Быт и нравы столичного и провинциального дворянства в романе «Евгений Онегин»: сочинение

Провинциальное дворянство в романе Пушкина Евгений

Роман “Евгений Онегин” не мог бы считаться реалистическим произведением, если бы в нем не была правдиво отображена та среда, где выросли, сформировались и жили его герои. Картины жизни провинциального дворянства составляют неотъемлемую часть романа.
Пушкин дает полную картину быта, занятий, развлечений провинциальных помещиков, с иронией отмечает их низкий культурный уровень, убогое мировоззрение, примитивность интересов, жестокость по отношению к крепостным.
Так, дядя Онегина, “деревенский старожил”, свое время проводил в ссорах с ключницей, в праздном сидении у окна; он давил от нечего делать мух, играл в карты (“в дурачки”). Примечательная деталь: в его доме нет никаких книг, кроме “календаря осьмого года”. Автор с насмешкою отмечает, что, “имея много дел”, старик не смотрел в “иные книги”.
Не лучше выглядит и отец Татьяны, бригадный генерал в отставке. Он не препятствовал чтению книг дочерью, потому что считал их “пустой игрушкой”. Его времяпрепровождение почти растительное: “он в халате ел и пил”, хозяйством не интересовался, все препоручив жене.
Его жену, властную и в то же время простодушную крепостницу, в юности слегка коснулась цивилизация: она получила воспитание на французский манер. Умела русский звук “н” произносить в нос, звала Полиною Прасковью, от подруги знала имена героев модных романов. Но и эти поверхностные сведения скоро были утрачены. Оказавшись в деревне, мать Татьяны “хозяйством занялась”:
Она езжала по работам,
Солила на зиму грибы,
Вела расходы, брила лбы,
Ходила в баню по субботам,
Служанок била, осердясь…
Замашки крепостницы, отдающей крестьян за провинность в солдаты, бьющей служанок, мирно уживаются с солением грибов и ведением расходов. Именно в саду старушки Лариной крестьянские девушки во время сбора ягод поют по приказу барыни, “чтоб барской ягоды тайком уста лукавые не ели”. Выдумка рачительных провинциальных хозяев!
Ничуть не лучше и окружение Лариных. Помещики, сходясь по вечерам “дружной семьей”, беседуют “о сенокосе, о вине, о псарне, о своей родне”. “Разговор их милых жен” еще глупее. Сплетни, наряды, поиски женихов, обсуждение возможных свадеб. Барышни увлекаются альбомами, в которые переписывают пустейшие стихи.
Убийственна характеристика гостей Лариных. Здесь поэт поднимается до подлинной сатиры:
С своей супругою дородной
Приехал толстый Пустяков;
Гвоздин, хозяин превосходный,
Владелец нищих мужиков.
Значащие фамилии, короткие прицельные характеристики, дающие представление и о культурном уровне провинциальных помещиков, и об их социальной сути крепостников. “Седая чета” Скотининых, знакомая нам по комедии Фонвизина “Недоросль”, благополучно перекочевала из XVIII столетия в XIX век, не изменив своей сути.
Прошлое мирных помещиков нередко окрашено в зловещие тона. Таков, например, Зарецкий, “добрый и простой отец семейства холостой”. Не случайно его суда и сплетен страшится Онегин! В прошлом Зарецкий – “буян, картежной шайки атаман, глава повес, трибун трактирный”.
Внутренняя пустота, тупость, духовная леность в сочетании с расчетливостью, эксплуататорской сутью характеризует провинциальных помещиков.
Однако поэт отмечает в них и нечто такое, что отсутствует в жизни Онегина и других представителей столичного дворянства, – их близость к природе, народу, народным обычаям, поверьям, культуре. Так, Ларины “два раза в год” говели, любили народные развлечения: “подблюдны песни, хоровод”, “круглые качели”. Они отмечали масленицу “жирными блинами”, у них не переводился народный напиток – квас (“им квас, как воздух, был потребен”). Лучшие представители народа были воспитателями их детей. Такова няня Татьяны Лариной. Именно этой близостью к народной жизни обусловлены лучшие черты любимой героини Пушкина Татьяны Лариной. Такой тип личности не мог бы сформироваться в условиях столичной жизни, хотя, конечно, Татьяна в этой среде, по словам Белинского, “колоссальное исключение”.
Итак, сделаем вывод. Провинциальное дворянство, как его изобразил Пушкин в романе “Евгений Онегин”, отличает духовное убожество, невежество, низменность интересов. Помещики занимаются хозяйством, жестоко эксплуатируя крестьян, ревниво охраняя свои дворянские привилегии, “ярем барщины старинной”. Иные и хозяйством занимаются спустя рукава, разоряясь и опускаясь. Сплетни, пересуды, ловля богатых женихов, пустое времяпрепровождение – вот их привычные будни.
Но поэт не мог не отметить и такую их особенность, которая совершенно отсутствовала в жизни столичного дворянства, – их близость к народной национальной культуре, народным обычаям и привычкам.

Читайте также:
Эволюция творчества Пушкина: сочинение

Сочинение: Столичное и провинциальное дворянство в романе «Евгений Онегин» (А.С. Пушкин)

Автор: Самый Зелёный · Опубликовано 09.09.2020 · Обновлено 09.09.2020

(542 слова) Роман «Евгений Онегин», написанный А. Пушкиным в 1833 году, — это заслуженный памятник русской литературы первой половины девятнадцатого века. Популярность этого произведения объясняется не только его необычным и не банальным для своего времени сюжетом, но и глубокой реалистичностью описанного в нем быта. Критик Белинский назвал этот роман «энциклопедией русской жизни», словно намекая на то, что, прочитав его, можно узнать всё о дворянском образе жизни в России того времени.

Практически с самого начала романа автор дает описание жизни типичного дворянина. Онегин, как и многие другие аристократы, получил домашнее образование с модными в то время французскими учителями, которые не смогли дать ему фундаментальных знаний, что сказалось на жизни героя позже. Повзрослев, Евгений знал ровно столько, сколько нужно было для того, чтобы держать себя в светском обществе, но не более:

«Он по-французски совершенно
Мог изъясняться и писал;
Легко мазурку танцевал
И кланялся непринужденно;
Чего ж вам больше? Свет решил,
Что он умен и очень мил. »

Образ Евгения Онегина — это типичный образ молодого повесы тридцатых годов, который не имеет возможности заниматься любимым делом из-за недостатка знаний, и потому он, как и другие люди его круга, прожигает свою жизнь на балах и светских мероприятиях. Бессмысленная петербургская жизнь дворян описана в романе очень подробно, Пушкин высмеивает праздность и пошлость аристократов, тратящих всё своё время на блистание в светском обществе и на быстротечные романы. Автор сатирически говорит и о любви дворянства к пышным обедам, подробно описывая изысканные и дорогие кушанья на их приемах. Вся первая глава романа — это праздная жизнь северной столицы, которую когда-то любил и вёл сам автор, но позже устал от нее. Поэтому в противовес шуму и лоску столичного общества, он описывает жизнь провинциальных дворян Лариных. Судьба матери и отца Татьяны и Ольги так же типична для своего времени, как и судьба Онегина. Мать — бывшая светская кокетка, вынужденная остепениться в российской глубинке после брака, отец — обычный помещик из дальнего уголка страны. Их быт напоминает о старой консервативной России, которую постепенно начали вытеснять европейские традиции, полюбившиеся всем столичным жителям:

«Они хранили в жизни мирной
Привычки милой старины;
У них на масленице жирной
Водились русские блины;
Два раза в год они говели;
Любили круглые качели,
Подблюдны песни, хоровод;
В день Троицын, когда народ,
Зевая, слушает молебен,
Умильно на пучок зари
Они роняли слезки три;
Им квас как воздух был потребен,
И за столом у них гостям
Носили блюды по чинам. »

Такая традиционная и «народная» Россия намного больше нравится автору, уставшему от интриг и сплетен высшего света.

В романе дается и описание Москвы, которая очень мила Пушкину, в отличие от Петербурга. Писатель любит древнюю столицу за ее приверженность традициям и историческую память:

«Напрасно ждал Наполеон,
Последним счастьем упоенный,
Москвы коленопреклоненной
С ключами старого Кремля:
Нет, не пошла Москва моя
К нему с повинной головою.
Не праздник, не приемный дар,
Она готовила пожар
Нетерпеливому герою. »

Однако Москва и ее высший свет становятся трагедией для любимой героини Пушкина — Татьяны. Её судьба — это обычная судьба девушки, вынужденной покинуть тихий уголок, в котором она росла, и найти себе достойную партию в большом городе. Она стала заложницей своего положения и украшением светских гостиных.

Масштаб романа «Евгений Онегин» колоссален, этот роман можно назвать не только любовным, но и культурно-историческим. Обилие художественных деталей, привычные для своего времени архетипы героев и их судьбы — всё это делает роман «в высшей степени народным произведением». Именно поэтому критик Белинский заслуженно назвал этот литературный памятник «энциклопедией русской жизни».

Читайте также:
Образ Маши Троекуровой: сочинение

Сочинение Роман «ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН» А.ПУШКИНА В ОЦЕНКЕ В. БЕЛИНСКОГО.

Добрый день, дорогие школьники. В данной статье Вы найдете пример сочинения на тему «Роман «Евгений Онегин» А.С. Пушкина в оценке B. Белинского «. Однако, прежде чем приступить к написанию сочинения, обратите внимание на следующие слайды, в который даны наиболее показательные тезисы В. Белинского относительно романа «Евгений Онегин».

Белинский о романе Евгений Онегин Белинский о романе Пушкина «Евгений Онегин»

Текст сочинения на тему «Оценка романа «Евгений Онегин» А.С. Пушкина критиком Белинским»

Роман А.С. Пушкина «Евгений Онегин» вызвал многочисленные отклики современников как по мере публикации его глав, так и тогда, когда в 1833 г. он был напечатан отдельным изданием. Однако критики того времени не сумели понять и оценить новаторство, оригинальность, подлинный смысл и значение пушкинского произведения. В.Г. Белинскому же удалось дать развернутый и по- настоящему серьезный анализ романа. Он показал ту огромную роль, которую сыграл «Евгений Онегин» в развитии всей русской литературы, охарактеризовал главных героев романа, причем рассматривал их образы на фоне того общества, которое их сформировало. Критические статьи Белинского, посвященные «Евгению Онегину», оказались достойны гениального произведения Пушкина.

Белинский не без робости приступает к рассмотрению «Евгения Онегина», ибо считает его “самым задушевным произведением Пушкина”, в котором столь полно, светло и ясно отразилась личность поэта. Ему, по мнению критика, удалось создать роман — «энциклопедию русской жизни», истинно народное, национальное произведение. Белинский доказывает, что «тайна национальности не в одежде и кухне народа, а в его манере понимать вещи», в его думах и чаяниях, в обычаях и образе жизни. Критик утверждает, что истинно национальным может быть только тот поэт, который верен духу своего народа. Для него «Евгений Онегин» — «первая истинная национально-русская поэма в стихах», в которой «народности больше, нежели в каком угодно другом народном русском сочинении». Белинский считает «Онегина» наряду с «Горе от ума» — «первым образцом поэтического изображения русской действительности».

Огромное значение романа критик видит в его историзме, в том, что в нем впервые воспроизведена «картина русского общества, взятого в одном из интереснейших моментов его развития». Ведь Пушкин говорил в «Евгении Онегине» о сословии, в котором «почти исключительно выразился прогресс русского общества». Показав внутреннюю жизнь его, поэт показал и все общество в том виде, в котором оно находилось в 20-е годы XIX столетия. В нравственной и духовной жизни дворянства нашла свое выражение высшая стадия национального общественного развития. «С этой точки зрения «Евгений Онегин» есть поэма историческая в полном смысле этого слова,» — пишет Белинский.

Обращается Белинский и к разбору характеров героев романа. Онегин, по его мнению, — недюжинная натура. Критик доказывает, что пушкинский герой «не холодный, не сухой, не бездарный человек», но время и среда очень быстро превратили его в уставшего, разочарованного во всем скептика. Белинский называет Онегина «страдающим эгоистом», «эгоистом поневоле». В его трагической судьбе он видит то, что древние называли «fatum». Такие люди, как Онегин, явление не случайное, это определенный тип эпохи и начало изображения этого типа в литературе. «Другой поэт, — говорит Белинский, — представил нам другого Онегина под именем Печорина».

О Татьяне критик пишет как о натуре широкой, страстной, сильной. В ней нет болезненных противоречий, «вся жизнь ее проникнута целостностью». С другой стороны, между Татьяной и окружающим ее миром существует огромное противоречие. В трактовке Белинского она «истинно колоссальное исключение» из этого мира, «жертва собственного своего превосходства». Белинский также отмечает необыкновенную поэтичность и чистоту образа Татьяны, ее связь с национальной почвой.

Всего несколько строк посвящает Белинский Ленскому, но и в них ему удается выявить суть этого образа. Ленский, в отличии от Онегина, — характер, совершенно чуждый действительности. Это «романтик, и больше ничего», «романтик и по натуре и по духу времени».

Итак, Белинский говорит об особенностях романа Пушкина, об отражении в нем действительности, о его национальном характере, о связи его героев со средой, об их типичности (ибо в них отразился век). Величайшую заслугу поэта критик видит в том, что он изобразил в своем произведении не «чудовищ порока и героев добродетели», а просто людей. Белинский показывает, что Пушкин явился родоначальником новой русской реалистической литературы, ибо «Евгений Онегин», этоn образец поэтического изображения русской действительности, стал школой, из которой вышли Лермонтов и Гоголь.

Читайте также:
Преобразование идеалов свободы в лирике А. С. Пушкина: сочинение

Роман А.С.Пушкина «Евгений Онегин» в оценке В.Г.Белинского

В.Г.Белинский о романе «Евгений Онегин».

В.Г. Белинский – непревзойденный исследователь и толкователь творчества А.С. Пушкина. Ему принадлежат 11 статей о великом русском поэте, из которых 8-ая и 9-ая посвящены анализу романа в стихах.

Белинский считает, что «Евгений Онегин» – «самое важное, значительное произведение поэта».

««Онегин» есть самое задушевное произведение Пушкина, самое любимое дитя его фантазии, и можно указать слишком немногие творения, в которых бы личность поэта отразилась бы с такой полнотой, светло и ясно, как отразилась в «Онегине» личность Пушкина. Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь, здесь его чувства, понятия, идеалы. Оценить такое произведение – значит оценить самого поэта во всем объеме его творческой деятельности».

Белинский подчеркивает, что «Онегин имеет для русских большое историческое и общественное значение: «В «Онегине» – мы видим поэтически воспроизведенную картину русского общества, взятом из интереснейших моментов его развития. С этой точки зрения «Евгений Онегин» есть норма историческая, хотя в числе её героев нет ни одного исторического лица».

Белинский считает роман глубоко народным, национальным произведением. Он спорит с тем, кто примитивно понимал под народностью непременное изображение жизни крестьян, купцов или мещан. Он приводит слова Гоголя о народности, с которым он совершенно согласен: «Истинная национальность, – говорит Гоголь, – состоит не в описании сарафана, но во всем духе народа поэт может быть и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии». С этой точки зрения истинно народными являются в первую очередь «Горе от ума», «Мертвые души», «Герой нашего времени». И среди них первым является роман Пушкина «Евгений Онегин».

Белинский считает, что «поэт очень хорошо сделал, выбрав героев из высшего общества». Он не мог до конца разъяснить эту мысль по цензурным соображениям: показать жизнь дворянского общества, из которого вышли декабристы, показать, как в передовом дворянстве назревала неудовлетворенность, протест, было очень важно. Поэтому Белинский много внимания уделял главному герою – Онегину, его внутреннему миру, мотивам его действий. Он спорит с теми из современников, которые видели в Онегине пустого светского денди, безнравственного человека, следовательно, не понимали глубокого смысла этого образа: «Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видели в нем человека холодного, сухого и эгоистичного по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека! Этого мало: многие добродушно верили и верят, что сам поэт хотел изобразить Онегина холодным эгоистом. Это уже значит – имея глаза, ничего не видеть».

И Белинский доказывает, что Онегин не был «ни холоден, ни сух, ни чорств, что в душе его жила поэзия», что он вообще был не из числа обыкновенных людей. Об этом свидетельствует его дружба с Ленским, его отношение к Татьяне, чувство которой его тронуло, и письмо которой он хранил. «Светская жизнь не убила в Онегине чувство, а только охладило к бесплодным страстям и мелочным развлечениям».

Главное в Онегине – это неприятие той жизни, которая его окружала. Это делает его незаурядным, необыкновенным человеком.

Онегин – добрый малый, но при этом недюжинный человек. Он не годится в гении, не лезет в величие, но бездеятельность и пошлость жизни душат его, он даже не знает, чего ему хочется, но он хорошо знает, что ему надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность. «Вспомните, как был воспитан Онегин, и согласитесь, что натура его была слишком хороша – её не убило совсем такое воспитание».

Читайте также:
Мир Пушкина в моей душе (к 210-летию А.С. Пушкина): сочинение

Многие неприятные черты и поступки Онегина Белинский объясняет светским воспитанием, влиянием света. Он не отрицает того, что Онегин эгоист, но называет его страдающим эгоистом, эгоистом поневоле.

Белинский глубоко понимает трагедию Онегина, который смог подняться до отрицания своего общества, до критического отношения к нему, но не смог найти своего места в жизни, применения своим способностям, не мог стать на путь борьбы с тем обществом, которое ненавидел. Он приводит строки из приложения о путешествии Онегина:

«Зачем я пулей в грудь не ранен,
Зачем не хилый я старик,
Как этот бедный откупщик?
Зачем, как тульский заседатель,
Я не лежу в параличе?
Зачем не чувствую в плече
Хоть ревматизма? – Ах, создатель!
Я молод, жизнь во мне крепка,
Чего мне ждать? Тоска, тоска…»

И говорит о трагедии Онегина: «Какая жизнь! Вот оно страдание истинное… В 26 лет так много пережить, искусив жизни, так изнемочь, устать, ничего не сделать, дойти до такого безусловного отрицания, не перейдя ни через какие убеждения: это смерть!»

Сравнивая Онегина и Ленского, Белинский подчеркивает разницу в их характерах и отношении к жизни. Онегин – трезвый реалист, скептик, Ленский – мечтательный романтик.

«Онегин – характер действительный… В нем нет ничего мечтательного, фантастического… В Ленском Пушкин изобразил характер противоположный характеру Онегина, характер совершенно отвлеченный, чуждый действительности… Ленский был романтик и по натуре и по духу времени. Это было существо, доступное всему прекрасному, высокому, душа чистая и благородная». Но в то же время он «сердцем милый был невежда».

Ленский плохо разбирался в людях: идеализировал Ольгу, «украсил её достоинствами и совершенствами, приписал ей чувства и мысли, которых в ней не было». Он драматически воспринял желание Онегина подшутить над ним, увидел в этом измену, обольщение и кровную обиду. «Поэт любил этот идеал… И в прекрасных строках оплакал его падение».

Пушкин видел для Ленского возможность разных путей в жизни: он мог бы стать прекрасным поэтом, он мог бы стать и обыкновенным помещиком: расстался бы с музами, женился. Белинский убежден, что Ленского ждал второй путь («обыкновенный ждал удел»).

«Мы убеждены, что с Ленским сбылось бы последнее… В нем было много хорошего, но хуже всего то, что он был молод и вовремя для своей репутации умер. Это не была одна из тех натур, для которых жить – значит развиваться и идти вперед. Это был романтик и больше ничего. Люди, подобные Ленскому, при всех достоинствах не хороши тем, что или перерождаются в совершенных филистеров (мещан) или делают устарелыми мистиками и мечтателями, которые большие враги всякого прогресса, нежели люди просто пошлые…».

Большой удачей Пушкина Белинский считает поэтический образ Татьяны. Велико значение этого образа: «Не едва ли выше подвиг нашего поэта в том, что он первый поэтически воспроизвел в лице Татьяны русскую женщину». Белинский много говорит о положении русских женщин в обществе и о том, как уродливо воспитывают «барышень», готовя их только в невесты и жены.

«Но среди этого мира нравственно увечных явлений изредка удаются истинно колоссальные исключения, которые всегда дорого платят за свою исключительность и делаются жертвами собственного превосходства. Натуры гениальные, не подозревающие о своей гениальности, они безжалостно убиваются. Такова Татьяна Ларина».

Татьяна, выросшая в семье Лариных, окруженная пошлыми людьми, действительно является исключением. Главная особенность её натуры – цельность.

«В Татьяне нет этих болезненных противоречий, которыми страдают слишком сложные натуры. Вся жизнь её проникнута той цельностью, тем единством, которое в мире искусства составляет высокое достоинство художественного произведения. Татьяна во всех положениях в своей жизни всегда одна и та же».

Главное в её жизни – любовь к Онегину, и в этой любви она постоянна и неизменна. «Татьяна – существо исключительное, натура глубокая, любящая, страстная. Любовь для неё могла быть или величайшим блаженством, или исключительным бедствием, без всякой примирительной середины. При счастье, взаимности любовь такой женщины – ровное светлое пламя, в противном случае – упорное пламя, которому сила воли не даст прорваться наружу, но которое тем разрушительнее и жгучее, чем больше оно сдавлено внутри».

Читайте также:
Стихотворение А. С. Пушкина Зимнее утро: сочинение

На долю Татьяны выпали многие тяжелые испытания: безответная любовь, смерть Ленского, знакомство со светским обществом, которое ей чуждо, замужество без любви. Влияние общества, и провинциального, и столичного – не могло не коснуться её. И все же Татьяна дорога Пушкину тем, что осталась собой, сохранила верность своим идеалам, своим нравственным представлениям, своим народным симпатиям.

Заслугу Пушкина Белинский видел в том, что он создал «тип русской женщины» – верной, преданной, поэтичной, духовно богатой. Подводя итоги анализу романа, Белинский писал: «В своей поэме он (Пушкин) коснулся так многого, намекнул о столь многом, что принадлежит исключительно к миру русского общества! «Онегина» можно назвать энциклопедией русской жизни и в высшей степени народным произведением. Пусть идет время и приносит с собой новые потребности, новые идеи, пусть растет русское общество и обгоняет «Онегина»: как бы далеко оно не ушло, оно всегда будет любить эту поэму, всегда будет останавливать на ней исполненный любви и благодарности взор».

Белинский о романе А. С. Пушкина Евгений Онегин: сочинение

Критические статьи (8-я и 9-я) В. Г. Белинского, посвященные роману А. С. Пушкина “Евгений Онегин”, были последовательно опубликованы в 1844—1845 годах в журнале “Отечественные записки”. В свое время роман “Евгений Онегин” вызвал многочисленные отклики современников. Все эти отклики, в высшей степени противоречивые, отражали неустойчивость эстетического сознания эпохи. Однако при всех разногласиях их объединяло одно — непонимание гениального новаторства, оригинальности и подлинного смысла пушкинского произведения. Белинский поставил себе цель: “Раскрыть по возможности отношение поэмы к обществу, которое она изображает”,— и весьма преуспел в этом.

Говоря о романе А. С. Пушкина “Евгений Онегин” в целом, Белинский отмечает его историзм в воспроизведенной картине русского общества. Критик считает “Евгения Онегина” поэмой исторической, хотя в числе ее героев нет ни одного исторического лица. Глубокое знание обиходной философии, которым обладал Пушкин, сделало “Онегина” произведением оригинальным и чисто русским. “Пушкин взял эту жизнь, как она есть, не отвлекая от нее только одних поэтических ее мгновений; взял ее со всем холодом, со всею ее прозою и пошлостию. — отмечает Белинский.— “Онегин” есть поэтически верная действительности картина русского общества в известную эпоху”.

“”Онегина” можно назвать энциклопедией русской жизни и в высшей степени народным произведением”,— утверждает Белинский. Он указывает на “народность” как характерную черту данного романа, считая, что в “Евгении Онегине” народности больше, нежели в каком угодно другом народном русском сочинении. — Если ее не все признают национальною, то это потому, что у нас издавна укоренилось престранное мнение, будто бы русский во фраке или русская в корсете — уже не русские и что русский дух дает себя чувствовать только там, где есть зипун, лапти, сивуха и кислая капуста. Тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи”.

По мнению Белинского, в лице Онегина, Ленского и Татьяны Пушкин изобразил русское общество в одной из фаз его образования и развития. Критик дал характеристику образам романа. Характеризуя Онегина, он замечает: “Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека. Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охладила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям. Онегин не любил расплываться в мечтах, больше чувствовал, нежели говорил, и не всякому открывался. Озлобленный ум есть тоже признак высшей натуры. ”. Онегин не претендует на звание гения, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его. “Онегин — страдающий эгоист. Его можно назвать эгоистом поневоле,— считает Белинский,— в его эгоизме должно видеть то, что древние называли „fatum”. Этим объясняется понимание Онегина как характера “незавершенного”, судьба которого трагична вследствие этой незаконченности. Белинский не соглашается с теми критиками, кто считал Онегина “пародией”, находя в нем типическое явление русской жизни.

Читайте также:
В чем смысл противопоставления Петра I и «бедного» Евгения в поэме А.С. Пушкина «Медный всадник»: сочинение

Достаточно простым и ясным представляется Белинскому характер Ленского — типичного для эпохи “идеального” существования, “оторванного от действительности”. Это было, по его мнению, совершенно новое явление. Ленский был романтик и по натуре, и по духу времени. Но в то же время “он сердцем милый был невежда”, вечно толкуя о жизни, никогда не знал ее. “Действительность на него не имела влияния: его печали были созданием его фантазии”,— пишет Белинский. Ленский полюбил Ольгу и украсил ее достоинствами и совершенствами, приписал ей чувства и мысли, которых у нее не было и о которых она и не заботилась. “Ольга была очаровательна, как все “барышни”, пока они еще не сделались “барынями”; а Ленский видел в ней фею, романтическую мечту, нимало не подозревая будущей барыни”,— пишет критик.

“Люди, подобные Ленскому, при всех их неоспоримых достоинствах, нехороши тем, что они или перерождаются в совершенных филистеров, или, если сохранят навсегда свой первоначальный тип, делаются этими устарелыми мистиками и мечтателями, которые так же неприятны, как и старые идеальные девы, и которые больше враги всякого прогресса, нежели люди просто, без претензий, пошлые. Словом, это теперь самые несносные пустые и пошлые люди”,— заключает Белинский свои размышления о персонаже Ленского.

Татьяна, по мнению Белинского,— “существо исключительное, натура глубокая, любящая, страстная. Любовь для нее могла быть или величайшим блаженством, или величайшим бедствием жизни, без всякой примирительной середины. При счастии взаимности любовь такой женщины — ровное, светлое пламя; в противном случае — упорное пламя, которому сила воли, может быть, не позволит прорваться наружу, но которое тем разрушительнее и жгучее, чем больше оно сдавлено внутри. Счастливая жена, Татьяна спокойно, но тем не менее страстно и глубоко любила бы своего мужа, вполне пожертвовала бы собою детям, но не по рассудку, а опять по страсти, и в этой жертве, в строгом выполнении своих обязанностей нашла бы свое величайшее наслаждение, свое верховное блаженство”. “Это дивное соединение грубых, вульгарных предрассудков к французским книжкам и с уважением к глубокому творению Мартына Задеки возможно только в русской женщине. Весь внутренний мир Татьяны заключался в жажде любви, ничто другое не говорило ее душе, ум ее спал. ”,— писал критик. По мнению Белинского, для Татьяны не существовал настоящий Онегин. Она не могла ни понимать, ни знать его, потому что она и себя саму так же мало понимала и знала. “Есть существа, у которых фантазия имеет гораздо более влияния на сердце. Татьяна была из таких существ”,— утверждает критик.

Белинский дает великолепный социально-психологический этюд о положении русской женщины. Он посылает нелицеприятные реплики в адрес Татьяны, которая не отдалась, а отдана, но возлагает вину за это не на Татьяну, а на общество. Именно это общество пересоздало ее, подчинило ее цельную и чистую натуру “расчетам благоразумной морали”. “Ничто так не подчинено строгости внешних условий, как сердце, и ничто так не требует безусловной воли, как сердце же”. В этом противоречии и состоит трагизм судьбы Татьяны, в конечном счете подчинившейся этим “внешним условиям”.

В выше рассмотренных критических статьях Белинский учел и вместе с тем решительно отверг все те мелкие и плоские толкования пушкинского романа, которыми грешила критика с момента появления его первой главы и вплоть до публикаций статей Белинского. Анализ этих статей позволяет понять подлинный смысл и цену бессмертного, “истинно национального” произведения.

“Онегин” – поэтически верная действительности картина русского общества

/В.Г. Белинский. Сочинения Александра Пушкина. Статья восьмая. “Евгений Онегин”/

. “Онегин” есть самое задушевное произведение Пушкина, самое любимое дитя его фантазии, и можно указать слишком на немногие творения, в которых личность поэта отразилась бы с такою полнотою, светло и ясно, как отразилась в “Онегине” личность Пушкина. Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его; здесь его чувства, понятия, идеалы. Оценить такое произведение значит — оценить самого поэта во всем объеме его творческой деятельности. Не говоря уже об эстетическом достоинстве “Онегина”, эта поэма имеет для нас, русских, огромное историческое и общественное значение. С этой точки зрения даже и то, что теперь критика могла бы с основательностию назвать в “Онегине” слабым или устарелым, — даже и то является исполненным глубокого значения, великого интереса. И нас приводит в затруднение не одно только сознание слабости наших сил для верной оценки такого произведения, но и необходимость в одно и то же время во многих местах “Онегина”, с одной стороны, видеть недостатки, с другой — достоинства.

Читайте также:
Анализ шестой и седьмой глав романа «Евгений Онегин»: сочинение

Прежде всего в “Онегине” мы видим поэтически воспроизведенную картину русского общества, взятого в одном из интереснейших моментов его развития. С этой точки зрения “Евгений Онегин” есть поэма историческая в полном смысле слова, хотя в числе ее героев нет ни одного исторического лица. Историческое достоинство этой поэмы тем выше, что она была на Руси и первым и блистательным опытом в этом роде. В ней Пушкин является не просто поэтом только, но и представителем впервые пробудившегося общественного самосознания: заслуга безмерная!

Мы далеки уже от того блаженного времени, когда псевдоклассическое направление нашей литературы допускало в изящные создания только людей высшего круга и образованных сословий, и если иногда позволяло выводить в поэме, драме или эклоге простолюдинов, то не иначе, как умытых, причесанных, разодетых и говорящих не своим языком. Да, мы далеки от этого псевдоклассического времени; но пора уже отдалиться нам и от этого псевдоромантического направления, которое, обрадовавшись слову “народность” и праву представлять в поэмах и драмах не только честных людей низшего звания, но даже воров и плутов, вообразило, что истинная национальность скрывается только под зипуном, в курной избе, и что разбитый на кулачном бою нос пьяного лакея есть истинно шекспировская черта — а главное, что между людьми образованными нельзя искать и признаков чего-нибудь похожего на народность 1 .

Пора, наконец, догадаться, что, напротив, русский поэт может себя показать истинно национальным поэтом, только изображая в своих произведениях жизнь образованных сословий: ибо, чтоб найти национальные элементы в жизни, наполовину прикрывшейся прежде чуждыми ей формами, — для этого поэту нужно и иметь большой талант и быть национальным в душе. “Истинная национальность (говорит Гоголь) состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа; поэт может быть даже и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии, глазами всего народа, когда чувствует и говорит так, что соотечественникам его кажется, будто это чувствуют и говорят они сами” 2 . Разгадать тайну народной психеи 3 — для поэта значит уметь равно быть верным действительности при изображении и низших, и средних, и высших сословий. Кто умеет схватывать резкие оттенки только грубой простонародной жизни, не умея схватывать более тонких и сложных оттенков образованной жизни, тот никогда не будет великим поэтом и еще менее имеет право на громкое титло национального поэта. Великий национальный поэт равно умеет заставить говорить и барина и мужика их языком. И если произведение, которого содержание взято из жизни образованных сословий, не заслуживает названия национального, — значит, оно ничего не стоит и в художественном отношении, потому что неверно духу изображаемой им действительности. Поэтому не только такие произведения, как “Горе от ума” и “Мертвые души”, но и такие, как “Герой нашего времени”, суть столько же национальные, сколько и превосходные поэтические создания.

И первым таким национально-художественным произведением был “Евгений Онегин” Пушкина. В этой решимости молодого поэта представить нравственную физиономию наиболее оевропеившегося в России сословия нельзя не видеть доказательства, что он был и глубоко сознавал себя национальным поэтом. Он понял, что время эпических поэм давным-давно прошло и что для изображения современного общества, в котором проза жизни так глубоко проникла самую поэзию жизни, нужен роман, а не эпическая поэма. Он взял эту жизнь, как она есть, не отвлекая от нее только одних поэтических ее мгновений; взял ее со всем холодом, со всею ее прозою и пошлостию.

Читайте также:
Импровизатор любовной песни (по трагедии А. С. Пушкина «Каменный гость»): сочинение

Вместе с современным ему гениальным творением Грибоедова — “Горе от ума”, стихотворный роман Пушкина положил прочное основание новой русской поэзии, новой русской литературе. До этих двух произведений, как мы уже и заметили выше, русские поэты еще умели быть поэтами, воспевая чуждые русской действительности предметы и почти не умели быть поэ- тами, принимаясь за изображение мира русской жизни. . Оба эти произведения положили собою основание последующей литературе, были школой, из которой вышли и Лермонтов и Гоголь. Без “Онегина” был бы невозможен “Герой нашего времени”, так же как без “Онегина” и “Горя от ума” Гоголь не почувствовал бы себя готовым на изображение русской действительности, исполненное такой глубины и истины.

На русскую повесть Гоголь имел сильное влияние, но комедии его остались одинокими, как и “Горе от ума”. Значит: изображать верно свое родное, то, то у нас перед глазами, что нас окружает, чуть ли не труднее, чем изображать чужое. Причина этой трудности заключается в том, что у нас форму всегда принимают за сущность, а модный костюм — за европеизм; другими словами: в том, что народность смешивают с простонародностью и думают, что кто не принадлежит к простонародию, то есть кто пьет шампанское, а не пенник, и ходит во фраке, а не в смуром кафтане — того должно изображать то как француза, то как испанца, то как англичанина. Некоторые из наших литераторов, имея способность более или менее верно списывать портреты, не имеют способности видеть в настоящем их свете те лица, с которых они пишут портреты.

Таланты этого рода — плохие мыслители; фантазия у них развита на счет ума. Они не понимают, что тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи. Чтоб верно изображать какое-нибудь общество, надо сперва постигнуть его сущность, его особность — а этого нельзя иначе сделать, как узнав фактически и оценив философски ту сумму правил, которыми держится общество. У всякого народа две философии: одна ученая, книжная, торжественная и праздничная, другая — ежедневная, домашняя, обиходная. Часто обе эти философии находятся более или менее в близком соотношении друг к другу; и кто хочет изображать общество, тому надо познакомиться с обеими, но последнюю особенно необходимо изучить. Так точно, кто хочет узнать какой-нибудь народ, тот прежде всего должен изучить его в его семейном, домашнем быту. Кажется, что бы за важность могли иметь два такие слова, как, например, авось и живет, а между тем они очень важны и, не понимая их важности, иногда нельзя понять иного романа, не только самому написать роман. И вот глубокое знание этой-то обиходной философии и сделало “Онегина” и “Горе от ума” произведениями оригинальными и чисто русскими.

Мы начали статью с того, что “Онегин” есть поэтически верная действительности картина русского общества в известную эпоху. Картина эта явилась вовремя, т. е. именно тогда, когда явилось то, с чего можно было срисовать ее, — общество. Время от 1812 до 1815 года было великою эпохою для России. Мы разумеем здесь не только внешнее величие и блеск, какими покрыла себя Россия в эту великую для нее эпоху, но и внутреннее преуспеяние в гражданственности и образовании, бывшее результатом этой эпохи. Можно сказать без преувеличения, что Россия больше прожила и дальше шагнула от 1812 года до настоящей минуты, нежели от царствования Петра до 1812 года. С одной стороны, 12-й год, потрясши всю Россию из конца в конец, пробудил ее спящие силы и открыл в ней новые, дотоле неизвестные источники сил, чувством общей опасности сплотил в одну огромную массу косневшие в чувстве разъединенных интересов частные воли, возбудил народное сознание и народную гордость и всем этим способствовал зарождению публичности, как началу общественного мнения; кроме того, 12-й год нанес сильный удар коснеющей старине: вследствие его исчезли неслужащие дворяне, спокойно родившиеся и умиравшие в своих деревнях, не выезжая за заповедную черту их владений; глушь и дичь быстро исчезали вместе с потрясенными остатками старины. С другой стороны, вся Россия, в лице своего победоносного войска, лицом к лицу увиделась с Европою, пройдя по ней путем побед и торжеств. Всё это сильно способствовало возрастанию и укреплению возникшего общества. В двадцатых годах текущего столетия русская литература от подражательности устремилась к самобытности: явился Пушкин. Он любил сословие, в котором почти исключительно выразился прогресс русского общества и к которому принадлежал сам, — и в “Онегине” он решился представить нам внутреннюю жизнь этого сословия, а вместе с ним и общество в том виде, в каком оно находилось в избранную им эпоху, т. е. в двадцатых годах текущего столетия.

Читайте также:
Евгений Онегин лишний человек: сочинение

Читайте также другие темы статей В.Г. Белинского о поэме А.С. Пушкина “Онегин”:

Сочинения Александра Пушкина. Статья восьмая

Сочинения Александра Пушкина. Статья девятая

Белинский о романе А. С. Пушкина Евгений Онегин: сочинение

Критические статьи (8-я и 9-я) В. Г. Белинского, посвященные роману А. С. Пушкина “Евгений Онегин”, были последовательно опубликованы в 1844—1845 годах в журнале “Отечественные записки”. В свое время роман “Евгений Онегин” вызвал многочисленные отклики современников. Все эти отклики, в высшей степени противоречивые, отражали неустойчивость эстетического сознания эпохи. Однако при всех разногласиях их объединяло одно — непонимание гениального новаторства, оригинальности и подлинного смысла пушкинского произведения. Белинский поставил себе цель: “Раскрыть по возможности отношение поэмы к обществу, которое она изображает”,— и весьма преуспел в этом.

Говоря о романе А. С. Пушкина “Евгений Онегин” в целом, Белинский отмечает его историзм в воспроизведенной картине русского общества. Критик считает “Евгения Онегина” поэмой исторической, хотя в числе ее героев нет ни одного исторического лица. Глубокое знание обиходной философии, которым обладал Пушкин, сделало “Онегина” произведением оригинальным и чисто русским. “Пушкин взял эту жизнь, как она есть, не отвлекая от нее только одних поэтических ее мгновений; взял ее со всем холодом, со всею ее прозою и пошлостию. — отмечает Белинский.— “Онегин” есть поэтически верная действительности картина русского общества в известную эпоху”.

“”Онегина” можно назвать энциклопедией русской жизни и в высшей степени народным произведением”,— утверждает Белинский. Он указывает на “народность” как характерную черту данного романа, считая, что в “Евгении Онегине” народности больше, нежели в каком угодно другом народном русском сочинении. — Если ее не все признают национальною, то это потому, что у нас издавна укоренилось престранное мнение, будто бы русский во фраке или русская в корсете — уже не русские и что русский дух дает себя чувствовать только там, где есть зипун, лапти, сивуха и кислая капуста. Тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи”.

По мнению Белинского, в лице Онегина, Ленского и Татьяны Пушкин изобразил русское общество в одной из фаз его образования и развития. Критик дал характеристику образам романа. Характеризуя Онегина, он замечает: “Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека. Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям. Онегин не любил расплываться в мечтах, больше чувствовал, нежели говорил, и не всякому открывался. Озлобленный ум есть тоже признак высшей натуры. ”. Онегин не претендует на звание гения, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его. “Онегин — страдающий эгоист. Его можно назвать эгоистом поневоле,— считает Белинский,— в его эгоизме должно видеть то, что древние называли „fatum”. Этим объясняется понимание Онегина как характера “незавершенного”, судьба которого трагична вследствие этой незаконченности. Белинский не соглашается с теми критиками, кто считал Онегина “пародией”, находя в нем типическое явление русской жизни.

Читайте также:
О творческом наследии Пушкина: сочинение

Достаточно простым и ясным представляется Белинскому характер Ленского — типичного для эпохи “идеального” существования, “оторванного от действительности”. Это было, по его мнению, совершенно новое явление. Ленский был романтик и по натуре, и по духу времени. Но в то же время “он сердцем милый был невежда”, вечно толкуя о жизни, никогда не знал ее. “Действительность на него не имела влияния: его печали были созданием его фантазии”,— пишет Белинский. Ленский полюбил Ольгу и украсил ее достоинствами и совершенствами, приписал ей чувства и мысли, которых у нее не было и о которых она и не заботилась. “Ольга была очаровательна, как все “барышни”, пока они еще не сделались “барынями”; а Ленский видел в ней фею, сельфиду, романтическую мечту, нимало не подозревая будущей барыни”,— пишет критик.

“Люди, подобные Ленскому, при всех их неоспоримых достоинствах, нехороши тем, что они или перерождаются в совершенных филистеров, или, если сохранят навсегда свой первоначальный тип, делаются этими устарелыми мистиками и мечтателями, которые так же неприятны, как и старые идеальные девы, и которые больше враги всякого прогресса, нежели люди просто, без претензий, пошлые. Словом, это теперь самые несносные пустые и пошлые люди”,— заключает Белинский свои размышления о персонаже Ленского.

Татьяна, по мнению Белинского,— “существо исключительное, натура глубокая, любящая, страстная. Любовь для нее могла быть или величайшим блаженством, или величайшим бедствием жизни, без всякой примирительной середины. При счастии взаимности любовь такой женщины — ровное, светлое пламя; в противном случае — упорное пламя, которому сила воли, может быть, не позволит прорваться наружу, но которое тем разрушительнее и жгучее, чем больше оно сдавлено внутри. Счастливая жена, Татьяна спокойно, но тем не менее страстно и глубоко любила бы своего мужа, вполне пожертвовала бы собою детям, но не по рассудку, а опять по страсти, и в этой жертве, в строгом выполнении своих обязанностей нашла бы свое величайшее наслаждение, свое верховное блаженство”. “Это дивное соединение грубых, вульгарных предрассудков со страстию к французским книжкам и с уважением к глубокому творению Мартына Задеки возможно только в русской женщине. Весь внутренний мир Татьяны заключался в жажде любви, ничто другое не говорило ее душе, ум ее спал. ”,— писал критик. По мнению Белинского, для Татьяны не существовал настоящий Онегин. Она не могла ни понимать, ни знать его, потому что она и себя саму так же мало понимала и знала. “Есть существа, у которых фантазия имеет гораздо более влияния на сердце. Татьяна была из таких существ”,— утверждает критик.

Белинский дает великолепный социально-психологический этюд о положении русской женщины. Он посылает нелицеприятные реплики в адрес Татьяны, которая не отдалась, а отдана, но возлагает вину за это не на Татьяну, а на общество. Именно это общество пересоздало ее, подчинило ее цельную и чистую натуру “расчетам благоразумной морали”. “Ничто так не подчинено строгости внешних условий, как сердце, и ничто так не требует безусловной воли, как сердце же”. В этом противоречии и состоит трагизм судьбы Татьяны, в конечном счете подчинившейся этим “внешним условиям”.

В вышерассмотренных критических статьях Белинский учел и вместе с тем решительно отверг все те мелкие и плоские толкования пушкинского романа, которыми грешила критика с момента появления его первой главы и вплоть до публикаций статей Белинского. Анализ этих статей позволяет понять подлинный смысл и цену бессмертного, “истинно национального” произведения.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: