Шукшин: сочинение

Мой Шукшин: эссе

Межрегиональный конкурс творческих работ

«Мой Шукшин»

1 ноября 2014 — 2 октября 2015

РАБОТЫ В НОМИНАЦИЯХ

Работы в номинации «Эссе»

Большакова Мария (Чувашская республика, Чебоксары), «Преподобный Алеша»

Булгина Елена (Ивановская область), «Одна»

Вершинина Альбина (п. Северный), «Вспоминая В. М. Шукшина…»

Виноградова Ольга (Харовский район), «Вот моя деревня!»

Винокурова Эдита (Нижний Новгород), «Сибирская семейная сага Василия Шукшина»

Вьюшкова Надежда (Вологда), «Сапожки»

Гудкова Елена (Ростов-на-Дону), «О любви, о семье…»

Голубкова Анастасия (Череповец), «Мой Шукшин»

Ермаков Дмитрий (Вологда), «Душа болит (разговор с Шукшиным)»

Ермолаев Алексей (Грязовецкий район), «Мой Шукшин»

Жирнова Елена (Ивановская область), «Снится мне деревня»

Игумнова Алена (Грязовецкий район), «Мой Шукшин»

Корецкая Антонина (Ивановская область), «Безграничное открытие»

Костина Диана (Новокузнецк, Кемеровская область), «Герой или мальчик — Ваня Попов?»

Мартыненко Николай (г. Вельск, Архангельская область), «Вологодская «Калина красная»

Менькова Ольга (Сямжа, Вологодская область), «Мой Шукшин»

Некипелов Иван (Вологодский район, д. Новое), «Открытие Шукшина»

Новгородцев Дмитрий (Кичменгско-Городецкий район), «Мой Шукшин»

Порошина Ирина (Бабушкинский район), «А где она, истина?»

Потехина Ольга (Ивановская область), «Русская душа»

Радыгина Наталья (Удмуртская республика, г. Сарапул), «Мой Шукшин»

Смирнов Евгений (Нижний Новгород), «Добра тропа опасная»

Тяпина Ольга (Череповец), «Мой Шукшин»

Чеплагина Татьяна (Вологда), «О том, что дает нам силы»

Чернышева Елизавета (Вологда), «О Шукшине. О деревне»

Артамохина Татьяна (Чувашская Республика), «Дорога к великому писателю»

Басалаева Наталья (Никольский район), «Космос, нервная система и шмат сала»

Бурянин Александр (Никольский район), Эссе на рассказ «Волки»

Демина Татьяна (Чувашская Республика), «Актуальны ли произведения Шукшина?»

Драга Виктория (Челябинск), «Праздника чистосердечный дар»

Федорова Анастасия (Череповец), «Герои-идеалисты в романах ШУкшина»

Хазова Ирина (Харовск), «Светлые души Василия Шукшина»

Илларионова Аина (Республика Саха (Якутия), «Размышления о Шукшине»

Корепина Наталья (Череповец), «Мой Шукшин»

Коробицын Иван (Череповец), «Любавины»

Королева Мария (Белгородская область, Старый Оскол), «Эссе»

Макарова Елена (Харовск), «Эссе»

Молчановская Елена (Междуреченский район, д. Игумницево), «Праздник в зимний вечер»

Осипова Надежда (г. Енисейск Красноярского края), «Мой долгий путь к пониманию Шукшина»

Паршина Светлана (Чувашская Республика), «Охота жить»

Порцева Анна (Удмурсткая республика), «Шукшин для меня — герой, образец или пример?»

Розенблит Мария (Эстония), «Ремонт телевизора»

Семенова Ольга (Череповец), «Василий Шукшин»

Сергун Татьяна (Череповец), «О творчестве Василия Шукшина»

Трощеева Валерия (Череповец), «Эссе»

Вааль Ксения (Алтайский край), «Нам бы про душу не забыть!»

Васильева Валерия (Вологда), «Сохраним красоту…»

Мешалкина Ирина (Череповец), «Солнце-то какое. Большое»

Нечаева Ульяна (Костромская область), «По литературным местам Шукшина»

Осьминкина Евгения (Ростовская область), «Деревенская проза в творчестве В.М. Шукшина»

Елесина Юлия (Костромская область), «Горькая истина Шукшина»

Галикова Нина (Белозерск), «Мой Шукшин»

Елизаров Егор (Вологда), «Далекие зимние вечера»

Доруничева район Арина (Вологодский), «Далекие зимние вечера» , «Как зайка летал на воздушных шариках»

Романова Анастасия (Вожега), «Светлые души»

Сидорова Снежанна (Вологодский район), «Как зайка летал на воздушных шариках»

Люскова Ирина (Вологодский район), «Как зайка летал на воздушных шариках»

Меню раздела

  • «Моя журавлиная Русь»
  • Мой Шукшин
    • Мой Шукшин: эссе
    • Мой Шукшин: сценарии
    • Мой Шукшин: презентации
    • Мой Шукшин: итоги
  • Читаем Альберта Лиханова
  • Мой гимн, мой флаг, моя Россия
  • А знаете ли вы.
  • Моя Вологодчина
  • КлЮкВа: Книга. Юность. Вологодчина
  • Поэтический слэм «Симонов и Вологда»
  • Живая классика
  • Страна книголюбов
  • Слово за слово
  • Свидание вслепую
  • Живая классика: жюри 2016
  • Живая классика: итоги 2016
  • Интернет-викторина «Кино. Кино? Кино!»
  • КлЮкВа: Книга. Юность. Вологодчина — 2016
  • Интернет-викторина «Край добра и чудес»
  • «С чего начинается Родина?»
  • «Будни библиотекаря»
  • Мой край и я
  • Береги свою планету, ведь другой на свете нету!
  • Живая классика 2018
  • Живая классика 2019
  • «Как хорошо ЛЮБИТЬ читать!»
  • «Поэтический календарь»
  • «Этот удивительный Гаврилин»
  • «Что ты знаешь о вепсах?»
  • Семка Варвара Владимировна
  • Ревелева Светлана Гурьевна-2
  • Миронова Марина Сергеевна, Кастусева Наталья Эдуардовна,
  • «Великие мастера слова»
  • «Наша Конституция»
  • Живая классика 2021
  • «Вологда и окрестности»
  • «Хвала тебе, о книгочей!»
  • Веб-квест «Как Пётр I в Вологде побывал и на город повлиял»
  • Интернет-викторина «Классика в потоке времени»
  • Онлайн-акция «Прочитай Рубцова!»
  • Викторина «Три цвета России»
  • «Молодежь выбирает трезвость»
  • «Что такое Антарктида?»
  • Интернет-викторина «Светило малое для освещенья ночи»
  • Интернет-викторина «Сыграй в кино!»
  • Интернет-викторина «Они прошли через войну»
  • 7 вопросов о выставке «Советской Армии — слава!» от Олега Шарова, руководителя музея Вологодских сталкеров
  • «Достоевский и современность»
  • «Глаголом жги сердца людей!»
  • «Кино Вологодчины»
  • Выставка-конкурс «А у нас во дворе…»
  • «Именем этим гордится Россия»
  • «Графика – мои корни, живопись – моя крона»
  • Гладин Владислав Игоревич

Основное меню

  • Главная
  • Новости
  • О юношеском центре
  • Электронный каталог
  • Контакты
  • Предыдущая версия сайта

Календарь публикаций

Октябрь 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен
1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

Меню разделов

  • Важные новости
  • Афиша
  • О молодежи для молодежи
  • О Вологодском крае
  • О юношеском центре
  • Конкурсы юношеского центра
  • Россия. Родина. Рубцов.
  • Проекты юношеского центра
  • Патриот XXI века
  • Будущему профессионалу или Территория карьеры
  • Я и мои права
  • Электронная библиотека
  • Здоровый образ жизни
  • #Читаю #Смотрю
  • Видеозал
  • Нашим коллегам

Последние новости

25 октября в 15 часов в конференц-зале областной библиотеки (Ул. М. Ульяновой, 1, 3 этаж) состоится торжественное подведение итогов областной квест-игры «Моя Вологодчина» и награждение победителей. С 27 сентября по 7 октября в Вологде и 12 муниципальных районах области состоялась XII Областная молодёжная краеведческая игра «Моя Вологодчина». Организатор – Юношеский центр имени В.Ф. Тендрякова областной Читать далее →

291 человек принял участие в иллюстрированной интернет-викторине «Да будет свет!», проведённой в рамках Всероссийского фестиваля энергосбережения и экологии «ВместеЯрче» с 10 июля по 10 октября 2021 г. юношеским центром им. В. Ф. Тендрякова Областной универсальной научной библиотеки. Задания, связанные с энергосбережением в быту, выполняли 222 человека из Вологды, Череповца, Шексны и Грязовца, Бабаево и Белозерска, Нюксеницы и Читать далее →

Объявлен конкурсный отбор на присуждение Всероссийской литературной премии имени Федора Абрамова «Чистая книга». Заявки принимаются до 1 ноября. Учредителями премии являются Правительство Архангельской области, Российский книжный союз и Общероссийская общественная организация «Союз писателей России». Премия учреждена в память о выдающемся русском писателе и публицисте Федоре Александровиче Абрамове и вручается один раз в два года. На Читать далее →

Шукшин: сочинение

2. Творческая деятельность.

3. Герои произведения “Калина красная”.

4. НЕИЗВЕСТНЫЙ ШУКШИН

Список использованной литературы

Шукшин Василий Макарович родился в 1929 году, в селе Сростки
Алтайского края. Родного отца Шукшин по малолетству не запомнил: “В 1933 году отец арестован. Дальнейшую его судьбу не знаю. В 1956 г. он посмертно полностью реабилитирован”. Смирилась совсем молодая еще женщина со своей долей, стала жить ради детей. Ради них спустя время снова вышла замуж за хорошего и работящего Павла Куксина. А сын, уже подросший, отчима и невзлюбил, дерзил ему часто, не слушался, хотел, чтобы “он разозлился и пришел в отчаяние” или “хоть бы он ударил. хоть бы щелкнул разок по лбу. “

Летом 1943 года в следствии тяжелого материального положения в семье принимается материнское решение – отдать Василия “в люди”. Вместо учебы в седьмом классе, он поехал за несколько сот верст вверх по Чуйскому тракту в
Онгудай, к дяде, учиться на бухгалтера. Но “Насчет бухгалтера ничего не вышло: крестный отказался учить. Я очень этому обрадовался, потому что сам хотел сбежать домой. ” Седьмой класс он все-таки закончил, кое-как перебились. А осенью 1943 года он поступил в Бийский автомобильный техникум, но проучился там только года полтора или около того. Бросил учебу и вернулся в Сростки, доставив тем самым большое горе матери и сестре, вызвав тяжкие упреки родни и, нередко злые, насмешки односельчан.

В глубине души он в то же время постоянно чувствовал, ощущал, что ему мало одного этого “настоящего, хорошего дела”. Как только исполнилось
Василию двадцать пять, он снова покинул родные края – поехал поступать во
ВГИК.

По душе ему ближе была актерская специальность, но именно поэтому он решил поступать на другое отделение: пройти “в киноартисты”, полагал он, шансов у него совсем мало – слишком много желающих. Да и “в режиссеры”, как и вообще “в кино”, он попасть не очень-то надеялся, а потому и уговорил приемную комиссию другого института, Историко-архивного, допустить его к сдаче экзаменов, сочинив историю про “темную” мать-старушку, которая ему, недавно демобилизованному, до сих пор не выслала необходимые документы.

Вступительные экзамены в оба вуза он сдавал почти параллельно, но жил среди вгиковской абитуры, и чем больше общался с “киношниками”, тем сильнее ему хотелось поступить именно в этот, единственный в мире институт, куда он и поступил. На душе было легко. Мерещилось черт знает какая судьба – красивая. Силу он в себе чувствовал большую.

“Прочитаю за лето двадцать книг по искусству, – думал он, – измордую классиков, напишу для себя пьесу из колхозной жизни – вот тогда поглядим”.

Из-под пера молодого Шукшина выходят рассказ за рассказом. Не так быстро, как бы ему хотелось,но все же движется многостраничный роман, который в печати спустя несколько лет получит название “Любавины”.
Начинается и шукшинский кинематограф.

Колыбелью, с которой началась творческая жизнь Шукшина, которая дала толчок к развитию его потрясающих творческих сил, стала деревня. Память, размышления о жизни вели его в село, здесь он распознавал “острейшие схлесты и конфликты”, которые побуждали к широким размышлениям над проблемами современной жизни общества. Начала многих исторических явлений и процессов Шукшин видел в послевоенной деятельности. После войны он подался в город, как и многие в то время. Будущий писатель работал слесарем во
Владимире, строил литейный завод в Калуге, был разнорабочим, грузчиком, учеником маляра, восстанавливал разрушенные войной железные дороги.
Наверное, вся ужасная картина разрушенной, сожженной послевоенной земли повлияла на Василия Шукшина, заставила взяться за перо. “Сама потребность взяться за перо лежит, думаю, в душе растревоженной. Трудно найти другую такую побудительную причину, которая заставит человека, что-то знающего, поделиться своим знанием с другими людьми” – писал Шукшин. Неизгладимый след на творчестве Василия Шукшина оставила самобытность и колорит деревенской жизни. В народности искусства этого писателя заключены объяснения феноменальности его дарования, его естественности, высокой простоты и артистизма. В творчестве Шукшина, в его личности, биографии самобытно выразились характер народа, духовное состояние, условие его бытия в эпоху 40 – 70х годов – послевоенного тридцатилетия.

Где брал материал для своих произведений писатель? Везде, там, где живут люди. Какой это материал, какие герои? Тот материал, и те герои, которые редко раньше попадали в сферу искусства. И понадобилось, чтобы явился из глубин народных крупный талант, чтобы с любовью и уважением рассказал о своих земляках простую, строгую правду. А правда эта стала фактом искусства, вызвала любовь и уважение к самому автору. Герой Шукшина оказался не только незнакомым, а отчасти непонятным. Любители
“дистиллированной” прозы требовали “красивого героя”, требовали, чтобы писатель выдумывал, чтобы не дай бог не растревожить собственную душу.
Полярность мнений, резкость оценок возникали, как не странно, именно потому, что герой не выдуман. А когда герой представляет собой реального человека, он не может быть только нравственным или только безнравственным.
А когда герой выдуман в угоду кому-то, вот здесь полная безнравственность.
Не отсюда ли, от непонимания творческой позиции Шукшина, идут творческие ошибки восприятия его героев. Ведь в его героях поражают непосредственность действия, логическая непредсказуемость поступка: то неожиданно подвиг совершит, то вдруг сбежит из лагеря за три месяца до окончания срока.

Сам Шукшин признавался: “Мне интереснее всего исследовать характер человека-недогматика, человека, не посаженного на науку поведения. Такой человек импульсивен, поддается порывам, а следовательно, крайне естественен. Но у него всегда разумная душа”. Герои писателя действительно импульсивны и крайне естественны. И поступают так они в силу внутренних нравственных понятий, может ими самими еще не осознанных. У них обостренная реакция на унижение человека человеком. Эта реакция приобретает самые различные формы. Ведет иногда к самым неожиданным результатам.

Активно и плодотворно формировался Шукшин в конце пятидесятых годов и как писатель.

В студенческом общежитии, в комнате, где живут еще два человека, он упорно, чаще всего ночами, пишет свой первый роман. Пишет и рассказы, но они пока что не воспринимаются им как что-то большое и настоящее. Пишет и стихи.

О том, что он “сочиняет”, знают во ВГИКе многие, но читать свои первые произведения Шукшин дает только Ромму. И эти первые его рассказы отчасти компенсируют разногласия между мастером и учеником по части основных слагаемых режиссерской профессии.

Первые написанные рассказы Шукшина были о детстве, а также о разных деревенских проблемах, о которых могли спорить в сельсовете. Этот вывод, похоже, подтверждается и составом, тематикой его рассказов, вошедших в первую его книгу – “Сельские жители”, – которая увидит свет в 1964 году.

“Меня охватывает тупое странное ликование. Я пишу. Время летит незаметно. Пишу! Может, завтра буду горько плакать над этими строками, обнаружив их постыдную беспомощность, но сегодня я счастлив. “

Вышел на диплом Шукшин в 1958 году, заканчивался 1960, а Шукшин еще не защитился. Кажется, все его сокурсники стали уже дипломированными,а Шукшин снимается себе у разных режесеров и снимается.

В 1959 году он снимался в одной из главных ролей – большевика- подпольщика Андрея Низовцева, спасающего с товарищами золото, которое
Колчак хотел переправить за границу, – в известном фильме “Золотой эшелон”.
“Только в декабре 1960 года, – вспоминает И.Жигалко, – он представляет к защите короткометражный фильм “Из Лебяжьего сообщают”, по своему сценарию
“.

Защита диплома прошла успешно, хотя стремление молодого режиссера быть и швецом, и жнецом, и на дуде игрецом восторгов не вызвало. Непревычно, до сих пор “шокирует” иных деятелей стремление молодых талантов делать больше, чем им “положено” на первых порах, пока у них нет “имени”. Их подчас квалифицируют как “выскочек”, “неблагодарных”. Одна заслуженная актрисса заметила Шукшину язвительно на защите дипломного проекта:” А может вы еще и музыку к своим фильмам сочинять будете?”

“А что ? И буду. “(Как покажет время и расскажет потом композитор четырех шукшинских фильмов П.В.Чекалов, это утверждение станет недалеко от истины.) Роли будут, но режисер Шукшин будет не известен вплоть до 1964 года. А в 1960-м и еще два года у “дипломированного молодого спрециалиста ” ни московской прописки, ни постоянной работы, ни угла своего, а ему уже тридцать один, тридцать два, тридцать три.

В мартовской книжке журнала “Октябрь” за 1961 год печатаются три его рассказа: “Правда”, “Светлые души”, “Степкина любовь”. В январе следующего года “Октябрь” публикует еще один рассказ Шукшина – “Экзамен”, а в мае 1962- го – еще три. В том же 1962 году был опубликован рассказ “Стенька Разин” в журнале “Москва”.

Первый роман Василием Макаровичем был задуман и начат еще до поступления во ВГИК, и работа над ним шла с перерывами (иногда длительными) до 1963 года. “Любавины” давались ему с большим напряжением, роман продвигался вперед тяжело и неровно. Но вот он вышел в свет. Роман был переиздан стотысячным тиражом еще в 1972 году, и не в Москве даже, и не в
Сибири, а. в Петрозаводске, был переведен на иностранные языки, только в
Польше, к примеру, вышел тремя изданиями.

Осложнения, возникшие при сдаче фильма “Калина красная”, да и общее творческое и человеческое перенапряжение Василия Макаровича снова сказались на состоянии его здоровья, в начале 1974 года он – в который уже раз! – опять очутился в больнице. Каждая больница – это кроме всего прочего, еще и предупреждение, “совет”: необходимо быть осторожным, в чем-то изменить ритм жизни. Он же не только не изменил, а еще и усугубил. “Вечно недовольный
Яковлев”, “Ночью в бойлерной”, “Рыжий”, “Кляуза”, “Други игрищ и забав”,
“Мужик Дерябин”, “Жил человек. “, “Чужие”, “Привет Сивому”, “Энергичные люди”(был на репетициях в БДТ, одна запись авторских звуковых ремарок продолжалась подряд 9 часов) – все это создано после “Калины красной”.

Ночью 2 октября 1974 года Василию Макаровичу стало плохо. Он принял лекарство, но оно ему мало чем помогло. На утро его обнаружили мертвым. А на столе в каюте лежала раскрытая тетрадь с почти готовой новой повестью для театра: “А по утру они проснулись”.

Герои произведения “Калина красная”.

Почему-то кажется, что всех великих на родине обожают. Экскурсовод сразу огорошила: “Шукшина в Сростках не любят и не любили никогда. К творчеству относились с интересом, на фильмы ходили всем селом, но любить не любили. Трудно ему жилось в родном селе”. Отчасти, видимо, потому так было, что с детства за ним тянулся шлейф “врага народа”: отца, Макара
Леонтьевича Шукшина, расстреляли в 1933 году. Отчасти, наверное, потому, что норовил Шукшин вставлять в свои рассказы реальных людей, своих односельчан. Имена, фамилии, даже занятия – те же, а ситуации – выдуманные, для реальных персонажей казавшиеся обидными.

Вышли мы с экскурсоводом на берег стремительной Катуни – захотелось постоять на том же месте, где стоял когда-то Шукшин. Экскурсовод показывает незаметно: видите, вон женщина пошла, о ней Василий Макарович написал в одном своем рассказе, так она сильно гневалась. А вон (экскурсовод так же незаметно качнула рукой влево) видите – мужик дрова колет; так его чуть не главным героем в книжке своей хотел сделать – страницу ему прочитал, мужик сразу чуть ли не за топор схватился, нечего-де меня на весь свет позорить, о других пиши.

Странно, правда? По идее именитыми земляками все гордятся. К тому же
Шукшин учителем был одно время, а на селе педагогов всегда почитают. Так что тут случай особый. Подумали мы, что дело, наверное, в том, что почитают тех земляков именитых, которые от села отрываются сразу и безвозвратно, приезжают тогда, когда прошло после отъезда много лет. Издалека кажутся те земляки великими, недосягаемыми, в чем-то таинственными: ведь им удалось то, чего не удается и никогда не удастся оставшимся в селе. Шукшин же был исключением. Он на Родину приезжал постоянно. Нужны ему были земляки, потому что они подпитывали его творчество рассказами, разговорами, острыми словечками, ситуациями. Откуда ему было брать сюжеты для своих фильмов и рассказов? В Сростках, потому что ничего лучше не было. Он оставался простым, таким же, как его односельчане, даже добившись заметных успехов в творчестве.

В старой школе нынче не учатся, там нечто вроде музея, потому что тут и учился, а позже преподавал Василий Макарович. Старая парта, карты, ручки, указки, учебники. Здесь, говорит экскурсовод, познакомился он со своей первой женой – учительницей. Познакомился, встречался, женился. А потом совершил поступок, объяснения которому нет. Уехал учиться в Москву да больше никогда к жене не возвращался. Даже не разводился, когда во второй раз в столице взял в жены дочь известного писателя советской поры Анатолия
Софронова, в те времена возглавлявшего журнал “Огонек”. Поступил Василий
Шукшин просто – заявил в милицию, что потерял паспорт. И выдали ему чистенький, новый, без штампов о женитьбе-разводе. Так, неразведенный, с первой женой жил, со второй, с третьей. Первая жена довольно долго ждала мужа, говорят, до сих пор, хотя у нее новая семья, вспоминает, да нет-нет всплакнет. Много интересного у нее связано с первым мужем.

На этих словах мы встрепенулись: а нельзя ли встретиться с ней, поговорить? Нет, покачала головой экскурсовод, и для нее эти разговоры трудны необычайно, и муж ее второй сердится, когда заводит кто-то разговор о Макарыче: до сих пор ревнует к нему – может, потому, что на самом деле вроде бы жена остается женой Шукшина.

От школы мы неспешно прошли ухоженными сростскими улицами мимо бывшего дома Шукшиных, мимо того места, где провел Василий Шукшин свое детство, прямо к горе Пикет, на которой устраивают время от времени Шукшинские чтения, куда приезжают гости из разных городов России, где выступают частенько местные поэты и прозаики. Хорошее место, вольное, Катунь близко.
Здесь купил матери домик Василий Макарович, когда получил гонорар за
“Любавиных”. Женщины любимые менялись, но одна оставалась любимой на всю жизнь: мать. Шукшин относился к ней трогательно, нежно, уважительно. Хотя на чувства скупы были оба, не обнимались, не целовались на виду у всех, о главном и серьезном разговаривали наедине. Советовался Шукшин, видимо, по всем жизненным вопросам только с ней. И когда поступал в институт, и когда собирался жениться, а может, и тогда, когда собирался приступить к очередной новой работе. Снял ее в “Калине красной”, увековечил любимую мать навсегда. За домом в саду стоит статуя – памятник Шукшину, а рядом калина, и на самом деле красная. Мать пережила сына, ушедшего всего в 45 лет. Если посчитать, сколько лет ему отвела жизнь на творчество, то наберется всего ничего – 15 лет. Чтобы за пятнадцать лет написать столько, наснимать столько, войти в историю кинематографа замечательным актером и режиссером, в литературу народным писателем, нужно, наверное, было немало сил и моральных, и физических. Можно сказать, что Шукшин горел в творчестве и сгорел безвременно, не оцененный при жизни так, как должен был бы оценен, в том числе и на собственной родине.

Верность великому человеку – дело трудное. Мать ему была верна. В
Москву на могилку уж не было сил съездить, но переписывалась она с какой-то почитательницей Василия Макаровича, и та подробно ей описывала, какие цветы сажает, как склоняется к памятнику калина, такая же красная, как в романе, как в материнском саду.

Недавно с учителями, которые гостили в редакции нашей газеты, были мы на Новодевичьем кладбище, поклонились все вместе могиле писателя и режиссера, аккуратной, ухоженной. Все как положено, только вот щемит сердце от того, как быстро вдова его опомнилась от утраты. Вышла замуж за одного, потом за другого, все на виду, на народе. Понять, как руководитель модной поп-группы может заменить в сердце великого человека, трудно. Правда, сама вдова рассказывает, что жилось ей нелегко с классиком: пил, бил, бранился, ревновал. Трудное дело – быть человеком, близким гению, гении не однозначны и не так хороши, как их произведения. Может быть, оказывается, и так.

Семидесятилетие Шукшина страна отметила тихо и спокойно. Несколько публикаций, негромкая поездка кинематографистов – участников Московского международного кинофестиваля на его родину в Сростки. Вот, пожалуй, и все.
Человек, который пристально всматривался в лицо народа, уникального, богатого традициями, сильного, почему-то не вызвал у страны желания вглядеться в его творческое лицо, вспомнить все, что сделано Шукшиным в кино, в литературе, еще раз признать, что для России он стал классиком, воспевшим тех, кто живет в провинции, тех, кто составляет золотой фонд нации.

Сочинение на тему: Шукшин и его произведения

Сочинение.
Шукшин и его произведения

Изучение творчества В. Шукшина — задача сложная и актуальная. Его искусство постоянно рождает споры, научные дискуссии. Однако истинное искусство всегда сопротивляется прямолинейности суждений. Василий Шукшин — человек разносторонних дарований. Это писатель, актер, кинодраматург, режиссер. Его творчество отвечает тем критериям, которые предложил сам писатель: в его искусстве мы найдем широкие размышления над жизнью народа, смелое и глубокое постижение ее реальных противоречий и сложности. Существенно и другое: авторские размышления вводят нас в творческую атмосферу, предоставляя возможность понять природу столь самобытного дарования. Живительным источником, почвой творчества В. Шукшина стали воспоминания и личный жизненный опыт писателя. Шукшин как художник складывался в 50-е годы. Его формировала послевоенная действительность, те опыт, знания, ощущения и восприятия, которые приобретались, впитывались юношей в общении с людьми в годы хождений по Руси. Дарование актера, режиссура, рассказчика, романиста, драматурга выявилось в цельном, многооб разном творчестве, которое справедливо называют феноменом. Редкостное многообразие содержания и форм разных видов искусства в творениях одного человека может найти объяснение в самой природе исключительного дарования Шукшина, в том особом восприятии реальности, импульсы которой, постоянно обновляя его, обусловливали сложнейшие внутренние процессы накопления наблюдений, знаний о человеке, обогащений духовного опыта. На этой основе открывались новые перспективы работы. Интенсивность и напряжение ее убеждают в том, что возможности творчества, исполненного глубиной страсти художника, были столь многогранны, что оказались неисчерпаемыми … В гармонии таланта со временем и жизнью народа истоки стремительного восхождения Шукшина к вершине признания. В народность его искусства заключены объяснение и разгадка феноменальности дарования художника, его творчества. Художественный мир Шукшина — многолюдный, динамичный и живописный. Земля — образ поэтически многозначный в творениях В. Шукшина. Дом родной, родная деревня, пашня, степь, мать — сыра земля… Народно-образные восприятия и ассоциации вводят нас в систему понятий высоких и очень сложных, исторических и философских: о бесконечности жизни и уходящей в прошлое цепи поколений, о Родине, о необъяснимо притягательной силе земли. Этот всеобъемлющий образ естественно становится центром содержания творчества Шукшина. Размышления над судьбами крестьянства, думая о его прошлом и настоящем, В. Шукшин неизменно возвращался к земле: традициям, нравственным понятиям, верованиям, которые складывались у земледельца в труде, многовековому опыту и заботам крестьянина о хлебе насущном. Но земля у Шукшина — образ исторический. Ее судьба и судьбы людей едины, и разорвать эти вечные связи невозможно без трагически необратимых катастроф и гибельных последствий. Но нечто высокое, поэтическое и нравственное угадывал Шукшин. За крестьянским и общечеловеческим влечением к дому, родной деревне, родине — исконная привязанность души, обновляемая у каждого нового поколения. Бережно, внимательно, тактично присматривался Шукшин к человеку, улавливая именно моменты духовных исканий, размышлений, нравственного напряжения, в которых освещается личность. Проза, кинодраматургия, фильмы Шукшина остро драматичны, психологически уплотнены. Характеры изображаются в напряженно-кризисные моменты: выбора, самосознания, воспоминаний, трагедийного прощания с жизнью, разочарования или необычайных открытий. Любовь, дружба, сыновние и отцовские чувства, материнство в беспредельности и доброте — через них узнается человек, а через него — время и сущность бытия. Пути постижения писателем бытия ведут его к познанию глубин души человеческой. А в этом — ключ к решению и древних, и новых загадок жизни. В этом сущность творчества Василия Шукшина. Шукшину принадлежат огромное количество глубоких, интересных рассказов, романов, фильмов. “Из детских лет Ивана Попова”, “Дядя Ермолай”, “Двое в телеге”, “Степка”, “Змеиный яд”, “Игнаха приехал”, “Любавины”, “Калинакрасная”, “Печки-лавочки”, “Странные люди”, “Горе”, “Залетный”, “Верую!”, “Земляки”, “Сельскиежители”, “Материнское сердце” — лишь некоторые из огромного списка произведений Василия Шукшина. “Калина красная” — социально-психологическая драма. Социальная сущность одиночества исследуется писателем от его истоков до трагического финала, когда герой осознает необратимость происшедшего: свое отчуждение от людей, матери, труда на земле. Автор видит истоки драмы Егора Проку-дина в самом характере героя, в особенностях его психологического склада и тем самым ставит судьбу Прокудина в прямую зависимость от безволия, слабости, компромиссов, однажды проявленных им. Василий Шукшин остается верен своим творческим принципам — доверия и требовательности к герою, который сам “сковал” свою судьбу и потому должен ответить за свои ошибки, упущения, ложь, зло. В. Шукшин не оставляет герою повода для самооправдания, сожаления или ссылки на особые обстоятельства его детства и юности. По мнению писателя, в ту пору, когда Егор—Горе стал жертвой жестоких, коварных отщепенцев, заблуждения, безволие помешали ему взглянуть смело правде в глаза. Егор предпочел притон Губошлепа честной трудовой жизни. И тем не менее финал драмы раскрывает глубокий духовный кризис, переживаемый героем: раскаяние, сознание вины, суровое самоосуждение, мучения совести, готовность искупить вину собственной жизнью… В данном, “прокудинском” случае индивидуальность и характер героя господствуют, направляя события, диктуя им свою волю. Финал киноповести и фильма очень сложен. Понимание невозможности замолить грех перед матерью — наиболее поучительная минута его судьбы. Но именно с этой минутой в него вселяется некое безразличие ко всему, что может отнять у него проклятую им же самим собственную жизнь. В “Калине красной” образ земли — первооснова сюжета и драмы Егора Прокудина — многозначен, этичен, восходя в конечном итоге к философским категориям: судьбы человеческой, добра, зла, счастья. Шукшинские характеры историчны. Принадлежность его к определенному времени, периоду или эпохе ограниченна, кажется, что данный характер лепило само время. в творениях В. Шукшина движение времени выразительно воплотилось в его удивительной характерологии. В рассказах писателя распознаются совершенно отчетливо военные и послевоенные годы. Важнейшей опорой рисунка характеров стал быт, приметы обыкновенной жизни, видимые на поверхности. Рассказы создаются в итоге глубоких размышлений автора над конкретными вопросами бытия народа. Очень сложная структура рассказа “Беспалый”. Стиль его блестяще демонстрирует многоплановость содержания, пересечение различных жанров, элементов — от драмы до фарса. Речевые потоки характеристичны, через них вырисовываются психологические черты действующих лиц. Серега Безменов — в ряду излюбленных героев Шукшина, которым свойственны естественность, прямота, откровенность, доверие к человеку. Автору дороги романтические порывы, влюбленность героя, осмеянная равнодушными людьми, чистота и сила праздничного чувства. И он сожалеет о том, что Сергей не смог защитить себя и свою любовь от грубого слова, от бестактности и пошлости. Герои Шукшина, разделяя пафос духовных иска ний писателя, предлагают свои объяснения того, что происходит с человеком, с нами, в наше время, свои программы усовершенствования личности. В. Шукшин требователен к человеку. Потому так суровы его критика и обличения всего безнравственного. Шукшинское творчество естественно входит в классическую традицию и продолжает ее в новых исторических условиях.
Искусство психологического портрета, речевое многообразие, мировосприятие, умудренное знание жизни, гуманизм, чувство ответственности — вот что характеризует Василия Шукшина и его творчество.

Сочинение: Шукшин в. м. – Мои размышления о творчестве в. м. шукшина

В. М. Шукшин явился продолжателем лучших традиций классической русской литературы. Он всегда считал, что главное в жизни русской интеллигенции – стремление помочь людям. И он хотел помочь людям найти правду, сохранить истинные духовные ценности. Герои Василия Шукшина, подобно героям Льва Толстого, проходят путь духовных исканий. Писатель стремится раскрыть суть своих героев в кризисные моменты их жизни, в моменты выбора, разочарования, открытия и самопознания. Нравственные идеалы В. Шукшина воплощаются в характерах героев, унаследовавших все лучшее, что было свойственно русскому человеку. Все они стремятся обрести свое место в жизни страны, найти приложение своим силам. Герой киноповести “Живет такой парень” Пашка Колокольников живет так, как может, не задумываясь о том, как следует жить. Но при этом он полон внимания к людям, его деятельное добро – проявление сердечности. Он вообще живет не разумом, а чувством, и сердце его не обманывает. Иван Расторгуев – это хранитель русской земли. Герои Шукшина постоянно размышляют о вечном, о добре и зле, о смысле жизни, призвании человека. Многие из них склонны к максимализму, не готовы к компромиссам. Поиск истины для них начинается с познания окружающего мира. Самые активные споры начинаются тогда, когда речь заходит о роли и назначении человека в жизни, о его душевных качествах и путях самосовершенствования. Они пытаются все постичь своим умом, познать на собственном опыте. В духовных исканиях героя проявляются его натура, восприятие им действительности. Смысл жизни они видят в гармонии мира и человека. Поп из рассказа “Верую!” становится страстным жизнелюбом, как бы воплощая в себе радость стихийной жизни. По Шукшину, согласие с миром возможно только тогда, когда человек открыт для людей, отзывчив, готов подарить другим часть своей души. Шукшин восхищается героями-фантазерами, эдакими “чудиками”, воспринимающими жизнь поэтически, стремящимися наделить ее легендой, наполнить сказкой. Талантливые люди почти всегда щедры. Им тяжело бороться с повседневностью, но они находят опору в любви ко всему живому, к природе. Задача человека – освободиться от эгоизма, тщеславия, мелочности. Но как вернуть прекрасное, если оно утрачено? Шукшинские герои готовы постоянно пребывать в поиске истины. В этих противоречивых поисках, в заблуждениях, трудностях отразилось социальное и историческое состояние русского общества, важнейшие тенденции жизни. В них всегда присутствует жизнеутверждающее начало. С одной стороны – идеал целесообразности, пользы – с другой. При этом все любимые герои В. М. Шукшина ненавидят пошлость, мещанство, корысть. Мерилом ценности в произведениях писателя становится реальная жизнь. Отношение человека к жизни – вот основной критерий истинного, главное испытание героя на прочность.

Искусство В. Шукшина как писателя, актера, драматурга не может оставить равнодушным ни одного человека. Зададим себе вопрос: чем же берут за душу и сердце произведения Шукшина? Ответ на него прост: крестьянский сын, он не только во всех тонкостях знал сельскую жизнь, он “чуял” ее нутром, сердцем, всем естеством своим, потому так естественны его герои, правдивы каждым своим поступком, жестом, речью, жизнью. А еще болью, которой пронизаны едва ли не все творения писателя. Болью за человека – за его неудавшуюся судьбу (“Залетный”), попранное достоинство (“Обида”), горе, с которым никто не может разминуться в этой жизни (“Горе”).
Сколько в русской, во всей мировой литературе написано – наверное, сотни тысяч страниц – о смерти и горе одиночества, которое она несет. И как написано! Красиво!
Но вот Василий Шукшин пишет небольшой рассказ, который так и называет – “Горе”. И потрясает души и сердца читателей. Вся история, рассказанная писателем, обыкновенная, житейская: у старика Нечая умерла жена, похоронил он ее, а вот прийти в себя от навалившейся на него беды не может. Ночами выходит на огород и “разговаривает” с покойницей. Это говорит уже не человек – сама боль людская, горе человеческое. Рассказ “Горе” – это подлинный шедевр. И написать его мог только человек, чувствующий чужую боль сильнее, нежели свою.
Сам Шукшин постоянно сомневается, мучительно размышляет о нашей жизни, о ее смысле, задает самому себе бесконечные вопросы, дает на них часто неудовлетворительные ответы. И многие его герои похожи на своего создателя – мятущиеся, нередко поступающие вопреки здравому смыслу, себе во вред. Но всегда писатель чтил в человеке искренность, прямоту, доброе начало. Даже в самом заблудшем своем герое он хотел видеть что-то хорошее, возвышающее его над прозой жизни.
Все шукшинские “чудики” – это, в сущности, люди с неудовлетворенной духовной потребностью. Отсюда их чудачества, иногда совсем невинные, иной раз – на грани нарушения закона и даже за этой гранью. Земля и люди сегодня, их бытие, их будущие судьбы — вот что волнует писателя, приковывает его внимание. Любовь, дружба, сыновние и отцовские чувства, материнство в беспредельности терпения и доброты – через них узнается человек, а через него – время и сущность бытия.
Василий Шукшин знал и прекрасно понимал жизнь. Его знания складывались из личного опыта, наблюдений, проницательного видения, из его искусства понимать, разгадывать сущность явлений и фактов, сравнивать их, сопоставлять.
Шукшин – сын своей земли и своего времени, он принадлежит к разряду писателей, которым талант, отмеренный природой, позволяет шагнуть в будущее. И сегодня так же тревожно, как и двадцать лет назад, звучит его вопрос: “Что с нами происходит?”

«Комсомолка» публикует первое сочинение студента Василия Шукшина

19 июля 2014 12:19

К юбилею Василия Макаровича Шукшина фонды музея-заповедника в его родном селе Сростки, что в Алтайском крае, пополняются уникальными экспонатами.

– Среди таких раритетов личное дело студента Василия Шукшина, которое передала делегация преподавателей ВГИКА, посетившая Сростки, – рассказала «Комсомолке» Светлана Лабутина, главный хранитель музея. – В этом деле, ранее хранившимся в недрах архива ВГИКа – копия зачетной книжки, записки Василия Макаровича в ректорат, сочинения, рецензии.

Одно из первых сочинений было написано на заданную тему «Вестибюль ВГИКа. Лето. Настоящие дни» Студент Шукшин назвал его «Киты или о том, как мы приобщались к искусству». «Киты» в его описании самовлюбленные абитуриенты, пытающиеся показать другим свою значимость.

Поклонникам творчества Василия Макаровича, безусловно, будет интересным прочитать полностью это малоизвестное широкой публике сочинение:

«Вестибюль института кино. Нас очень много здесь молодых, неглупых, крикливых человечков. Всем нам когда-то пришла в голову очень странная мысль – посвятить себя искусству. И вот мы здесь.

Мы бессмысленно толпимся, присматриваемся друг к другу и ведем умные разговоры. Лица наши хотят выражать спокойствие, и зрелось мысли. Мы очень самостоятельные люди и всем своим видом показываем, что мы родились для искусства.

Знакомимся мы настороженно, подозрительно всматриваясь друг в друга, опасаясь втайне встретить людей, которые имеют больше несомненных шансов для поступления в институт. Тревожная мысль о конкурсе не покидает нас, но у нас достает духу шутить даже на эту тему.

Время тянется томительно долго.

Наконец, получив документы, мы расходимся. В общежитии мы знакомимся ближе, но по-прежнему каждый живет своей напряженной жизнью. Впрочем, все мы единодушно сходимся на том, что только мы, девять, а не те 180 достойны поступления. Правда, для очистки совести мы говорим о том, что мы сомневаемся в удаче, и каждый из нас даже называет каких-то талантливых людей, которые уж обязательно поступят, но все это выходит у нас неискренне. Каждый знает, что он талантливее других и доказывает это каждым словом, каждым своим движением. Среди нас неминуемо выявляются т.н. киты – люди, у которых прямо на лбу написано, что он – будущий режиссер или актер.

У них, этих людей, обязательно есть что-то такое, что сразу выделяет их из среды других, обыкновенных. Вот один такой:

Среднего роста, худощавый, с подлинялыми обсосанными конфетками вместо глаз. Отличается тем, что может, не задумываясь, говорить о чем угодно, и все это красивым, легким языком. Этот человек умный и хитрый. У себя дома, должно быть, пользовался громкой известностью хорошего и талантливого молодого человека; имел громадный успех у барышень. Он понимает, что одной только болтовней, пусть красивой, нас не расположить к себе – мы тоже не дураки, поэтому он вытаскивает из чемодана кусок сала, хлеб и с удивительной искренностью всех приглашает к столу. Мы ели сало и, может быть, понимали, что сала ему жалко, потому понимали, что слишком уж он хлопотал, разрезая его и предлагая нам. Но нас почему-то это не смущало, мы думали, что это так и следует делать в обществе людей искусства.

Разговор течет непринужденно, мы острим, рассказываем о себе, а выждав момент тишины, говорим что-нибудь особенное, необыкновенно умное, чтобы сразу уж заявить о себе. Мы называем друг друга Коленькой, Васенькой, Юрой, хотя это несколько не идет к нам.

В общем гаме уже выявляются голоса, которые обещают в будущем приобрести только уверенный тон маэстро. Здесь, собственно, и намечаются киты.

Человечек с бесцветными глазами и прозрачным умом рассказывает, между прочим, о том, что Тамара Макарова замужем за Герасимовым, что у Ромма какие-то грустные глаза, и добавляет, что это хорошо, что однажды он встретил где-то Гурзо и даже, кажется, прикурил от его папиросы. И все это с видом беспечным, с видом, который говорит, что это – еще пустяки, а впереди будет еще хлеще.

Незаметно этот вертлявый хитрец одолевает нашим вниманием и с видимым удовольствием сыплет словечками, как горох. Никто из нас не считает его такой уж умницей, но все его слушают – из уважения к салу.

Почувствовав в нем ложную силу и авторитет, к нему быстро и откровенно подмазывается другой кит – человек от природы грубый, но нахватавшийся где-то «культурных верхушек». Этот, наверное, не терпит мелочности в людях, и, чтобы водиться с ним, нужно всякий раз рассчитываться за выпитое вместе пиво, не моргнув глазом, ничем не выдавая своей досады. Он не обладает столь изящным умом и видит в этом большой недостаток. Он много старше нас, одевается со вкусом и очень тщательно. Он умеет вкусно курить, не выносит грязного воротничка, и походка у него какая-то особенная – культурная, с энергичным выбросом голеней вперед.

Он создает вокруг себя обаятельную атмосферу из запаха дорогого табака и духов.

Он не задумываясь, прямо сейчас стал бы режиссером, потому что «знает», как надо держать себя режиссеру.

Вечером киты поют под аккомпанемент гитары «сильные вещи». Запевает глистообразный тип, запевает мягким, приятным голосом: «Ваши пальцы пахнут ла-аданом…»

Второй подхватывает мелодию, поет он скверно и портит все, но поет старательно и уверенно. Мы слушали, и нас волновала песня.

Только всем нам, пожалуй, странно немножко: дома мы пели «Калинушку», читали книжки, любили степь и даже не подозревали, что жизнь может быть такой сложной и, по-видимому, интересной.

Особенно же удивили нас киты – эти видавшие виды люди, – когда они не ночевали в общежитии, а явившись утром, на наш вопрос ответили туманно: «Да так, в одном месте».

Это было таинственно и любопытно. Киты заметно вырастали в наших глазах. Впрочем, кто-то из нас, отвернувшись, негромко сказал: «У тетки, наверное, в Москве ночевали».

Один из китов был в прошлом актер. И они подолгу разговаривали, уже не обращая на нас внимания, о горькой актерской жизни, сетовали на зрителей, которые не понимают настоящего искусства. Да и в кинематографии тоже «беспорядочек правильный», говорили они, и не прочь были навести там наконец настоящие порядки.

В нас они здорово сомневались и не стеснялись говорить это нам в лицо.

Однако приближался день экзаменов, и киты наши как-то присмирели и начали уже поговаривать о том, что их могут не понять. В день экзаменов они чувствовали себя совсем плохо.

Наверное, правду о себе они чувствовали не хуже нас. Когда наконец один из них зашел в страшную дверь и через некоторое время вышел, у нас не было сомнения в том, что этот провалился. Мы с каким-то неловким чувством обступили его в вестибюле и начали закидывать ненужными вопросами.

Кит рассказал, как он «рубал» на экзаменах, а в глазах у него метался страх и неуверенность. Словечки по-прежнему свободно сыпались у него изо рта, но видно было, что он вспоминает неприятные ощущения испытаний.

Он, кажется, начинал понимать, что нужно было не так. И в тот момент, когда лицо его приобретает естественное выражение, – его жалко. Но тут же вспоминает, он – прежний кит, самоуверенный и невнимательный, жалость пропадает. «Пусть тебя учит жизнь, если ты не хочешь слушать людей».

И я в том, что этот провалился. Мы с каким-то неловким чувством обступили его в вестибюле и начали закидывать ненужными вопросами.

Кит рассказал, как он «рубал» на экзаменах, а в глазах у него метался страх и неуверенность. Словечки по-прежнему свободно сыпались у него изо рта, но видно было, что он вспоминает неприятные ощущения испытаний.

Он, кажется, начинал понимать, что нужно было не так. И в тот момент, когда лицо его приобретает естественное выражение, – его жалко. Но тут же вспоминает, он – прежний кит, самоуверенный и невнимательный, жалость пропадает. «Пусть тебя учит жизнь, если ты не хочешь слушать людей».

На последней странице творческого сочинения краткая рецензия преподавателя ВГИКа:

«Хотя работа не на тему, и условия не выполнены, автор обнаруживает режиссерское дарование и заслуживает отличной оценки. Отлично».

Читайте также

Возрастная категория сайта 18 +

Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г. Главный редактор — Сунгоркин Владимир Николаевич. Шеф-редактор сайта — Носова Олеся Вячеславовна.

Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.

АО “ИД “Комсомольская правда”. ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.

Вольтер: сочинение

РУЛЕТКА:
Кто виноват?
А. Я. Трофимов.

Орловский В.Е.

ВСЕГО В ЖУРНАЛЕ:
Авторов: 5688
Произведений: 63183

  • Танкред[1760]123kПоэзия, Драматургия, Переводы
    Tancrède .
    Трагедия в пяти действиях.
    Перевод Николая Гнедича (1809)
  • Заира. Трагедия. Действие І. Явление І[1732]Ѣ26kОценка:3.92*5 Драматургия, Переводы
    Zaïre .
    Перевод А. П. Сумарокова
  • Магомет[1741]Ѣ243kДраматургия, Переводы
    Le Fanatisme ou Mahomet le Prophète.
    Трагедия в пяти действиях, в стихах.
    Перевелъ Николай Остолоповъ въ 1827 году.
  • Отрывок из Семирамиды, Вольтеровой трагедии[1748]Ѣ7kПоэзия, Драматургия, Переводы
    Sémiramis.
    Текст издания: журнал “Вѣстникъ Европы”, No 2, 1811.
    [Добровольский Л., Розальон-Сошальский].
  • Вольтер: биографическая справка[1962]28kСправочная
    Иллюстрации/приложения: 1 шт.
  • Из писем М. Л. Воронцову от Исаака Веселовского[1753]4kПублицистика
  • Вольтер в газете “Санкт-Петербургские ведомости”[1778]22kПублицистика
  • Маркиза де-Шатле[1801]3kПереводы, Мемуары
    Из писем госпожи Дюдеффан о возлюбленной Вольтера.
    Из “Journal de Paris”. 1801. Nо 269.
    Перевод Н. М. Карамзина, 1802.Иллюстрации/приложения: 1 шт.
  • Вольтер и Лекен[1802]5kПереводы, Публицистика
    [Рассказ актера А. Л. Лекена о своих встречах с Вольтером, опубл. посмертно сыном А. Л. Лекена]
    Перевод Н. М. Карамзина
  • Любезный гость у капуцинов[1803]2kПереводы, Публицистика
  • Вольтер и Мабли[1804]Ѣ6kПублицистика
    Разговор в царстве мертвых
  • О ссоре Фридриха с Вольтером[1805]Ѣ10kПублицистика
  • Нечто о частной жизни Вольтера[1826]Ѣ3kПублицистика
  • Аскоченский В.И.Сердце Вольтера[1864]5kПублицистика
  • Булгаков Ф.И.Вольтер – кандидат в кардиналы[1893]Ѣ13kПублицистика
  • Веселовский А.Н.Вольтер[1893]40kКритика Комментарии: ()
    Из словаря Брокгауза и Ефрона
    С приложением статьи “Вольтер и вольтерьянство в русской литературе”. Иллюстрации/приложения: 1 шт.
  • Вяземский П.А.Ферней[1859]22kПублицистика
  • Гогоцкий С.С.Вольтер[1857]37kПублицистика
  • Дорошевич В.М.Дело Каласа[1907]16kПроза, Публицистика
    “В 1777 году Вольтер посетил Париж.
    Когда на Королевском мосту его окружила восторженная толпа, какой-то иностранец спросил у одной из женщин: “Кто это?”
    Та посмотрела на него с удивлением и спросила:
    “Разве не весь свет знает, что это человек, который спас Каласа?”
  • Дорошевич В.М.Улыбка Вольтера[1905]5kПроза
  • Жаклар В.В.Вольтер[1878]61kПублицистика
  • Жанлис М.Ф.Свидание Госпожи Жанлис с Вольтером[1810]Ѣ14kМемуары
    Перевод Н. М. Карамзина.
  • Засулич В.И.Вольтер. Его жизнь и литературная деятельность[1893]198kБиографическая проза Комментарии: ()
    Книга была издана под псевдонимом И. М. Каренин. Иллюстрации/приложения: 1 шт.
  • Линь Ш.Д.Свидания Маршала Принца де Линя с Ж. Ж. Руссо и Вольтером[1809]Ѣ24kПереводы, Мемуары
    Текст издания: “Вѣстникъ Европы”, No 15, 1809.
    Перевод В. А. Жуковского (1809).
  • Луначарский А.В.Фернейский отшельник[1928]18kПублицистика
  • Победоносцев П.В.Эпитафия Господину Волтеру.[1800]8kПоэзия
  • Фриче В.М.Вольтер[1929]19kКритика
  • Шатобриан Ф.Р.Суд о Вольтере[1813]Ѣ4kПублицистика

    Избранные сочинения

    Автор: Вольтер
    Перевод: Л. Бух , В. С. Рутов
    Жанры: Классическая проза , Философия

    В илюстрированное издание сочинений Вольтера вошли такие известные его произведения, как философская повесть «Кандид, или Оптимизм», трагедия «Танкред», философское сочинение «Диалоги Эвгемера», рассказ «Индийское приключение». Вольтер (1694—1778) – великий французский писатель, поэт, драматург, философ-просветитель XVIII века, историк, публицист. Творческое наследие Вольтера составляет пятьдесят томов почти по шестьсот страниц каждый.

    Калликрат. Ну-с, мудрый, Эвгемер[1], что видели вы во время своих путешествий?

    Эвгемер. Глупости.

    Калликрат. Как! Вы путешествовали в свите Александра и вас не охватил экстаз восторга?

    Эвгемер. Вы хотите сказать, экстаз жалости?

    Калликрат. Жалости к Александру?

    Эвгемер. К кому же еще? Я видел его только в Индии и в Вавилоне, куда я, как и другие, отправился в тщетной надежде просветиться. Мне там сказали, что он и в самом деле начал свои походы как герой, но закончил их как глупец. Я видел этого полубога, превратившегося в самого жестокого из варваров, после того как он был самым гуманным из греков. Я видел трезвого ученика Аристотеля, ставшего презренным пьяницей. Я отправился вслед за ним, когда, оставив трапезу, он принял решение поджечь величественный храм Эстекара, дабы удовлетворить прихоть жалкой распутницы, именуемой Таис. Я сопровождал его во время его безумств в Индии, и, наконец, я узрел его умирающим в расцвете лет в Вавилоне из-за того, что он напился как последний забулдыга из его войска.

    Избранные сочинения скачать fb2, epub, pdf, txt бесплатно

    Из огромного художественного наследия Вольтера наиболее известны «Философские повести», прежде всего «Задиг, или Судьба» (1747), «Кандид, или Оптимизм» (1759), «Простодушный» (1767). Писатель блистательно соединил традиционный литературный жанр, где раскрываются кардинальные вопросы бытия, различные философские доктрины, разработанные в свое время Монтескье и Дж.Свифтом, с пародией на слезливые романы о приключениях несчастных влюбленных. Как писал А.Пушкин, Вольтер наводнил Париж произведениями, в которых «философия заговорила общепонятным и шутливым языком».

    Современному читателю предоставляется самому оценить насмешливый и стремительный стиль Вольтера, проверить знаменитый тезис писателя: «Все к лучшему в этом лучшем из возможных миров».

    Написанная не для печати, зачисленная редакцией в разряд «отверженных» произведений, поэма Вольтера (1694-1778) «Орлеанская девственница» явилась одним из самых блестящих антирелигиозных памфлетов, какие только знала мировая литература.

    В легкомысленные образы облекает она большое общественное содержание. Яркие, кипучие, дерзкие стихи ее не только не потеряли своего звучания в наше время, но, напротив, получили большой резонанс благодаря своему сатирическому пафосу.

    Для своей поэмы Вольтер использовал один из драматических эпизодов Столетней войны между Францией и Англией – освобождение Орлеана от осаждавших его английских войск.

    Вольтер развенчивает слащавую и ханжескую легенду об орлеанской деве как избраннице неба, создавая уничтожающую сатиру на Церковь, религию, духовенство. Пародийно обыгрывая мотив чудодейственной силы, которая проистекает из чистоты и непорочности Жанны и которая якобы стала залогом ее победы над англичанами, Вольтер доводит эту мысль до абсурда: сюжет строится на том, что девичья честь Жанны служит предметом посягательств и коварных козней со стороны врагов Франции. Автор выводит на страницы поэмы целую галерею развратных, лживых, корыстолюбивых священнослужителей разного ранга – от архиепископа до простого монаха. Жанна в его поэме – краснощекая трактирная служанка с увесистыми кулаками, способная постоять за свою честь и обратить в бегство врагов на поле боя.

    Замысел поэмы возник, очевидно, в 20-е годы XVIII в. Работал над ней Вольтер медленно, с большими перерывами. Первые песни были написаны к началу 30 – концу 40 гг.

    Читайте также:
    Про книги: сочинение
  • Рейтинг
    ( Пока оценок нет )
    Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
    Добавить комментарий

    ;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: