Вересаев В.В. (1867—1945) — писатель сложных творческих исканий: сочинение

«Вересаев В.В. (1867—1945) — писатель сложных творческих исканий»

Он был современником Л. Толстого и Чехова, Куприна и Бунина. За его писательской судьбой пристально следил М. Горький. Он сохранил верность традициям критического реализма в годы разгула декаданса, сумел решительно противостоять модернистским лозунгам и декларациям. Сформировавшись как писатель задолго до Октябрьской революции, он смог органично включиться в литературную жизнь молодого государства.

У Вересаева были творческие успехи, были мучительные искания, были тяжелые срывы. «Бешеный ход истории» порой стремительно увлекал его, порой выбрасывал из колеи. Явные творческие успехи и досадные заблуждения — и то и другое было по-своему закономерным. Однако он всегда был честен, не шел на компромиссы с совестью, оставался человеком «прямой, свято-честной, смелой»’ души, как сказал о нем А. М. Горький еще в 1900 году.

Викентий Викентиевич Смидович (Вересаев) родился 4 (6) января 867 года в г. Туле в семье врача. И его отец, и мать были ценителями художественной литературы, любовь к которой передалась будущему писателю уже в детстве. Это не мешало им, однако, быть приверженцами умеренно-либеральных политических взглядов и сторонниками нравственно-религиозного воспитания. Влияние родителей, особенно отца, на будущего писателя было весьма значительным, о чем он сам впоследствии не раз говорил. Однако уже в годы учебы в Тульской гимназии у мальчика наметилось несколько критическое отношение к отцовскому авторитету. На смену увлечению Майн Ридом и Густавом Эмаром приходит интерес к Добролюбову, Миллю, Писареву, «чему отец,— но свидетельству самого Вересаева,— очень не сочувствовал».

Окончив гимназию, Вересаев в 884 году поступает на историческое отделение историко-филологического факультета Петербургского университета. В годы учебы в университете он, по собственному признанию, «деятельно и с увлечением участвовал в разнообразнейших студенческих кружках, лихорадочно живя в напряженной атмосфере самых острых общественных, экономических и этических вопросов». В то время еще свежи были в памяти выступления революционного народничества. Но в атмосфере реакции даже лучшие представители русской интеллигенции отказывались от революционной борьбы.

Первые литературные опыты Вересаева — рассказы «Скверный мальчишка» (1886), «Загадка» (1887), многочисленные стихотворения — свидетельства серьезных раздумий над жизненным назначением человека, первые попытки разуверившегося современника «отвоевать надежду». После окончания в 1888 году Петербургского университета Вересаев, к тому времени уже твердо решивший стать писателем, поступает на медицинский факультет университета в Дерпте (ныне г. Тарту). Влечение к медицине могло быть связано с модной в то время теорией «экспериментального романа» Э. Золя. «…Моею мечтою было стать писателем,— говорил Вересаев по этому поводу,— а для этого представлялось необходимым знание биологической стороны человека, его физиологии и патологии».

Колебания между соблазнами самодовольной сытой жизни и перспективой служения обществу становятся в эти годы важной темой вересаевской беллетристики. Притом позиция автора определяется четко: он на стороне тех, в ком побеждает чувство гражданского долга.

Уже по окончании первого курса Дерптского университета Вересаев печатает в 1889 году в ноябрьском номере журнала «Книжки «Недели» рассказ «Порыв». Предельно простая фабула произведения — 5-летний Митя, вопреки велениям «благоразумного» отца, бросается на помощь людям, борющимся с наводнением,— позволила высказать свое отношение к обывательской, индивидуалистической психологии «отцов». Однако он остается покуда еще в сфере морально-этической, рассматривая сугубо социальный вопрос об общественном поведении различных слоев русской интеллигенции в плане семейно-нравственном.

В следующем же произведении Вересаева — рассказе «Товарищи» —тема предательства общественных интересов уже выводится из «семейной» сферы, хоть решается еще в плане нравственно-этическом, а не социальном. Герои рассказа некогда, в студенческие годы, страстно мечтали о служении обществу. Теперь же, попав в провинциальную глушь, они превратились в заурядных «существователей». «Все были несчастны, да,— пишет Вересаев; — но никто из них не уважал своего горя, да и не стоило оно уважения… Горе дряблое, бездеятельное, ему нет оправдания; стыдиться его нужно, а не нести в люди». Еще летом 1890 года Вересаев посетил один из рудников г. Юзовки (ныне г. Донецк), где наблюдал каторжные условия труда шахтеров. В 1892 году он приезжает сюда вторично — на этот раз в связи с эпидемией холеры. Все увиденное он описал в цикле очерков «Подземное царство».

Ко времени окончания Дерптского университета Вересаев почти полностью завершил работу над повестью «Без дороги». Это было произведение, как бы подводящее итог его первым шагам на литературном поприще и открывающее новый период жизни и творчества автора — период гражданской и писательской зрелости.

В эти же годы Вересаев много занимается издательской деятельностью. При его непосредственном участии издаются книги Горького, Серафимовича, Короленко, комплектуется «Народно-школьная библиотека». В 1911 году, в связи с пятидесятилетием со дня смерти Т. Г. Шевченко, под редакцией Вересаева выходит на русском языке сборник произведений великого украинского поэта — «Песни Тараса Шевченко».

В 1912 году от имени «Книгоиздательства писателей» Вересаев обращается с письмом к М. Коцюбинскому с предложением принять участие в работе издательства. Надо сказать, что Вересаева связывали долгие годы дружбы с женой украинского писателя Верой Устимовной Коцюбинской. Сохранилась их переписка. При непосредственном участии Вересаева в 94 году вышел третий том сочинений М. Коцюбинского на русском языке.

Рассказы Вересаева, написанные в годы первой мировой войны («У дервишей», «Марья Петровна», «У черного крыльца», «Случай», «Дедушка», «Семейный роман»), во многом искусственны, надуманы; разделяя то или иное заблуждение или верование, Вересаев стремится подогнать под него жизнь. Писатель начинает изменять основному принципу своего художнического видения жизни — принципу правдивости.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

В 20—30-е годы современная тема давалась Вересаеву нелегко. Художественно осваиваемая действительность преломлялась в его сознании сквозь ту, по выражению Горького, «излюбленную правду», на почве которой он только и мог чувствовать себя художником. Но тяготение к голой фактологичности порой мешало ему осмыслить явления современности.

Своим «Невыдуманным рассказам» (940) Вересаев предпослал слова Рабиндраната Тагора: «Чистый вымысел принужден всегда быть настороже, чтоб сохранить доверие читателя. А факты не несут в себе ответственности и смеются над неверящими». В 30-е годы этот взгляд стал для Вересаева сознательным творческим принципом.

«Невыдуманные рассказы» повествуют о социальных противоречиях и конфликтах дореволюционной русской действительности, о новой морали и новых общественных отношениях в советскую эпоху, о гуманизме и самоотверженности русского человека, о солдатских буднях, о детях и детском мировосприятии, наконец — о животных. Некоторые из «Невыдуманных рассказов» — такие, как «Враги», «Ночью», «Под огнем паровоза», «Чохов», «Грех», «Проклятый дом», «Голубая комната» и целый ряд других,— стоят в одном ряду с лучшими образцами русской новеллистики. С начала 20-х годов Вересаев работает над произведениями мемуарно-очеркового характера, впоследствии объединенными в книги «В юные годы» и «В студенческие годы». Сложнейший процесс становления человеческого характера, характера русского интеллигента-демократа показан здесь писателем без малейшего желания выставить себя в выгодном свете. Вересаев оставил также воспоминания о своих современниках — Н. Михайловском и В. Короленко, Л. Толстом и А. Чехове, Л. Андрееве и Н. Гарине-Михайловском, В. Засулич и В. Фигнер.

В 1924 году Вересаев обратился к пушкинской теме (книга рассказов под названием «Поэт»). В 1926—1927 годах он создает обширный литературоведческий труд «Пушкин в жизни». Эта книга, в которой использованы многочисленные воспоминания современников Пушкина, имеет несомненную историко-литературную ценность. Правда, местами она не вполне верно воссоздает облик великого поэта. И все-таки работа Вересаева, показавшая «живого Пушкина» «во всех сменах его настроений», «во всех противоречиях сложного его характера», заняла свое место в пушкиниане. В 1933 году писатель опубликовал и другую крупную литературоведческую работу — «Гоголь в жизни».
6 марта 1939 года Вересаев присутствовал на открытии памятника Т. Г. Шевченко в Киеве. В этот день он выступил в республиканской прессе с заметкой «Любить Украину — любить Шевченко». «Бесстрашная революционность,— писал в ней Вересаев,— запорожская жажда воли, железное упорство, сосредоточенный гнев и великая любовь, славное прошлое в борьбе с угнетателями, лукавый юмор, несравненная музыка украинского языка, запах цветущих вишневых садов, пирамидальные тополя над белыми хатами — все это в поэзии Шевченко».

Последние годы жизни Вересаев посвятил переводу на русский язык «Илиады» и «Одиссеи». В тяжелые времена борьбы с фашизмом Вересаев напишет: «У нас и под гром пушек продолжается широкая культурная работа и предоставляются для нас все возможности». Писатель дожил до победы. Смерть настигла его за редактированием последней песни «Илиады» 3 июня 1945 года. Многолетний творческий труд Вересаева был отмечен Государственной премией первой степени.

От «Записок врача» до «Илиады»: из-за чего поднялся шум вокруг Викентия Вересаева

Окольная дорога к литературе

Викентий Викентьевич Вересаев (настоящая фамилия — Смидович) был удивительным человеком. В его жилах смешалась русская, украинская, польская, немецкая и греческая кровь. Благодаря любознательности, усидчивости и хорошей памяти он всегда отлично учился. В родной Туле окончил гимназию с серебряной медалью, а затем получил два высших образования: в Петербурге стал кандидатом исторических наук, а в Дерпте (сейчас — Тарту, Эстония) получил специальность врача. Казалось, он идёт по стопам отца, но дело было совсем в другом. Вот как сам Вересаев объяснял свой выбор:

«Уже в то время моей мечтою было стать писателем, а для этого представлялось необходимым знание биологической стороны человека, его физиологии и патологии; кроме того, специальность врача давала возможность близко сходиться с людьми самых разнообразных слоёв и укладов; для меня это было особенно нужно, так как характер у меня замкнутый, схожусь с людьми трудно» [1].

Расчёт оказался верным: стихи, рассказы и повести Вересаев издавал с 1884 года, но известность ему принесли «Записки врача», опубликованные в 1901 году. Автобиографическая повесть честно освещала недостатки медицинского образования и тогдашней системы здравоохранения, особенно вопросы врачебной этики. Осудив жестокую практику медицинских экспериментов, Вересаев разделил общество на два лагеря: одни приписывали ему искажение фактов, другие хвалили его за смелость рассказать то, о чём все молчат.

Сам писатель впоследствии признал книгу слабой в литературном отношении, но социальная проблематика сделала её очень популярной: только при жизни автора она выдержала 14 изданий на русском языке, а ещё повесть перевели на английский, французский и немецкий языки [2, 3]. Медицинская практика ещё не раз давала ему материал для творчества: Вересаев исполнял обязанности военного врача и на Русско-японской, и на Первой мировой войне. Но воспоминания о них (повесть «На японской войне») уже не могли повторить шумного успеха «Записок врача» [4].

Объёмный творческий багаж

Многие произведения Вересаева, например повести «Без дороги», «Поветрие», «Два конца» и «На повороте», романы «В тупике» и «Сёстры», посвящены духовным исканиям русской интеллигенции конца XIX — начала XX века. В них отразился и собственный опыт писателя, считавшего себя убеждённым социал-демократом и марксистом, и проницательный взгляд наблюдателя за изменениями в общественной жизни. В советское время особое внимание уделялось именно этой части творчества Викентия Викентьевича. Видимо, за неё он и получил в 1939 году орден Трудового Красного Знамени, а в 1943-м — Сталинскую премию первой степени (официальная формулировка — «За многолетние выдающиеся достижения») [1, 4].

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Но есть у Вересаева и награда совсем другого плана: в 1919 году ему вручили Пушкинскую премию Академии наук за переводы древнегреческой поэзии. Античной культурой он увлёкся ещё в гимназии, а в 1910 году подкрепил интерес поездкой в Грецию. Вероятно. Позвал его туда и голос крови: прабабка писателя была гречанкой. Вересаев переводил лирические и эпические творения Сафо и Архилоха, Гесиода и Гомера. Самым масштабным трудом в этой области (28 тысяч стихов!) стали новые версии «Илиады» и «Одиссеи»: над ними он работал до конца жизни, а издали их уже после его смерти, в 1949 и 1953 году соответственно. Академик И.И. Толстой считал переводы Вересаева «по точности передачи и стилистическому чувству подлинника… лучшими переводами с древнегреческого во всей нашей русской литературе» [4].

Наконец, важнейший пласт творческого наследия Вересаева — литературоведение. В 1909–1914 годах он опубликовал цикл «Живая жизнь»: первая часть критико-философского исследования посвящена творчеству Ф.М. Достоевского, вторая — Л.Н. Толстого, третья — Фридриха Ницше. Яростную полемику вызвала книга «Пушкин в жизни» (1927), написанная в принципиально новом жанре литературно-документального монтажа, или, как его ещё называют, жанре хроники характеристик и мнений. Цитируя воспоминания современников великого поэта, которые то дополняют друг друга, то вступают в противоречие, Вересаев пытался показать его по-настоящему живым, разносторонним.

Отказавшись идеализировать «наше всё», писатель получил широкий спектр критических замечаний — от укоров за использование сомнительных источников до обвинений в попытке осквернить образ Пушкина. Но со временем накал страстей утих, жанр получил одобрение и у него появилось много последователей. Например, к нему относят «Жизнь господина де Мольера» Михаила Булгакова. Сам Вересаев повторил свой опыт, опубликовав в 1933 году хронику «Гоголь в жизни» [4].

Следы на карте

Во второй половине XX века фамилия Викентия Викентьевича обрела статус топонима: улицы Вересаева появились в его родной Туле и Богородицке (Тульская область), Феодосии и Коктебеле, где писатель прожил три года после Октябрьской революции, в Ростове-на-Дону и даже в Новосибирске, в Донецке и Запорожье (Украина). Одно из сёл Сакского района Крыма получило название Вересаево.

В 1963 году Вересаев «обосновался» и на карте Москвы: в честь него переименовали Почтовую улицу в Кунцеве (сейчас — Можайский район ЗАО) [5]. Совсем недавно, в апреле 2016 года, столичный Департамент здравоохранения присвоил имя В.В. Вересаева клинической больнице № 81.

Но это всё — венки посмертной славы. Давайте вспомним московские адреса, которые играли большую роль в жизни писателя.

Круг общения

Впервые появившись в Москве в 1903 году, Вересаев быстро стал своим в литературных кругах — во многом этому способствовали нашумевшие «Записки врача». Он на равных общался с видными представителями Серебряного века: например, в 1914–1922 годах не раз бывал в квартире Марины Цветаевой (Борисоглебский переулок, дом 6), где сейчас находится её музей [6].

Но главным центром притяжения для Вересаева стал литературный салон «Среда» его ровесника Николая Телешова, где собирался весь цвет писательской Москвы: Леонид Андреев, Константин Бальмонт, Валерий Брюсов, Иван Бунин, Владимир Гиляровский, Максим Горький, Александр Куприн и многие другие. Собрания кружка чаще всего проходили в квартирах организатора: на Чистопрудном бульваре (до 1904 года — дом 21, в 1909–1913 годах — дом 23), на Земляном Валу (дом 51 с 1904 по 1909 год) и на Покровском бульваре (дом 18/15 с 1913 года) [6, 7].

Завсегдатаи «Среды» получали прозвища по названиям московских улиц, площадей и переулков, которые соотносились с их характером или внешним видом. Вересаева «за нерушимость взглядов» называли Каменный Мост. Вот как его характеризовал Телешов: «На протяжении огромной полосы жизни я встречался с Викентием Викентьевичем постоянно и часто и привык уважать в нём неизменно преданного делу работника, прямого и смелого в правдивости, человека честных и светлых взглядов. В течение всей жизни он сохранял писательскую индивидуальность. Каким был вначале, таким же остался — прямым и верным, сохранившим до конца дней своё писательское лицо» [7].

Неудивительно, что в товариществе на паях (проще говоря, кооперативе) «Книгоиздательство писателей в Москве», большинство членов которого были участниками «Среды», Вересаев долгое время занимал должность председателя правления и главного редактора. Он отстаивал позитивную идеологию: «Я выступил в нашем издательстве с программой, которую в двух словах можно было охарактеризовать так: утверждение жизни. Этим приблизительно всё уже сказано: в сборниках наших не должно найти место даже самое талантливое произведение, если оно идёт против жизни, против необходимости борьбы за лучшую жизнь, за перенесение центра тяжести в потусторонний мир, за отрицание красоты и значительности жизни. Программа эта вызвала целую бурю, и я до сих пор удивляюсь, как мне удалось её провести» [2].

По меркам того неспокойного времени издательство существовало довольно долго. В 1912–1916 годах его контора размещалась на Никитском бульваре, дом 10, затем, до закрытия в 1923 году, — в Скатертном переулке, дом 8. За 12 лет работы предприятие выпустило около 400 книг. В их число вошли сборники «Московский альманах», «Слово» и «Клич», а также серии «Народная школьная библиотека», «Библиотека польских писателей», «Дешёвая библиотека» и «Культурно-просветительская библиотека» [8, 9]. Отличительной особенностью издательства была выплата авторам высоких гонораров — до 30 процентов от выручки; рыночная ставка тогда составляла около 10 процентов [2].

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Квартира на Смоленской

Мемориальная доска Викентия Вересаева висит на стене дома 2/3 в Шубинском переулке, недалеко от церкви Николая Чудотворца на Щепах. Здесь писатель жил в 1921–1945 годах (не считая эвакуации в Тбилиси во время войны), именно здесь трудился над переводами «Илиады» и «Одиссеи» [10].

Частым гостем в его квартире был Михаил Булгаков. Двух литераторов сближало не только медицинское прошлое, но и интерес к личности Пушкина. В 1934 году они задумали совместно написать драму «Последние дни»: Булгаков отвечал за художественный замысел, Вересаев брал на себя роль биографа Александра Сергеевича. В итоге авторы не сошлись в трактовке образов некоторых героев, например Дантеса, и Вересаев отказался ставить свою фамилию на титульном листе.

Пьеса получила второе название — «Александр Пушкин»… и поистине драматическую судьбу. Изначально предполагалось поставить её в Театре имени Вахтангова к столетию гибели Пушкина, но из-за вмешательства цензуры премьера спектакля «Последние дни» состоялась лишь в 1943 году — и уже на сцене МХАТ. Булгаков скончался в 1940-м [11].

Последнее пристанище

Жизнь Вересаева была долгой и насыщенной: он стал свидетелем трёх революций и трёх войн. Успел он увидеть и победу России в самой тяжёлой из них — Великой Отечественной — Викентий Викентьевич умер 3 июня 1945 года. Скромный памятник на его могиле на Новодевичьем кладбище обращается к нам цитатой из рассказа «Легенда»: «Да, в жизнь нужно входить не весёлым гулякою, как в приятную рощу, а с благоговейным трепетом, как в священный лес, полный жизни и тайны».

Слово «жизнь» было любимым в лексиконе писателя. Его духовное завещание призывает уважать и беречь этот бесценный дар.

Использованные источники

  1. Автобиографическая справка // Вересаев В.В. Сочинения в 4 томах. Том 1. — М. : Правда, 1990. — С. 34–40.
  2. Литературные воспоминания // Вересаев В.В. Сочинения в 5 томах. Том 5. — М. : Правда, 1961. — С. 344–362.
  3. Юдин Б.Г. Человек в медицинском эксперименте: перечитывая В.В. Вересаева // Вопросы истории естествознания и техники. —2001. — № 4.
  4. Фохт-Бабушкин Ю.У. Вересаев В.В. — легенды и реальность // Вересаев В.В. Сочинения в 4 томах. Том 1. — М. : Правда, 1990. — С. 3–33.
  5. Имена московских улиц. Топонимический словарь / Агеева Р.А. и др. — М. : ОГИ, 2007.
  6. Стародуб К. Литературная Москва: историко-краеведческая энциклопедия для школьников. — М. : Просвещение, 1997. — С. 187, 249, 267.
  7. Телешов Н.Д. Записки писателя. Рассказы о прошлом и воспоминания. — М. : Советский писатель, 1950. — С. 50–56, 321–322.
  8. Шруба М. Книгоиздательство писателей в Москве // Литературные объединения Москвы и Петербурга 1890–1917 гг. — М. : Новое литературное обозрение, 2004. — С. 73–74.
  9. Переулки старой Москвы. История. Памятники архитектуры. Маршруты / Романюк С.К. — М. : Центрполиграф, 2016. — С. 596.
  10. По землям московских сёл и слобод. Ч. 1. Между Садовым кольцом и Камер-Коллежским валом / Романюк С.К. — М. : Сварог и Ко, 1998. — С. 128.
  11. Булгаков М.А. Я хотел служить народу. : Проза. Пьесы. Письма. Образ писателя. — М. : Педагогика, 1991. — С. 730–734.

Вересаев Викентий Викентьевич

ВЕРЕСАЕВ, ВИКЕНТИЙ ВИКЕНТЬЕВИЧ (1867–1945), настоящая фамилия – Смидович, русский прозаик, литературовед, поэт-переводчик. Родился 4 (16) января 1867 в семье известных тульских подвижников. Отец, врач В.И.Смидович, сын польского помещика, участника восстания 1830–1831, был основателем Тульской городской больницы и санитарной комиссии, одним из создателей Общества тульских врачей, гласным Городской Думы. Мать открыла у себя в доме первый в Туле детский сад.

В 1884 Вересаев с серебряной медалью окончил Тульскую классическую гимназию и поступил на историко-филологический факультет Петербургского университета, по окончании которого получил звание кандидата. Семейная атмосфера, в которой воспитывался будущий писатель, была проникнута духом православия, деятельного служения ближним. Этим объяняется увлечение Вересаева годы идеями народничества, трудами Н.К.Михайловского и Д.И.Писарева. Под влиянием этих идей Вересаев поступил в 1888 на медицинский факультет Дерптского университета, считая врачебную практику лучшим средством узнать жизнь народа, а медицину – источником знаний о человеке. В 1894 несколько месяцев практиковал на родине в Туле и в том же году как один из лучших выпускников университета был принят на работу в Петербургскую Боткинскую больницу.

Писать Вересаев начал в четырнадцать лет (стихи и переводы). Сам он считал началом своей литературной деятельности публикацию рассказа Загадка (журнал «Всемирная иллюстрация», 1887, № 9).

В 1895 Вересаева увлекли более радикальные политические взгляды: писатель завязал тесные контакты с революционными рабочими группами. Работал в марксистких кружках, на его квартире проходили собрания социал-демократов. Участие в политической жизни обусловило темы его творчества. Художественную прозу Вересаев использовал для выражения общественно-политических и идейных взглядов, показывая в своих повестях и рассказах ретроспективу развития собственных духовных исканий. В его произведениях заметно преобладание таких форм повествования, как дневник, исповедь, споры героев на темы общественно-политического устройства. Герои Вересаева, как и автор, разочаровывались в идеалах народничества. Но писатель старался показать возможности дальнейшего духовного развития своих персонажей. Так, герой повести Без дороги (1895), земский врач Троицкий, утратив свои прежние верования, выглядит полностью опустошенным. В противоположность ему, главный герой повести На повороте (1902) Токарев находит выход из душевного тупика и спасается от самоубийства, несмотря на то, что не имел определенных идейных взглядов и «шел в темноту, не зная куда». В его уста Вересаев вкладывает многие тезисы, критикующие идеализм, книжность и догматизм народничества.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Придя к выводу о том, что народничество, несмотря на декларируемые им демократические ценности, не имеет никакой почвы в реальной жизни и зачастую не знает ее, – в рассказе Поветрие (1898) Вересаев создает новый человеческий тип: революционера-марксиста. Однако и в марксистском учении писатель видит недостатки: бездуховность, слепое подчинение людей экономическим законам.

Имя Вересаева часто упоминалось в критической прессе конца 19 – начала 20 вв. Лидеры народников и марксистов использовали его произведения как повод для публичной полемики по общественно-политическим вопросам (журналы «Русское богатство» 1899, № 1–2, и «Начало» 1899, № 4).

Не ограничиваясь художественным изображением идей, распространенных в среде интеллигенции, Вересаев написал несколько рассказов и повестей о страшном быте и безотрадном существовании рабочих и крестьян (повести Конец Андрея Ивановича, 1899 и Честным трудом, другое название – Конец Александры Михайловны, 1903, которые впоследствии переработал в повесть Два конца, 1909, и рассказы Лизар, К спеху, В сухом тумане, все 1899).

В начале века общество потрясли вересаевские Записки врача (1901), в которых писатель изобразил ужасающую картину состояния врачебного дела в России. Выход Записок вызвал многочисленные критические отзывы в печати. В ответ на обвинения в неэтичности вынесения на общественный суд профессиональных медицинских проблем писатель вынужден был выступить с оправдательной статьей По поводу «Записок врача». Ответ моим критикам (1902).

В 1901 Вересаева выслали в Тулу. Формальным поводом послужило его участие в протесте против подавления властями студенческой демонстрации. Следующие два года его жизни были заняты многочисленными поездками, встречами с известными русскими писателями. В 1902 Вересаев уехал в Европу (Германия, Франция, Италия, Швейцария), а весной 1903 – в Крым, где познакомился с Чеховым. В августе того же года посетил Толстого в Ясной Поляне. После получения права въезда в столицу переехал в Москву и вошел в литературную группу «Среда». С этого времени началась его дружба с Л.Андреевым.

В качестве военного врача Вересаев участвовал в русско-японской войне 1904–1905, события которой в присущей ему реалистической манере изобразил в рассказах и очерках, составивших сборник На японской войне (полностью опубл. 1928). Описание подробностей армейской жизни совмещал с размышлениями о причинах поражения России.

События революции 1905–1907 убедили Вересаева в том, что насилие и прогресс несовместимы. Писатель разочаровался в идеях революционного переустройства мира. В 1907–1910 Вересаев обратился к осмыслению художественного творчества, которое он понимал как защиту человека от ужасов бытия. В это время писатель работает над книгой Живая жизнь, первая часть которой посвящена анализу жизни и творчества Толстого и Достоевского, а вторая – Ницше. Сравнивая идеи великих мыслителей, Вересаев стремился показать в своем литературно-философском исследовании моральную победу сил добра над силами зла в творчестве и в жизни.

С 1912 Вересаев был председателем правления организованного им «Книгоиздательства писателей в Москве». Издательство объединяло литераторов, входящих в кружок «Среда». С началом Первой мировой войны писателя вновь мобилизовали в действующую армию, и с 1914 по 1917 он руководил военно-санитарным отрядом Московской железной дороги.

После революционных событий 1917 Вересаев полностью обращается к литературе, оставаясь сторонним наблюдателем жизни. Диапазон его творческих устремлений очень широк, литературная деятельность чрезвычайно плодотворна. Им написаны романы В тупике (1924) и Сестры (1933), его документальные исследования Пушкин в жизни (1926), Гоголь в жизни (1933) и Спутники Пушкина (1937) открыли в русской литературе новый жанр – хронику характеристик и мнений. Вересаеву принадлежат Воспоминания (1936) и дневниковые Записи для себя (опубл. 1968), в которых жизнь писателя предстала во всем богатстве мыслей и душевных исканий. Вересаев сделал многочисленные переводы памятников древнегреческой литературы, среди которых Илиада (1949) и Одиссея (1953) Гомера.

BEPЕСАЕВ Викентий Викентьевич (1867—1945) Текст научной статьи по специальности « Языкознание и литературоведение»

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — E. A. Бекназарова

Текст научной работы на тему «BEPЕСАЕВ Викентий Викентьевич (1867—1945)»

ВЕРЕСАЕВ Викентий Викентьевич (1867—1945)

Отзывы литературных кругов русского зарубежья о В. — это, как правило, размышления об опубликованных им трудах, особенно о биографической книге “Гоголь в жизни” (1933). “Автор книги — известный старый литератор, в прошлом активе которого много не лишенных таланта самостоятельных беллетристических произведений и ряд философских и исторических работ, свидетельствующих о вдумчивости и прилежании”, — так пишет Т.Полнер (СЗ. 1934. № 56. С.430). Р.Словцов считает что “Гоголь в жизни” — сборник, “составленный так мастерски и вдумчиво” — “интереснее и умнее многих биографий” (ПН. 1933. 13 июня). Отдавая должное работе писателя, Т.Полнер, однако, заявляет. “В России. ради “научности” пытаются совершенно отказаться от всякого художественного творчества, устранить совершенно всякий субъективизм и ограничиться подбором и печатанием одних материалов. В моде — “монтаж” биографии, в виде подбора подлинных отзывов современников, отзывов, охватывающих все возрасты жизни намеченного лица. К таким “монтажам” принадлежат и некоторые работы В.Вересаева, одна из которых посвящена Гоголю” (СЗ. 1934. № 56. С.430). Отсюда — сожаления Полнера о том, что “новый метод применен именно к биографии Гоголя, что автор не использовал полностью в этом труде своих дарований (там же, с.432). Автор также считает, что “перед читателем биографии Гоголя с непреодолимою силою возникает ряд вопросов и психологических задач, без решения которых нет и не может быть понимания “Гоголя в жизни”. Досада берет, когда видишь, как автор (в особенности такой, как Вересаев) прячется в кусты из-за надуманной и недостижимой “научной” объективности” (там же, с.432). Он признает, что “несколько слов и замечаний, которые вырвались из-под пера г. Вересаева в предисловии к его книге, показывают, как трудно по нынешним временам оказаться в русских условиях объективным”, но пишет, что обстоятельство это “может объяснить такие явления, как излюбленный “монтаж” биографии, но отнюдь не оправдать этот новый метод” (там же. с.431). Полнер соглашается, что только “научный” метод создания биографии почти избавляет автора от необходимости проповедовать на ее страницах марксистские идеи во вздорной и вечно изменяющейся большевистской интерпретации”. Это, однако,

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

не переубеждает его в мысли, что “если бы г. Вересаев работал на свободе, он не гнался бы, вероятно, за такою научностью, выбросив бы значительную часть хлама из приводимых им отзывов и заменил их собственным обоснованным текстом, которого так часто недостает в его “монтаже (там же. с.432).

Более серьезную полемику вызвала другая книга В. “В двух планах”, представляющая собой сборник статей об А.С.Пушкине. “Статьи связаны единством точки зрения, чем оправдано данное автором книги заглавие. Вересаев восстает против господствующего в наше время представления об “автобиографичности” Пушкина”, пишет Г.Н.Ферстер (Числа. 1930. № 1. С.243). Он указывает на то, что “приводимые Вересаевым в подтверждение этих мыслей примеры. очень поучительны. Они предостерегают от слишком прямолинейного и упрощенного применений

“автобиографического” метода и крайностей такого понимания Пушкина, при котором чуть не все его творчество сводилось к роли лирического дневника, иллюстрирующего его жизнь” (с.244). Однако Вл.Ходасевич считает, что, “к сожалению, основные положения книги и необоснованны, и неверны. В значительной степени они вызваны полемикой с пишущим эти строки” (С3. 1930. №44. С.527). 0н заявляет: “Я указал на тот вполне очевидный факт, что пушкинское творчество насыщено воспоминаниями. Разумеется опять-таки, что я имел в виду известную художественную преломленность этих воспоминаний. Психология таких преломлений меня и интересовала, и я пытался наметить ее на нескольких примерах. Вересаев (и некоторые другие) заключили отсюда, будто мною провозглашен какой-то “догмат об абсолютной автобиографичности Пушкина”. Таких нелепостей я не писал, и подозревать меня в столь “наивном биографизме” чрезвычайно наивно. Еще наивнее — выдвигать обратный догмат: об абсолютной антибиографичности Пушкина. Меж тем, Вересаев, в увлечении спором, дошел именно до такого догмата” (с.528). Ферстер, соглашаясь с Ходасевичем, определяет основную задачу критика и биографа, считая, что “всегда важно установить удаленность поэтического отклика от породившего его жизненного толчка. Важно потому, что ставит перед исследователем интереснейшую задачу: раскрыть те пути, которыми прошло реальное впечатление, пока не нашло своего отражения в поэзии творчества. Вересаев же

только бродит вокруг нее, но, в сущности, никак ее не решает. Он останавливается как раз там, где начинается подлинная задача критика и биографа, поэтому его выводы неполны и односторонни” (Числа. 1930. №1. С.244). Вл.Ходасевич более категоричен в трактовке авторской позиции данного произведения: “Вересаев готов прислушаться к кому угодно, будь то первый попавшийся враль или глупец, — только не к Пушкину, только не к поэту. Причина этого лежит, конечно, очень глубоко: она коренится во взгляде Вересаева на природу и смысл поэзии, т.е. уже в основах его мировоззрения. Тут уж мы с ним стоим по двум сторонам рубежа, незримо 6олее глубокого, чем разногласия пушкиноведения” (СЗ. 1930. № 44. С.529). Так активно полемизируя по поводу сборника статей о Пушкине, критики, однако, абсолютно единодушны в высказываниях, относящихся к книге “Спутники Пушкина”. “Автор, по видимому, не гнался особенно за художественными достоинствами: весь роман как-то “сделан”, похож на фильмовый сценарий, местами сцены не разработаны в деталях, а только намечены характерными чертами, определяющими значение разных лиц, и т.п. Но в романе, кажется, нет лишней строчки, которая бы не имела значения” (ПН. 1937. 3 авг.). “В.Вересаев дает около четырехсот “портретов” людей пушкинского окружения, и эту огромную галерею можно без преувеличения назвать Россией пушкинской эпохи. Они, конечно, далеко не одинаковы по размерам. Тут есть и полотна “во весь рост”, и маленькие карандашные наброски. Можно не соглашаться с отдельными характеристиками, с расположением тех или иных фигур в общей перспективе, но все это мелочи. В книге не виден “научный аппарат автора, нет никаких ссылок на источники, на литературу. Но написать “Спутников Пушкина” можно было только изучив и обобщив колоссальный, часто сырой и разбросанный материал мемуаров, монографий, отдельных статей об интересующих автора людях”, — пишет Р.Словцов (ПН. 1937. 3 авг). Он также подчеркивает, что “нужно отдать должное огромной работе, которой потребовала книга Вересаева, и ее успешному историческому и художественному осуществлению” (там же).

Вересаев В.В. (1867—1945) — писатель сложных творческих исканий: сочинение

Он был современником Л. Толстого и Чехова, Куприна и Бунина. За его писательской судьбой пристально следил М. Горький. Он сохранил верность традициям критического реализма в годы разгула декаданса, сумел решительно противостоять модернистским лозунгам и декларациям. Сформировавшись как писатель задолго до Октябрьской революции, он смог органично включиться в литературную жизнь молодого государства.

У Вересаева были творческие успехи, были мучительные искания, были тяжелые срывы. «Бешеный ход истории» порой стремительно увлекал его, порой выбрасывал из колеи. Явные творческие успехи и досадные заблуждения — и то и другое было по-своему закономерным. Однако он всегда был честен, не шел на компромиссы с совестью, оставался человеком «прямой, свято-честной, смелой»’ души, как сказал о нем А. М. Горький еще в 1900 году.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Викентий Викентиевич Смидович (Вересаев) родился 4 (6) января 867 года в г. Туле в семье врача. И его отец, и мать были ценителями художественной литературы, любовь к которой передалась будущему писателю уже в детстве. Это не мешало им, однако, быть приверженцами умеренно-либеральных политических взглядов и сторонниками нравственно-религиозного воспитания. Влияние родителей, особенно отца, на будущего писателя было весьма значительным, о чем он сам впоследствии не раз говорил. Однако уже в годы учебы в Тульской гимназии у мальчика наметилось несколько критическое отношение к отцовскому авторитету. На смену увлечению Майн Ридом и Густавом Эмаром приходит интерес к Добролюбову, Миллю, Писареву, «чему отец,— но свидетельству самого Вересаева,— очень не сочувствовал».

Окончив гимназию, Вересаев в 884 году поступает на историческое отделение историко-филологического факультета Петербургского университета. В годы учебы в университете он, по собственному признанию, «деятельно и с увлечением участвовал в разнообразнейших студенческих кружках, лихорадочно живя в напряженной атмосфере самых острых общественных, экономических и этических вопросов». В то время еще свежи были в памяти выступления революционного народничества. Но в атмосфере реакции даже лучшие представители русской интеллигенции отказывались от революционной борьбы.

Первые литературные опыты Вересаева — рассказы «Скверный мальчишка» (1886), «Загадка» (1887), многочисленные стихотворения — свидетельства серьезных раздумий над жизненным назначением человека, первые попытки разуверившегося современника «отвоевать надежду». После окончания в 1888 году Петербургского университета Вересаев, к тому времени уже твердо решивший стать писателем, поступает на медицинский факультет университета в Дерпте (ныне г. Тарту). Влечение к медицине могло быть связано с модной в то время теорией «экспериментального романа» Э. Золя. «…Моею мечтою было стать писателем,— говорил Вересаев по этому поводу,— а для этого представлялось необходимым знание биологической стороны человека, его физиологии и патологии».

Колебания между соблазнами самодовольной сытой жизни и перспективой служения обществу становятся в эти годы важной темой вересаевской беллетристики. Притом позиция автора определяется четко: он на стороне тех, в ком побеждает чувство гражданского долга.

Уже по окончании первого курса Дерптского университета Вересаев печатает в 1889 году в ноябрьском номере журнала «Книжки «Недели» рассказ «Порыв». Предельно простая фабула произведения — 5-летний Митя, вопреки велениям «благоразумного» отца, бросается на помощь людям, борющимся с наводнением,— позволила высказать свое отношение к обывательской, индивидуалистической психологии «отцов». Однако он остается покуда еще в сфере морально-этической, рассматривая сугубо социальный вопрос об общественном поведении различных слоев русской интеллигенции в плане семейно-нравственном.

В следующем же произведении Вересаева — рассказе «Товарищи» —тема предательства общественных интересов уже выводится из «семейной» сферы, хоть решается еще в плане нравственно-этическом, а не социальном. Герои рассказа некогда, в студенческие годы, страстно мечтали о служении обществу. Теперь же, попав в провинциальную глушь, они превратились в заурядных «существователей». «Все были несчастны, да,— пишет Вересаев; — но никто из них не уважал своего горя, да и не стоило оно уважения… Горе дряблое, бездеятельное, ему нет оправдания; стыдиться его нужно, а не нести в люди». Еще летом 1890 года Вересаев посетил один из рудников г. Юзовки (ныне г. Донецк), где наблюдал каторжные условия труда шахтеров. В 1892 году он приезжает сюда вторично — на этот раз в связи с эпидемией холеры. Все увиденное он описал в цикле очерков «Подземное царство».

Ко времени окончания Дерптского университета Вересаев почти полностью завершил работу над повестью «Без дороги». Это было произведение, как бы подводящее итог его первым шагам на литературном поприще и открывающее новый период жизни и творчества автора — период гражданской и писательской зрелости.

В эти же годы Вересаев много занимается издательской деятельностью. При его непосредственном участии издаются книги Горького, Серафимовича, Короленко, комплектуется «Народно-школьная библиотека». В 1911 году, в связи с пятидесятилетием со дня смерти Т. Г. Шевченко, под редакцией Вересаева выходит на русском языке сборник произведений великого украинского поэта — «Песни Тараса Шевченко».

В 1912 году от имени «Книгоиздательства писателей» Вересаев обращается с письмом к М. Коцюбинскому с предложением принять участие в работе издательства. Надо сказать, что Вересаева связывали долгие годы дружбы с женой украинского писателя Верой Устимовной Коцюбинской. Сохранилась их переписка. При непосредственном участии Вересаева в 94 году вышел третий том сочинений М. Коцюбинского на русском языке.

Рассказы Вересаева, написанные в годы первой мировой войны («У дервишей», «Марья Петровна», «У черного крыльца», «Случай», «Дедушка», «Семейный роман»), во многом искусственны, надуманы; разделяя то или иное заблуждение или верование, Вересаев стремится подогнать под него жизнь. Писатель начинает изменять основному принципу своего художнического видения жизни — принципу правдивости.

В 20—30-е годы современная тема давалась Вересаеву нелегко. Художественно осваиваемая действительность преломлялась в его сознании сквозь ту, по выражению Горького, «излюбленную правду», на почве которой он только и мог чувствовать себя художником. Но тяготение к голой фактологичности порой мешало ему осмыслить явления современности.

Своим «Невыдуманным рассказам» (940) Вересаев предпослал слова Рабиндраната Тагора: «Чистый вымысел принужден всегда быть настороже, чтоб сохранить доверие читателя. А факты не несут в себе ответственности и смеются над неверящими». В 30-е годы этот взгляд стал для Вересаева сознательным творческим принципом.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Вересаев В.В. (1867—1945) — писатель сложных творческих исканий: сочинение

Вересаев Викентий Викентьевич (1867/1945) — русский советский писатель, критик, лауреат Государственной премии СССР 1943 года. Настоящая фамилия писателя — Смидович. Для художественной прозы В. характерно описание исканий и метаний интеллигенции на переходе от XIX к XX вв. («Без дороги», «Записки врача»). Кроме того, Вересаев создал философские и документальные работы о целом ряде знаменитых русских писателей (Ф.М. Достоевском, Л.Н. Толстом, А.С. Пушкине и Н.В. Гоголе).

Гурьева Т.Н. Новый литературный словарь / Т.Н. Гурьева. – Ростов н/Д, Феникс, 2009, с. 47.

Вересаев Викентий Викентьевич (настоящая фамилия Смидович) — прозаик, переводчик, литературовед. Родился в 1867 году в Туле в семье врача. Окончил историко-филологический факультет Петербургского университета и медицинский факультет Дерптского университета.

Первая публикация — рассказ «Загадка» (1887). Под влиянием Тургенева, Толстого, Чехова сформировалась основная тема творчества Вересаева — жизнь и духовные искания русской интеллигенции.

Автор ряда повестей («Без дороги», 1895, «На повороте», 1902, дилогия «Два конца»: «Конец Андрея Ивановича» и «Честным путём», 1899– 1903, «К жизни», 1908), сборников рассказов и очерков, романов «В тупике» и «Сёстры», а также дилогии «Живая жизнь» («О Достоевском и Льве Толстом», 1909, «Аполлон и Дионис. О Ницше», 1914). Наибольший общественный резонанс вызвала публикация книги «Записки врача» (1901), посвящённая проблеме профессиональной этики.

Особое место в творчестве Вересаева занимают «Биографические летописи», посвящённые Пушкину («Пушкин в жизни», 1925–1926 гг., «Спутники Пушкина», 1937) и Гоголю («Гоголь в жизни», 1933). Известен переводами древнегреческой классики (Гомер, Гесиод, Сапфо).

В 1943 году удостоин Сталинской премии.

Умер 3 июня 1945 года в Москве.

Использованы материалы журнала “Роман-газета” № 11, 2009 г. Страницы Пушкина.

Викентий Вересаев. Репродукция с сайта www.rusf.ru

Вересаев (настоящая фамилия – Смидович) Викентий Викентьевич (1867 – 1945), прозаик, литературовед, критик.

Родился 4 января (16 н.с.) в Туле в семье врача, пользовавшегося большой популярностью и как врач, и как общественный деятель. В этой дружной семье было восемь человек детей.

Учился Вересаев в Тульской классической гимназии, учение давалось легко, был “первым учеником”. Больше всего преуспевал в древних языках, много читал. В тринадцать лет стал писать стихи. В 1884, семнадцати лет, закончил гимназию и поступил в Петербургский университет на историко-филологический факультет, шел по историческому отделению. В это время с увлечением участвовал в разных студенческих кружках, “живя в напряженной атмосфере самых острых общественных, экономических и этических вопросов”.

Викентий Вересаев. Фото с сайта www.veresaev.net.ru

В 1888 закончил курс кандидатом исторических наук и в том же году поступил в Дерптский университет на медицинский факультет, блиставший крупными научными талантами. Шесть лет усердно занимался медицинской наукой. В годы студенчества продолжал писать: сначала стихи, позже – рассказы и повести. Первым печатным произведением было стихотворение “Раздумье”, ряд очерков и рассказов был помещен во “Всемирной иллюстрации” и книжках “Недели” П.Гайдебурова.

В 1894 получает диплом врача и несколько месяцев практикует в Туле под руководством отца, затем едет в Петербург и поступает сверхштатным ординатором в Барачную больницу. Осенью заканчивает большую повесть “Без дороги”, напечатанную в “Русском богатстве”, где ему было предложено постоянное сотрудничество. Вересаев примкнул к литературному кружку марксистов (Струве, Маслов, Калмыкова и др.), поддерживал тесные отношения с рабочими и революционной молодежью. В 1901 был уволен из Барачной больницы по предписанию градоначальника и выслан из Петербурга. Два года прожил в Туле. Когда срок высылки закончился, переехал в Москву.

Викентий Вересаев. Фото с сайта www.veresaev.net.ru

Большую известность Вересаеву принесли созданные на автобиографическом материале “Записки врача” (1901).

Когда в 1904 началась война с Японией, Вересаев как врач запаса был призван на военную службу. Вернувшись с войны в 1906, описал свои впечатления в “Рассказах о войне”.

В 1911 по инициативе Вересаева было создано “Книгоиздательство писателей в Москве”, которое он возглавлял до 1918. В эти годы выступал с литературоведческими и критическими исследованиями (“Живая жизнь” посвящена анализу творчества Ф.Достоевского и Л.Толстого). В 1917 был председателем Худпросветкомиссии при Московском Совете рабочих депутатов.

Викентий Вересаев. Репродукция с сайта www.veresaev.net.ru

В сентябре 1918 уезжает в Крым, предполагая прожить там три месяца, но вынужден оставаться в поселке Коктебель, под Феодосией, три года. За это время Крым несколько раз переходит из рук в руки, писателю пришлось пережить много тяжелого. В 1921 вернулся в Москву. Завершает цикл произведений об интеллигенции: романы “В тупике” (1922) и “Сестры” (1933). Выпустил ряд книг, составленных из документальных, мемуарных источников (“Пушкин в жизни”, 1926 – 27; “Гоголь в жизни”, 1933; “Спутники Пушкина”, 1934 – 36). В 1940 появились его “Невыдуманные рассказы о прошлом”. В 1943 Вересаеву была присуждена Государственная премия. Вересаев умер в Москве 3 июня 1945.

Использованы материалы кн.: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.

Викентий Вересаев. Фото с сайта www.veresaev.net.ru

Вересаев (настоящая фамилия Смидович) Викентий Викентьевич [4(16).1.1867, Тула — 3.6.1945, Москва] — писатель, поэт-переводчик, литературовед.

Родился в семье врача. Его родители, Викентий Игнатьевич и Елизавета Павловна Смидовичи, большое значение придавали религиозно-нравственному воспитанию детей, формированию у них чувства ответственности перед людьми и самими собой. Еще в годы учебы в Тульской классической гимназии Вересаев всерьез увлекается историей, философией, физиологией, проявляет живой интерес к христианству и буддизму.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Окончив гимназию с серебряной медалью, Вересаев в 1884 поступает на филологический факультет Петербургского университета (историческое отделение). Первое выступление Вересаева в печати относится к 1885, когда он (под псевдонимом В.Викентьев) опубликовал в журнале «Модный свет и модный магазин» стихотворение «Раздумье». Началом своей настоящей литературной работы Вересаев неизменно считал рассказ «Загадка» (1887), в котором затронута тема преодоления человеком одиночества, зарождения в нем отваги, воли к жизни и борьбе. «Пускай нет надежды, мы и самою надежду отвоюем!» — таков лейтмотив рассказа.

После успешного завершения учебы на филологическом факультете Вересаев в 1888 поступает в Дерптский (ныне — Тартуский) университет на медицинский факультет. В автобиографии он так объяснял это решение: «Моею мечтою было стать писателем, а для этого представлялось необходимым знание биологической стороны человека, его физиологии и патологии; кроме того, специальность врача давала возможность близко сходиться с людьми самых разнообразных слоев и укладов». В Дерпте были написаны рассказы «Порыв» (1889), «Товарищи» (1892).

Наиболее значительным произведением этого периода является повесть «Без дороги» (1894), которой В., по его словам, вступил в «большую» литературу. Герой повести, земский доктор Чеканов, выражает мысли и настроения того поколения интеллигентов, у которого, как считал тогда Вересаев, «ничего нет»: «Без дороги, без путеводной звезды, оно гибнет невидно и бесповоротно. Безвременье придавило всех, и напрасны отчаянные попытки выбиться из-под его власти». Одной из определяющих в повести следует считать мысль героя и самого автора о «пропасти», разделяющей народ и интеллигенцию: «Мы всегда были им чужды и далеки, их ничто не связывало с нами. Для них мы были людьми другого мира. » Финал повести тем не менее неоднозначен. Чеканов, жертва эпохи «безвременья», неотвратимо погибает, исчерпав весь свой духовный потенциал, испробовав все «рецепты». Но умирает он с призывом к новому поколению «много и упорно работать», «искать дорогу». Несмотря на некоторый схематизм повествования, произведение вызвало широкий интерес у читателей и критики.

Окончив в 1894 Дерптский университет, Вересаев приезжает в Тулу, где занимается частной врачебной практикой. В том же году он отправляется в Петербург и становится ординатором Боткинской больницы. В это время Вересаев начинает серьезно интересоваться марксистскими идеями, знакомится с марксистами.

В 1897 он пишет повесть «Поветрие», основу которой составляет напряженный спор-диалог между молодыми марксистами (Наташа Чеканова, Даев) и представителями народнической интеллигенции (Киселев, доктор Троицкий). Тезису об «исторической необходимости», которой следует не только подчиниться, но и содействовать, доктор Троицкий противопоставляет мысль о том, что «нельзя гоняться за какими-то отвлеченными историческими задачами, когда кругом так много насущного дела», «жизнь сложнее всяких схем».

Вслед за «Поветрием» Вересаев создает серию рассказов о деревне («Лизар», «В сухом тумане», «В степи», «К спеху» и др.). Вересаев не ограничивается описанием бедственного положения крестьян, он хочет правдиво запечатлеть их мысли, нравы, характеры. Уродливость нищеты не заслоняет и не отменяет у него идеала природного и человеческого. В рассказе «Лизар» (1899), особо отмеченном Чеховым, социальная тема «сокращения человека» (бедняк Лизар сожалеет о «переизбытке» людей на клочке земли и ратует за то, чтобы «почистить народ», тогда «жить свободнее станет») переплетается с мотивами вечного торжества природной жизни («Жить, жить,— жить широкой, полной жизнью, не бояться ее, не ломать и не отрицать себя,— в этом была та великая тайна, которую так радостно и властно раскрывала природа»). По манере повествования рассказы Вересаева о деревне близки очеркам и рассказам Г.Успенского (особенно из книги «Власть земли»). Вересаев не раз отмечал, что Г.Успенский был его любимым русским писателем.

В 1900 Вересаев закончил одно из самых известных своих произведений, над которым работал с 1892,— «Записки врача». Основываясь на своем личном опыте и опыте своих коллег, Вересаев с тревогой констатировал: «Люди не имеют даже самого отдаленного представления ни о жизни своего тела, ни о силах и средствах врачебной науки. В этом — источник большинства недоразумений, в этом — причина как слепой веры во всемогущество медицины, так и слепого неверия в нее. А то и другое одинаково дает знать о себе очень тяжелыми последствиями». Один из критиков, назвавший книгу «заявлением о прекрасном беспокойстве русской совести», свидетельствовал: «Человеческий муравейник весь всколыхнулся и заволновался перед исповедью молодого врача, который изменил профессиональной тайне и вынес на свет Божий и орудия борьбы, и психику врача, и все противоречия, перед которыми изнемогал он сам». В этой исповеди отразились все основные черты творчества Вересаева: наблюдательность, беспокойный ум, искренность, независимость суждений. Заслугой писателя стало и то, что многие вопросы, над которыми бьется герой «Записок», рассматриваются им не только в сугубо медицинском, но и в этическом, социально-философском плане. Все это обеспечило книге огромный успех. Форма «Записок врача» представляет собой органичное соединение беллетристического повествования и элементов публицистики.

Вересаев стремится расширить сферу художественного отражения жизни. Так, он пишет состоящую из двух частей остросоциальную повесть «Два конца» (1899-03). В образе ремесленника Колосова («Конец Андрея Ивановича») Вересаев хотел показать рабочего-мастерового, в глубине души которого «было что-то благородное и широкое, тянувшее его на простор из тесной жизни». Но все благие порывы героя никак не согласуются с мрачной реальностью, и он, измученный безысходными противоречиями, погибает.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Повесть «На повороте» (1901) явилась очередной попыткой Вересаева осмыслить русское революционное движение. Здесь вновь сталкиваются мнения тех, кому найденный революционный путь кажется книжным, надуманным (Токарев, Варвара Васильевна), и тех, кто безоглядно верит в революцию (Таня, Сергей, Борисоглебский). Для позиции самого писателя накануне первой русской революции были характерны сомнения в том, что люди созрели для «взрывного» переустройства общества; ему казалось, что человек еще очень несовершенен, в нем слишком сильно биологическое начало.

Летом 1904 Вересаев в качестве врача был призван в армию и до 1906 находился в Маньчжурии, на полях русско-японской войны. Свои мысли, впечатления, переживания, связанные с этими событиями, он отразил в цикле «Рассказы о японской войне» (1904-06), а также в книге, написанной в жанре записок,— «На войне» (1906-07). Это были своеобразные «записки врача», в которых В. запечатлел весь ужас и страдания войны. Все описанное подводило к мысли о том, что нелепости общественного устройства достигли угрожающих размеров. В. все больше размышляет о реальных путях преображения действительности и человека. Результатом этих раздумий стала повесть «К жизни» (1908), в которой нашла первоначальное воплощение вересаевская концепция «живой жизни». В. так объяснял замысел повести: «В долгих исканиях смысла жизни я в то время пришел, наконец, к твердым, самостоятельным, не книжным выводам, давшим собственное знание,— в чем жизнь и в чем ее “смысл”. Я захотел все свои нахождения вложить в повесть. » Герой повести, Чердынцев, поглощен поисками смысла жизни для всех людей. Он хочет уяснить, насколько радость и полнота бытия человека зависят от внешних условий и обстоятельств. Пройдя долгий путь опыта, исканий, сомнений, Чердынцев обретает твердую веру: смысл жизни — в самой жизни, в самом природном течении бытия («Вся жизнь сплошь была одною непрерывно развертывающейся целью, убегавшею в солнечную ясную даль»). Ненормальное устройство общества часто лишает жизнь человека этого изначального смысла, но он есть, его нужно уметь чувствовать и хранить в себе. В. поражало то, «как люди способны калечить своими нормами и схемами живую человеческую жизнь» («Записи для себя»).

Основные темы и мотивы повести нашли развитие в философско-критическом исследовании, которому Вересаев дал программное название — «Живая жизнь». Первая его часть посвящена творчеству Л.Толстого и Ф.Достоевского (1910), вторая — «Аполлон и Дионис» — главным образом анализу идей Ф.Ницше (1914). Вересаев противопоставляет Толстого Достоевскому, признавая, однако, правду за обоими художниками. Человек для Достоевского, считает Вересаев,— «вместилище всех самых болезненных уклонений жизненного инстинкта», а жизнь — «хаотическая груда разъединенных, ничем между собою не связанных обломков». В Толстом, напротив, он видит здоровое, светлое начало, торжество «живой жизни», которая «представляет высочайшую ценность, полную таинственной глубины». Книга представляет несомненный интерес, но нужно учитывать, что В. порой «подгоняет» идеи и образы писателей под свою концепцию.

События 1917 Вересаев воспринял неоднозначно. С одной стороны, он увидел силу, пробудившую народ, а с другой — стихию, «взрыв» подспудных темных начал в массах. Тем не менее Вересаев довольно активно сотрудничает с новой властью: он становится председателем художественно-просветительской комиссии при Совете рабочих депутатов в Москве, с 1921 работает в литературной подсекции Государственного ученого совета Наркомпроса, а также является редактором художественного отдела журнала «Красная новь». Вскоре его избирают председателем Всероссийского союза писателей. Главный творческий труд тех лет — роман «В тупике» (1920-23), одно из первых произведений о судьбах русской интеллигенции в годы Гражданской войны. Писателя волновала в романе тема крушения традиционного гуманизма. Он осознавал неизбежность этого крушения, но принять не мог.

После этого романа Вересаев на некоторое время отдаляется от современности.

В мае 1925 в письме М.Горькому он сообщает: «Я махнул рукою и занялся изучением Пушкина, писанием воспоминаний,— самое стариковское дело».

В 1926 Вересаев выпускает 2-томное издание «Пушкин в жизни», дающее богатый материал для изучения биографии поэта. Это свод биографических реалий, почерпнутых из различных документов, писем, мемуаров.

В начале 1930-х по предложению М.Булгакова приступил к совместной работе над пьесой о Пушкине; впоследствии работу эту оставил из-за творческих разногласий с М.Булгаковым. Результатом дальнейшей работы Вересаева стали книги «Гоголь в жизни» (1933), «Спутники Пушкина» (1937).

В 1929 выходят «Гомеровы гимны», сборников переводов (Гомер, Гесиод, Алкей, Анакреон, Платон и др.). За эти переводы Вересаев был удостоен РАН Пушкинской премии.

В 1928-31 Вересаев работает над романом «Сестры», в котором стремился показать реальную повседневную жизнь молодых интеллигентов и рабочих в эпоху первой пятилетки. Одну из существенных закономерностей того времени героиня романа Лелька Ратникова сформулировала для себя так: «. тут есть общий какой-то закон: кто глубоко и сильно живет в общественной работе, тому просто некогда работать над собою в области личной нравственности, и тут у него все очень путанно. » Роман, однако, получился несколько схематичным: Вересаев осваивал новую действительность скорее идеологически, нежели художнически.

В 1937 Вересаев начинает огромную работу по переводу «Илиады» и «Одиссеи» Гомера (более 28000 стихов), которую завершает уже через четыре с половиной года. Перевод, близкий духу и языку подлинника, был признан знатоками серьезным достижением автора. Изданы были переводы уже после смерти писателя: «Илиада» — в 1949, а «Одиссея» — в 1953.

В последние годы жизни Вересаев создает в основном произведения мемуарных жанров: «Невыдуманные рассказы», «Воспоминания» (о детстве и студенческих годах, о встречах с Л.Толстым, Чеховым, Короленко, Л.Андреевым и др.), «Записи для себя» (по словам автора, это «нечто вроде записной книжки, куда входят афоризмы, отрывки из воспоминаний, различные записи интересных эпизодов»). В них отчетливо проявилась та «связанность с жизнью», к которой Вересаев всегда тяготел в своем творчестве. В предисловии к «Невыдуманным рассказам о прошлом» он писал: «С каждым годом мне все менее интересными становятся романы, повести и все интереснее — живые рассказы о действительно бывшем. » Вересаев стал одним из родоначальников жанра «невыдуманных» рассказов-миниатюр в советской прозе.

Читайте также:
Вересаев и Горький (опыт статьи): сочинение

Упорно доискиваясь правды в вопросах, которые его волновали, Вересаев, завершая свой творческий путь, по праву мог сказать о себе: «Да, на это я имею претензию,— считаться честным писателем».

Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики, поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 1. с. 365-368.

Помогите пожалуйста, я вообще не понимаю как писать сочинение по этому тексту!

(1)Трудное и запутанное дело — писательство. (2)Писатель должен не наблюдать жизнь, а жить в жизни, наблюдая её не снаружи, а изнутри. (3)Между тем обычная история жизни писателя такова: удалась ему вещь, обратил на себя внимание — и бросает прежнюю работу, и становится профессионалом. (4)И вот человек садится писать не тогда, когда ему что-то нужно сказать, а тогда, когда нужно платить за квартиру, шить жене пальто. (5)И на глазах свежий росточек таланта желтеет, сохнет. (6)И нет уж писателя. (7)Начинающий писатель, если он уважает свой талант и дорожит им, не должен «жить» литературой. (8)Чем угодно добывай средства к жизни, только не писательством. (9)Придёт время, и то же писательство самотёком начнет кормить тебя произведениями, написанными раньше.

(10)Не говорю уж об этом, но писатель, становясь профессионалом, сам вырывает себя из жизни. (11)Обычная теперь для него среда — товарищи писатели, заседания секций, ресторанчики, клуб писателей. (12)Варка в собственном соку. (13)А потом куда-нибудь выезжает, ходит с блокнотом и «набирает материал» .
(14)Нужно в жизни жить, работать — инженером, врачом, педагогом, рабочим.

(15)— Хорошо, а когда же тогда писать? — спросите вы.
(16)— Когда? (17)После работы. (18)В дни отдыха. (19)В месяц отпуска, — отвечу я.
(20)— Много ли тогда напишешь?
(21)— И очень хорошо, что немного. (22)Всё, что тогда напишется, будет полноценно, нужно. (23)А так, по совести сказать, взять почти у каждого писателя полное собрание его сочинений — много ли потеряет литература, если выбросить из неё три четверти написанного?

(24)Я замечал на себе в начале литературной работы: каждый успех снижает требовательность к себе, с каждым успехом начинаешь писать «легко» . (25)И как в это время бывает полезен жестокий щелчок — отказ редакции, суровая встреча критики!. . (26)Просите, товарищи, судьбу, чтоб она была к вам построже и позлее. (27)И тогда мы наверняка узнаем настоящего писателя.

* Викентий Викентьееич Вересаев (1867—1945), прозаик, литературовед, критик. Центральная тема творчества — раскрытие идейных исканий русской интеллигенции.
Помогите пожалуйста! Кто может набросайте пожалуйста сочинение (маленькое).

Direct/ADVERT Дать объявление
Вариант сочинения ЕГЭ по тексту В. Вересаева
Я познакомилась с текстом русского публициста, писателя и философа В. Вересаева. Автор ставит перед нами проблему писательства. Он говорит о том, что «писатель должен не наблюдать жить, а жить в жизни…» , то есть, помимо литературной работы, иметь работу, которая приносит основной доход.
Актуальна ли поднятая В. Вересаевым проблема для творческих людей? Автор текста призывает писателей не замыкаться в рамках писательства: «Придет время, и то же писательство самотеком начнет кормить тебя произведениями, написанными раньше» .
Я согласна с мнением публициста. Ведь неизвестно, как сложится дальнейшая карьера какого-либо известного писателя. Особенно если мы говорим о начинающих талантах. Вот сегодня он пользуется успехом, а завтра, возможно, власть объявит данные произведения запрещенными или самого автора сочтут предателем родины. В таком случае у человека, по крайней мере, останется основная профессия.
Сколько таких исторических примеров! Марина Ивановна Цветаева… Замечательную русскую поэтессу запретили печатать. Ее не брали работать даже посудомойкой. Известный и популярный человек оказался обреченным на голодную смерть. Но основная профессия стала для него дополнительным источником информации, вдохновения, тыорчества. .
С Михаилом Афанасьевичем Булгаковым случилось то же самое: писатель был вынужден умирать в одиночестве… Мы знаем, что он был прекрасным врачом. В произведениях, например, в повести «Собачье сердце» , Михаил Афанасьевич использовал знания из своей профессии. В роли профессора Преображенского, совершившего гениальный опыт, автор показывает себя самого. Как говорит В. Вересаев, «придет время, и то же писательство самотеком начнет кормить тебя произведениями, написанными раньше» . Основная профессия – дополнительный источник информации.
Антон Павлович Чехов в своих произведениях использовал врачебные знания. Он не останавливался на одном писательстве. Я считаю, что это правильно. В одном из рассказов А. П. Чехов запечатлел себя в образе лекаря-стоматолога.
Все в этом мире меняется с невероятной скоростью: люди, характеры, интересы. В любой момент времени читатель был придирчив. Вкусы менялись и меняются. «Трудное и запутанное дело – писательство» , – говорит В. Вересаев. И, я думаю, что это правда. Поэтому все мы должны быть снисходительнее и терпимее. Даже в литературных вкусах.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: