Мое любимое стихотворение А. С. Пушкина. Не дай мне бог сойти с ума (Восприятие. Истолкование. Оценка.): сочинение

Пушкин. «Не дай мне бог сойти с ума…» А

Не дай мне бог сойти с ума.
Нет, легче посох в сума;
Нет, легче труд и глад.
Не то, чтоб разумом моим
Я дорожил; не то, чтоб с ним
Расстаться был не рад:

Когда б оставили меня
На воле, как бы резво я
Пустился в темный лес!
Я пел бы в пламенном бреду,
Я забывался бы в чаду
Нестройных, чудных грез.

И я б заслушивался волн,
И я глядел бы, счастья полн,
В пустые небеса;
И силен, волен был бы я,
Как вихорь, роющий поля,
Ломающий леса.

Да вот беда: сойди с ума,
И страшен будешь как чума,
Как раз тебя запрут,
Посадят на цепь дурака
И сквозь решетку как зверка
Дразнить тебя придут.

Еще стихотворения:

  1. «Что легче перышка?» — «Вода», — я отвечаю. «А легче и воды?» — «Ну, воздух». — «Добрый знак А легче и его?» — «Кокетка». — «Точно так! А легче и.
  2. Крылами порхая, стрелами звеня, Любовь вопрошала кого-то: Ах! — есть ли что легче на свете меня? Решите задачу Эрота. Любовь и любовь, решу я как раз, Сама себя легче бывает.
  3. Быть женщиной — что это значит? Какою тайною владеть? Вот женщина. Но ты незрячий. Тебе ее не разглядеть. Вот женщина. Но ты незрячий. Ни в чем не виноват, незряч! А.
  4. Предсказывать стань-ка кто в старые годы, Что время настанет, когда у людей Помчатся стрелою по рельсам подводы Без лошадей; Что станут повсюду работать машины, Что по морю плавать без ветра.
  5. Поветрием бесплодно шумным Коснулась нас реформ чума, С либерализмом тупоумным И с гуманизмом без ума.
  6. Что войны, что чума? — конец им виден скорый, Их приговор почти произнесен. Но кто нас защитит от ужаса, который Был бегом времени когда-то наречен.
  7. I Чума явилась в наш предел; Хоть страхом сердце стеснено, Из миллиона мертвых тел Мне будет дорого одно. Его земле не отдадут, И крест его не осенит; И пламень, где.
  8. У кладбища направо пылил пустырь, А за ним голубела река. Ты сказал мне: «Ну что ж, иди в монастырь Или замуж за дурака…» Принцы только такое всегда говорят, Но я.
  9. Сын севера! суров и хладен твой климат; Ужасны льды твои, но счастлив ты сто крат: В тебе и бодрый дух, и богатырска сила. В Сицилии ж вулкан; чума на бреге.
  10. Три обезьяньих божества Прикованы к одной цепи. В ночи, когда молчит трава, Смотри — на цепь не наступи! Они висят к стене спиной. Вот этот глух, а этот слеп, А.
  11. Когда я отпою и отыграю, Где кончу я, на чем — не угадать? Но лишь одно наверное я знаю: Мне будет не хотеться умирать! Посажен на литую цепь почета, И.
  12. Наука света нелегка! И хоть оно довольно чудно, А умного от дурака Узнать бывает очень трудно. Но уж давно устроен так Свет безалаберный и шумный: Всегда в нем умничал —.

Вы сейчас читаете стих Не дай мне бог сойти с ума, поэта Пушкин Александр Сергеевич

Не дай мне бог сойти с ума. Нет, легче посох и сума; Нет, легче труд и глад. Не то, чтоб разумом моим Я дорожил; не то, чтоб с ним Расстаться был не рад: Когда б оставили меня На воле, как бы резво я Пустился в темный лес! Я пел бы в пламенном бреду, Я забывался бы в чаду Нестройных, чудных грез. И я б заслушивался волн, И я глядел бы, счастья полн, В пустые небеса; И силен, волен был бы я, Как вихорь, роющий поля, Ломающий леса. Да вот беда: сойди с ума, И страшен будешь как чума, Как раз тебя запрут, Посадят на цепь дурака И сквозь решетку как зверка Дразнить тебя придут.

Дата создания: октябрь-ноябрь 1833 г.

Анализ стихотворения Пушкина «Не дай мне бог сойти с ума…»

Стихотворение «Не дай мне Бог сойти с ума…» до сих пор не имеет точной датировки. Зачастую литературоведами называется промежуток между 1830 и 1835 гг. Исследователи лирики Пушкина упоминают несколько событий, которые могли бы послужить поводом для написания произведения. Рассмотрим только пару ключевых версий. Первая – сильное впечатление на Александра Сергеевича произвел визит к душевнобольному Батюшкову, поэту, которого в юности он считал одним из своих наставников. Вторая – пребывая в Болдине, Пушкин близко познакомился с творчеством английского автора Барри Корнуолла, в течение двадцати лет служившего инспектором дома умалишенных и посвятившего теме сумасшествия множество произведений. В их числе – поэмы «Девушка из Прованса» и «Марциан Колонна».

Рассматриваемый текст можно с определенной долей условности разделить на три части. В первой строфе отражено эмоциональное состояние человека, боящегося сойти с ума. Вероятная потеря рассудка для него – страшнейшее несчастье, хуже, чем скитание в бедности по городам и весям, чем голод. При этом он понимает, что не все относятся к сумасшествию столь же негативно – есть люди, считающие его благом. Далее представлены две стороны душевного расстройства: романтическая и реалистическая. В мире идеальном нездоровый психически человек обладает неограниченной свободой. Его восприятие действительности кардинально отличается от того, как ее воспринимают нормальные люди. Этот конфликт приводит к негативным последствиям. Общество желает отгородиться от безумца. В реальной жизни, а не в идеальном мире сумасшедшие часто оказываются под замком, о чем Пушкин говорит ближе к финалу стихотворения:
…Как раз тебя запрут,
Посадят на цепь дурака
И сквозь решетку как зверка
Дразнить тебя придут.

Последователи романтизма были склонны к восприятию безумия как состояния, близкого к поэтическому вдохновению. Александр Сергеевич в произведении «Не дай мне Бог сойти с ума…» полемизирует с ними. Для сумасшедшего полное единение с природой – естественно. Он не рассматривает его как нечто особенное, удивительное. Поэт растворяется в природе, желая получить вдохновение. Для него это слияние – великая ценность. «Нестройные грезы», во власти которых пребывает безумец, чужды системе. Что касается стихотворца, то он полученные впечатления облекает в определенную форму, подчиняя их выбранным образам, рифмам, ритмам.

Читайте также:
Краткая характеристика произведения Капитанская дочка Пушкина А.С.: сочинение

Не дай мне бог сойти с ума.
Нет, легче посох и сума;
Нет, легче труд и глад.
Не то, чтоб разумом моим
Я дорожил; не то, чтоб с ним
Расстаться был не рад:

Когда б оставили меня
На воле, как бы резво я
Пустился в темный лес!
Я пел бы в пламенном бреду,
Я забывался бы в чаду
Нестройных, чудных грез.

И я б заслушивался волн,
И я глядел бы, счастья полн,
В пустые небеса;
И силен, волен был бы я,
Как вихорь, роющий поля,
Ломающий леса.

Да вот беда: сойди с ума,
И страшен будешь как чума,
Как раз тебя запрут,
Посадят на цепь дурака
И сквозь решетку как зверка
Дразнить тебя придут.

Анализ стихотворения «Не дай мне бог сойти с ума» Пушкина

История написания

Стихотворение датируется 1833 годом. Но есть предположение, что произведение могло могло быть написано и позже, между 1833 — 1835 годами.

Исследователи поэта считают, что подтолкнуть написать стих на тему душевнобольного могли быть 3 события. Одно из них — это объявление его друга и философа П. Я. Чаадаева сумасшедшим властью Российской империи из-за публикации произведения, в котором автор негодует по поводу отлучённости России от «всемирного воспитания человеческого рода» и духовного застоя.

Вторым возможным источником для вдохновения считают встречу с душевнобольным поэтом К. Н. Батюшковым в 1830 году. Для Пушкина Константин Николаевич стал близким другом и свои переживания Александр Сергеевич мог выразить этим произведением.

Еще одной теорией считают, что на написание стихотворения поэта вдохновило творчество Барри Корнуолла, который служил в течении двадцати лет инспектором дома умалишенных и издал много произведений о теме сумасшествия. Допускают, что помимо стихотворения «Не дай бог мне сойти с ума,» творчество Корнуолла вдохновило Александра Сергеевича на написание (перевод) поэм «Девушка из Прованса» и «Марциан Колонна».

Сюжет

«Не дай мне бог сойти с ума» можно разделить на три части.

В первой части Пушкин указывает, что быть душевнобольным – отнюдь не завидная судьба для человека. Лучше уж тяготы и невзгоды нищенского люда.

Александр Сергеевич предается мечтаниям, что было бы неплохо жить в лесу, в плену «чудных грез». Далее писатель «убаюкивает» читателя на волнах и в небесах, где, по мнению автора, полно счастья. Возможно Пушкин пребывал в меланхолическом настроении и негативные моменты в жизни толкали писателя на подобные размышления: что лучше уйти от «мирских» проблем.

В третьей части литератор осознает все «прелести» жизни сумасшедшего человека: решетка, отношение, как к зверю, такое же «умное» сообщество, совсем не гостеприимные надзиратели.

Стих написан в художественной форме, насыщенный эпитетами, преувеличениями и анафорами. «Не дай мне бог сойти с ума» примечателен необычной манерой – пятистишиями без рифмы на пятых строках.

В произведении сюжет повествуется от первого лица. Это лирическое взывание к Богу, наполненное горькой правдой жизни о несчастной судьбе душевнобольного.

Сочинение по произведению на тему: Мое любимое стихотворение (восприятие, истолкование, оценка). Стихотворение А.С. Пушкина «Наслаждение»

Все мы живем на этой большой и прекрасной Земле, и не проходит ни одного дня, чтобы мы не сделали для себя какого – то открытия, пусть даже самого маленького: будь то впервые услышанная музыка или песня, прочитанная книга или просмотренный спектакль. А иногда вдруг как будто хорошо знакомый человек открывается с новой стороны. И вот так день за днем. Мы никогда не знаем, что же может произойти особенное в следующую секунду, но это особенное происходит, словно какая – то неведомая сила повелевает нами, пытаясь заставить нас поверить в его существование.

Стихи – особенная область нашей духовной жизни. Любое прочитанное нами стихотворение проникает в наше сознание, оставляя в душе свой неповторимый след. При чтении одних стихотворений мы погружаемся в сказочный мир, полный чудес. В других узнаем мир реальный. И ни один образ, ни один герой со слов знакомого человека не воспринимается нами более глубоко, чем тот, о котором мы узнаем сами. Мы словно сживаемся с лирическим героем сердцем и душой, сливаясь с ним воедино. И тогда мы глубже оцениваем реальную обстановку, ту, в которой жил поэт.

Мне очень нравится читать стихи. Из них я узнаю много нового. Каждое стихотворение открывает моей душе что – то особенное, то, чего я не знала до чтения, что, быть может, поможет мне выбрать в будущем правильную дорогу в жизни. Одним из любимых стихотворений для меня стало стихотворение А.С.Пушкина «Наслаждение». Оно было написано в 1816 году, говорит о тонком мире поэта. С первых же строк от него веет какой – то легкой печалью, грустью. Поэт с сожалением пишет о своей молодости, которая постепенно, день за днем уходит в небытие, оставляя за собой «печали след». Судьба лишила его радости жизни, лишила наслажденья. Создается такое впечатление, будто лирический герой, которого рисует нам А.Пушкин, живет на этом свете не по своей воле. Словно какая – то сила невидимым кольцом смыкается вокруг него, затрудняя мысли. Но она в то же время дает ему и способности дышать, чувствовать, думать. Лирический герой Пушкина пытается слиться с реальностью, но не в силах понять всю глубину ее сути. Он искал отражение своих мировоззрений в мире иллюзий, летел вслед за мечтой на златых крыльях и был уверен, что судьба подарит ему счастье, «волшебную нежную красоту» любви. Но, к сожалению, бывает так, что в минуты счастья мы верим в то, что оно продлится еще долго. Так мы, по крайней мере, хотим думать. Но судьба часто играет с нами. В решающий момент она наносит удар, как бы испытывая нас. Такое же испытание любовью проходит герой А.Пушкина:

Читайте также:
Как первая и последняя встречи Татьяны и Онегина определяют характеры героев: сочинение

Любовь явилась молодая

И полетела предо мной.

Кажется, что, наконец – то, судьба решила улыбнуться ему. Но, оказалось, она слишком далека, недосягаема. Тема стихотворения – несчастная любовь. не оправдавшая надежды героя. Не счастье принесла она ему, не радость, она лишь слегка коснулась его своим крылом, будто напомнив о своем существовании, дав понять, что предназначена не для него. Ведь любовь – неуловимое чувство, которое поймать удается, увы, не каждому. Она приходит тогда, когда ее не ждешь, и уходит тоже внезапно. И тогда она становится памятью о пережитом.

Главная мысль, заключенная в стихотворении, – показать человека в минуты разочарования, в минуты одиночества, показать, как он справляется с собой, как преодолевает. Когда тебя покинули, сердце разрывается от горечи, в душе образуется рана, и только время способно ее вылечить. Лирического героя интересует главный вопрос его нынешней жизни:

Когда в сиянье возродится

Светильник тусклый юных дней

И мрачный путь мой озарится

Улыбкой спутницы моей?

Хотя вопрос этот не вечный. Просто сейчас наступила для него темная полоса, полоса разочарований и сожалений. И это нужно пережить, хотя и трудно. В стихотворении слышится надежда на лучшее будущее, на светлую жизнь, на любовь.

Стихотворение «Наслажденье» написано четырехстрочным ямбом с перекрестной рифмовкой, любимым размером Пушкина. Вспомним, что и любимое нами «Зимнее утро», и «Воспоминания в Царском селе» написаны именно этим размером. Поэт искусно использует многочисленные художественные приемы. Такие эпитеты, как «в неволе скучной», в «томном сердце», «златые крылья» и ряд других наполняют стихотворение более глубоким смыслом. Благодаря им каждая строчка насыщается красками, становится ярче. Также используются метафоры: «увядает жизни цвет», «младость отлетает», «возродится светильник». Образы эти создают представление о несогласуемой смене жизненных перипетий.

В первой строфе стихотворения происходит ассонанс гласного. Так и смыкаются в тревожном ожидании наши губы. Мы «следуем» за этой магической буквой, и она переносит нас в иной мир, туда, где уже не властно влияние времени. Ее призыв звонко отдается в нашем сердце. Начиная со второй строфы, мы улавливаем ассонанс гласной «о». Она чем-то напоминает нам колесо, которое беспрестанно катится по жизненной дороге, встречая на своем пути, камни и пороги. Еще активнее, еще быстрее следуем мы за мыслями и чувствами героя. Он – в наших сердцах, мы сливаемся с ним воедино, мы чувствуем, как бьется его сердце в ожидании света, в ожидании люби, которая скоро осветит его дальнейший путь, его дальнейшую судьбу.

Читая стихотворение Пушкина, я полностью погружаюсь в тот мир, в котором живет и действует герой, в котором происходит его духовный рост, формируется его восприятие жизни глазами самого поэта. Я могу лучше понять те идеалы, которые были для него путеводной звездой, к чему стремился он на протяжении всей жизни. Это стихотворение мне очень понравилось. Это открыло мне глаза на нашу жизнь, на окружение. Как часто кажется нам, что в трудные минуты почва уходит из-под ног, что нет больше сил терпеть испытания и нет возможности постичь их истинный смысл. Когда нам плохо, когда печаль сковывает нашу душу, нам кажется, что мы стоим на краю огромной пропасти и стоит только посмотреть в нее, как становится еще невыносимее. Но, какие бы препятствия ни встречались на нашем пути, какие бы испытания ни выпадали на долю, мы должны стараться выдержать все: от незначительной боли до самой глубокой. Ведь, в конце концов, все проходит в этой жизни, ничто не вечно. Нужно жить в надежде на лучшее, в надежде на то, что счастливые минуты настанут и даже быстрее, чем мы ожидаем. Нужно только верить, нужно только ждать. Наверное, так думал и мой любимый поэт, и лирический герой его стихотворения.
Другие сочинения по разным стихотворениям Пушкина


Сочинение Татьяна Ларина – идеал русской женщины по роману Евгений Онегин

Подавляющее большинство русских писателей стремились к созданию идеальных образов своих героев, даже если подобные люди в действительности им не встречались. Это вполне логично, так как все творцы склонны к мечтательности, они создают в своих произведениях то, что никогда не имели в жизни. Александр Сергеевич Пушкин не исключение, он представил читателям в романе «Евгений Онегин» образ идеальной русской женщины.

Татьяна Ларина особый идеал для писателя. Он не стремился этого скрывать и нарекал ее «милым идеалом». Создавая этот потрясающий образ, Александр Сергеевич хотел, чтобы он был симпатичен не только ему самому, но и мог очаровать и влюбить в себя каждого читателя.

Героиня имеет немного общего со своими сверстницами – она неравнодушна к гаданиям, снам, которые видит и многим народным поверьям. Татьяна в детстве была окружена нянями, поэтому знала много русских небылиц и сказок. Она могла часами любоваться природой, ее интересовали обычаи старины и все в этом роде.

Однако девушка отличалась от остальных своих сверстниц. Татьяна обожала книги, не проводила время с детьми и не тянулась к родителям. Рукоделие также не вызывало у нее интерес. В ее характере отсутствовали такие черты, как лицемерие, обман. Она не умела кокетничать и не стремилась к этому. Героиня, будучи мечтательной натурой, много времени проводила наедине с самой собой, оставаясь в своем внутреннем мире. Большинство знаний о жизни Татьяна получает не из реальности, а из литературы. Поэтому девушка свято верит в то, что когда-нибудь она будет жить так, живут персонажи, прочитанных ею книг.

Читайте также:
Идейно-художественное своеобразие повести «Капитанская дочка»: сочинение

Героиня отличается своей искренностью, благородством и прямотой. И со временем она не потеряла эти качества. Повзрослев и заняв в обществе прочное место, Татьяна не испортилась, осталась таким же милым и хорошим человеком. Будучи прямой и открытой, она не смогла держать в себе свои любовные переживания и призналась в своих чувствах Онегину.

Татьяна Ларина обладательница самых лучших человеческих качеств. Героиня не только имеет высокие моральные качества, но и стабильна по отношению к вещам и жизни. В ее душе и сердце нет места для зла, негатива и этим может похвастаться далеко не каждый. И здесь нет ничего удивительного, ведь именно она – настоящий идеал русской женщины. Ее образ отличный пример для подражания нынешнему поколению. Все меняется в жизни, но честь и достоинство – бесценны на все времена.

2 вариант

Татьяна Ларина – главный женский образ романа А. С. Пушкина «Евгений Онегин». Тема сочинения «идеал русский женщины». Считал ли Пушкин героиню идеалом?

Что есть идеал? Идеал – это некий морально-нравственный образ, выступающий ориентиром, целью. Идеал – нечто недоступное, к чему каждый стремится, но никогда не достигнет. Важен именно процесс достижения цели.

Когда мы знакомимся впервые с Татьяной, она предстает перед нами молодой девушкой. Ее характер, ее поступки выделяют ее среди представительниц прекрасного пола 19 века. Татьяна на этом этапе не идеал русской женщины, но она уже идеал русской души. Она открытая, добрая. Автор описывает, как ее завораживают русские традиции и обряды, увлекает чтение. Создается ощущение отчужденности девушки от ее семьи. Автор демонстрирует отличие девушки от мира дворянства в целом. Она ближе к простым русским людям, чем к холодному дворянскому сословию. Русский характер, воспевающийся культурой, жил в народе, дворянство, наоборот, изгоняло его из себя, считало заразной болезнью. Оно топтало в себе русские идеалы и пыталось впитать европейские ценности. Знаменитое письмо Татьяны также убеждает читателя в искренности и душевности героини. Все это характеризует Татьяну, как смелую, чувственную, эмоциональную, живую девушку. Она прекрасна, но на этом этапе событий романа, она еще в начале становления образа героини.

Читатель знакомится уже с повзрослевшей героиней в конце романа. Теперь мы действительно можем размышлять, была ли она тем совершенным образом русской женщины? Татьяна предстает перед нами уже не такой чувственной, восторженной девушкой. На предложение Онегина она отвечает отказом и выбирает семью. Этот поступок демонстрирует женское достоинство. Она выбирает свою новую семью. Она держит слово, данное мужу. Женское достоинство – это уважение к себе, к людям. Обретя жизненный опыт, Татьяна понимает, есть вещи важнее, ярких чувств. Она видит, Онегин не достоин ее. Нельзя бросить семью ради человека, который все считает игрой.

Пушкин любил, лелеял образ Татьяны. Я полностью разделяю его отношение к героине и восхищаюсь ее женским достоинством. Татьяна идеал женщины, демонстрирующий ценности русского человека.

Также читают:

Картинка к сочинению Татьяна Ларина – идеал русской женщины

Популярные сегодня темы

В произведение Бунина повествуется о человеке, который чувствуя запах яблок, вспоминает о своём родном селе. В его родных Выселках люди жили богато и ни на что не жаловались, ведь всего было в достатке.

Нет ни одной семьи, которую бы не затронула Великая Отечественная война. Эта трагедия оставила огромный мрачный, полный боли и слез след в истории России. Миллионы жизней были унесены за светлое и мирное небо

Музыку неспроста называют универсальным языком общения. Это один из видов искусства, который не может оставить равнодушным. Одному нравятся классические композиции, другой любит тяжёлый рок, третий – фолковые мелодии.

В великолепном произведении, написанным замечательным писателем Лесковым под названием «Левша», рассказывается о жизни главного персонажа, который представляет собирательный образ всего русского народа.

Может, удивительно, но это математика. Очень многие не любят этот урок, даже не понимают, как его можно любить… Когда я говорю, что мне нравится математика, меня многие недоверчиво переспрашивают. Но вот такой у меня вкус! И способности.

«Идеал свободного и независимого образа в романе «Евгений Онегин»»

В романе «Евгений Онегин» Пушкин развивает несколько сюжетных линий, которые проходят на фоне жизни России начала 19 в, в которой читателю благодаря искусству автора, все ясно, понятно и узнаваемо. Знаменитый критик XIX в В. Г. Белинский назвал роман Пушкина «энциклопедией русской жизни». Это определение изумительно верно, ведь поэт находит самые убедительные слова и картина русской действительности, как живая, открывается перед нами.

Действительно, прочтя лишь первые 20 глав «Евгения Онегина» мы уже знаем необычайно много из жизни людей той эпохи: как воспитывали молодых дворян, где они гуляли в детстве, куда ездили развлекаться, когда становились взрослей, что было важно для молодых дворян, что ели и что пили; что было модно смотреть в театре, для чего люди ходили в театр. На страницах романа можно найти даже такие подробности из жизни России 19 в. как особенности экспорта и импорта («за лес и сало» и пеньку ввозили предметы роскоши: «Янтарь на трубах Цареграда, Фарфор и бронза… Духи в граненом хрустале» и многое другое «для забав, для неги модной»).

Однако глупо было бы думать, что этим и ограничивается «ЕО» как роман- энциклопедия. Ведь роман был написан скорее для соотечественников Пушкина, чем для нас, его потомков через 200 лет, и вряд ли ему хотелось нам показать жизнь России начала 18 столетия (действия романа происходят 1819- 1825 гг.). Скорее приходит на ум, когда читаешь роман, что Пушкин хотел показать с новой стороны те события и явления жизни, которые были свойственны русскому дворянству и народу в те годы.

Читайте также:
Характеристика Владимира Ленского: сочинение

На протяжении романа и в лирических отступлениях показаны все слои русского общества: высший свет Петербурга, дворянская Москва, поместное дворянство, крестьянство. Как же Пушкин преподносит нам, читателям эти слои?

Высший свет Петербурга выступает на первый план в начале романа, в первой главе, а также в последней VIII главе романа. Прежде всего, бросается в глаза авторское отношение к высшему свету Петербурга – саркастическая насмешка над их жизнью и поведением. Например, про воспитание Евгения:

* Он по-французски совершенно
* Мог изъясняться и писал;
* Легко мазурку танцевал
* И кланялся непринужденно;
* Чего ж вам больше? Свет решил,
* Что он умен и очень мил.

Сразу видно, что для света ничего кроме хороших манер не требуется и для того, чтобы иметь успех, надо лишь уметь кланяться «непринужденно». Или такая деталь, как разговор светских дам:

* … Но вообще их разговор
* Несносный, хоть невинный вздор;
* К тому ж они так непорочны,
* Так величавы, так умны,
* Так благочестия полны,
* Так осмотрительны, точны,
* Так неприступны для мужчин,
* Что вид их уж рождает сплин.

Однако под этой насмешкой невольно (скорее даже специально) видно авторская грусть и неприятие подобным положением дел. И уже не удивительным становится признание «довольно скучен высший тон».

Далее в серединных главах перед нами предстает поместное дворянство и жизнь деревенской России (о том, что современная ему Россия деревенская подчеркивается также игрой слов в эпиграфе ко второй главе). Когда начинаешь рассматривать помещиков, показанных Пушкиным, то невольно в голову приходит сравнение с Гоголевскими помещиками из «Мертвых душ» (особенно на эту мысль наводит описание сна Татьяны и ее именин):

* С своей супругою дородной
* Приехал толстый Пустяков;
* Гвоздин, хозяин превосходный,
* Владелец нищих мужиков;

* Скотинины, чета седая….
* Уездный франтик Петушков,
* … И отставной советник Флянов,
* Тяжелый сплетник, старый плут,
* Обжора, взяточник и шут.

Пушкин не щадит никого. От его сарказма не скрывается ни один типический персонаж. Однако следует заметить, с каким мастерством ему удается добиться той золотой середины между злой насмешкой и обычным описанием. Пушкин говорит просто и без злости.

Особый интерес как представитель определенного класса представляет Ленский. Он родился в России, но воспитывался и получил образование в свободолюбивой Германии:

* … От хладного разврата света
* Еще увянуть не успев, …

Но такому человеку нет места в той России, которую описал Пушкин в своем романе. Не погибни на дуэли, он мог бы, по мнению автора, стать поэтом или превратиться в этакого Манилова и закончить жизнь как дядя Онегина (также интересно, что Пушкин хотел, но по соображениям цензуры не смог включить еще одну строфу, где говориться, что Ленский мог бы быть «повешен как Рылеев»).

Судьба матери Татьяны также типична для женщин того времени – она была выдана замуж за нелюбимого ей человека, но вскоре привыкла и смирилась, занялась хозяйством:

* Солила на зиму грибы,
* Вела расходы, брила лбы…

То есть заменила счастье привычкой. Этот образ очень напоминает Коробочку из «Мертвых душ». Только лишь в описании простого народа, Татьяны (поскольку она была «русская душою») и Евгения (поскольку именно о нем ведется повествование) Пушкин отказывается от своей постоянной насмешки. Только к ним он относится с уважением и не пытается разоблачить подобно другим образам.

Далее в седьмой главе перед нами предстает московское дворянство, или, как сразу определяет Пушкин – «ярмарка невест». Описывая московское дворянство, Пушкин также саркастичен: в гостиных он подмечает «бессвязный пошлый вздор», но вместе с тем, поэт любит Москву, и всем запомнились его знаменитые необычайно красивые строки: «Москва… Как много в этом звуке для сердца русского слилось…». Он гордится Москвой 1812 года:

* Напрасно ждал Наполеон,
* последним счастьем опоенный,
* Москвы коленопреклоненной
* с ключами старого Кремля…

Как видно, «Евгений Онегин» – действительно «энциклопедия русской жизни», энциклопедия, в которой заново объясняется и раскрывается смысл тех явлений и той жизни, которая окружала людей эпохи Пушкина. Автор смог с помощью авторской иронии, лирических отступлений и необычайно красочных и исторически верных образов рассказать в своей «энциклопедии» о главном в жизни людей. 19 октября (1825) С доверчивой надеждой первых лет, Друзьям иным душой предался нежной; Но горек был небратский их привет.

* …Поэта дом опальный,
* О, Пущин мой, ты первый посетил;
* Ты усладил изгнанья день печальный…

Авторский идеал в романе «Евгений Онегин»

В романе «Евгений Онегин» проявилась пушкинская полнота духа как способность вмещать и выражать все многообразие жизни. «Пушкин в «Евгении Онегине» исторически подошел к менявшейся на его глазах современности и к своему собственному сознанию»[ Семенко И.М. Эволюция Онегина: К спорам о пушкинском романе//Русская литература, 1960, №2, с. 111.], – справедливо указывает И.М. Семенко. В современном европейском и русском литературоведении, исследующем сложнейшие проблемы Автора и Читателя, Автора и его «картины мира», Автора и Героя, пушкинский роман становится буквально кладезем аргументации в спорах по этим вопросам.

В 60-70-х гг. ХХ в. имел место спор об образе автора – одной из основных категорий теоретико-литературной мысли (идею автора как центра художественного произведения отрицал, например, Р. Барт (программная статья «Смерть автора»), настаивая на мысли, что «письмо есть изначально обезличенная деятельность»[ Барт Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1989, с. 385.]). Однако ведущие российские литературоведы (С. Бочаров, В. Кожинов), развивая идеи В. Виноградова[ Виноградов В.В. О языке художественной прозы. М., 1980.] и М.М. Бахтина[ Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979.], заговорили о проблеме автора как основополагающей в науке о литературе. В настоящее время центральная позиция автора в мире художественного произведения не вызывает сомнений: ведь автор берет на себя функции обеспечения «внутренней цельности и целостности» произведения, «вступая в различные взаимоотношения с героями»[ Большакова А.Ю. Образ автора//Лит. учеба, 2001, кн. 5, с. 171.]. И автор, и читатель, а также непосредственные действующие лица повествования – постоянные, активные характеры в романе “Евгений Онегин”. Их взгляды на мир по-разному переплетаются, а изменение во взглядах автора вызывает уже упомянутые «противоречия» между отдельными частями романа, усиливая его жизненность. «Евгений Онегин» характеризуется «размыванием границы между действительностью, изображаемой в произведении, и реальностью, в которой существуют живой создатель художественного текста (биографический автор) и его читатели»[ Штейнгольд А.М. В.В. Набоков о Пушкине в романе «Дар»//Проблемы современного пушкиноведения. Псков, 1999, с. 191.], и авторское «я» настраивает читателя на доверительный разговор-исповедь. Действительно, «авторская творческая активность направлена на воплощение «мечты о своем читателе». Потому в художественной структуре произведения – наряду и в соответствии с «образом автора» – происходит выделение его коммуникативной пары: «образ читателя», воображаемый читатель (адресат)»[ Большакова А.Ю. Образ автора, с. 174.]. Говоря о лирических отступлениях в романе «Евгений Онегин», мы в общих чертах уже касались проблемы читателя как собеседника автора, причем собеседника как бы вне зависимости от «временного статуса» читателя. Если же говорить о «близком автору «читателе», понимающем собеседнике-современнике»[ Большакова А.Ю. Образ читателя как литературоведческая категория, с. 25.], то это предполагает постоянное возвращение к воспоминаниям, обусловленным общим для «читателя-современника» и для автора социально-историческим прошлым (отсюда, кстати, и необходимость комментирования романа, возникшая уже в конце XIX в., когда многие реалии пушкинской эпохи стали историей), возвращение к ранее прочитанным частям текста («смотрите первую тетрадь» (V, 116)) и различным сюжетным моментам («Онегин (вновь займуся им)…» (V, 170)). Обращаясь к читателю, автор оценивает определенные жизненные явления, выражая при этом свой философский взгляд на мир, что неизменно связано с духовным самораскрытием автора.

Читайте также:
Бунт крестьян в повести А. С. Пушкина «Дубровский»: сочинение

Современное литературоведение осваивает категорию автора как одну из масштабных и всеобъемлющих: без нее невозможно полноценное исследование художественного произведения. Проблему автора в разное время рассматривали такие замечательные исследователи, как Ю.Н. Тынянов, Б.М. Эйхенбаум, Л.Я. Гинзбург. В их трудах находит отражение мысль о «протеизме» Пушкина, высказанная еще В.Г. Белинским и Н.В. Гоголем и связанная с проблемой выражения авторской личности. «В своем развитии творчество Пушкина вместило разные воплощения авторского я»[ Гинзбург Л.Я. О лирике. Л., 1974, с. 182. ], – справедливо писала Л.Я. Гинзбург, указывая также на то, что при этом конкретность «авторского образа» «…из плана биографического, фактического отчасти переключилась в план философский и психологический»[ Гинзбург Л.Я. О лирике, с. 208.]. Б.М. Эйхенбаум, говоря о философском взгляде Пушкина на мир, верно замечал, что поэт в своем творческом акте «поднимается» над жизнью, «чтобы в самой текучести и изменчивости видно было нечто постоянное, вечное»[ Эйхенбаум Б.М. О поэзии. Л., 1969, с. 321.].

Мы задаемся вопросом – можно ли и нужно ли отождествлять автора («я») в «Евгении Онегине» с Пушкиным – автором «Евгения Онегина»? Думается, что нет: перед читателем не реальный поэт, а его романный образ, художественный двойник: «автор» имеет лишь опосредованное отношение к реально-биографической личности автора-писателя»[ Большакова А.Ю. Образ автора, с. 171.]. Г.А. Гуковский очень точно охарактеризовал проявление личности автора в романе «Евгений Онегин»: «Автор неотступно присутствует при всех сценах романа, комментирует их, дает свои пояснения, суждения, оценки. Он присутствует не только как автор, литературно существующий во всяком романе, а именно как персонаж, свидетель, отчасти даже участник событий и историограф всего происходящего»[ Гуковский Г.А. Пушкин и проблемы реалистического стиля. М., 1957, с. 166.].

В.С. Непомнящий, обращая внимание на структуру текста и ее связь с образом автора, справедливо пишет, что сюжет героев внутри романа предназначен для того, чтобы «развернуть духовную жизнь автора в общечелове-ческий план. А то, что называется отступлениями, представляет собой опорные точки авторской темы, которые не дают «материалу», то есть сюжету героев, стать самостоятельным повествованием»[ Непомнящий В.С. Пушкин. Русская картина мира, с. 277.]. Пушкин в самом деле создал для автора-повествователя особые условия, формирующие всю лирическую стихию романа, которая определяется личностью автора, его миропониманием, его мироощущением. Таким образом, в романе «Евгений Онегин» перед нами предстает своеобразная поэтическая биография Пушкина, отражение «души в заветной лире» (как сказал поэт в своем программном стихотворении «Памятник» (1836)). Поэт помещает себя в центр вымышленного романного мира, в систему отношений с персонажами, созданными его воображением, переживая вместе с ними любовь и разлуку, радость и печаль, вдохновение и хандру. В.Г. Одиноков справедливо отмечал, что «романная судьба героев… не может не влиять на функционирование биографической канвы повествователя, который теперь сам выступает как персонаж»[ Одиноков В.Г. «И даль свободного романа…», с. 76.]. Также и В.С. Непомнящий, говоря о неразделимости вымышленных героев и образа автора, пишет, что «в каждом из них – часть авторского опыта и авторской души»[ Непомнящий В.С. Книга, обращенная к нам: «Евгений Онегин» как «проблемный роман», с. 154.].

Разумеется, «понимание образа автора невозможно без проникновения в диалогические отношения автора и героев»[ Большакова А.Ю. Образ автора, с. 171.]. Наиболее интересным для рассмотрения нам представляется соотношение образов автора и заглавного героя. Сопоставляя себя с героями, размышляя о них и о себе, автор находится в постоянных поисках идеала. В связи с этим мы считаем уместным говорить об авторском идеале, выраженном в романе «Евгений Онегин».

Читайте также:
Первый лишний человек в русской литературе (по роману «Евгений Онегин»): сочинение

В образе Евгения Онегина с наибольшей силой проявляются отличительные черты молодого человека начала XIX века, который в связи с этим особенно близок поэту. Мы действительно замечаем сходство между автором и героем: недаром автор с самого начала рекомендует Онегина: «добрый мой приятель». Поэт делает героя человеком одного круга с собой, Онегин не только не антипод по отношению к автору, но его единомышленник. Хотя ему и присущи «неподражательная странность//И резкий охлажденный ум», он, как и автор, «условий света свергнул бремя» (V, 28). Автор подружился с ним, сказано далее, «как он, отстав от суеты», «именно тогда, – справедливо указывает В.С. Непомнящий, – когда Евгению такая жизнь опротивела, когда «ему наскучил света шум»[ Непомнящий В.С. Книга, обращенная к нам: «Евгений Онегин» как «проблемный роман», с. 146.]. Правда, из столкновения с «суетой» автор не вынес хандру, как Онегин, но тоже вышел с огромными душевными потерями: «Увы, на разные забавы//Я много жизни погубил!» (V, 22) По верному наблюдению Г.Г. Красухина, «отстав от суеты», автор сполна оценивает ее губительную силу», сознавая «бездуховность той среды, в которую ему приходилось погружаться»[ Красухин Г.Г. Покой и воля. Некоторые проблемы пушкинского творчества, с. 51.].

О сходстве своего и онегинского характеров автор пишет:

Страстей игру мы знали оба:

Томила жизнь обоих нас;

В обоих сердца жар угас;

Обоих ожидала злоба

Слепой Фортуны и людей

На самом утре наших дней.

Однако в дальнейшем мы встречаем свидетельство более критичного отношения автора к герою с его «язвительным спором», шуткой «с желчью пополам» и «злостью мрачных эпиграмм» (V, 29). Ведь автор здесь же, в первой главе, замечая «разность» между собой и героем, стремится обозначить ее еще и для того, чтобы отделить свое мировоззрение от «чайльд-гарольдства» Онегина. Это доказательство того, как далеко ушел Пушкин от Байрона, поэта «гордости», для которого оказалось «невозможно//Писать поэмы о другом,//Как только о себе самом» (V, 33-34). В этих шутливых по тону строках по существу содержится отчетливо сформулированная декларация принципиально нового творческого пути, на который Пушкин становится уже в 1823 г. и который делается основным в его творчестве. Нам представляется интересной мысль В.Г. Одинокова, который писал: «Пушкину, чтобы написать роман, нужно было быть Онегиным и перестать им быть»[ Одиноков В.Г. «И даль свободного романа…», с. 86.]. Как характерную черту облика заглавного героя исследователь отмечает то, что «Онегин лишен поэтического дара»[ Там же.]. Добавим, что мотив отсутствия «поэтического дара» – один из главных при сопоставлении автора и его героя, и он не случайно повторяется:

Высокой страсти не имея

Для звуков жизни не щадить,

Не мог он ямба от хорея,

Как мы ни бились, отличить.

Онегин дома заперся,

Зевая, за перо взялся,

Хотел писать — но труд упорный

Ему был тошен; ничего

Не вышло из пера его…

Испытав силу любовной страсти, Онегин «…чуть с ума не своротил//Или не сделался поэтом.//Признаться: то-то б одолжил!» (V, 184). Здесь звучит явная авторская ирония; заметим также, что в этой же строфе автор называет Онегина своим «бестолковым учеником», который «стихов российских механизма…не постиг» (V, 184-185). Поэтому вполне закономерно, что Онегин, «томясь душевной пустотой» (V, 28), не попал «в цех задорный» поэтов, к которым принадлежит и сам автор.

«Душевная пустота» – вот та основная черта, что отличает героя от автора с его многоаспектным духовным миром. И, благодаря уже упомянутому совмещению в этом духовном мире различных наследий, благоговейно сохраняемой памяти о прошлом, постоянному обращению к нравственным ценностям, мы можем говорить о внутренней свободе автора. Концепт внутренней свободы подробно рассмотрен Д.С. Лихачевым, которому принадлежит весьма интересное наблюдение: «Пушкин – несомненный интеллигент»[ Лихачев Д.С. Раздумья о России, с. 624.]. Почему? Потому, что «русской интеллигенции присуща «тайная» свобода, о которой писали и Пушкин, и Блок»[ Там же. С. 616.] (курсив наш. – В.К.). Эта свобода указывает человеку настоящую дорогу, она открывает ему «свет истины» (В.С. Непомнящий). Онегина же нельзя назвать нравственно свободной личностью. Первопричины его несвободы – искаженная картина мира, воспитание, породившее ложную систему мнимых ценностей, зависимость от общественного мнения, неподготовленность к духовному «самостоянью», нравственному и духовному пересозданию своей личности в соответствии с идеалом. Онегина после убийства друга мучит совесть (эта истина в человеческой душе!), и он бежит из тех мест, «где окровавленная тень//Ему являлась каждый день» (V, 171), пытаясь отдалить неотвратимый час нравственного суда над собой. По верному определению Ю.С. Степанова, «духовное странничество… связано с передвижением в мире материальном»[ Степанов Ю.С. Константы: словарь русской культуры. М., 2001, с.182.]. Значит, не случайно Онегиным «овладело беспокойство,//Охота к перемене мест» (V, 171).

Россия для Онегина началась с Новгорода Великого, куда его манят «тени великанов» (Рюрика, Ярослава, Иоанна), и В.А. Кошелев очень точно указывает на то, что город «воспринимается как своеобразный затонувший «Китеж-град», обиталище «теней». Именно это «обиталище» становится в конечном итоге общественно-историческим символом онегинской «тоски»[ Кошелев В.А. «Онегина воздушная громада…»//Лит. в школе, 2004, №1, с. 7.]. Изображая Москву, куда затем едет герой, автор ищет наиболее точного образа русской древней столицы, отталкиваясь от собственных впечатлений (по словам В.А. Кошелева, Пушкин понемногу «стал ощущать сплетни и недоверие, которые стали заслонять московское «хлебосольство»[ Там же. С. 8.]). В Нижнем Новгороде, «в отчизне Минина» Онегин замечает «меркантильный дух» (V, 200), ложь, суету, от которой не так давно «отстал»… Образ Руси оказывается безрадостным. И именно поэтому тоска Онегина усиливается. Он едет на Кавказ, затем в Крым… И дальнейшее повествование в главе о странствии героя приобретает лирический характер: автор пользуется случаем рассказать о перемене своих поэтических устремлений: «Иные нужны мне картины://Люблю песчаный косогор,//Перед избушкой две рябины,//Калитку, сломанный забор…» (V, 203)

Читайте также:
Тема одиночества в романе А. Пушкина Евгений Онегин: сочинение

В этом смысле путешествие сближает автора и его героя: оба в движении, в поисках настоящего. По тонкому наблюдению В.А. Кошелева, «взгляд героя становится более созерцательным, более эпичным; воззрения автора – более объемными… он переживает резкий поворот к новым «картинам», новым темам и мотивам, к иным оценкам поведения героев своего романа, к новому типу восприятия и философского осмысления жизни»[ Кошелев В.А. «Онегина воздушная громада…», с. 10.]. А герой пока не может обрести себя, и его путь может оказаться без «исхода» (Ф.М. Достоевский). Кроме того, со странничеством Онегина можно ассоциировать «мотив отрыва от родной почвы»[ Степанов Ю.С. Константы: словарь русской культуры, с. 199.], тогда как автор никогда не терял с ней связи. В пределах современной России для Онегина места нет.

Интересно замечание Г.Г. Красухина, который считает, что «Отрывки из путешествия Онегина» объясняют «сущность… душевного состояния Онегина, обозначающего кризис его душевной болезни, после которого дело обычно движется к выздоровлению»[ Красухин Г.Г. Покой и воля. Некоторые проблемы пушкинского творчества, с. 132.]. Заметим, что онегинские «сплин», «хандра», «скука» превращаются в «тоску». Автор настойчиво стремится обратить внимание на этот факт: слово «тоска» рефреном звучит в «Отрывках…». Тоска поселяется в душе героя, когда он находится в поисках чего-то вечного, незыблемого, стремится испытать чувство внутренней свободы, но не находит его в странствиях. Нужно отметить, что понятие «тоска» неизмеримо глубже понятия «скука». Выдающийся русский мыслитель Н.А. Бердяев писал, что «скука говорит о пустоте и пошлости… В тоске есть надежда, в скуке – безнадежность. Возникновение тоски есть уже спасение»[ Цит. по: Степанов Ю.С. Константы: словарь русской культуры, с. 881.]. На этом основании, включаясь в давний спор русской критики и науки, мы вправе сделать вывод о том, что автор оставляет своего героя с надеждой на духовное возрождение – и в этом сокращает «разность» между Онегиным и собой. Ведь он, как и его герой, как любой человек, стремился достигнуть той истины, того идеала, который, согласно высказыванию В.С. Непомнящего, – «не отдаленная мечта, а то, что есть в каждом чело-веке, что… свидетельствует о высоком человеческом предназначении» Непомнящий В.С. Пушкин. Русская картина мира, с. 30. И в этом заключен один из вечных парадоксов человеческой жизни – невозможность достижения идеала, изначально заложенного в самом существе человека.

Автор в «Евгении Онегине» предстает перед нами как универсальный образ в его сложных отношениях с вымышленным и реальным миром: ведь он находится в постоянном диалоге с героями и читателем. Перед нами возникает созданная поэтическим воображением Пушкина «картина мира» (В.С. Непомнящий), «образ мира» (Ю.М. Лотман). Свобода творческой личности, как писал еще Гегель, состоит во «внимании к многообразному бытию»[ Цит. по: Степанов Ю.С. «Жрец» нарекись, и знаменуйся: «жертва»/Русская интеллигенция. История и судьба, с. 19.]. С этим утверждением перекликается высказывание современного исследователя И.В. Кондакова, очень верно указавшего на то, что истинная свобода «достигается лишь художником-гением, создающим произведение искусства, которое становится средством преодоления любых ограничений»[ Кондаков И.В. К феноменологии русской интеллигенции/Русская интеллигенция. История и судьба, с. 68.]. Иначе говоря, произведение, созданное художником, воплощает объективную универсальную картину мира. Пушкин как художник осознает себя в мире и чувствует свое неразрывное единство со Вселенной. Поэтому Пушкин – автор «Евгения Онегина» и творческая личность – сегодня предстает перед нами как феномен русского мира с присущими ему национальными и нравственными особенностями и как субъект русского мира, который этот мир осмысливает и формирует.

Таким образом, современная поэту русская жизнь поворачивается к читателю двуединством богатства объективной картины России и соразмерного ей неисчерпаемого богатства личности творца «Евгения Онегина».

Авторский идеал в романе «Евгений Онегин»

В романе «Евгений Онегин» проявилась пушкинская полнота духа как способность вмещать и выражать все многообразие жизни. «Пушкин в «Евгении Онегине» исторически подошел к менявшейся на его глазах современности и к своему собственному сознанию»158, – справедливо указывает И.М. Семенко. В современном европейском и русском литературоведении, исследующем сложнейшие проблемы Автора и Читателя, Автора и его «картины мира», Автора и Героя, пушкинский роман становится буквально кладезем аргументации в спорах по этим вопросам.
В 60-70-х гг. ХХ в. имел место спор об образе автора – одной из основных категорий теоретико-литературной мысли (идею автора как центра художественного произведения отрицал, например, Р. Барт (программная статья «Смерть автора»), настаивая на мысли, что «письмо есть изначально обезличенная деятельность»159). Однако ведущие российские литературоведы (С. Бочаров, В. Кожинов), развивая идеи В. Виноградова160 и М.М. Бахтина161, заговорили о проблеме автора как основополагающей в науке о литературе. В настоящее время центральная позиция автора в мире художественного произведения не вызывает сомнений: ведь автор берет на себя функции обеспечения «внутренней цельности и целостности» произведения, «вступая в различные взаимоотношения с героями»162. И автор, и читатель, а также непосредственные действующие лица повествования – постоянные, активные характеры в романе “Евгений Онегин”. Их взгляды на мир по-разному переплетаются, а изменение во взглядах автора вызывает уже упомянутые «противоречия» между отдельными частями романа, усиливая его жизненность. «Евгений Онегин» характеризуется «размыванием границы между действительностью, изображаемой в произведении, и реальностью, в которой существуют живой создатель художественного текста (биографический автор) и его читатели»163, и авторское «я» настраивает читателя на доверительный разговор-исповедь. Действительно, «авторская творческая активность направлена на воплощение «мечты о своем читателе». Потому в художественной структуре произведения – наряду и в соответствии с «образом автора» – происходит выделение его коммуникативной пары: «образ читателя», воображаемый читатель (адресат)»164. Говоря о лирических отступлениях в романе «Евгений Онегин», мы в общих чертах уже касались проблемы читателя как собеседника автора, причем собеседника как бы вне зависимости от «временного статуса» читателя. Если же говорить о «близком автору «читателе», понимающем собеседнике-современнике»165, то это предполагает постоянное возвращение к воспоминаниям, обусловленным общим для «читателя-современника» и для автора социально-историческим прошлым (отсюда, кстати, и необходимость комментирования романа, возникшая уже в конце XIX в., когда многие реалии пушкинской эпохи стали историей), возвращение к ранее прочитанным частям текста («смотрите первую тетрадь» (V, 116)) и различным сюжетным моментам («Онегин (вновь займуся им)…» (V, 170)). Обращаясь к читателю, автор оценивает определенные жизненные явления, выражая при этом свой философский взгляд на мир, что неизменно связано с духовным самораскрытием автора.
Современное литературоведение осваивает категорию автора как одну из масштабных и всеобъемлющих: без нее невозможно полноценное исследование художественного произведения. Проблему автора в разное время рассматривали такие замечательные исследователи, как Ю.Н. Тынянов, Б.М. Эйхенбаум, Л.Я. Гинзбург. В их трудах находит отражение мысль о «протеизме» Пушкина, высказанная еще В.Г. Белинским и Н.В. Гоголем и связанная с проблемой выражения авторской личности. «В своем развитии творчество Пушкина вместило разные воплощения авторского я»166, – справедливо писала Л.Я. Гинзбург, указывая также на то, что при этом конкретность «авторского образа» «…из плана биографического, фактического отчасти переключилась в план философский и психологический»167. Б.М. Эйхенбаум, говоря о философском взгляде Пушкина на мир, верно замечал, что поэт в своем творческом акте «поднимается» над жизнью, «чтобы в самой текучести и изменчивости видно было нечто постоянное, вечное»168.
Мы задаемся вопросом – можно ли и нужно ли отождествлять автора («я») в «Евгении Онегине» с Пушкиным – автором «Евгения Онегина»? Думается, что нет: перед читателем не реальный поэт, а его романный образ, художественный двойник: «автор» имеет лишь опосредованное отношение к реально-биографической личности автора-писателя»169. Г.А. Гуковский очень точно охарактеризовал проявление личности автора в романе «Евгений Онегин»: «Автор неотступно присутствует при всех сценах романа, комментирует их, дает свои пояснения, суждения, оценки. Он присутствует не только как автор, литературно существующий во всяком романе, а именно как персонаж, свидетель, отчасти даже участник событий и историограф всего происходящего»170.
В.С. Непомнящий, обращая внимание на структуру текста и ее связь с образом автора, справедливо пишет, что сюжет героев внутри романа предназначен для того, чтобы «развернуть духовную жизнь автора в общечелове­ческий план. А то, что на­зывается отступлениями, представляет собой опорные точки авторской темы, которые не дают «материалу», то есть сюжету героев, стать самостоятельным повествова­нием»171. Пушкин в самом деле создал для автора-повествователя особые условия, формирующие всю лирическую стихию романа, которая определяется личностью автора, его миропониманием, его мироощущением. Таким образом, в романе «Евгений Онегин» перед нами предстает своеобразная поэтическая биография Пушкина, отражение «души в заветной лире» (как сказал поэт в своем программном стихотворении «Памятник» (1836)). Поэт помещает себя в центр вымышленного романного мира, в систему отношений с персонажами, созданными его воображением, переживая вместе с ними любовь и разлуку, радость и печаль, вдохновение и хандру. В.Г. Одиноков справедливо отмечал, что «романная судьба героев… не может не влиять на функционирование биографической канвы повествователя, который теперь сам выступает как персонаж»172. Также и В.С. Непомнящий, говоря о неразделимости вымышленных героев и образа автора, пишет, что «в каждом из них – часть авторского опыта и авторской души»173.
Разумеется, «понимание образа автора невозможно без проникновения в диалогические отношения автора и героев»174. Наиболее интересным для рассмотрения нам представляется соотношение образов автора и заглавного героя. Сопоставляя себя с героями, размышляя о них и о себе, автор находится в постоянных поисках идеала. В связи с этим мы считаем уместным говорить об авторском идеале, выраженном в романе «Евгений Онегин».
В образе Евгения Онегина с наибольшей силой проявляются отличительные черты молодого человека начала XIX века, который в связи с этим особенно близок поэту. Мы действительно замечаем сходство между автором и героем: недаром автор с самого начала рекомендует Онегина: «добрый мой приятель». Поэт делает героя человеком одного круга с собой, Онегин не только не антипод по отношению к автору, но его единомышленник. Хотя ему и присущи «неподражательная странность//И резкий охлажденный ум», он, как и автор, «условий света свергнул бремя» (V, 28). Автор подружился с ним, сказано далее, «как он, отстав от суеты», «именно тогда, – справедливо указывает В.С. Непомнящий, – когда Евгению такая жизнь опротивела, когда «ему наскучил света шум»175. Правда, из столкновения с «суетой» автор не вынес хандру, как Онегин, но тоже вышел с огромными душевными потерями: «Увы, на разные забавы//Я много жизни погубил!» (V, 22) По верному наблюдению Г.Г. Красухина, «отстав от суеты», автор сполна оценивает ее губительную силу», сознавая «бездуховность той среды, в которую ему приходилось погружаться»176.
О сходстве своего и онегинского характеров автор пишет:
Страстей игру мы знали оба:
Томила жизнь обоих нас;
В обоих сердца жар угас;
Обоих ожидала злоба
Слепой Фортуны и людей
На самом утре наших дней.
(V, 28)

Читайте также:
Путешествие Онегина: сочинение

Однако в дальнейшем мы встречаем свидетельство более критичного отношения автора к герою с его «язвительным спором», шуткой «с желчью пополам» и «злостью мрачных эпиграмм» (V, 29). Ведь автор здесь же, в первой главе, замечая «разность» между собой и героем, стремится обозначить ее еще и для того, чтобы отделить свое мировоззрение от «чайльд-гарольдства» Онегина. Это доказательство того, как далеко ушел Пушкин от Байрона, поэта «гордости», для которого оказалось «невозможно//Писать поэмы о другом,//Как только о себе самом» (V, 33-34). В этих шутливых по тону строках по существу содержится отчетливо сформулированная декларация принципиально нового творческого пути, на который Пушкин становится уже в 1823 г. и который делается основным в его творчестве. Нам представляется интересной мысль В.Г. Одинокова, который писал: «Пушкину, чтобы написать роман, нужно было быть Онегиным и перестать им быть»177. Как характерную черту облика заглавного героя исследователь отмечает то, что «Онегин лишен поэтического дара»178. Добавим, что мотив отсутствия «поэтического дара» – один из главных при сопоставлении автора и его героя, и он не случайно повторяется:
Высокой страсти не имея
Для звуков жизни не щадить,
Не мог он ямба от хорея,
Как мы ни бились, отличить.
(V, 12)

Онегин дома заперся,
Зевая, за перо взялся,
Хотел писать — но труд упорный
Ему был тошен; ничего
Не вышло из пера его…
(V, 27)

Испытав силу любовной страсти, Онегин «…чуть с ума не своротил//Или не сделался поэтом.//Признаться: то-то б одолжил!» (V, 184). Здесь звучит явная авторская ирония; заметим также, что в этой же строфе автор называет Онегина своим «бестолковым учеником», который «стихов российских механизма…не постиг» (V, 184-185). Поэтому вполне закономерно, что Онегин, «томясь душевной пустотой» (V, 28), не попал «в цех задорный» поэтов, к которым принадлежит и сам автор.
«Душевная пустота» – вот та основная черта, что отличает героя от автора с его многоаспектным духовным миром. И, благодаря уже упомянутому совмещению в этом духовном мире различных наследий, благоговейно сохраняемой памяти о прошлом, постоянному обращению к нравственным ценностям, мы можем говорить о внутренней свободе автора. Концепт внутренней свободы подробно рассмотрен Д.С. Лихачевым, которому принадлежит весьма интересное наблюдение: «Пушкин – несомненный интеллигент»179. Почему? Потому, что «русской интеллигенции присуща «тайная» свобода, о которой писали и Пушкин, и Блок»180 (курсив наш. – В.К.). Эта свобода указывает человеку настоящую дорогу, она открывает ему «свет истины» (В.С. Непомнящий). Онегина же нельзя назвать нравственно свободной личностью. Первопричины его несвободы – искаженная картина мира, воспитание, породившее ложную систему мнимых ценностей, зависимость от общественного мнения, неподготовленность к духовному «самостоянью», нравственному и духовному пересозданию своей личности в соответствии с идеалом. Онегина после убийства друга мучит совесть (эта истина в человеческой душе!), и он бежит из тех мест, «где окровавленная тень//Ему являлась каждый день» (V, 171), пытаясь отдалить неотвратимый час нравственного суда над собой. По верному определению Ю.С. Степанова, «духовное странничество… связано с передвижением в мире материальном»181. Значит, не случайно Онегиным «овладело беспокойство,//Охота к перемене мест» (V, 171).
Россия для Онегина началась с Новгорода Великого, куда его манят «тени великанов» (Рюрика, Ярослава, Иоанна), и В.А. Кошелев очень точно указывает на то, что город «воспринимается как своеобразный затонувший «Китеж-град», обиталище «теней». Именно это «обиталище» становится в конечном итоге общественно-историческим символом онегинской «тоски»182. Изображая Москву, куда затем едет герой, автор ищет наиболее точного образа русской древней столицы, отталкиваясь от собственных впечатлений (по словам В.А. Кошелева, Пушкин понемногу «стал ощущать сплетни и недоверие, которые стали заслонять московское «хлебосольство»183). В Нижнем Новгороде, «в отчизне Минина» Онегин замечает «меркантильный дух» (V, 200), ложь, суету, от которой не так давно «отстал»… Образ Руси оказывается безрадостным. И именно поэтому тоска Онегина усиливается. Он едет на Кавказ, затем в Крым… И дальнейшее повествование в главе о странствии героя приобретает лирический характер: автор пользуется случаем рассказать о перемене своих поэтических устремлений: «Иные нужны мне картины://Люблю песчаный косогор,//Перед избушкой две рябины,//Калитку, сломанный забор…» (V, 203)
В этом смысле путешествие сближает автора и его героя: оба в движении, в поисках настоящего. По тонкому наблюдению В.А. Кошелева, «взгляд героя становится более созерцательным, более эпичным; воззрения автора – более объемными… он переживает резкий поворот к новым «картинам», новым темам и мотивам, к иным оценкам поведения героев своего романа, к новому типу восприятия и философского осмысления жизни»184. А герой пока не может обрести себя, и его путь может оказаться без «исхода» (Ф.М. Достоевский). Кроме того, со странничеством Онегина можно ассоциировать «мотив отрыва от родной почвы»185, тогда как автор никогда не терял с ней связи. В пределах современной России для Онегина места нет.
Интересно замечание Г.Г. Красухина, который считает, что «Отрывки из путешествия Онегина» объясняют «сущность… душевного состояния Онегина, обозначающего кризис его душевной болезни, после которого дело обычно движется к выздоровлению»186. Заметим, что онегинские «сплин», «хандра», «скука» превращаются в «тоску». Автор настойчиво стремится обратить внимание на этот факт: слово «тоска» рефреном звучит в «Отрывках…». Тоска поселяется в душе героя, когда он находится в поисках чего-то вечного, незыблемого, стремится испытать чувство внутренней свободы, но не находит его в странствиях. Нужно отметить, что понятие «тоска» неизмеримо глубже понятия «скука». Выдающийся русский мыслитель Н.А. Бердяев писал, что «скука говорит о пустоте и пошлости… В тоске есть надежда, в скуке – безнадежность. Возникновение тоски есть уже спасение»187. На этом основании, включаясь в давний спор русской критики и науки, мы вправе сделать вывод о том, что автор оставляет своего героя с надеждой на духовное возрождение – и в этом сокращает «разность» между Онегиным и собой. Ведь он, как и его герой, как любой человек, стремился достигнуть той истины, того идеала, который, согласно высказыванию В.С. Непомнящего, – «не отдаленная мечта, а то, что есть в каждом чело­веке, что… свидетельствует о высоком человеческом предназначении»188. И в этом заключен один из вечных парадоксов человеческой жизни – невозможность достижения идеала, изначально заложенного в самом существе человека.
Автор в «Евгении Онегине» предстает перед нами как универсальный образ в его сложных отношениях с вымышленным и реальным миром: ведь он находится в постоянном диалоге с героями и читателем. Перед нами возникает созданная поэтическим воображением Пушкина «картина мира» (В.С. Непомнящий), «образ мира» (Ю.М. Лотман). Свобода творческой личности, как писал еще Гегель, состоит во «внимании к многообразному бытию»189. С этим утверждением перекликается высказывание современного исследователя И.В. Кондакова, очень верно указавшего на то, что истинная свобода «достигается лишь художником-гением, создающим произведение искусства, которое становится средством преодоления любых ограничений»190. Иначе говоря, произведение, созданное художником, воплощает объективную универсальную картину мира. Пушкин как художник осознает себя в мире и чувствует свое неразрывное единство со Вселенной. Поэтому Пушкин – автор «Евгения Онегина» и творческая личность – сегодня предстает перед нами как феномен русского мира с присущими ему национальными и нравственными особенностями и как субъект русского мира, который этот мир осмысливает и формирует.
Таким образом, современная поэту русская жизнь поворачивается к читателю двуединством богатства объективной картины России и соразмерного ей неисчерпаемого богатства личности творца «Евгения Онегина».

Читайте также:
Жизнь Пушкина в период «каменного» режима Николая I: сочинение

Вернуться на предыдущую страницу

Сочинение Татьяна Ларина — идеал русской женщины по роману Евгений Онегин

Подавляющее большинство русских писателей стремились к созданию идеальных образов своих героев, даже если подобные люди в действительности им не встречались. Это вполне логично, так как все творцы склонны к мечтательности, они создают в своих произведениях то, что никогда не имели в жизни. Александр Сергеевич Пушкин не исключение, он представил читателям в романе «Евгений Онегин» образ идеальной русской женщины.

Татьяна Ларина особый идеал для писателя. Он не стремился этого скрывать и нарекал ее «милым идеалом». Создавая этот потрясающий образ, Александр Сергеевич хотел, чтобы он был симпатичен не только ему самому, но и мог очаровать и влюбить в себя каждого читателя.

Героиня имеет немного общего со своими сверстницами – она неравнодушна к гаданиям, снам, которые видит и многим народным поверьям. Татьяна в детстве была окружена нянями, поэтому знала много русских небылиц и сказок. Она могла часами любоваться природой, ее интересовали обычаи старины и все в этом роде.

Однако девушка отличалась от остальных своих сверстниц. Татьяна обожала книги, не проводила время с детьми и не тянулась к родителям. Рукоделие также не вызывало у нее интерес. В ее характере отсутствовали такие черты, как лицемерие, обман. Она не умела кокетничать и не стремилась к этому. Героиня, будучи мечтательной натурой, много времени проводила наедине с самой собой, оставаясь в своем внутреннем мире. Большинство знаний о жизни Татьяна получает не из реальности, а из литературы. Поэтому девушка свято верит в то, что когда-нибудь она будет жить так, живут персонажи, прочитанных ею книг.

Героиня отличается своей искренностью, благородством и прямотой. И со временем она не потеряла эти качества. Повзрослев и заняв в обществе прочное место, Татьяна не испортилась, осталась таким же милым и хорошим человеком. Будучи прямой и открытой, она не смогла держать в себе свои любовные переживания и призналась в своих чувствах Онегину.

Читайте также:
Особенности композиции романа А. С. Пушкина «Евгений Онегин» (2): сочинение

Татьяна Ларина обладательница самых лучших человеческих качеств. Героиня не только имеет высокие моральные качества, но и стабильна по отношению к вещам и жизни. В ее душе и сердце нет места для зла, негатива и этим может похвастаться далеко не каждый. И здесь нет ничего удивительного, ведь именно она – настоящий идеал русской женщины. Ее образ отличный пример для подражания нынешнему поколению. Все меняется в жизни, но честь и достоинство – бесценны на все времена.

2 вариант

Татьяна Ларина – главный женский образ романа А. С. Пушкина «Евгений Онегин». Тема сочинения «идеал русский женщины». Считал ли Пушкин героиню идеалом?

Что есть идеал? Идеал – это некий морально-нравственный образ, выступающий ориентиром, целью. Идеал — нечто недоступное, к чему каждый стремится, но никогда не достигнет. Важен именно процесс достижения цели.

Когда мы знакомимся впервые с Татьяной, она предстает перед нами молодой девушкой. Ее характер, ее поступки выделяют ее среди представительниц прекрасного пола 19 века. Татьяна на этом этапе не идеал русской женщины, но она уже идеал русской души. Она открытая, добрая. Автор описывает, как ее завораживают русские традиции и обряды, увлекает чтение. Создается ощущение отчужденности девушки от ее семьи. Автор демонстрирует отличие девушки от мира дворянства в целом. Она ближе к простым русским людям, чем к холодному дворянскому сословию. Русский характер, воспевающийся культурой, жил в народе, дворянство, наоборот, изгоняло его из себя, считало заразной болезнью. Оно топтало в себе русские идеалы и пыталось впитать европейские ценности. Знаменитое письмо Татьяны также убеждает читателя в искренности и душевности героини. Все это характеризует Татьяну, как смелую, чувственную, эмоциональную, живую девушку. Она прекрасна, но на этом этапе событий романа, она еще в начале становления образа героини.

Читатель знакомится уже с повзрослевшей героиней в конце романа. Теперь мы действительно можем размышлять, была ли она тем совершенным образом русской женщины? Татьяна предстает перед нами уже не такой чувственной, восторженной девушкой. На предложение Онегина она отвечает отказом и выбирает семью. Этот поступок демонстрирует женское достоинство. Она выбирает свою новую семью. Она держит слово, данное мужу. Женское достоинство — это уважение к себе, к людям. Обретя жизненный опыт, Татьяна понимает, есть вещи важнее, ярких чувств. Она видит, Онегин не достоин ее. Нельзя бросить семью ради человека, который все считает игрой.

Пушкин любил, лелеял образ Татьяны. Я полностью разделяю его отношение к героине и восхищаюсь ее женским достоинством. Татьяна идеал женщины, демонстрирующий ценности русского человека.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: