росту пронизывает всю русскую литературу 19 века. Герои Тургенева, Достоевского, Толстого совершают.

Проблема поколений в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети» (Отцы и дети Тургенев И. С.) Приступая к работе над романом «Отцы и дети», Тургенев ставил перед собой задачу проститься со старой, уходящей эпохой и встретить.

Война глазами детей Война — страшное и пугающее слово. Это тяжелейшее испытание для всего народа. Самыми беззащитными и ранимыми оказываются в это время.

Партизанская война в романе Л. Н. Толстого «Война и мир» Война 1812 года изображена Толстым как великая, народная, героическая эпопея: «Я старался писать историю народа»; «В «Войне и мире» я.

Отечественная война 1812 года в судьбах главных героев романа Л. Н. Толстого «Война и мир» Повествование о войне 1812 года Л. Н. Толстой начинает с суровых и торжественных слов: «12 июня силы Западной Европы перешли.

Отечественная война 1812 года как война народная Роман Л. Н. Толстого «Война и мир» отличается необычайным богатством идейного содержания. Толстой глубоко раскрывает широчайшие темы, среди которых самой.

Партизанская война в романе Л. Н. Толстого «Война и мир» (образ Пети Ростова) Раскрыть характер целого народа — такова художественная задача романа-эпопеи «Война и мир». Этот характер с одинаковой силой проявляется в мирной.

Война 1812 года в духовном становлении героев романа Л. Толстого «Война и мир» В итоге развития романа на протяжении двух томов, до той половины, которая посвящена событиям 1812 года, главные герои остаются обманутыми.

Война 1812 года в изображении Л. Н. Толстого (по роману «Война и мир») Толстой сначала задумал назвать свой роман «Декабристы», и действие романа должно было начаться с 1856 года — с возвращения декабриста.

Война в изображении Льва Толстого в романе «Война и мир» Война не любезность, а самое гадкое дело в жизни… Л. Н. Толстой Чтобы разобраться в многообразии героев и в сложных.

Исторические и эстетические вопросы в романе графа Толстого «Война и мир» (Война и мир Толстой Л. Н.) …Теперь нам нужно только знать, что мы имеем перед собой громадную композицию, изображающую состояние умов и нравов в передовом сословии.

Война и мир глазами Пьера Безухова (по роману Л. Н. Толстого «Война и мир») Он выучился видеть великое, вечное и бесконечное во всем и потому… бросил трубу, в которую смотрел до сих пор через.

«Ненужная война» (по роману «Война и мир» ) …Там незачем было драться. Л. Толстой Жизнь и судьбы героев романа Льва Николаевича Толстого «Война и мир» теснейшим образом связаны.

Проблема самоопределения героев в романе «Отцы и дети» При выходе в свет роман «Отцы и дети» вызвал ожесточенную критику, причиной которой прежде всего были особенности изображения «детей», то.

Смысл названия романа «Отцы и дети» Роман «Отцы и дети» — одно из лучших произведений прекрасного русского писателя И. С. Тургенева. Написанное во второй половине девятнадцатого.

Дети художника — его ученики (опыт статьи) Имя народного художника, основателя Всероссийской академии живописи, ваяния и зодчества в Москве Ильи Сергеевича Глазунова известно всему миру. Воспитанники его.

Базаров — представитель разночинной интеллигенции (по роману «Отцы и дети») Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети» отразил общественную атмосферу, сложившуюся накануне крестьянской реформы 1861 года, когда в России появилась.

Смысл заглавия романа «Отцы и дети» Роман «Отцы и дети» — одно из лучших произведений прекрасного русского писателя И. О. Тургенева. Написанное во второй половине девятнадцатого.

Анализ сцены дуэли в произведении Тургенева «Отцы и дети» (XXIV гл.) В человеке существует много различных энергий. И у каждой из них есть своя точка кипения, то есть такая точка, характеризующая.

Антитеза в романе И. А. Тургенева «Отцы и дети» Свой замечательный роман «Отцы и дети» Тургенев написал в 1861 году. Но это произведение не теряет актуальности и по сей.

Характеристика героя Павел Петрович (Отцы и дети Тургенев И. С.) Кирсанов Павел Петрович — дядя Аркадия Кирсанова, аристократ, придерживается либеральных взглядов. Ему 45 лет, «весь облик…,изящный и породистый, сохранил юношескую.

«Барчуки проклятые» в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети» «Где, укажите нам, отечества отцы, Которых мы должны принять за образцы?» А. С. Грибоедов С середины XIX века начинается эпоха.

Тема дворянской усадьбы в романе И. Тургенева «Отцы и дети» До революции большинство писателей и поэтов были представителями дворянства, так как дворянство являлось средоточием культурной и духовной жизни России. И.

Можно ли Базарова назвать «лишним» человеком? (по роману И. С. Тургенева «Отцы и дети») Выражение «лишние люди» впервые употребил именно Тургенев. Фигуры «лишнего человека» и «героя времени» в русской литературе более или менее тождественны.

Рецензия на роман А. Н. Рыбакова «Дети Арбата» Во многих откликах на «Детей Арбата» один и тот же мотив: как же вовремя вышла эта книга! Считается, что книги.

Тема сталинизма в литературе (по романам Рыбакова «Дети Арбата» и Замятина «Мы») В современной отечественной литературе отчетливо проявляется связь с традициями литературы предшествующих десятилетий. В поле зрения писателей оказываются такие проблемы, как.

Характеристика героя Вася (Дети подземелья Короленко В. Г.) Рассказчик — Вася, поэтому прямого описания Васи нет в повести. Вася был смелый мальчик, честный, добрый, он умел держать слово.

Михальская Н.П., Аникин Г.В.: История английской литературы
Джон Бойнтон Пристли (John Boynton Priestley, 1894-1984)

Джон Бойнтон Пристли (John Boynton Priestley, 1894-1984)

В первые годы после второй мировой войны наиболее популярным писателем в Англии был Джон Бойнтон Пристли. Широкую известность Пристли получил в годы войны, когда в частых выступлениях по радио рассказывал о борьбе английского народа против гитлеровской Германии, призывал англичан к мужеству и готовности бороться против реакционеров внутри страны. Пристли возлагал надежды на то, что после победы над фашизмом прогрессивные силы добьются перемен в социальном устройстве Англии. Радикальная позиция писателя нашла отражение в таких романах, как «Дневной свет в субботу» (Daylight on Saturday, 1943), «Трое в новых костюмах» (Three Man in New Suits, 1945). Эти произведения носят антифашистский характер. В романе «Трое в новых костюмах» писатель рассказывает о том, как вернувшиеся с фронта герои не хотят жить по-старому. Общественный подъем в годы войны, рост демократических настроений пробудили в участниках войны против фашизма надежды на то, что в послевоенной Англии, наконец, наступят изменения радикального и прогрессивного характера.

В те годы Пристли высоко оценивал роль Советского Союза в победе над фашизмом. В книге «Поездка в Россию» (Russian Journey, 1946) он писал о Сталинграде: «А в этом русском городе, в 1200 милях от Берлина, был, можно сказать, подписан смертный приговор фашизму». Русские люди, несмотря на невероятные трудности, «совершили грандиозные подвиги; они вели войну, подобной которой не знало до сих пор человечество, и их упорство и самоотверженность поставили их в один ряд с величайшими героями мира».

Творческий путь Пристли начался в 20-е годы. Тогда писатель опубликовал несколько литературно-критических работ. Среди них выделяются книги: «Комические характеры в английской литературе» (The English Comic Characters, 1925), «Английский юмор» (English Humour, 1929), – в которых очень тонко характеризуется юмор как национальная особенность английской литературы. Среди всех писателей-юмористов Пристли выделяет Диккенса. Пристли считает, что юмор Диккенса – в комизме характеров; что он проявляется в двух видах: как сатирический и как добродушный.

«Добрые товарищи» (The Good Companions, 1929), в котором с тонким юмором обрисованы характеры провинциальных актеров. Персонажи Пристли – простые люди, которые строят свои отношения на чувстве товарищества. Дружба помогает им противостоять тяготам жизни.

Атмосфера веселья, характерная для романа «Добрые товарищи», сменяется грустным юмором романа «Улица Ангела» (Angel Pavement, 1930), в котором наиболее полно проявилось своеобразие критического реализма Пристли. Писатель изображает будничную драму в жизни рядовых людей. На лондонской улице Ангела царит убожество. Никаких ангелов здесь нет; самые обыкновенные люди приходят сюда на службу в контору по продаже отделочной фанеры. У бухгалтера Смита, машинистки Мэтфилд, клерка Тарджиса серая, скучная жизнь. Этим людям хочется счастья, а на их долю выпало тусклое существование. И даже этот жалкий удел непрочен. Фирма терпит крах, в котором повинен аферист и хищник Голспи. Служащие конторы оказываются безработными. Пристли-реалист показал в «Улице Ангела», что буржуазное общество несовместимо с человеческим счастьем.

Пристли написал несколько работ по вопросам театра и теории драмы, в которых он отстаивал реалистические принципы в драматургии и театральном искусстве (Theatre Outlook и др.).

Как драматург, Пристли еще в 30-е годы занял видное место в английской литературе. Им написано свыше сорока пьес. Наиболее значительные из них – «Опасный поворот» (Dangerous Corner, 1932), «Время и семья Конвей» (Time and the Conways, 1937), «Инспектор пришел» (An Inspector Calls, 1946). В пьесах Пристли ощутимо влияние чеховской драматургии. В соответствии с чеховской традицией Пристли стремится передать драматизм повседневности, достичь свободного развития событий, показать жизнь со всеми ее полутонами, раскрыть характеры не только центральных, но и второстепенных действующих лиц. На основе традиций чеховской драмы Пристли вырабатывает и свои оригинальные приемы, которые связаны прежде всего с особым вниманием к категории времени. Во втором акте драмы «Время и семья Конвей» Пристли переносит действие в будущее, стараясь представить, какими могли бы стать его герои, а в третьем акте снова возвращает их ко времени первого акта.

В начале 50-х годов, в условиях «холодной войны», Пристли отступил от своих радикальных демократических взглядов. Новая позиция либеральной терпимости обернулась консерватизмом. Пристли выступил с антисоветскими высказываниями в американском журнале «Кольерс». В это время он публикует романы, не отличающиеся глубиной содержания и мастерством формы, – « Фестиваль в Фарбридже» (Festival at Farbridge, 1951), «Волшебники» (The Magicians, 1954). Однако со второй половины 50-х годов писатель возвращается на позиции демократизма и критического реализма. Совместно с Джакеттой Хокс он опубликовал книгу «Путешествие вниз по радуге» (Journey Down a Rainbow, 1955), в которой высказано критическое отношение к американскому капитализму и милитаристской политике. В романе «Сэр Майкл и сэр Джордж» (Sir Michael and Sir George, 1964) Пристли высмеивает бюрократические порядки в современной Англии.

«Человек и время» (Man and Time, 1964), в котором в разных аспектах рассматривает категорию времени. Интересны его высказывания о художественном времени, то есть об использовании субъективного восприятия времени человеком в качестве одного из художественных средств. Пристли утверждает, что в романе важна не столько временная длительность, сколько формы художественного времени. Он различает три способа передачи ритма времени. Первый способ – в изображении ровного течения времени, соответствующего размеренному повествованию (проза Теккерея, Л. Толстого).

Второй способ наблюдается в драматических романах Диккенса и Достоевского: время то течет стремительно, то медленно, соответствуя ритму чередования остродраматических сцен. Третий способ состоит в замедленном временном ритме, когда время, необходимое для чтения описанного, более длительно, чем время самого реального действия (Стерн).

В романе «Потерянные империи» (Lost Empires, 1965) Пристли экспериментирует с художественным временем, стремясь совместить реальный план и иносказательный смысл нарисованной им картины общественной жизни. В романе освещается тема кризисного состояния современной Англии. Каждый конкретный образ носит символический характер. Название романа имеет в виду вполне конкретное явление – театры варьете, обычно называвшиеся Empire, очень распространенные в Англии до первой мировой войны и утратившие свое значение после войны в связи с укрепившейся популярностью кино. «Потерянные империи» – это потерявшие свою популярность театры варьете, но в то же время в иносказательном плане это потерянная Британская империя. Начало утраты популярности театров варьете соотнесено с кризисом Британской империи. На смену театру варьете пришло американское кино; престиж Англии ущемляется усилившимся влиянием США.

не только театр варьете, но и английское общество накануне войны. Дядя Ник говорит герою романа Ричарду Гернкаслу: «Мы все катимся в болото». Лейтмотив романа – предсказание старого индуса: «Огонь, ярость и кровавое убийство кругом». Эти слова предвещают первую мировую войну. Но иносказательный смысл романа относится не только к первым десятилетиям века, он связан и с современностью. Действие в прологе и в эпилоге происходит в наши дни. Прошлое дано как содержание одной рукописи, с которой знакомятся в настоящем. Таким образом, композиция романа расширяет смысл аллегории: имеется в виду не только Англия периода первой мировой войны, но и последующего времени, когда кризис британского империализма привел к распаду империи. Реалистическая аллегория Пристли заключает в себе конкретно-историческое содержание.

В романе «Эта старая страна» (It’s an Old Country, 1967) нравы и быт современной Англии показаны глазами главного героя, приехавшего из Австралии. Том Адамсон, преподаватель Сиднейского университета, едет в Англию, чтобы разыскать своего отца Чарлза Адамсона, которого он не видел тридцать три года. Действия, предпринятые для этого Томом Адамсоном, составляют сюжетную линию романа. Повествование строится в форме обозрения различных характеров. В основном это алчные бизнесмены или ловкие мошенники. В сатирическом свете изображены парламентские деятели Дадли и Ноукс. Они все время спорят, так как представляют в парламенте разные партии. Но по существу между ними нет никакой разницы, и автор называет их «парламентскими двойниками». «Н хотя сэр Дадли выделял в своей речи гласные звуки и едва произносил согласные, а Ноукс, наоборот, напирал на согласные и приглушал гласные, – все, что они говорили, было почти одно и то же. Однако оба они все время настаивали на огромных, непримиримых противоречиях между собой».

«мрачного и холодного ада, в котором нет ни тепла, ни света, ни настоящих ценностей ума и сердца». По словам Тома, «Англия пытается двигаться вперед и одновременно стоять на месте, а это, разумеется, весьма трудно».

дальше этого не идут. В целом роман не отличается глубиной конфликта и убедительной мотивированностью поведения героев. Лишь некоторые элементы сатиры сближают это произведение с предшествующим социально-критическим творчеством писателя.

Джон Бойнтон Пристли — рецензии на книги

Сортировка

15 сентября 2016 г. 21:57

5 Никогда не знаешь, что ждет тебя за углом!

Сегодня ты обыкновенный офисный работник, винтик в огромном механизме. Сидишь перед компьютером, перебираешь бумаги и усердно создаешь видимость кропотливой работы. А завтра ты – профессиональный сортировщик кофейных зерен, разбирающийся во вкусовых оттенках и ароматах любимого напитка. Сегодня ты насыпаешь обеды в столовой неблагодарным школьникам, а завтра ты гондольер в Венеции, колесишь по такому прекрасному городу. Сегодня ты листовки на улице раздаешь, а завтра поднимаешь пингвинов. (Разве может быть работа лучше?) Все может быть, ниточки судьбы коварны и запутаны. Я вот, например, когда брала эту книгу в руки и смотрела на ее унылую и безвкусную обложку ничего не ожидала, а получила одну из любимейших книг. Ей-богу, никогда не знаешь, что ждет тебя за углом!

Несколько человек из…

9 марта 2020 г. 16:27

Простая поначалу (только с виду) повесть. Никаких резких и неожиданных поворотов сюжета, только встреча с привидениями, но это добрые привидения, да и особо ты с ними не контактируешь, а так, словно наблюдаешь со стороны, как в кинотеатре или театре. Конечно, театре. Все произведение о театре, оно пропитано любовью к нему.

Место действия, главные герои, завязка книги – все посвящено таинству Театра. Ведь это место, в котором на час-два-три вдруг возникает новая модель и линия жизни, из ничего рождается новая симфония, буквально на твоих глазах. Фильм можно посмотреть и два раза, и десять раз, и все равно это будет один и тот же фильм. А спектакль всегда уникален. Ты можешь прийти на спектакль 10 раз, и всегда это будет как будто новая постановка. И потому Театр не терпит лицемерия,…

4 октября 2019 г. 20:38

5 Всё хорошо, прекрасная маркиза.

Очень хорошая пьеса о несовпадении внутреннего мира человека и реального мира, и о том, какой разрушительной силой может обладать такая, казалась бы, абсолютная вещь, как правда. Совсем недавно я сталкивался с очень неплохим произведением, где поднимался вопрос неоднозначности правды и лжи, это был роман Дафны дю Морье “Ребекка”. Да и в целом, вся английская литература стыка прошлых веков (XIX-XX) переполнена этой темой, её можно найти и у Уайльда, и у Шоу, и многих других, даже у Агаты Кристи. Что тому причиной, может быть, наследие викторианства, чьим постулатом было – сохранение внешней благопристойности при каких-угодно трагических внутренних отношениях в семье.

Но в произведении Пристли акцент несколько смещен, здесь уже речь идет не о скрытии правды, а наоборот – об её обнаружении,…

5 сентября 2019 г. 14:43

4 За стеклянной стеной

Очень английская повесть, составленная как бы из осколков эстетизма, модернизма и чопорного викторианства, чувствуется в ней незримое присутствие Уайльда, Моэма, Шоу. Все они не чурались мистики, хоть и в разной степени, все они писали о театре, об английском театре.

Английский театр – особое уникальное явление в мире искусства, тому есть причина – его освящение на века гением самого великого драматурга из всех, когда-либо живших на Земле, – Вильяма Шекспира. Присутствует опосредованно он и в повести Пристли через свои пьесы, которые неоднократно упоминает и цитирует автор.

Я читал “Дженни Вильерс” в конце 80-х в сборнике Библиотеки современной фантастики и, признаюсь честно, почти ничего тогда не понял. И ссылки на шекспировские пьесы мне ни о чем не говорили, просто я их тогда еще не…

3 октября 2019 г. 15:10

5 “Пять пудов любви” (с)

В этой пьесе очень чувствуется огромное влияние, оказанное на Пристли нашим Чеховым-драматургом. Ведь Чехов в Англии (подобно Шекспиру в России) воспринимается как близкий, понятный и “свой” писатель. И уже даже не удивляет, что на сегодняшний день самая обстоятельная и документированная биография Чехова, построенная на подробнейшем исследовании всех чеховских архивов в России, была написана именно английским автором Дональдом Рейфилдом. Очевидно, Пристли был хорошо знаком с пьесами Антона Павловича. Поэтому я в заголовок отзыва и вынесла слова Чехова о его же «Чайке», которые мне показались подходящими и к «Опасному повороту».

В пьесе – “пять пудов любви”, но, к сожалению, безответной. “Мы выбираем, нас выбирают. Как это часто не совпадает…”. Добиться взаимности не удалось никому из…

11 октября 2019 г. 19:40

5 Скучная история, или Время перемен

«Подумать только, как распоряжаются нами Судьба, Время и Случай… как они тасуют и вновь раскладывают карты. Если б мы только могли сделать шаг назад и получше рассмотреть меняющиеся комбинации!».

На мой взгляд, это роман о преодолении жизненного кризиса, о поиске и раскрытии человеком заложенного в нём потенциала, о долгой дороге к себе и восстановлении целостности личности, зашедшей в тупик и потерявшей часть души. Эпиграфом к роману стали слова Шекспира: «При блеске дня ехидна выползает…».

50-летний успешный сценарист мирового уровня Грегори Доусон, находясь в зените своей славы (иначе говоря – «при блеске дня»), вдруг начал ощущать неудовлетворённость жизнью, скуку, пустоту и апатию (видимо, ехидна, упомянутая в эпиграфе, выползла?). В попытках найти выход из сложившейся ситуации (из…

21 января 2013 г. 15:28

Я крайне удивлена и огорчена. Вот почему у такой замечательной книги на ЛЛ так немного читателей!? Это нужно исправлять в срочном порядке!:) Любители английской прозы, истинные ценители и искушенные читатели, те, кто просто хочет окунуться в омут английской прозы отличного качества, не проходите мимо этой книги. А я, между прочим, занесла автора в любимые! Ведь это самый что ни на есть английский роман. Тонкий, психологичный, стильный. Образы героев прописаны настолько ярко, живо, объемно, что складывается ощущение, что они сидят рядом с тобой и до них так легко дотянуться. Непередаваемое наслаждение от языка, фраз, юмора. Я зачитывалась. Эту книгу оценят те кому важно не только О ЧЕМ, но и КАК написано произведение! Бесподобно! Это просто бешеный восторг и влюбленность с первых…

22 ноября 2012 г. 13:12

Англоманы и англоманки! Я вижу вас как наяву. Вы уныло и безрадостно сидите по домам, протирая свои портки. А это аморально, – скажу я вам. – Это кощунственно! Срочно! И безо всяких промедлений, бегите в магазины и скупайте весь тираж “Добрых друзей”, традиционно теряя штаны. Это беспрецедентный коктейль из умопомрачительных английских пейзажей, безумно интересных, живых героев, тонкого английского юмора и театра. А как купите, немедля читайте – и позвольте себе отправится вслед за музыкой.

И в этот самый миг, пока мелодия мягко струится сквозь волшебный занавес, ее озорной ритм срабатывает подобно дрожжам в темных глубинах зала; она в самом деле прелестна, эта рапсодия о любви и праздности, вести из другого, более светлого мира, чем этот, где мы вынуждены считать каждый грош и с умом…

14 февраля 2012 г. 10:57

Флэшмоб 2012 (5/24) История эта о нескольких людях, которых объединяло только одно – служба в канторе «Твигг и Дэрсингем». Рабочий день у них начинался в 9 утра. Обычно к этому времени миссис Кросс, уборщица, которая размазывала здесь пыль вот уже лет семь, успевала доделать свое «грязное» дело. В это утро она нашла записку возмутительного содержания «Миссис Кросс, нельзя ли сегодня, в виде исключения, убрать комнату как следует? Заранее спасибо» День с самого начала обещал стать неординарным. Мальчик -рассыльный Стэнли иногда успевал перекинуться с миссис Кросс парой слов. Он грезил о работе сыщика и всегда успевал проследить за кем-нибудь, пока бегал по поручениям. Стэнли раскрыл ей имя автора записки. Это была мисс Мэтфилд, машинистка. Её не испугал бы гнев миссис Кросс. Проживая…

7 сентября 2019 г. 08:20

5 По дорогам матушки Англии.

Мне эта книга понравилась невероятно, понравилась до такой степени, что сразу же вошла в список самых любимых и обожаемых книг. Кажется, что просто слов не хватит чтобы описать все мои эмоции и восторги. История достойна самых лучших отзывов, настолько по-доброму, ярко, тепло, светло, смешно,по-английски она написана. История рассказывает нам о трёх основных героях, которые абсолютно не знакомы друг с другом, ведут настолько разный образ жизни, какой только можно себе представить. Живут они в разных концах старой доброй матушки Англии, но в силу различных обстоятельств, однажды, решают бросить все опостылевшее, закостеневшее и отправиться в путешествие по стране. Первый главный герой, и, одновременно, мой самый любимый персонаж-Ишшийя Оккройд, очень добрый и ответственный работяга, всю…

Душа ведьмы, чутье шаманки, и я – психотерапевт

24 декабря 2020 г. 19:19

4.5 “Вы начали что-то понимать. А теперь перестали. ”

Я очень люблю прибалтийские и русские экранизации советского времени иностранных произведений: “Смерть под парусом”, “Мираж”, “Фаворит”, “Ошибка Тони Вендиса”, “Чисто английское убийство”, “Опасный поворот” – все это было просмотрено благодаря советам близких, но в этом году наконец и мне удалось внести свою лепту в сокровищницу – фильм “Инспектор Гулл”, основой для которого является пьеса Пристли “Инспектор пришел”.

При всей моей нелюбви с самого детства к Ивару Калныньшу и весьма испортившемуся, благодаря постоянным заявлениям о романах буквально со всеми известными актерами на съемочных площадках, отношению к Елене Прокловой этот фильм буквально ворвался в “хит-парад” шикарных экранизаций. И естественно эта любовь спровоцировала интерес к первоисточнику, хотя пьесы я тоже очень не…

Подумаешь, я еще и вышивать могу.

19 августа 2020 г. 01:36

5 Бактерия свободолюбия

Мне довольно редко нравятся милота в книгах. Потому что на этой опасной тропе любому писателю все-таки трудно соблюсти разумный баланс и удержаться от сладуванского дурновкусия. И сама по себе, я – очень вредный и придирчивый читатель, не любящий повышенное содержание сахара на страницах. А здесь пристли сделал мне прямо очень хорошо. Семьсот с лишним страниц корпичика были проглочены буквально влет.

Начинается история немного театрально, то есть неестественно и напыщенно, и дальше временами эта интонация таки проглядывает. Но тут главное начать и дальше пойдет по накатанной. И в общем-то сразу становится понятно, что англия, конечно же, давным-давно такая вся цивилизованная и местами чопорная страна, но дух бесшабашности и вольности еще не сгиб в представителях всех сословий. Так…

5 декабря 2019 г. 20:24

4.5 В пути ты обретаешь перемены. Путешествие важнее места назначения.

Что за чудесное чтиво попалось мне в этот последний предновогодний месяц! ..А на какой-то не очень далёкой от начала странице я страшно удивилась, почему никто не додумался сделать экранизацию этой конфетки. Ведь могла бы получиться отличная комедия on-the-road. Я даже актёров могла бы порекомендовать! Вот как у вас происходит создание в голове образов персонажей? Лично у меня частенько образы отождествляются с какими-нибудь актёрами или актрисами ( каст “Игры престолов” у меня только разве что Людмила Улицкая избежала). Причём, принцип работы ассоциативного ряда в моем воспаленном мозгу мне в данном случае не очень понятен. Например, в книге может быть написано: “Он был кругловатым, рано начавшим лысеть блондином предпенсионного возраста. “. А у меня. Хопа. и такой Антонио…

Субъективная попытка объективности

19 мая 2019 г. 18:54

Из дома выйдя в непогоду, взбодрите дух, пришпорьте плоть. Не бойтесь тасовать колоду, пытайтесь жизнь перебороть!

Роман на тему: как никогда не поздно жизнь переменить. Если крокодил не ловится, не растет кокос, человек рядом нудит и не предвидится перемен к лучшему, нужно попытаться сойти с наезженной колеи, сжечь мосты и отправиться в путь. И пусть сначала сядешь не в ту машину, зато потом обязательно повезет и твой чемоданчик, прихваченный из дома сослужит еще не одну добрую службу людям и поможет тебе и другим обрести пресловутое счастье.

Совершенно разные люди, волею случая или самим провидением, нашедшие друг друга, организовывают гастролирующую по стране труппу в надежде поправить свои дела, а может быть, и чем черт не шутит. У каждого из них в прошлой жизни остались…

11 мая 2019 г. 10:31

4.5 А ты сколько фунтов в неделю?

Пристли – четкий портретист. Первые несколько частей романа вообще как некий кинематографический прием построены. Крупный план – отдаление – чуть-чуть по городу – приближение – крупный план – отдаление – чуть-чуть по городу. Мне казалось, я запутаюсь во всех этих людях, причем таких себе людях, не миллиадерах, не миллионерах, не киноактрисах, мелких, незначительных людях, которые везде и всюду ходят по улицам, ездят на автобусах и трамваях, зарабатывают как-то небольшие деньги, служа в конторах по продаже фанеры, например.

Вот и здесь в центре сюжета люди, служащие в фирме по продаже фанеры, ДСП и наборки. Фирма эта находится на улице Ангела, ничем непримечательной лондонской улице 20х годов. Чем меня собственно книга и прельстила, обожаю, обожаю 20е годы, не знаю толком за что, за…

9 июня 2015 г. 05:48

Классическая английская “классическая английская” литература. В моём дилетантском понимании этого словосочетания. Вообще начинать роман было не так просто, как думалось — было ощущение какого-то сопротивления невыясненного происхождения — не то читатель не был точно подстроен под книжные установки, не то у романа настройка гетеродина сбилась. И потому начиналось читать интересно-скучно. Интересно в том смысле, что с формой, с литературой всё было в порядке, да и событийный ряд тоже был внятен и не требовал особой работы ума, но никакого особого интереса все описываемые события не вызывали. Пока (слава богу, довольно быстро) дело не дошло до посещения одним из героев романа консерватории — тут всё литературное мастерство Пристли буквально выстрелило в мою меломанскую часть души и…

2 июня 2014 г. 13:12

Когда мне было лет 15, я искренне думала, что правда спасет мир. Почему правда, а не красота? Наверное, когда ты сама 15-летний гадкий утенок, то тут уповать надо только на прекрасный внутренний мир, справедливость и, конечно, правду.

Если быть до конца честной, я не сильно изменила свое мнение за все это время. Я по-прежнему не умею врать и чувствую не в своей тарелке, когда врет кто-то еще. Но знаете, таким людям, как я, нужно в качестве лекарства выписывать вот такие вот истории. И когда на кону стоит не просто дело принципа или вселенская справедливость, а человеческая жизнь, поневоле начинаешь задумываться: а стоит ли будить спящую собаку?

4 октября 2019 г. 09:16

5 Мне кажется, говорить правду все равно что делать поворот на скорости шестьдесят миль в час

Ох, ну и пьеса! Такой накал страстей! А сложная многоугольная фигура любовных отношений героев даст форы всем современным произведениям с их любовными (всего лишь) треугольниками. За один вечер компания родственников и друзей откроет столько шкафов со скелетами, что остается только диву даваться и завидовать фантазии автора. При этом по Фреде особенно чувствуется как ей хочется просветить своего мужа, все эти подачи реплик, намекающие на его зашоренность. Вся пьеса посвящена правде, чистой правде и ничему кроме правды)) Шутка. Хотя слово это прозвучит на протяжении трех действий множество раз. Кроме создания увлекательного детективного сюжета и захватывающих дух диалогов с откровениями автор совершил финальный “финт ушами”, который замечательно завершает историю.

Книга прочитана в группе “Читаем классику вместе”

Название книги

Пристли Джон Бойнтон

Эссе, собранные в книге, вошли в 1-й («У меня было время») и во 2-й (все остальные) том «Избранных произведений в двух томах» Дж. Б. Пристли.

У меня было время

© Перевод В. Ашкенази, 1988 г.

(Из книги «Воспоминания и размышления писателя», 1962)

Я выбрал это название по двум причинам. Первая: в течение последних тридцати лет сотни людей говорили мне, что они могли бы написать хороший роман, пьесу, книгу очерков, будь у них время. Ну что ж, у меня было время.

Вторая причина глубже. Нам часто кажется, что мы находимся вне нашего времени и лишь удивленно поглядываем на него со стороны, но это все, чем мы более или менее реально располагаем. Кем бы мы себя ни считали — бессмертными душами, лишь ненадолго отправленными сюда в изгнание, или говорящими млекопитающими, превзошедшими обезьян по умственному развитию и уже почти готовыми перенести земной беспорядок и отчаяние на какую-нибудь другую планету, — наше время — это все, что у нас есть на Земле. Для каждого из нас через сколько-то дней, часов и минут навсегда померкнет солнечный свет и исчезнут шансы на успех. Если ввести необходимые данные в компьютер, он в одно мгновение ответит, когда именно это произойдет. (Похоже на то, что наши правнуки будут чем-то вроде придатков к компьютерам; уже сегодня многие ИТР предпочитают компьютер человеку.) Нередко мы что-то откладываем, думая: «Это я еще успею», что-то не доводим до конца, но представляем мы собой только то, что мы сделали со своим временем. Мы неотделимы от него.

Маленький и уязвимый, затерянный в безграничных просторах вселенной (то ли еще расширяющейся, то ли уже достигшей предела), человек все же надеется и мечтает. Но его смелое и вызывающее чувство иронии прекраснее этих надежд и мечтаний. И если нет богов и некому наслаждаться им вместе с нами, тем хуже для остального мира. Ибо здесь, на Земле, из аминокислот научились выделять спирт — иронический спирт. И пусть шестидесятипятилетнему английскому писателю не ставят в вину пристрастие к этому особому виду алкоголя (я бы назвал его интеллектуальным виски). Я говорю — английскому писателю, а не шотландскому, валлийскому, ирландскому, потому что в Англии на писателя смотрят с подозрением. Для одних это человек, который вечно норовит куда-нибудь улизнуть и может работать только из-под палки; для других — сомнительный тип, на три четверти шарлатан, на четверть черный маг. Я дал ему шестьдесят пять лет, потому что сам нахожусь в таком возрасте — уже не молодое дарование, но еще не восьмидесятилетний Великий Старец, а просто пожилой надоедливый человек, который слишком долго бродит по свету. Так что я, пожалуй, закажу еще рюмочку иронического — перед дорогой не помешает.

Сравнительно недавно я выпустил в свет большую книгу — «Литература и человек Запада», которая далась мне с невероятным трудом. Пресса встретила ее хорошо, не могу пожаловаться. Но лет сорок назад, когда я учился в Кембридже, я опубликовал с помощью местных книготорговцев Боуза и Боуза маленькую книжку под названием «Веселая смесь». Она была встречена еще лучше — если не за свои достоинства, то за краткость. О ней писали ведущие критики во главе с Эдмундом Госсом. Она получила такую прессу, о которой начинающий автор может только мечтать. С первого выстрела — прямо в яблочко! Как человек, выигравший на игральном автомате, я приготовился загребать деньги обеими руками. Я ждал славы, хотя бы намека на славу, — взрыва читательского интереса, быстрых переизданий, — но ничего этого не было. (Прошло несколько лет, прежде чем разошелся первый небольшой тираж.) Моя карьера началась с самого настоящего провала.

Может быть, это объясняет, почему я с тех пор ко всему отношусь подозрительно, никогда не благодарю с улыбкой свою счастливую судьбу и делаюсь мрачным и нелюбезным, едва кто-нибудь произносит: «Ваш необыкновенный успех». Я всегда ненавидел это громкое театральное слово, встречающееся в каждой телеграмме с поздравлениями по случаю премьеры. Журналисты обычно спрашивают об успехе так, словно это что-то совершенно конкретное и осязаемое — например, кусок молочного шоколада, огромный, как грузовик. В наше время писатель может думать об успехе или неудаче какого-то своего произведения, но никогда, если он не законченный обыватель, он не думает о своей жизни и творчестве с точки зрения успеха.

Итак, после выхода «Веселой смеси» я еще был в Кембридже. Как бывший военнослужащий я получал стипендию, но ее не хватало, и мне приходилось подрабатывать — писать, давать уроки и читать лекции, за которые платили одну-две гинеи. В конце второго года, незадолго до получения степени, я женился и стал главой семьи со всеми вытекающими отсюда обязанностями. Мне уже было двадцать семь лет — столько времени пропало в армии.

Мне продолжали платить стипендию, и я остался на третий год, выбрав для исследования тему: как свести концы с концами. Но что дальше? У меня была возможность заняться преподавательской работой за границей, но все в таких маленьких и отдаленных странах, что их валюта никогда не фигурировала в курсовых бюллетенях «Таймса», и я не мог понять, сколько мне будут платить. Тогда я предложил свои услуги в качестве лектора на курсах повышения квалификации. Я прочел пробную лекцию директору курсов, дородному человеку, с трудом превозмогавшему зевоту, и шестерым мрачного вида рабочим и, к своему удивлению, — ибо лекция оставляла желать лучшего и директору я не понравился, — был принят. Вскоре мне сообщили, что с осени я могу начать свою лекторскую работу, и отвели огромный район в Северном Девоншире. Но еще до окончания летнего семестра я отбросил все мысли о постоянной службе — дома в Брэдфорде это было встречено крайне неодобрительно — и решил отправиться в Лондон и стать свободным художником. У меня была жена, скоро мог родиться ребенок, а весь наш капитал составлял ровно пятьдесят фунтов.

Сегодня на рекламных плакатах я часто вижу очень молодых людей — моложе, чем был я в 1922 году, — которые недоверчиво смотрят на тех, кто предлагает им работу, и спрашивают: «А гарантирует ли эта работа хорошую пенсию?» Должен сказать, что я не принимаю всерьез этих молодых людей, которые заботятся о пенсиях и пышных похоронах, еще не начав работать. Подозреваю, что они существуют только в мире рекламной мифологии, где целые семьи сияют от радости, узнав о появлении нового кекса в порошке или слабительного. (Политики теперь наполовину живут в этом мире и только наполовину — в нашем.) Я глубоко убежден, что любой, даже самый безумный проект — пусть его осуществление связано с лишениями и опасностями, а шансы на успех более чем сомнительны, — мгновенно соберет толпы молодых людей, желающих попытать счастья, и прежде всего молодых людей, приходящих в себя после нашей системы высшего образования. Итак, не подумайте, что я становлюсь в знакомую хвастливую позу человека, всем обязанного только самому себе, когда вспоминаю, как я, безработный, поехал в Лондон. Я просто констатирую факт.

В начале двадцатых годов молодому писателю жилось легче, чем теперь. Однако тут необходимо кое-что уточнить. Действительно, теперь можно заработать больше денег — в кино, на телевидении, на радио, — но при этом молодой писатель рискует попасть в западню. А тому, кто попал в нее, кто уже начал тратить больше, чем позволяет налоговый инспектор, становится все труднее взяться за ту работу, которой он прежде собирался посвятить себя. (Этим, вероятно, и объясняется то, что в послевоенной Англии крупномасштабные литературные произведения стали редкостью. В Америке дело обстоит лучше — там существуют различные субсидии, премии, стипендии.) Мое поколение — то, что от него осталось, — было счастливее: мы могли зарабатывать на жизнь рецензиями, критическими статьями, очерками, рассказами — всему этому тогда отводилось в десять раз больше места, чем сегодня. Нам не угрожало превращение в борзописцев, литературных ремесленников, которого мы так страшились. Да и оплачивался труд писателя и журналиста в то время гораздо выше, если учесть тогдашнюю и нынешнюю покупательную способность фунта. (Я мог бы для наглядности привести цифры, но они только отпугнули бы тех читателей, по мнению которых писатели должны быть вне экономики, питаться нектаром и пить птичье молоко.) Конечно, работать мне приходилось за двоих, я сутками не вставал из-за письменного стола, зато я не только решил проблему хлеба насущного, но даже сумел выдержать хотя бы в материальном отношении долгую и неизлечимую болезнь моей жены.

В Лондоне мне больше всех помог Дж. Скуайр, в то время заметная фигура в литературном мире. Нас познакомил еще в Кембридже мой друг поэт Эдвард Дэвисон. Помню, что знакомство наше началось со спора — короткого, но ожесточенного. Может быть, этот спор произвел на него впечатление; впрочем, едва ли; может быть, Скуйар увидел во мне потенциального критика и эссеиста, сурового, как Сэмюэл Джонсон, но главной причиной, заставившей его предложить мне сотрудничество в своем «Лондон Меркьюри», упоминать обо мне в разговорах с литературными редакторами и издателями и ввести меня в свой дом, где я, наверное, выглядел очень растерянным, хотя особой растерянности не чувствовал, — было, скорее всего, желание помочь демобилизованному пехотинцу.

Скуайр направил меня к Роберту Линду, литературному редактору газеты «Дейли ньюс», для которой я впоследствии написал множество рецензий. Линд, тонкий критик и эссеист, был совершенно лишен честолюбия; от случая к случаю он писал небольшие статьи и удовлетворялся этим, избегая тяжелого уединенного труда, которого требует любая книга. У Линда был чудесный характер, и в его обществе я более двадцати пяти лет «проводил время беззаботно, как, бывало, в золотом веке»; в конце концов ухо привыкало к его ирландскому бормотанию, и приятная беседа, приправленная виски, длилась часами. Из множества писателей, которых я знал, самыми восхитительными людьми и собеседниками были Роберт Линд и Уолтер Деламар. (В те первые годы моей лондонской жизни я часто ходил в дом Деламара на Анерли играть в шарады. Наверное, я пошел бы играть в шарады даже теперь, если бы меня пригласили; но никто не приглашает — нам некогда, мы все очень заняты устройством своих дел.) И это вовсе не преувеличение, как может показаться; когда речь идет о Линде и Деламаре, никакая похвала не будет чрезмерной. Писатели редко бывают интересными собеседниками. Обычно они молчаливы и погружены в себя. Если они не преуспевают, они озлоблены и желчны. Если к ним относятся серьезно, они относятся к себе еще серьезнее и делаются самодовольными и напыщенными, как государственные мужи. Писательство, бесспорно, должно быть причислено к вредным профессиям; оно изматывает и поглощает тебя всего без остатка. Часами сидишь один, как паук, и ткешь свою паутину. Творческий процесс может идти прекрасно, но переносить его результаты на бумагу — тяжкий труд. Художники и скульпторы, использующие разнообразные материалы и приспособления, работают веселее и лучше умеют отдыхать. Актеры, способные на два-три часа забыть о театре, куда приятнее в обществе, чем большинство писателей. Это распространяется и на музыкантов — за исключением дирижеров, считающих, что в музыке им принадлежит главенствующая роль, а Бетховену второстепенная. Пусть это послужит предостережением для тех читателей — такие еще есть, — которые мечтают познакомиться со своими любимыми писателями: их ждет разочарование.

Тот же Скуайр рекомендовал меня Джону Лейну, главе издательства «Бодли Хед», которому был нужен внутренний рецензент. (Тогда требовались рецензенты и мусорщики; теперь эти люди называются «литературными консультантами» и «техническим персоналом».) Раз в неделю я проводил утро на Виго-стрит, выбирая из самотека рукописи, заслуживающие внимания, и возвращая авторам тысячестраничную историю Иерусалима, написанную белыми стихами, или какие-нибудь воспоминания о жизни в Стокпорте. Остальное я делал дома, закончив свои собственные дневные труды. За это мне платили шесть фунтов в неделю — неплохой постоянный заработок для 1923 года, когда обед из семи блюд стоил в Сохо полкроны. Читал я быстро и нетерпеливо, но все же не помню, чтобы я хоть раз отверг рукопись, которая позднее, в руках других издателей, стала заметной книгой; в частности, я рекомендовал к печати первые романы Грэма Грина и Сесила Скотта Форстера. (Однако потом некоторые из этих начинающих авторов, в том числе Грин, предпочли дебютировать в другом месте.)

Когда я познакомился с Джоном Лейном, ему было, наверное, всего на год-два больше, чем мне сейчас. Он показался мне настоящей древностью: бородатый, маленький, сморщенный, подслеповатый (он видел так плохо, что уже не мог читать). Речью и манерой держаться он напоминал скорее отставного дипломата или богатого дилетанта, растратившего свое состояние, чем всесильного издателя. Этот человек, ставший символом девяностых годов, был сыном мелкого девонширского фермера; он приехал в Лондон и в течение восемнадцати лет работал клерком на железной дороге. Многие ли теперешние крупные издатели начали свою карьеру с должности железнодорожного клерка? Не обманываем ли мы себя, воображая, что наше общество сегодня более свободно и открыто и предоставляет больше возможностей, чем восемьдесят лет назад? Я имею в виду те сферы человеческой деятельности, в которых я разбираюсь, — не продажу земли, не рекламу, не коммерческое телевидение и не ограбление банков.

Я писал рецензии и критические статьи для журналов «Лондон Меркьюри», «Букмен», «Спектейтор», «Сатердей ревью», «Аутлук», газет «Дейли ньюс», «Дейли кроникл» и еще нескольких периодических изданий, в том числе для двух ежемесячных журналов, американского и шведского, названия которых я забыл. Если не считать большой статьи о Пикоке для «Таймс литерари сапплмент», я всегда держался подальше от редакций, публикующих рецензии и критические разборы анонимно. На мой взгляд, рецензиям без подписи нет никакого оправдания. (Кажется, мы еще и сегодня не знаем, кто — Локарт или Крокер — с такой тупой злобой писал в «Куортерли» о сборнике стихов Теннисона 1832 года.) Эта анонимность поощряет любителей грязной работы, которых Филип Гуэдалла называл «тихими убийцами». Случалось, я бывал несправедлив к романистам старшего поколения, таким, как Арнольд Беннет, но я никого не громил по заказу редактора и не охотился за книгами, которые так и просятся в фельетон. Когда я вел раздел книжных новинок и сам выбирал, о чем писать, я старательно обходил молчанием те книги, что мне особенно активно не нравились. Редакторы, отдающие предпочтение зубодробительным рецензиям, потому что они проще пишутся и лучше читаются, — эти редакторы работают не в той газете: им нужно покинуть «литературную» сторону Флит-стрит и перейти на другую сторону. А журналистам, чьи перья полны яда, не стоит изливать его на сравнительно безобидные романы, стихи, сборники эссе; пусть обратят свои взоры на общественную жизнь.

Одна ошибка, существовавшая в журналистике тридцать пять лет назад, не исправлена и до сих пор. Это смехотворно малое место, отводимое рецензиям на произведения художественной литературы. О какой-нибудь шаблонной биографии или скучнейших мемуарах нередко пишут гораздо больше, чем о новом, быть может, гениальном романе. Мы еще не избавились от распространенного в девятнадцатом веке взгляда на сочинение и чтение романов как на пустое и легкомысленное занятие, позволительное разве что для женщин, но ни в коем случае не достойное серьезных мужчин. По сей день мы слышим, как эти мужчины говорят: «Романы? Да я и в руки их не беру! Нет уж, я предпочитаю что-нибудь более основательное». При этом они обычно имеют в виду «Годы в сафари» и «Знаменитых любовниц французских королей».

В то время, как и сегодня, молодому английскому писателю было нелегко взяться за серьезную литературоведческую работу. Мне же, с двумя маленькими детьми на руках и ворохом счетов из больницы, растущим как снежный ком, не приходилось об этом и думать. Тем не менее я делал наброски для двух книг — «Английский юмор» и «Английские комические персонажи». Впоследствии Ральф Ричардсон и Чарльз Лаутон рассказывали мне, сколько времени они провели в обществе моих «Комических персонажей», и мне трудно было поверить, что эта книжка могла оказать профессиональную помощь таким превосходным актерам. В издательстве «Макмиллан» я получил заказ на две книги в серии «Английские литераторы». (Помню, как одну из них обсуждали в редакции при участии некоего Гарольда Макмиллана.) Книги были посвящены Пикоку и его зятю Джорджу Мередиту. Последний, прежде кумир интеллектуалов, тогда уже вышел из моды, и его либо вовсе не замечали, либо очень недооценивали. (С тех пор ничего не изменилось.)

Стоит вспомнить — хотя бы в назидание молодым писателям, — как я начал работу над книгой о Мередите. Я жил тогда за городом, в Чинноре, но много времени проводил в Лондоне, так как часто ездил в больницу Гая к жене. Однажды под вечер я вернулся домой в таком глубоком отчаянии, что не знал, куда себя девать. Я сходил с ума от горя. Будь я ближе к городу, я мог бы навестить друзей, пойти в пивную или в кино, побродить по улицам, — но я был в Чинноре. Наконец, просто чтобы убить время, я решил что-нибудь написать, все равно что, измарать несколько страниц, а потом, когда мне станет легче, разорвать написанное. На столе у меня лежал набросок плана книги о Мередите. Я выбрал одну из глав, не первую, и медленно, с усилием принялся над ней работать. Через час мне уже писалось легко и свободно. Эта глава — одна из лучших в книге. Я писал до самого утра, забыв о своем горе и подчиняясь только движению мысли и слова.

Замечу — сейчас я обращаюсь к тем из вас, кто решил посвятить себя писательству, — что предмет был далек от моей собственной жизни и я не мог облегчить свои страдания, запечатлев их на бумаге; лишь сосредоточенность, напряжение, сам процесс писания помогли мне избавиться от боли и в то же время сделать что-то стоящее.

Наверное, как я уже намекал, лучше не быть писателем, но если ты должен быть им — тогда пиши. Ты чувствуешь вялость, голова раскалывается, никто тебя не любит — пиши. Все напрасно, это знаменитое «вдохновение» никогда не придет — пиши. Если ты великий гений, ты изобретешь свои правила, но если нет — а есть основания опасаться, что это именно так, — тогда иди к столу, какое бы ни было у тебя настроение, прими холодный вызов бумаги и пиши. Рано или поздно муза оценит и вознаградит твою преданность. Но если то, что я говорю, кажется тебе вздором, никогда не пытайся зарабатывать пером на кусок хлеба. Найди себе другое поприще и берись за работу, предварительно убедившись, что она гарантирует хорошую пенсию.

Джон Бойнтон Пристли, рецензии на книги

Джон Бойнтон Пристли

Биографии писателя Джон Бойнтон Пристли пока нет. Если Вы хорошо знакомы с жизнью и творчеством этого автора, Вы можете помочь проекту, добавив его биографию .

Рекламный бизнес и чародейские интриги

«31 июня» Джон Бойнтон Пристли

Что общего между книгами «Понедельник начинается в субботу», «31 июня» и «Приключения принца Флоризеля»? А то, что фильмы снятые по этим книгам имеют мало общего с оригинальными произведениями. При этом сложно сказать, что лучше фильм или книга. Читать далее

  • 20
  • 21
Знак жены запрещает поворот налево

«Опасный поворот» Джон Бойнтон Пристли

Пьесы Джона Бойнтона Пристли до сих пор с успехом идут на лучших сценах мира и благополучно экранизируются. Его манера всегда подкупала, не могла не нравиться, ибо все было необыкновенно убедительно. Всегда по ходу действия происходило нечто, очень. Читать далее

  • 9
  • 2
Не будите спящую собаку!

Пристли один из самых любимых моих авторов – его пьесы и повести я могу читать и перечитывать в любое время. Фильмы снятые по его произведениям так же смотрю и пересматриваю. Рецензия как на пьесу, так и на телеспектакль 1972 года – люблю именно эту. Читать далее

  • 8
  • 1
Эта книга теперь – мой английский друг

«Добрые друзья» Джон Бойнтон Пристли

“Добрые друзья” Джона Бойнтона Пристли – удивительно лёгкая, согревающая душу книга. От неё идет спокойствие и хорошее настроение. Это не значит, что книга похожа на яркую бутафорскую театральную мишуру. Да, о разъезжающей труппе. Читать далее

  • 10
  • 8
Захотели правды – вот вам правда (с)

«Опасный поворот» Джон Бойнтон Пристли

Чем хороши для меня пьесы, так это тем, что их действие разворачивается стремительно, в каждой фразе есть подтекст и даже несколько, за короткое содержание любая тема пьесы открывается мне порой с иной стороны, о которой я и не подозревала, а если и. Читать далее

  • 5
  • 6
Затемнение в сердцах

«Затемнение в Гретли» Джон Бойнтон Пристли

Это книга, с которой началась моя любовь к великому Джону Бойтнону Пристли. Больше всего из этого сборника меня тронули именно детектив “Затемнение в Гретли” и “Дженни Вильерс”. Что ж, о “Затемнении”. Детектив затянул. Читать далее

  • 2
  • 2
«Маленький человек» на улицах большого Лондона

«Улица Ангела» Джон Бойнтон Пристли

Ни единый литературный шедевр не был создан под крышей дома на улице Ангела, пока английский романист Джон Боинтон Пристли не решил изменить ситуацию, создав одноименное произведение… В романе вышедшем в свет, в далеком 1931 году, описывается. Читать далее

  • 4
  • 2
Для тех, кто верит в чудеса.

«31 июня. Дженни Вильерс» Джон Бойнтон Пристли

Начнем с того, что это сказка. С модернистским уклоном, но все-таки сказка. Для того, что бы понять, о чем роман, стоит лишь вспомнить одноименный мюзикл или фильм “Зачарованная”. Как гласит таджикская национальная пословица. Читать далее

Пристли, Джон Бойнтон

Джон Бойнтон Пристли

прозаик, эссеист, драматург, режиссёр

«Фигуры в современной литературе» (1924)

James Tait Black Memorial Prize (1929)

Джон Бо́йнтон При́стли (англ. John Boynton Priestley , [dʒɒn ˈbɔɪntən ˈpristli] ; 13 сентября 1894, Брэдфорд — 14 августа 1984, Стратфорд-на-Эйвоне) — английский романист, эссеист, драматург и театральный режиссёр.

Содержание

Биография

Пристли родился 13 сентября 1894 года в Брэдфорде в семье провинциального учителя. После окончания обучения работал клерком, во время Первой мировой войны служил в армии. После войны поступил в Кембриджский университет, где изучал английскую литературу. Занимался литературной критикой, в частности опубликовал книгу «Фигуры в современной литературе» (англ. Figures in modern literature , 1924). Затем последовало ещё несколько эссе и литературно-исторических трудов. Но настоящую известность Пристли принёс роман «Добрые товарищи» (англ. The good companions , 1929) о приключениях труппы бродячих артистов.

Пристли является одним из популярнейших драматургов Великобритании.

Библиография

Год Название в переводе Название в оригинале Жанр Примечание
1932 Опасный поворот Dangerous Corner пьеса
1932 Карусель The Roundabout пьеса
1934 Райский уголок Eden End пьеса
1934 Ракитовая роща Laburnum Grove пьеса
1935 Корнелий Cornelius пьеса
1935 Дуэт в свете прожектора Duet in Floodlight пьеса
1936 Пчёлы на палубе Bees on the Boatdeck пьеса
1936 Весенний прилив Spring Tide пьеса под псевд. Питер Голдсмит, в соавт. с Дж. Биллемом
1937 Я был здесь раньше I Have Been Here Before пьеса
1937 Тайна Гринфингерса Mystery of Greenfingers пьеса
1937 Люди на море People at Sea пьеса
1937 Время и семья Конвей Time and the Conways пьеса
1938 Когда мы женаты When We Are Married пьеса
1938 Музыка в ночи Music at Night пьеса
1939 Джонсон за Иорданом Johnson Over Jordan пьеса
1940 Длинное зеркало The Long Mirror пьеса
1942 Спокойной ночи, дети Goodnight Children пьеса
1943 Они пришли к городу They Came to a City пьеса
1944 Пустынное шоссе Desert Highway пьеса
1945 Золотое руно The Golden Fleece пьеса
1945 Как им живётся дома? How Are They at Home пьеса
1946 Визит инспектора An Inspector Calls пьеса
1947 Роза и корона The Rose and Crown пьеса
1948 Древо Линденов The Linden Tree пьеса
1949 Дом — это завтра Home is Tomorrow пьеса
1950 Яркая тень Bright Shadow пьеса
1950 Сон в летний день Summer Day’s Dream пьеса
1952 Пасть дракона Dragon’s Mouth пьеса
1953 День матери Mother’s Day пьеса
1953 Частные номера Private Rooms пьеса
1953 Сокровище на острове Пеликана Treasure on Pelican пьеса
1956 Скандальное происшествие с мистером Кеттлом и миссис Мун The Scandalous Affair of Mr. Kettle and Mrs. Moon пьеса
1957 Стеклянная клетка The Glass Cage пьеса
1964 Отрубленная голова A Severed Head пьеса в соавт. с А. Мердок
1929 Добрые друзья Good Companions роман
1931 Улица Ангела Angel Pavement роман
1937 Полночь в пустыне Midnight at the Desert
1942 Затемнение в Гретли (в русском переводе Тьма над Гретли) Black-out in Gretley шпионский роман
1947 Дженни Вильерс Jenny Villiers
1950 Последний праздник Last Holiday
1953 Другое место The Other Place
1953 Фестиваль в Фарбридже Festival at Fairbridge
1961 31 июня The 31st of June Фэнтези
1964 Человек и Время Man and Time
1964 Эссе пяти десятилетий Essays of Five Decades
1966 Доктор Солт уезжает Salt is Leaving
1977 Вместо деревьев Instead of Trees

Экранизации

  • 1932 — «Старый тёмный дом»
  • 1967 — «Гендель и гангстеры» (телеспектакль)
  • 1972 — «Опасный поворот»
  • 1976 — «Бешеное золото»
  • 1978 — «31 июня»
  • 1979 — «Инспектор Гулл»
  • 1980 — «Скандальное происшествие в Брикмилле»
  • 1984 — «Время и семья Конвей»
  • 1994 — «Сон в летний день»

Примечания

Ссылки

  • Пристли, Джон Бойнтон в библиотеке Максима Мошкова
  • Пристли, Джон Бойнтон в энциклопедии «Кругосвет»
  • Джон Бойнтон Пристли (англ.) на сайте Internet Movie Database

Wikimedia Foundation . 2010 .

  • Пристань со львами
  • Пристрели их

Полезное

Смотреть что такое “Пристли, Джон Бойнтон” в других словарях:

ПРИСТЛИ Джон Бойнтон — (1894 1984) английский писатель. Романы Добрые товарищи (1929), Улица ангела (1930) о трудностях послевоенного времени, обусловленных острыми социальными противоречиями английского общества. Антифашистский роман Затемнение в Гретли (1942). Нравы… … Большой Энциклопедический словарь

Пристли, Джон Бойнтон — ПРИСТЛИ Джон Бойнтон (1894 1984), английский писатель. Роман “Добрые товарищи” (1929), “Улица ангела” (1930) о трудностях послевоенного времени, обусловленных острыми социальными противоречиями английского общества. Антифашистский роман… … Иллюстрированный энциклопедический словарь

Пристли Джон Бойнтон — (Priestley) (1894 1984), английский писатель. Романы «Добрые товарищи» (1929), «Улица ангела» (1930) о трудностях послевоенного времени, обусловленных острыми социальными противоречиями английского общества. Антифашистский роман «Затемнение в… … Энциклопедический словарь

Пристли Джон Бойнтон — Пристли (Priestley) Джон Бойнтон (р. 13.9.1894, Брадфорд), английский писатель. Сын учителя. Участник 1 й мировой войны 1914 18. Изучал английскую литературу в Кембриджском университете. Творческий путь начал как литературный критик (книги… … Большая советская энциклопедия

ПРИСТЛИ Джон Бойнтон — ПРИСТЛИ (Priestley) Джон Бойнтон (1894—1984), английский писатель. Ром. «Добрые товарищи» (1929), «Улица Ангела» (1930, п. 1960), «Они бродят по городу» (1936), «Затемнение в Гретли» (1942, п. 1944), «Трое в новых костюмах» (1945, п. 1946),… … Литературный энциклопедический словарь

ПРИСТЛИ Джон Бойнтон — (Priestley, John Boynton) (1894 1984), английский романист, эссеист, драматург и театральный режиссер. Родился 3 сентября 1894 в Брадфорде (графство Йоркшир). В Тринити Холле Кембриджского университета с отличием успевал по многим дисциплинам,… … Энциклопедия Кольера

Джон Бойнтон Пристли — (англ. John Boynton Priestley, [dʒɒn ˈbɔɪntən ˈpristli]; 3 сентября 1894 14 августа 1984) английский романист, эссеист, драматург и театральный режиссёр. Содержание … Википедия

Пристли, Джон Бойтон — Джон Бойнтон Пристли Джон Бойнтон Пристли (англ. John Boynton Priestley, [dʒɒn ˈbɔɪntən ˈpristli]; 3 сентября 1894 14 августа 1984) английский романист, эссеист, драматург и театральный режиссёр. Содержание … Википедия

Пристли (Pristley) Джон Бойнтон — (1894—1984), английский писатель. Романы «Добрые товарищи» (1929), «Улица ангела» (1930) о преодолении трудностей послевоенного времени. Антифашистский роман «Затемнение в Гретли» (1942). Падение нравов, критическое изображение жизни… … Большой Энциклопедический словарь

Джон Бойтон Пристли — Джон Бойнтон Пристли Джон Бойнтон Пристли (англ. John Boynton Priestley, [dʒɒn ˈbɔɪntən ˈpristli]; 3 сентября 1894 14 августа 1984) английский романист, эссеист, драматург и театральный режиссёр. Содержание … Википедия

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: